Четыре региона ДФО вошли в число самых курящих в России

Понять, какой оставишь след

Главная тема предстоящего международного форума обозначена как «Север и Арктика – партнерство в меняющемся мире». В центре внимания не теряющий актуальность вопрос поиска баланса между экономическим развитием и сохранением уникальной природы северных территорий.

С одной стороны, Север приобретает для экономики большое значение в связи с освоением минеральных ресурсов, с другой, этот регион обладает хрупкой экосистемой. И то, что серьезный интерес к данной проблематике сегодня проявляет международное сообщество (в числе зарубежных участников СФУР – гости из Китая, Индии, других стран БРИКС, а также африканских государств), не случайно, поскольку происходящие в арктической зоне климатические изменения могут свидетельствовать о глобальных вызовах перед всем миром.

Как отметил почетный полярник и генеральный директор АНО «Экспедиционный центр “Арктика”» Владимир Чуков, нельзя отрицать, что освоение арктической зоны, в том числе в свете развития Северного морского пути, – важный этап для Крайнего Севера, но необходимо понимать, какие последствия это может нести за собой.

За последние десятилетия в Заполярье заметно потеплело, что уже сказывается на флоре и фауне. «Вынуждены менять свой ареал обитания и привычки хозяева Арктики – белые медведи. Сейчас уже можно увидеть, как белые медведи вместе с бурыми ловят оленей, тогда как раньше такое даже невозможно было представить. Они не могут использовать дрейфующие льды для перемещения, так как льды отошли», – приводит в качестве примера Владимир Чуков.

Арктика – огромный потенциал, который сложно измерить, добавил он. В ее льдах заложено множество будущих ответов на сегодняшние загадки. Отсюда важно проводить обмен данными мониторинга и научными результатами, обеспечить выработку мер по сокращению вредного воздействия на экологию. Для эффективности такого сотрудничества нужны совместные программы исследований, вектор которым должны задать, в том числе, участники Северного форума по устойчивому развитию. 

Стоит сказать, в этот раз организаторы СФУР решили несколько видоизменить формат дискуссий, тематических сессий. «В прошлом году в рамках форума проводился межнациональный диалог между отдельными странами, в частности, Россия – Китай, Россия – Индия. В этом мы меняем формат в пользу более широкой географии. В числе новых тем – Тихоокеанское партнерство между Севером и Югом, БРИКС и Арктика, Центральная Азия и Север: новые векторы взаимодействия в условиях глобальных изменений. И если раньше было много сессий сугубо с внутрироссийской тематикой, то теперь планируем их максимально расширить, сделать более международными», – пояснила заместитель исполнительного директора Северного форума, завкафедрой международных исследований СВФУ Дарьяна Максимова.

Многие идеи, выносимые на СФУР, генерирует Российско-Азиатский консорциум арктических исследований (РАКАИ), который в свою очередь объединяет научные и образовательные круги России, Китая, Индии и Индонезии. Деятельность РАКАИ охватывает естественнонаучные и гуманитарные дисциплины, связанные с решением экологических и социальных проблем, поиском путей для сохранения биоразнообразия в Арктике и т.д.

Только в этом году консорциум организовал ряд важных мероприятий, среди которых проведение круглых столов в университете Джавахарлала Неру в Дели и Российском государственном гидрометеорологическом университете в Санкт-Петербурге. В рамках VI СФУР запланировано заседание РАКАИ на тему устойчивого развития северных регионов в разрезе исследовательского проекта Арктическая трансекта. Проект, направленный на изучение комплексного воздействия загрязняющих веществ на экосистемы Арктики, включает мониторинг состава воды в северных реках, впадающих в Северный ледовитый океан, а также анализ загрязнений, переносимых воздушными массами. 

С опорой на население

Помимо непосредственно эколого-климатической повестки на полях СФУР рассматривается много аспектов, связанных с жизнедеятельностью и условиями проживания в районах Крайнего Севера. Это вопросы инфраструктурного развития территорий, медицины и образования, защиты прав коренных народов и т.п.

Так, совместно с международной ассоциацией «Объединенные города и местные власти Евразии» на одной из площадок СФУР планируется рассмотреть лучшие практики местного самоуправления в северных регионах, улучшения качества жизни. Отметим, что по поручению главы государства в России разработан перечень арктических опорных населенных пунктов – 16 агломераций. Для каждого из них формируются мастер-планы социально-экономического развития до 2035 года.

Интерес к трудоустройству на Севере остается стабильно высоким, но и условия жизни там должны быть достойными, убежден генеральный директор Проектного офиса развития Арктики (ПОРА) Максим Данькин. «Влюбленность в Арктику у людей заканчивается по итогам первого года проживания. И чтобы их удержать после этого года, надо как раз формировать для них систему комфортного проживания, связанную с соответствующей инфраструктурой, с необходимыми социальными льготами, стимулами, с высокой зарплатой и т.д. Только в этом случае человека можно удержать на Севере», – рассуждает он.

Стоит сказать, совместно с ПОРА Северный форум проведет панельную сессию относительно перспектив реализации идеи Трансарктического транспортного коридора, что позволит стимулировать экономическое развитие арктической зоны, в том числе за счет загрузки портов вдоль Севморпути, а также повысить транспортную доступность для населения.

«На многих площадках обсуждаются перспективы конкретно Северного морского пути, но у нас тема берется шире. Это не только СМП, но и другие маршруты, которые смогут пройти по северным территориям, делая эффективной логистику. Представители регионов в этом свете представят, какие у кого есть возможности», – рассказывает Дарьяна Максимова.

Важной темой, продолжает она, обещает стать обсуждение концепции по арктическому туризму. Соответствующую сессию планируется провести совместно с рабочей группой Совета Федерации по туризму.

В арктической зоне РФ сегодня действует более 150 туристических проектов. В настоящее время регион посещает более 1,2 млн туристов в год. Причем, сообщили в Корпорации развития Дальнего Востока и Арктики 97% путешественников оказались полностью довольны поездкой, а каждый третий возвращается в Заполярье.

