Иркутск
Улан-Удэ

Благовещенск
Чита
Якутск

Биробиджан
Владивосток
Магадан
Хабаровск
Южно-­Сахалинск

Магадан
Южно-Сахалинск

Анадырь
Петропавловск-
Камчатский
Москва

«У нас большой потенциал, и главное — в него поверил бизнес»

Виталий Селюков о развороте отрасли туризма в Хабаровском крае на внутренний рынок

Хабаровский край — регион с богатейшей природой, удобной логистикой и развитой промышленностью, сочетание которых открывает большие перспективы по развитию туризма. Какие достижения принес 2016 год и как решать стоящие перед отраслью среднесрочные задачи, рассказал EastRussia заместитель министра культуры — начальник управления по туризму Хабаровского края Виталий Селюков.

«У нас большой потенциал, и главное — в него поверил бизнес»
Фото: shutterstock
— Последние несколько лет принесли российскому туризму много сложностей. В Хабаровском крае с ними справились?
— До недавнего времени туристический бизнес Хабаровского края занимался в основном организацией отдыха жителей региона за границей: на это работало до 98-99% рынка. Но с 2013 года начала действовать краевая госпрограмма развития внутреннего и въездного туризма. И это принесло плоды: туристический бизнес «развернулся». По итогам 2016 года в отрасли действовало 226 компаний, в том числе 97 туроператоров — это компании, которые сами формируют туристический продукт в виде пакета услуг. Из них 87% работало на въездном и внутреннем направлениях. У турагентов, которые продают продукт как посредники, аналогичный показатель — около 45%. Это существенный разворот рынка.

— Как это повлияло на туристические потоки?
— Иностранных туристов становится больше, в 2016 году показатель вырос на 15% к уровню 2015 года — нас посетило 36 тыс. гостей из-за рубежа. Граждан КНР приехало 23,2 тыс. человек — на 24% больше, Республики Корея — 8,3 тыс. человек, на 38% больше. Из российских регионов Хабаровский край посетили 520 тыс. человек, это на 13,3% больше, чем годом ранее. Цифры хорошие — рост, хотя он обусловлен и внешними факторами, например, падением курса рубля, спровоцировавшим приток иностранцев. Но я не умаляю заслуг туристических компаний, занимавшихся строительством новых объектов, сертификацией новых интересных маршрутов — их у нас теперь 72. Эти маршруты, подчеркну, не творчество чиновников. Это был наш посыл бизнесу — создавать. Конечно, мы помогали: собирали туркомпании, везли их в тот или иной район края, показывали события и места.

— Тяжело шел этот «поворот»?
— Конечно, ведь создать свой продукт — это непросто. Особенно если раньше компания работала только на выезд, зарабатывая на комиссии. Тур — это и стыковка транспорта, и подбор гостиниц, и поиск «изюминок» для маршрута. Большая ответственность и сложная задача — заинтересовать человека. Разумеется, выездной туризм по-прежнему развивается: за прошлый год из региона выехали 135 тыс. человек, что на 13,5% больше, чем в 2015-м, большая часть — в Китай. Но на самом деле и внутренний туризм — это экономически выгодно. В 2016 году туристических услуг в крае оказано на 1,31 млрд руб., услуг гостиниц — на 2,7 млрд руб. Это около 0,3-0,5% от годового оборота всех отраслей Хабаровского края. Но это очень неплохой показатель, если сравнить с оборотами даже пятилетней давности. Вклад отрасли в копилку бюджета края — 192,5 млн руб. Она дает работу более 5,2 тыс. человек.

— Как один большой завод по масштабам, правильно?
— Да, наверное. Но заводом проще управлять — это все-таки единый объект.

