Иркутск
Улан-Удэ

Благовещенск
Чита
Якутск

Биробиджан
Владивосток
Хабаровск

Магадан
Южно-Сахалинск

Анадырь
Петропавловск-
Камчатский
Москва

Катастрофы на шельфе допускать нельзя

Василий Богоявленский о борьбе с разливами нефти человека и самой природы

Последствия выброса нефти на платформе Deepwater Horizon в Мексиканском заливе в 2010 году устраняли почти 50 тысяч человек. На международном симпозиуме по теме борьбы с подобными катастрофами на арктическом шельфе эксперты обсудили, насколько российские компании готовы к оперативной ликвидации разливов. Как в этом поможет сотрудничество с иностранцами, рассказывает член-корреспондент РАН, профессор, заместитель директора Института проблема нефти и газа РАН Василий Богоявленский.

Катастрофы на шельфе допускать нельзя
Фото: Оргкомитет симпозиума
– Какова основная цель проведения симпозиума?
– Собрать международных экспертов, обменяться опытом по преодолению трудностей при ликвидации разливов нефти на примере трагедии, произошедшей 20 апреля 2010 года в Мексиканском заливе, когда на одной из самых современных в мире буровых платформ произошел выброс нефтегазовой смеси с возгоранием. Тогда погибло одиннадцать человек, в течение суток платформа сгорела и утонула. В течение 87 дней шла борьба по устранению последствий, остановке фонтанирования скважины с морского дна. Огромное пятно нефти достигло берега, загрязнение составило свыше двух тысяч километров береговой полосы. По обновленным данным, которые прозвучали на симпозиуме, на пике работ по ликвидации последствий было привлечено более 48 тысяч человек, свыше 6 тысяч судов и различных плавсредств и более 2 тыс. км заградительных бонов.

— Люди справились бы без способностей к самоочищению самой природы?
— Теплые воды Мексиканского залива внесли свой позитивный вклад по устранению последствий, бактерии помогли справиться с загрязнением водной среды, хотя наибольшая часть нефти все равно осела на дно, испарилась в атмосферу или оказалась на берегу. И даже в таких благоприятных для ликвидационных работ субэкваториальных условиях Мексиканского залива было собрано или сожжено всего около 25 процентов нефти, а с оставшимися 75 процентами боролась природа. Кроме того, произошла большая эмиссия в водную толщу и атмосферу никем не учтенного попутного газа. Американские коллеги детально рассказали нам, как они справлялись с последствиями катастрофы в Мексиканском заливе, понимая нашу заинтересованность в этом вопросе, ведь российские компании наращивают объемы нефтегазодобычи на шельфе шести морей, включая арктические. Также зарубежные эксперты ознакомили нас с результатами различных экспериментальных работ по ликвидации разливов, которые они проводят в арктических условиях на шельфе Аляски.

– Насколько для России актуален опыт американских ученых?
Для нас он несомненно актуален. Например, в Соединенных Штатах большое внимание при ликвидации таких разливов уделяется сжиганию и применению диспергентов, которые помогают разложить нефть на менее вредные составляющие. А у нас на каждое конкретное применение диспергентов пока требуется специальное разрешение Росприроднадзора, что требует времени на согласование. Диспергенты необходимо закупать за рубежом, либо создавать свои. В некоторых российских организациях уже созданы или создаются аналоги, и, может быть, даже лучшие, чем зарубежные, составы смесей для ликвидации таких последствий. Сегодня речь идет о том, чтобы провести экспериментальные работы и получить различные согласования для их применения.