Хотя многие районы Арктики достаточно сложно сделать массовым туристическим направлением, даже ограниченные турпотоки могут принести ощутимый вклад в экономику Крайнего Севера. Вместе с тем принципиально важно, чтобы при посещении этих мест принимались во внимание культурные традиции и экологические приоритеты.

В условиях повышения интереса к этнокультуре и экологии туризм в северных широтах может стать одним из способов сохранения традиционного образа жизни коренных народов, считает сенатор Александр Новьюхов. «Это инвестиция не только в экономику, но и в культурное наследие», – убежден законотворец. 

От поморов до наших дней

Немаловажно помнить, как осваивали Север наши предки. По совпадению в этом году отмечается несколько юбилейных дат. Это 500-летие освоения Севморпути и 400-летие освоения Дальнего Востока, 300-летие с начала первой Камчатской экспедиции и 100-летие с начала комплексной экспедиции в Якутии. Кстати, последняя внесла значительный вклад в изучение различных аспектов жизни и природы Республики Саха. Экспедиция имела практическое значение: на ее основе строились планы социального развития, производилось районирование региона, принимались кадровые и инфраструктурные решения. По выражению генерального директора ФИЦ «Якутский научный центр СО РАН» Михаила Лебедева, наука говорила языком управления, а результаты становились инструментом планирования.

Исторической тематике организаторы СФУР решили посвятить отдельную площадку. При этом планируется привлечь специалистов к обсуждению концепции многотомного труда «История российской Арктики». Данное издание намечено под эгидой Министерства науки и высшего образования РФ.

«Есть разные труды по истории Арктики, но, насколько мы знаем, единой, всеохватывающей работы по арктическому региону нет. Вместе с тем такой запрос существует, о чем свидетельствуют планы Минобрнауки», – отметила Дарьяна Максимова.

Помимо использования общеизвестных исторических методов и теорий, по мнению представителей науки, необходимо определить наиболее значимые для Арктики концептуальные опоры и теоретические принципы, включая междисциплинарный подход – использование методологии истории, географии, социологии, этнологии и др.

В свою очередь руководство Северо-Восточного федерального университета заявило о готовности взять на себя работу в координации с другими научными организациями над материалами по восточной части арктического региона России.

Помимо академической значимости многообещающего труда речь заходит и о просветительской деятельности. «Мы все слышали о Шмидте, Папанове, но, как правило, самую общую информацию. А какая конкретно была цель исследования их полярных маршрутов – к этому у широкой аудитории есть неподдельный интерес», – подчеркнула Дарьяна Максимова.

Стоит сказать, еще одной новацией предстоящего форума станет организация совместно с обществом «Знание» открытых лекций экспертов по Арктике. Причем планируется их сделать не только познавательными для профильных специалистов, но и всех желающих, в особенности молодежи.

Идеям нужен выход

Научно‑технологическое развитие Дальневосточного федерального округа сегодня находится на недостаточном уровне, обращает внимание член комитета Совфеда по федеративному устройству, региональной политике, местному самоуправлению и делам Севера Сахамин Афанасьев. По итогам 2023 года ни один из дальневосточных субъектов не вошел в число регионов-лидеров соответствующего национального рейтинга. Кроме того, в ДФО за последние 10 лет наблюдается сокращение сотрудников, занимающихся научными исследованиями. Если в 2015 году их насчитывалось 15,4 тыс. человек, то в 2023-м – 13,1 тыс.

Счетной палатой РФ, в том числе с точки зрения научного сопровождения, проводилась оценка реализуемых на Дальнем Востоке 32 федеральных госпрограмм, рассказала аудитор Наталья Трунова. Реализация 19 из них, в том числе «Развитие образования», «Экономическое развитие и инновационная экономика», «Развитие авиационной промышленности», «Развитие судостроения и техники для освоения шельфовых месторождений», «Развитие энергетики», признана не в полной мере эффективной. Аудитор назвала и положительные примеры – по программам «Развитие промышленности и повышение ее конкурентоспособности», «Развитие атомного энергопромышленного комплекса», «Научно-технологическое развитие РФ».

Кооперация науки и реального сектора экономики – задача нетривиальная. По словам Натальи Труновой, разработки научных организаций, университетов возможно применять в производствах, осуществляющих деятельность в режиме территорий опережающего развития, однако этой кооперации практически нет.

«Единичные случаи, например, в ТОР «Приморская» всем известная компания «Арника» – это биотехнологии. Наверное, такие крупицы по пальцам можно перечислить, массового характера это не носит. Это не значит, что нужно посыпать голову пеплом, сказать, что все не удалось. Этим процессом нужно заниматься», – настаивает аудитор Счетной палаты.

«К сожалению, ФОИВы нас, по сути, почти не видят. Хотя мы к ним приходим – берите наши разработки, мы готовы их внедрять и на их основе создавать самые современные средства, которые развивали бы экономику Дальнего Востока, экономику России», – сетует вице-президент Российской академии наук – председатель ДВО РАН Юрий Кульчин.

К примеру, специалисты разрабатывают уникальные сорбенты, в том числе для ликвидации розливов нефти. С просьбой тиражировать такие решения ученые обращались в Минпромторг, однако получили отзыв, что это не актуально, утверждает Юрий Кульчин. «Это было два года назад. Сейчас, когда у нас [экологическая] проблема на юге (в Черном море – прим. ред.), где можно было использовать эти сорбенты, их просто нет. Мы готовы закрыть эту проблему полностью», – заверил академик. 

В поисках партнера

Бизнесу, делающему ставку на высокие технологии, не обойтись без научного сопровождения и опытных разработок. На государственном уровне для поддержки вузов принята программа «Приоритет-2030», в которой специально для Дальнего Востока выделен отдельный трек, отметил Сахамин Афанасьев. Университеты, получившие из бюджета дополнительную помощь, смогут не только выйти на новый образовательный уровень, но и стать заметными научно-технологическими центрами ДФО, считает сенатор.