— Из федерального бюджета какая-то помощь отрасли оказывается?
— В 2015 году мы защитили финансирование туристического кластера «Большой Уссурийский остров — Шантарские острова». Это самый большой по протяженности объект подобного рода — под 1,3 тыс. км. Обычно кластер — это точка, и нам долго пришлось обосновывать необходимость именно такой конфигурации — вдоль Амура и в море. Но она объективно необходима. Мы думаем на перспективу. Сегодня на реке нет круизных судов, и круизного туризма как такового нет. Потенциал огромный, но нужно воссоздать береговую круизную инфраструктуру — без нее нельзя будет запускать теплоходы.

— А они появятся?
— Вопрос упирается в средства. Когда-то по реке ходили семь круизных судов, но последнее из них, теплоход «Василий Поярков», выведено из эксплуатации три года назад. В свое время по нашему заказу готовили проект современного круизного судна специально для Амура. По стоимости вышло от 500 млн до 2 млрд руб. Это не совсем то, что мы хотели. Нам нужны суда типа «Ерофея Хабарова», где есть и каюты, и кают-компания, и бар, и верхняя палуба. Ведь длительность круиза — до семи дней, и люди должны иметь возможность провести их максимально комфортно. У края также есть возможность устраивать трансграничные туры в Китай — по Сунгари. А моя мечта — чтобы люди имели возможность пересаживаться в Николаевске-на-Амуре на суда типа река-море и выходить в другие субъекты ДФО или за границу. Но частного инвестора пока нет, и деньги это очень длинные — окупаемость до 17 лет, плюс к тому, для выхода на рентабельность нужно иметь от трех до шести судов. Государство вкладывать в это не будет, забот и так хватает.

— Обустроить берега — это тоже огромные вложения. Работа разбита на этапы?
— Суммарное финансирование объектов кластера — 632,5 млн руб. Их несколько. Это — с юга на север — комплекс «Заимка», набережная Хабаровска, комплекс «Воронеж», село Сикачи-Алян. Так дойдем и до Николаевска-на-Амуре, в низовья. Конечная точка — бухта Онгачан в Охотском море, знаменитый «родильный дом китов». Там создается базовый лагерь для приема туристов. Пока он рассчитан на комфортное проживание 50 человек: домики, бани, вышка для наблюдения за морем. Оттуда организуются радиальные туры для людей, желающих посетить Шантарский архипелаг.

— Пятьдесят человек — и что, хватает?
— Пока хватает, потому что большая проблема — это транспортная доступность тех мест, да и сезон недолгий, август-сентябрь. Заброска в Онгачан возможна только вертолетами через населенные пункты Бриакан или Березовый. Стоимость полетного часа — от 140 тыс. руб. А только от Бриакана, где осуществляется дозаправка, до бухты — почти два часа полета. Соответственно, туры дорогие — только на транспорт каждому участнику нужно потратить от 100 тыс. руб. Питание, снаряжение, работа гидов, использование лодок — дополнительные расходы. Но Шантары — это то, что стоит увидеть.

— Средства на развитие кластера уже начали осваивать?
— Первый транш пришел в 2016 году — 177 млн руб. Начали с набережной. Работы серьезные: все вскрывается, укрепляется, ставятся ротонды, новые фонари, укладывается новая брусчатка, прокладываются сети. Будет фонтан, и вообще вся набережная преобразится — рядом запланирована новая гостиница, объекты питания. Сейчас задача — получить средства на следующий этап. Будет построена причальная стенка под круизные суда, и здесь же будут швартоваться моторные и парусные яхты, потому что развитие круизного кластера немыслимо без яхт. Хочется, чтобы все было красиво. Это место должно стать речным фасадом Хабаровска.

— И вокруг Большого Уссурийского острова тоже можно будет на яхте пройти, как нам давно обещают?
— Мы надеемся, этот проект когда-то состоится. Сейчас готовая инфраструктура для того, чтобы швартоваться и хранить суда, есть на «Заимке». Возможно, получится решить вопрос с организацией на речном вокзале «Заимки» временного пункта пропуска, пока не построен стационарный пункт на самом острове — на границе. Собственник комплекса вложил бы средства и в пункт пропуска на острове, но из-за неопределенности с механизмом возврата средств проект невыгоден.