– Насколько современны методы устранения техногенных аварий на шельфе арктических морей в России?
– Пока, как уже было сказано, мы не применяем диспергенты. И нам на самом деле надо серьезно подходить к этому вопросу, потому что достоверно неясно, что больше наносит природе вред: собственно разлившаяся нефть или же химия, которую мы потом туда заливаем. Видимо, по этой причине у нас пока не регламентировано применение этих химических составов. Кроме того, я пока не вижу, чтобы проводились какие-либо экспериментальные работы в этом направлении, выделялось финансирование на исследования. Пока это лишь инициатива ряда институтов, в том числе Академии наук. На российском шельфе основные функции по ликвидации загрязнений в результате техногенных аварий возложены на «Морспасслужбу», которая входит в состав «Росморречфлота». Руководитель этой службы Андрей Хаустов на симпозиуме выступил с докладом и рассказал, какие проводились испытания по ликвидации разливов нефти в районе платформы «Приразломная», очередные испытания, кстати, прошли в ледовых условиях буквально две недели назад. Также в российской Арктике МЧС создано несколько центров по ликвидации разливов и создаются дополнительные. То есть работы идут, но важно, чтобы они шли не с отставанием, а с опережением по отношению к освоению ресурсов шельфа.

– Какие проблемы техногенного характера при освоении шельфа являются основными?
– Проанализировав большие объемы данных и результаты освоения месторождений как на российских шельфе и суше, так и в других регионах мира, я вижу, что несмотря на достигнутый технологический прогресс качество цементирования скважин по-прежнему невысоко. Частой проблемой являются перетоки в первую очередь газа по заколонному пространству: газ распространяется и формирует техногенные залежи, которые надо выявлять, оконтуривать и извлекать, даже если это нерентабельная работа. Потому что углеводороды под действием гравитационного эффекта стремятся выйти на поверхность и могут нарушить экосистему не только во время добычи углеводородов, но и спустя многие годы. Я считаю, что в Мексиканском заливе основная часть многочисленных выходов нефти и газа на поверхность имеет не природный характер, как считают американские коллеги, а техногенный. И произошло это в первую очередь из-за плохо законсервированных или плохо ликвидированных скважин, которых более 30 тысяч. России при широкомасштабном освоении арктического шельфа важно не допустить такой ситуации. Нужно учиться на чужих ошибках, чтобы минимизировать число собственных, которые неизбежны даже при самом высоком технологическом уровне. Человеческий фактор, из-за которого происходит большинство аварий и катастроф, не истребим.

– Какую роль вносят эксперты Совета по Арктике и Антарктике при Совете федерации в дело минимизации техногенных угроз?
– Недавно в Совете Федерации мы провели объединенное заседание экспертов из разных организаций в области рационального природопользования, экологической и экономической безопасности при освоении углеводородов. Это было очень полезное совещание, собравшее около ста участников. По его итогам подготовлена резолюция, которая будет утверждаться руководителям всех экспертных советов, в том числе и председателем Совета по Арктике и Антарктике Вячеславом Штыровым. Дальше она будет направлена в руководящие органы страны для исполнения рекомендаций.

– Можно ли говорить о том, что активизация внимания к этой проблематике связана с Годом экологии в России?
На симпозиуме нам удалось собрать экспертов из разных организаций, было много представителей «Газпрома», «Роснефти», ведущих институтов. Эта работа важна, поскольку позволяет обмениваться опытом, повышать квалификацию экспертов. Наука развивается параллельно в разных организациях, странах, кто-то кого-то опережает, создает принципиально новые технологии и технические средства, которые необходимо оперативно внедрять в производство. Хочу подчеркнуть, что проведенный Международный симпозиум - не дань текущему моменту. Он планомерно готовился около года, экспертами РАН, Университета имени И.М.Губкина в сотрудничестве со Всемирным фондом дикой природы (WWF), экспертами, специалистами и учеными из разных стран мира. Мы видим сильное встречное стремление к взаимодействию со стороны Соединенных Штатов Америки. Наши коллеги из США открыты, на симпозиуме создалась очень плодотворная, дружественная обстановка. Я считаю, что такие встречи необходимы, именно так укрепляются не только научные и дружественные взаимосвязи между специалистами различных отраслей, но и доверительные дружеские отношения между странами.