В рамках этой программы уже формируются проекты с ключевыми индустриальными партнерами, рассказала заместитель проректора ДВФУ по научной работе Светлана Гончарова. В их числе – «Газпром» (объемов заказов на НИОКР в 2028-2030 годах оценивается в 500 млн руб.; темы научных работ затрагивают композиционные материалы, резинотехнические изделия, подводную робототехнику), «Газпромнефть» (450 млн руб.; арктические материалы и технологии), «Роснефть» (390 млн руб.; упрочнение льда, судостроение, катализаторы), «Ростех» (350 млн руб.; аддитивные технологии, спецпокрытия), «Сибур» (310 млн руб.; термопластические материалы, резинотехнические изделия), «Объединенная металлургическая компания» (270 млн руб.; коррозийностойкие биметаллы и трубы) и др.

«В части фокусировки научной политики мы до 2030 года определили три стратегических технологических проекта. А именно – научно-производственные технологии мирового океана, шельфа и Арктики; биоэкономика, здоровьесбережение; интеграционная платформа искусственного интеллекта. В рамках каждого проекта сформированы продуктовые консорциумы с участием академических и индустриальных партнеров из России и АТР», – уточнила Светлана Гончарова.

Флагманом наукоемких производств региона призван стать создаваемый на острове Русский одноименный инновационный научно-технологический центр (ИНТЦ). Этот комплекс с особым преференциальным режимом объединит ученых, инженеров, предпринимателей для становления целого кластера, ориентированного на рынки АТР, заявил Сахамин Афанасьев.

Совокупная площадь ИНТЦ «Русский» превышает 113 тыс. кв. м. Более 70% помещений центра планируется отвести под инновационные производства компаний, которые будут арендовать площадки по льготной ставке.

В пилотном режиме центр планируется запустить осенью 2025 года. В настоящий момент, сообщила гендиректор Фонда развития ИНТЦ Елена Харисова, идет взаимодействие с его будущими резидентами, кто уже дал принципиальное согласие на участие в данном кластере, и теми, кто проявляет к этому интерес. 

Океан и небо

Среди главных направлений деятельности ИНТЦ «Русский» – освоение ресурсов мирового океана, развитие биофармацевтики, биотехнологий.

В общем-то это те направления, где дальневосточные ученые сохраняют сильные позиции. В частности, в области фармацевтики на основе активных соединений, встречающихся у водных биоресурсов, разработаны такие действенные препараты, как гистохром, коллагеназа и т.п.

«Гистохром делается из морского ежа. Если у человека обширный инфаркт миокарда, и в течение двух часов дать ему препарат, рубца на сердце не остается. Есть интересное направление, связанное с глазными препаратами на его основе», – говорит Юрий Кульчин.

Кроме того, проведены исследования, которые показали, что из актиний и морской губки можно получать новые типы антибиотиков.

Чтобы поставить дело на поток, необходима производственная база. «Нужно создание биотехнологического центра. Цена вопроса минимальна. Порядка 200 млн руб. надо вложить с тем, чтобы мы могли такие препараты делать, и нужна еще фармфабрика. Гидробионты – самое лучшее, что может быть в мире, потому что у нас уникальная вода, условия», – убежден академик.

Прорывных решений возможно достичь и по технике подводных исследований. Дальневосточники разработали более 20 типов подводных аппаратов, которые обладают искусственным интеллектом, проинформировал руководитель ДВО РАН. Если дальше развивать это направление, открывается мировой рынок, оцениваемый в $4 млрд ежегодно.

На Сахалине во главе угла ставят наукоемкие проекты, связанные с отраслями, которые традиционно играют ведущую роль в экономике регионе. Это, прежде всего, энергетика, говорит замминистра цифрового и технологического развития Сахалинской области Сергей Коцуконь. Здесь большие ожидания связаны с идеей водородного кластера.

Для получения водорода будет создана электролизная станция с системой подготовки деионизированной воды. В числе проектов, имеющих широкое практическое значение – энергообеспечение изолированных вышек сотовой связи, распределенная генерация энергии в труднодоступных поселениях, наземный транспорт и даже научно-исследовательское судно на базе водородных топливных элементов.

Кроме того, на Сахалине заработала авиакомпания «Аврора – беспилотные авиационные системы» (дочка «Авроры»). В конце марта впервые на Дальнем Востоке беспилотник совершил межрегиональный перелет. Он вылетел из аэропорта Оха, преодолел Татарский пролив и приземлился в Николаевске-на-Амуре. Полет прошел по расписанию в воздушном пространстве, используемом другими воздушными судами, с выполнением всех авиационных правил.

«Уже выполняем системно сценарий применения БПЛА в регионе. Это системная работа, которая у нас строится уже достаточно плотно», – сказал Сергей Коцуконь.

Как сообщили в авиакомпании «Аврора», на днях «Аврора – БАС» получила сертификат эксплуатанта. Это ведет к дальнейшим инновациям в части применения беспилотников в народном хозяйстве.

«Признание регулятором авиационной отрасли готовности «Авроры – БАС» для работы в воздушном пространстве, используемом и гражданскими воздушными судами, открывает для нас возможность коммерческого использования беспилотных воздушных судов и развития перспективных проектов в ДФО», – прокомментировал генеральный директор «Аврора – БАС» Дмитрий Третьяков.

— Михаил Евгеньевич, каково сегодня реальное состояние креативной экономики Дальнего Востока?

— Смотрите, по итогам 2025 года у нас в макрорегионе действует почти 25 тысяч хозяйствующих субъектов — это 2,6 тысячи предприятий и 22,4 тысячи индивидуальных предпринимателей. Совокупная выручка сектора превысила 60 миллиардов рублей, в бюджеты всех уровней ушло больше 6 миллиардов налогов. Цифра растёт, значимость отрасли растёт — это факт.