— Это все для иностранцев?
— Вовсе нет. Прошел уже тот этап, когда мы своим сходни подавали металлические или деревянные, а зарубежным гостям — в коврах. Для нас одинаково важны все. Тем более что сейчас туристы, независимо от того, откуда они, оставляют примерно одинаковые средства. Ажиотажный спрос со стороны граждан КНР на косметику, брендовую одежду, золото, продукты питания из-за падения курса рубля — это все временное. Это то, что как пришло, так и уйдет. А мы ориентируемся прежде всего на тех, кому интересны наша культура, обычаи, природа. Для таких мы и разработали 72 маршрута по краю, и это еще не предел.

— Хабаровск — традиционная точка притяжения. За его пределами есть, что посмотреть?
— Ведется большая работа по повышению туристической привлекательности второго по величине краевого города — Комсомольска-на-Амуре. Там тоже должен появиться туристско-рекреационный кластер, который будет состоять из четырех площадок в самом городе и пятой в соседнем Солнечном районе — комплекса «Холдоми», нашего главного горнолыжного объекта. Это место рекреации для самих жителей и приезжих. Суммарная стоимость проекта — около 4,8 млрд руб. Финансирование в размере 927 млн руб. в рамках реализации комплексного плана развития города выделит федеральный центр. Еще около 3,7 млрд руб. должны составить внебюджетные вливания. Также 2,8 млрд руб. будет выделено по линии Минстроя на реконструкцию набережной Комсомольска-на-Амуре. Эти суммы уже зафиксированы в правительственном постановлении. Это позволяет надеяться, что город получит новый импульс развития и с точки зрения туризма.

— Промышленный туризм, как говорят, востребован гостями из Азии, а ведь это как раз одно из преимуществ Комсомольска-на-Амуре?
— И не только его. Мы сегодня занялись и Чегдомыном, там есть объект СУЭК — «Ургалуголь». Объект интересный, но сложный: добираться не очень удобно, гостиницы как таковые отсутствуют, ресторанов нет. Но мы видим, что есть заинтересованные. Например, школьники из других районов края — для них это может стать элементом краеведения, и, может быть, даже определения будущей профессии. Стоимость такого маршрута «Чегдомын — край черного золота» начинается от 2,8 тыс. на человека — это вполне доступно.

— На предприятия и технику только дети хотят смотреть?
— В 2016 году цеха четырех ведущих предприятий края — Комсомольского-на-Амуре авиазавода, Комсомольского НПЗ, ОАО «Амурметалл» и ПАО «Амурский судостроительный завод» — посетили более 9 тыс. человек, из них 5,1 тыс. — это школьники. Для использования потенциала в полной мере все должно быть увязано с событиями, которые привлекают гостей. Хорошо себя в этом плане показал Дальневосточный конгресс инженеров. С 2018 года по четным годам в Комсомольске-на-Амуре намечено проводить Комсомольский авиакосмический салон — в сентябре, когда в Хабаровском крае самая хорошая погода.

— Город к такому масштабному событию готов?
— Да, мы видим, что пока — не во всем. Московский авиакосмический салон принимает до миллиона посетителей. В Комсомольске-на-Амуре со всеми базами отдыха и мотелями — около 950 гостиничных номеров. Это крайне мало. В Хабаровске, для сравнения, единовременно можно разместить порядка 5 тыс. человек, и новые гостиницы строятся. В 2017-2018 годах будут сдаваться три объекта класса три-четыре звезды на 400 номеров, в том числе отель сети Hilton.

— Авиасалон выведет событийный туризм на межрегиональный масштаб, а пока это мероприятия скорее районные?
— В муниципалитетах немало событий, которые могут привлекать больше туристов — при условии их продвижения. В Совгаванском районе, например, в марте проходит фестиваль подледного лова «Серебряная корюшка», в Вяземском — фестиваль варенья. Есть фестиваль творчества коренных народов, праздник первой горбуши, гастрономический фестиваль Fish Амур Fest. В Хабаровске в мае уже традиционно проводится фестиваль музыкальных оркестров «Амурские волны».