Но здесь есть нюанс, который я всегда подчёркиваю. Если считать по числу организаций, лидируют исполнительские искусства — это больше 1,1 тысячи организаций, самое массовое направление. А выручка у них — всего 374 миллиона рублей. Похожая картина с культурным наследием: 685 организаций, а выручки — меньше 200 миллионов. То есть много участников — не значит много денег.

По вкладу в ВРП креативные индустрии дают Дальнему Востоку 1,5%, но в отдельных регионах показатель уже кратно выше: в Бурятии — 2,7%, на Камчатке — 2,1%, в Еврейской автономии — 2,0%. Лидеры по деньгам — три отрасли: разработка программного обеспечения (18 миллиардов рублей), реклама и коммуникации (10 миллиардов) и архитектура с урбанистикой (6 миллиардов).

Концентрация пока высокая: Приморский и Хабаровский края формируют больше 60% всей выручки креативного бизнеса ДФО. Приморье одно даёт почти 28 миллиардов, Хабаровский край — 11, Якутия — 6. И вот что интересно: Якутия лидирует не по деньгам, а по условиям для бизнеса, а Приморье — по масштабу самого бизнеса.

— Востокгосплан впервые посчитал рейтинг креативности регионов. Как считали?

— Мы собрали больше 50 статистических показателей и свели их в четыре блока: экономика креативных индустрий, кадровый потенциал, культурная инфраструктура и госуправление. Всё нормировали по единой методике, чтобы регионы можно было сравнивать честно.

И вот главный вывод: ни один регион не лидирует одновременно по всем четырём блокам. Поэтому мы выделили четыре модели развития — не «правильную» и «неправильную», а просто разные пути. «Государство-архитектор» — Якутия и Приморье, где государство активно строит систему поддержки. «Культурный каркас» — Забайкалье, Амурская, Магаданская и Сахалинская области: инфраструктура богатая, но сама по себе в деньги не конвертируется, её ещё нужно научиться превращать в продукты и турпотоки. «Комплексное развитие» — Бурятия и Хабаровский край, самая устойчивая модель, потому что всё сбалансировано. И «Изобретатель» — Камчатка, ЕАО, Чукотка: интеллектуальный потенциал есть, а системы коммерциализации пока нет.

— Разрыв на самом деле микроскопический: интегральный индекс 0,555 у Якутии против 0,554 у Приморья. Якутия выигрывает за счёт системы поддержки — индекс управления там 0,85, работает целый пул институтов развития, есть креативный кластер, рибейты, акселераторы. А Приморье — безусловный лидер по экономике: 36% компаний имеют выручку больше 26 миллионов рублей, 36% платят больше миллиона налогов, 28% показывают высокую рентабельность активов. Сегодня выигрывает не тот, у кого больше денег, а тот, у кого сильнее вся экосистема целиком.

— Какой миф о креативных индустриях рейтинг разрушил?

— Что чем больше учреждений культуры — тем сильнее экономика. Смотрите на Чукотку: первое место в ДФО по музеям (1,9 на 10 тысяч жителей), библиотекам (9,0) и клубам (9,3). А индекс управления там практически ноль — 0,001, и доля крупных по выручке компаний — 0,4%. Всё есть, а не работает. И наоборот: Сахалин по числу музеев не лидер, а по посещаемости — первый, и производительность у него самая высокая в макрорегионе — 147 тысяч рублей добавленной стоимости на одного туриста. Важно не количество объектов, а то, зарабатывают ли на них.

— А какое открытие оказалось самым неожиданным?

— Что регионам почти не нужно строить инфраструктуру с нуля — она уже есть, просто плохо работает на экономику. Камчатка — первая по кадровому потенциалу (0,56), по вузам (3,3 на 10 тысяч молодёжи) и по патентам (6,5 заявки на 10 тысяч экономически активного населения). А по управлению — только 0,19, и в общем рейтинге край лишь на 4 месте. Похожая история у самой Якутии: восемь институтов поддержки, первое место в рейтинге, но крупных компаний там всего 13%, а вклад в ВРП — 1,3%. Значит, следующий шаг для всех — учиться зарабатывать на уже накопленном потенциале.

— Что регионам делать, чтобы подняться в рейтинге?

— Универсального рецепта нет, у каждого своя слабая точка. Приморье выжало максимум из бизнеса (индекс — 0,58), но кадровый индекс всего 0,28 — значит, надо вкладываться в образование. Хабаровский край — самый образованный в ДФО (84% населения) и заметный в медиа (340 упоминаний), но занимает только 5 место — не хватает стратегии и институтов развития. Забайкалье — лидер по посещаемости театров (4 424 на 10 тысяч жителей) и по культурной базе (0,59), но кадровый индекс — 0,20. Богатство региона тоже не гарантия: у Сахалина самая высокая покупательная способность зарплаты в ДФО — 5,2 прожиточного минимума, но только 6 место в рейтинге. Решает не объём денег, а качество управления.

— Какой регион вас удивил больше всех?

— Бурятия. Экономика небольшая, а в рейтинге — третье место, обошла более сильных соседей. У неё один из лучших показателей вклада в ВРП — 2,7%, крепкая культурная инфраструктура. Ограничение одно — кадры: вузов там 0,97 на 10 тысяч молодёжи, почти втрое меньше, чем на Камчатке. Подтянут образование — и Бурятия способна стать одним из лидеров креативной экономики уже не только Дальнего Востока, а всей страны.

— Если совсем коротко — в чём главный вывод всего исследования?

— В том, что креативная экономика — это не соревнование отдельных отраслей, а работа всей региональной системы целиком. Культура создаёт смыслы, образование готовит кадры, бизнес превращает идеи в продукты, а государство даёт условия для масштабирования. Выпадает хоть одно звено — и потенциал региона не раскрывается. Наш рейтинг не для того, чтобы делить регионы на хорошие и плохие, а чтобы каждый понял: что у него уже работает, а что нужно усиливать в первую очередь.

С 1 сентября вступил в силу федеральный закон «Об администраторах финансовых и товарных индикаторов». Нормативный акт стал логическим продолжением работы, начатой в 2015 году, когда в стране были установлены правила работы отечественных кредитных рейтинговых агентств. Тогда в ответ на зависимость бизнеса от зарубежных рейтинговых систем была создана национальная система оценки компаний, обеспечившая прозрачность и контроль за их финансовыми показателями. Сегодня ситуация повторяется в сфере ценовых ориентиров: внутренние и экспортные котировки по ключевым товарам расходились, создавая риски для бизнеса и государства. Новый закон закрепляет основные понятия и алгоритмы работы новой системы, устанавливает правила проверки и использования данных.

Зачем нужна национальная система ценовых индикаторов?

На протяжении десятилетий российский бизнес был вынужден опираться на данные зарубежных рейтинговых и ценовых агентств. Такая зависимость несла в себе очевидные риски: изменения методик и выходных показателей порой диктовались политикой, а не экономическими реалиями. Так, в 2014 году на фоне крымских событий международные агентства «большой тройки» массово пересмотрели оценки российских эмитентов. К примеру, Moody’s снизило рейтинги «Роснефти» и РЖД с уровня Baa1 до Baa2. Эти решения были объяснены макроэкономическими рисками и санкционным давлением, однако в России они были восприняты как политизированные шаги, искусственно ухудшившие доступ компаний к международным капиталам.

Ответом на кризис 2014 года стал принятый в 2015 году закон «О деятельности кредитных рейтинговых агентств в РФ». Документ впервые установил правила работы для рейтинговых агентств внутри страны. По сути, закон создал внутреннюю правовую базу, позволившую формировать национальную систему кредитных рейтингов и снизить зависимость от внешних игроков. В 2022 году, когда иностранные рейтинговые компании полностью ушли с российского рынка, национальная инфраструктура смогла закрыть этот пробел. Однако в области ценовых ориентиров возникла новая проблема: внутренние и экспортные котировки по нефти, углю, зерну, рыбе и другим товарам начали резко расходиться, что усложнило расчёты и проведение сделок.

Торговля прежняя. Правила новые

Ещё в сентябре 2022 года премьер-министр Михаил Мишустин поручил Банку России разработать концепцию национальной системы финансовых и товарных индикаторов. Основная цель инициативы − создание официальных ценовых ориентиров, основанных на реальных сделках внутри страны, а не на котировках зарубежных агентств. В результате в декабре 2024 года был принят, а с 1 сентября 2025 года вступил в силу федеральный закон «Об администраторах финансовых и товарных индикаторов».

Нормативный акт устанавливает четкие правила формирования и использования индикаторов на финансовых и товарных рынках. Он вводит такие понятия как «финансовый и товарный индикатор», «администратор индикатора», «исходные данные», «пользователь индикатора», а также обязует онлайн-торговые площадки использовать только проверенные индикаторы. Это стандартизирует методологии расчета цен и обеспечивает прозрачность исходных данных.

Система администраторов финансовых и товарных индикаторов предполагает, что юридические лица будут рассчитывать ценовые показатели — от стоимости нефти до курсов облигаций — и предоставлять их заинтересованным лицам или публиковать в открытом доступе. Центробанк, в свою очередь, ведет реестр администраторов индикаторов и проверяет достоверность их расчетов. В результате органы власти вправе использовать в нормативных документах только зарегистрированные в реестре, а значит и верифицированные регулятором индикаторы. Применение зарубежных индексов, таких как Brent или Bloomberg, допускается лишь при отсутствии российских аналогов, что делает национальные ориентиры ключевыми для ценообразования на внутреннем рынке.

Важно, что администратором индикаторов может стать любое российское юридическое лицо, обладающее квалифицированной командой и системой внутреннего контроля. В результате закон усиливает позиции ЦБ как ключевого регулятора, повышает инвестиционную предсказуемость для бизнеса и снижает риск ценовых манипуляций.

Центробанк надеется на бизнес

Банк России сознательно отказался от идеи создавать собственную торговую инфраструктуру. Вместо этого регулятор опирается на коммерческие B2B-площадки, которые уже доказали эффективность и способны интегрировать новые требования закона о ценовых индикаторах. Для бизнеса это даёт возможность «встроиться» в государственную систему через привычные цифровые каналы.

К сентябрю 2025 года системы ценовых индикаторов уже внедрены в нескольких отраслях экономики. Так, Санкт-Петербургская биржа предоставляет данные для расчета ценовых ориентиров в нефтехимическом и лесном секторе, строительной отрасли. Московская биржа активно участвует в формировании индикаторов для драгоценных металлов. Для рыбной отрасли основные операторы ценовых параметров на данный момент не определены. Однако ещё в апреле 2024 года на совещании Центробанка озвучивалось, что одной из платформ для сбора ценовых индикаторов рыбохозяйственного сектора является платформа Fishplace.

В целом, подход ЦБ демонстрирует стратегию партнёрства с уже существующими цифровыми платформами, а не создания собственной инфраструктуры. Это позволяет быстрее внедрять систему ценовых индикаторов, минимизировать затраты и снизить риски с точки зрения технологической надежности.

Выгоды для бизнеса и государства

Новый закон создаёт системную основу для формирования прозрачных и достоверных ценовых ориентиров в ключевых отраслях экономики. Использование уже существующих коммерческих B2B-платформ позволяет быстро интегрировать новые требования без создания дублирующей инфраструктуры, что минимизирует издержки и технологические риски. Для бизнеса это открывает возможность опираться на официальные ориентиры при заключении сделок, планировании производства и ценообразовании, повышает предсказуемость рынка и снижает риски манипуляций.

Для государства закон усиливает контроль за прозрачностью и стабильностью рынка, даёт инструменты регулирования системных рисков и создаёт национальную базу данных ценовых индикаторов, которая независима от зарубежных источников. В долгосрочной перспективе это укрепляет доверие участников к российской экономической инфраструктуре, повышает инвестиционную привлекательность стратегических отраслей и способствует выстраиванию устойчивой системы рыночного регулирования на основе реальных сделок.