— Какие еще места в Хабаровском крае могут генерировать постоянный входящий турпоток?
— У нас уникальный по потенциалу регион. И великая река, и бесчисленное количество озер, и бескрайняя тайга, и выход в Охотское и Японское моря. Есть даже грязевые источники в Ванинском и Совгаванском районах, гораздо лучше по качеству, чем китайские, куда только из края ежегодно выезжают на грязи до 15 тыс. человек. Конечно, все это нужно задействовать очень осторожно, не разрушая природные экосистемы — они миллионы человек просто «не переварят». Например, через Шантарские острова за сезон официально проходят около 200 человек. Но есть и неофициальные посетители, неорганизованные — «дикари». Точно так же нанимают вертолеты и летят через хребет из Амурской области, из Якутии в Тугуро-Чумиканский район, на реку Мая — приток Алдана редкостной красоты. Нещадно выбивают реку, животных, а там ведь не проконтролируешь — на сотни километров вокруг нет никого. Наша задача — туризм из «дикого» превращать в организованный: это и безопасность, и налоги, и рабочие места для местных жителей.

— Экотуризм — это обязательно недешевый полет в дальние уголки?
— У нас везде красивейшая природа, мы смотрим и на близлежащие муниципалитеты. Например, в Нанайском районе, который близок к Хабаровску, уже работает усадьба Манома — в честь одноименной речки, притока Анюя. В этом же районе реализуется проект «Междуречье» стоимостью около 300 млн руб. Это будет комплекс из трех баз отдыха. Одна из них уже построена для приема состоятельных туристов в районе поселка Нижняя Манома. Инвестор готов строить еще две, уже эконом-класса. На одной из баз смогут разместиться до 100 человек, и ведутся переговоры с близлежащим национальным парком «Анюйский», чтобы он разрешил по своей территории конные и пешие маршруты, поставил вышки для наблюдения за животными.

— Особо охраняемые природные территории идут на такое сотрудничество, они рады туристам?
— Сложности были — поначалу. Но цивилизованный, организованный туризм — это интересно и для самих особых территорий. Они могут от этого получать средства, например, продавать лицензии на рекреационную рыбалку — по принципу «поймал и отпустил». Мы еще в самом начале этого пути, но ряд совместных проектов уже есть. В крае действует восемь экологических троп на территориях особо охраняемых зон. Наблюдение за природой — очень перспективный вид туризма. Особое внимание иностранцев привлекает, например, маршрут из Комсомольска-на-Амуре на озеро Болонь, где во время весенней миграции скапливается на отдых до 150 тыс. видов птиц. Озеро знаменито и своим островом Ядасен, где в X-XV веках стояла крепость чжурчженей. По острову пролегал путь шамана.

— Словом, потенциал у отрасли большой. А средств для развития достаточно?
— Скажу так: если говорить о поддержке из бюджета, на отрасль, конечно, смотрят далеко не в первую очередь: впереди «социалка», промышленность, оборона и так далее. Осложнилась ситуация в экономике — и тут же неизбежно сократился объем средств на профильную федеральную целевую программу. Да и из краевого бюджета мы пока можем относительно небольшие субсидии выдавать по туристическому направлению. Но важно другое. Примеры со строящимися гостиницами, с частным финансированием мероприятий комплексного плана развития Комсомольска-на-Амуре и туристического кластера показывают, что инвесторы в отрасль верят. Никто же не захочет закапывать деньги в песок. И за 2013-2016 годы мы смогли привлечь около 1,4 млрд руб. внебюджетных инвестиций. Люди вкладываются, строятся, пытаются развиваться. И их много, это не единицы. А значит, перспективы хорошие. Нужно только работать.