В гостях у «людей Амура»

В фойе культурно-досугового центра Сикачи-Аляна не то что яблоку, ягоде негде упасть. Слева — прилавки с оберегами, амулетами, кольцами и серьгами, рюкзаками и шоперами, значками, открытками — всё ручной работы с символикой различных аборигенных народов. Нанайских больше, конечно. Всё же мангбо найни, люди Амура, — хозяева праздника. Справа доносятся умопомрачительные запахи — там точка с продукцией местных фермеров и ряды блюд, приготовленных на конкурс хозяйками из Сикачи-Аляна и Лидоги.

Из школьной столовой плывут ароматы лепешек (ушло 26 килограммов муки) и ухи (100 литров, из трех видов рыбы — сазана, белого амура и толстолобика), в спортзале заканчивают переодеваться модели, со сцены убегают после финального прогона танцоры. Начинается! «Бачигоапу, андана — здравствуйте, друзья!» Под рокот бубна и знакомый каждому нанайцу сказочный зачин «было это так давно, что даже облака не помнят» врип главы Хабаровского муниципального района Сергей Будкин дает фестивалю старт.

— Раньше «Андана», которому уже более 20 лет, был простым сельским праздником, который мы проводили, как правило, в День рыбака. Благодаря помощи властей района и правительства края он вырос до районного фестиваля. Я думаю, праздники выполняют важную задачу сохранения родной культуры. Но еще более важно, что это вклад в знакомство и содружество всех народов нашей многонациональной страны. Нам надо всем дружить, жить в мире и знать культуру друг друга, — убеждена глава поселения Нина Дружинина.

Успеть за три часа

Программа фестиваля классическая — экскурсия к знаменитым петроглифам (главному объекту притяжения туристов в село), мастер-классы, выступления танцоров и певцов, кулинарный конкурс, дегустация, угощение, спортивные состязания… Есть и необычный пункт — дефиле. На все определено три часа, события идут в разных локациях одновременно, и гости разбиваются на группы по предпочтениям. Детвору рассаживают за столики — рисовать по бересте и расписывать кружки.

Военные, ребята из 64-й отдельной гвардейской мотострелковой бригады, базирующейся у соседнего Князе-Волконского, дружно выдвигаются на спортплощадку, на матч по национальной нанайской игре чакпан. В Сикачи-Аляне в нее играют все школьники. Это заслуга местного учителя физкультуры, большого энтузиаста аборигенных игр Петра Данкана. Он — тренер команды района по национальному многоборью, в составе которой как раз его ученики, нынешние и бывшие.

— Игра «чакпан» немного напоминает волейбол, — рассказывает Петр Данкан. — На поле, разбитом на секторы, — две команды по пять человек. Травяной мяч (в прошлом его роль исполняла кочка) нужно ловить собственно чакпашками — подобием острог. Сотни лет назад на берегах Амура наши предки как раз острогами и играли, но сейчас игра стала быстрее. «Чакпан» развивает меткость, ловкость и выносливость, это же сколько побегать надо! Хотя раньше из-за большего веса спортинвентаря игрокам намного сложнее было, и бегали изначально по песку, на берегу реки.

От «Ненгне» до «Анданы»

Чакпан — игра невероятно азартная, и публика на трибунах сопровождает свистом и аплодисментами любой удачный пас. На поле против военных выходит команда компании «Транснефть — Дальний Восток». Нефтетранспортники уже второй раз выступают партнером этнофестивалей в Сикачи-Аляне. Начали в апреле этого года с посвященного пробуждению природы и очищению Амура ото льда фестиваля «Ненгне», что переводится с нанайского как «весна».

— Символично, что наше предприятие выступает партнером и праздника «Андана», который в 2026-м посвящен Году единства народов России, — считает начальник отдела «Транснефть — Дальний Восток» Андрей Афанасьев. — Компания активно поддерживает коренные малочисленные народы в регионах своего присутствия в вопросах сохранения культурного наследия и реализации социально значимых инициатив. Наши волонтеры регулярно проводят экологические акции у этнокультурных памятников.

А еще сотрудницы «Транснефти — Дальний Восток» дважды участвовали в корпоративном конкурсе «Созвездие «Транснефть» с номерами, вдохновленными культурой малых народов России. В этом году взяли второе место с «Танцем приамурских мастериц». Благотворительный проект нефтетранспортников обеспечил реконструкцию этнографических залов в Гродековском музее, предприятие помогает селу Сикачи-Алян в обновлении минерализованных полос для защиты от лесных пожаров.

«Легенды сэвэнов»

Сейчас компания поддерживает проект по созданию туристической экотропы «Легенды сэвэнов» (обрядовых скульптур), которая, проходя через село и лесной массив, выводит путешественников к сикачи-алянским петроглифам. 

Эти наскальные рисунки возрастом более 12 тысяч лет включены в предварительный список объектов Всемирного наследия ЮНЕСКО. Строительство ведется в рамках федеральной инициативы «Тропы Дальнего Востока» при поддержке Минвостокразвития.

— Объем федерального финансирования составляет 130 миллионов рублей. К концу года мы планируем завершить работы. На тропе протяженностью 3,8 километра наряду со смотровыми площадками будут установлены 63 малые архитектурные формы, — сообщил Сергей Будкин. — Это фигура мамонта, стенды, помогающие расшифровать смысл петроглифов, копии самых узнаваемых наскальных рисунков, копии сэвэнов — их мы подбирали местные, сикачи-алянские, знакомые и близкие тем людям, которые здесь живут.

26 блюд из сазана

Кулинарный конкурс был одним из самых ответственных — ведь это для горожан большинство нанайских блюд — экзотика, знают в основном рыбную талу и солиму, десерт из лепешки и ягод (его, кстати, на фестивале учили готовить на мастер-классе). А сикачи-алянцы знакомы с национальной кухней не понаслышке, все село — сплошные знатоки и ценители. Но первыми пробы с деликатесов снимало жюри, в состав которого вошли профессионалы — специалисты кулинарного направления.

Попробовать, как готовят нанайские хозяйки, смог каждый гость фестиваля. На богатых столах, конечно, царила амурская рыба — всех разновидностей и во всех видах. Жареная в муке и кляре, соленая и копченая, юкола, рыбный паштет, картофельная тала (естественно, с рыбой), торт из печени кеты, оладьи из икры сазана… Из него, по словам 65-летней Людмилы Гейкер из Лидоги, «можно сделать 26 блюд, включая холодец из шкуры, ничего не пропадает, даже чешуя идет на серьги, а кости — на бусы».

Все это будет носиться

Большой концерт привлек в зал множество молодежи — ведь наряду с хореографическими и вокальными номерами их ждали модные показы. Как рассказала председатель районной общественной организации «Ассоциация КМНС Хабаровского района Хабаровского края» Маргарита Актанко, организаторы фестиваля пригласили к участию двух уже известных национальных дизайнеров — ульчанку Оксану Кучекта родом из села Булава и мастерицу из Сикачи-Аляна Наталью Баранову.

Оксана представила коллекцию этнической одежды своего бренда «Галдан» («живущие на сопке»), с которым уже знакомы в Москве, Санкт-Петербурге и, разумеется, в Хабаровске. Ее капсула — не для музейных экспозиций. «Идея моей коллекции — сделать национальную, традиционную одежду повседневной, — объясняет свою задачу Оксана Кучекта. — Чтобы в ней можно было пойти в кафе, магазин, другие общественные места. Но чтобы при этом она сохраняла и выражала национальную идентичность региона».

Ей это однозначно удалось. Так же, как удалось Наталье Барановой создать этноукрашения, которые с охотой будет носить любая современная женщина. Некоторые серьги ее работы были, к слову, замечены в сувенирной лавке Гродековского музея. Традиционные линии и орнаменты дизайнеры, конечно, берут у старых мастеров. Чтобы, как и задумывалось, не прерывалась связь времен и этносов, и не только в Год единства народов России. Поэтому фестивали в Сикачи-Аляне уже решено сделать традиционными.

Лидеры со знаком «минус»

Самый большой долг по зарплате на конец августа 2026 года зафиксирован в Якутии — 198 508 тыс. рублей. Это в 4,2 раза больше, чем у следующего региона в списке. В Камчатском крае задолженность составила 47 636 тыс. рублей. Далее следуют Приморье (5 065 тыс. рублей) и Хабаровский край (5 013 тыс. рублей) — показатели у соседей почти одинаковые. У ЕАО долг равен 457 тыс. рублей, у Магаданской области — 313 тыс., у Чукотки — 127 тыс. рублей.

В Сахалинской области на конец августа 2026 года задолженность составила 13 654 тыс. рублей. Это пятый показатель в округе, но важно учитывать, что в течение года он был значительно выше. В Бурятии, Забайкальском крае и Амурской области на конец августа задолженность отсутствовала.

Совсем иначе выглядит картина в пересчете на одного работника, т.е. представителя экономически активного трудоспособного населения субъекта. Здесь первое место с огромным отрывом занимает Приморский край — 2 532 500 рублей на человека. Это самый высокий показатель не только в ДФО, но и по всей стране. Причина в том, что общая сумма долга в крае небольшая (5 065 тыс. рублей), но сконцентрирована на крайне малом числе работников. Второе место занял Камчатский край (313 395 рублей), третье — Магаданская область (313 тыс. рублей), четвертое — Якутия (297 168 рублей). У Чукотки показатель составил 127 тыс. рублей, у ЕАО — 114 250 рублей, у Хабаровского края — 54 489 рублей. В Сахалинской области подушевой долг в августе 2026 года равнялся 59 624 рублям — это ниже среднего по ДФО (235 660 рублей) и ниже среднего по России (216 081 рубль). В Бурятии, Забайкалье и Амурской области данные на конец августа отсутствуют, поскольку отсутствует и сам факт задолженности.

Динамика 2026 года: взлет и падение

В Республике Саха динамика внутри прошедшего периода 2026 года была крайне неровной. В январе долг составлял 90 182 тыс. рублей, в феврале — 148 092 тыс., в марте — 173 835 тыс., в апреле подскочил до 882 023 тыс. рублей. В мае он снизился до 759 727 тыс., в июне обвалился до 1 735 тыс., в июле вырос до 26 863 тыс., а в августе — до 198 508 тыс. рублей. Таким образом, после апрельского пика долг сократился в 4,4 раза, но к августу снова вырос.

В Камчатском крае задолженность росла с мая: 46 911 тыс. рублей в мае, 48 650 тыс. в июне, 50 801 тыс. в июле, 47 636 тыс. в августе. С начала года долг увеличился более чем вдвое: в январе было 20 302 тыс. рублей. В Приморском крае наблюдалось устойчивое снижение: с 18 378 тыс. рублей в январе до 5 065 тыс. в августе — падение в 3,6 раза. В Хабаровском крае долг снижался пять месяцев подряд: с 25 101 тыс. рублей в январе до 5 013 тыс. в августе — падение в 5 раз.

В Магаданской области задолженность весь год держалась на одном уровне — 313 тыс. рублей. В ЕАО долг колебался: 2 885 тыс. рублей в феврале, 4 261 тыс. в июне, 457 тыс. в августе. На Чукотке долг появился только в августе — он составил 127 тыс. рублей. А вот на Сахалине и Курилах динамика была самой неоднородной. В январе долг составлял 97 832 тыс. рублей, в феврале — 113 738 тыс., в марте — 132 283 тыс., в апреле — 113 086 тыс., в мае — 111 637 тыс., в июне — 104 789 тыс., в июле — 109 707 тыс., а в августе рухнул до 13 654 тыс. рублей. Это падение почти в 8 раз за один месяц.

В Бурятии долг фиксировался только в апреле (7 883 тыс. рублей) и мае (6 138 тыс. рублей). В Забайкальском крае задолженность держалась с января по июнь: 77 013 тыс. рублей в январе, 76 512 тыс. в феврале, 151 358 тыс. в марте, 843 тыс. в апреле, 818 тыс. в мае, 224 тыс. в июне. С июля долг отсутствует. В Амурской области задолженности не было ни в одном месяце 2026 года.

Настоящее и прошлое

Данные за 2025 год показывают, что ситуация в большинстве регионов ДФО была иной. В Республике Саха в январе–апреле 2025 года задолженность отсутствовала, в апреле составила 480 тыс. рублей. В августе 2025 года долга не было. Таким образом, август 2026 года (198 508 тыс. рублей) — это резкий рост с нуля.

В Камчатском крае в августе 2025 года долг составлял 12 752 тыс. рублей, в августе 2026-го — 47 636 тыс. рублей (рост в 3,7 раза). В Приморском крае август 2025 года дал задолженность на 912 тыс. рублей, август 2026-го — 5 065 тыс. рублей — неуплата увеличилась в 5,5 раза. В Хабаровском крае, по данным на август 2025 года, долги по зарплате составили 30 350 тыс. рублей, в августе 2026-го — 5 013 тыс. рублей (снижение в 6 раз).

В Магаданской области данные следующие: август 2025 года — 2 279 тыс. рублей, август 2026-го — 313 тыс. рублей, снижение в 7,3 раза. В ЕАО в 2025 году задолженности не было вообще, в августе 2026-го — 457 тыс. рублей. На Чукотке в 2025 году долг фиксировался в феврале (203 тыс. рублей) и октябре (134 тыс. рублей), в августе 2026-го — 127 тыс. рублей.

В Сахалинской области август 2025 года дал нулевую задолженность, а август 2026-го — 13 654 тыс. рублей. В Бурятии в 2025 году долг держался на уровне 365 тыс. рублей практически весь год, в августе 2026-го — ноль. В Забайкальском крае в 2025 году долг был стабильным: 34 326 тыс. рублей в январе, 79 654 тыс. в декабре. В августе 2026-го — ноль. В Амурской области задолженности не было ни в 2025, ни в 2026 году.

Борьба с долгами: у кого получается лучше

Якутия — самый проблемный регион ДФО по абсолютному зарплатному долгу. Республика не справляется с этой проблемой: после апрельского пика в 882 млн рублей долг снизился, но к августу снова вырос до 198,5 млн. Динамика скачкообразная, что говорит об отсутствии системной работы с долгами — они возникают разово на крупных предприятиях и затем гасятся, но полностью проблема не решается. Подyшевой долг (297 168 рублей) выше среднего по Дальневосточному федеральному округу, что также говорит о серьезности проблемы.

Камчатский край — второй по абсолютному долгу и один из лидеров по подушевому показателю (313 395 рублей). Ситуация ухудшается: с мая долг держится на уровне 47–51 млн рублей, а с начала года вырос более чем вдвое. Регион плохо справляется с задолженностью — положительной динамики нет.

Приморский край формально сократил долг в 3,6 раза с начала года, но подушевой показатель в 2,5 млн рублей говорит о том, что долг сконцентрирован на малом числе работников. Это может указывать на проблемы на конкретных предприятиях, а не на системный кризис. Регион скорее справляется, но точечно.

Хабаровский край — один из немногих регионов с устойчивым снижением долга: падение невыплаченных сумм уменьшилось в 5 раз с начала года и в 6 раз к августу 2025-го. Подyшевой показатель (54 489 рублей) — один из самых низких в ДФО. Это говорит о том, что субъект успешно справляется с задолженностью.

Сахалинская область тем временем показала самое резкое улучшение: долг рухнул в 8 раз за август. С начала года снижение с 97,8 млн до 13,7 млн рублей. Подyшевой показатель (59 624 рубля) ниже среднего по России. Регион эффективно справляется с задолженностью.

А вот Республика Бурятия, Забайкальский край и Амурская область полностью выглядят как самые стабильные регионы к августу 2026 года. Первые два субъекта имели долги в начале года, но к концу лета свели их к нулю, а у Приамурья не было задолженности вовсе.

Отраслевой разрез

Данные Росстата по видам экономической деятельности показывают, что просроченная задолженность по зарплате в России распределена крайне неравномерно. В 2026 году среднемесячная номинальная начисленная зарплата по всем отраслям выросла до 114 742,7 рубля к августу (в январе — 103 611,6 рубля). Однако именно в отраслях с высокой добавленной стоимостью и концентрацией крупных предприятий скапливаются самые крупные долги. И здесь Дальний Восток синхронизируется с общероссийской тенденцией.

Обрабатывающие производства — абсолютный лидер по уровню задолженности среди крупных отраслей. В августе 2026 года долг здесь составил 114 672,8 тыс. рублей. Это объясняется большим числом предприятий и высокой численностью работников. Внутри отрасли выделяются производство кокса и нефтепродуктов (171 256,2 тыс. рублей), производство лекарственных средств (148 187,8 тыс. рублей), производство прочих транспортных средств и оборудования (136 015,6 тыс. рублей), производство компьютеров, электронных и оптических изделий (149 817,5 тыс. рублей) и производство автотранспортных средств (120 658,2 тыс. рублей). Эти цифры отражают как масштаб отрасли, так и проблемы с платежной дисциплиной на отдельных предприятиях.

Добыча полезных ископаемых — вторая по значимости отрасль по зарплатной задолженности. В августе 2026 года долг составил 171 315,5 тыс. рублей. Внутри отрасли лидирует добыча нефти и природного газа (208 755,2 тыс. рублей) и добыча металлических руд (187 532,5 тыс. рублей). Это парадоксальная ситуация: отрасли с наибольшими зарплатами (в добыче нефти и газа средняя зарплата в августе 2026 года достигала 208 755,2 рубля) одновременно накапливают и максимальные по объемам долги. Причина — в концентрации задолженности на отдельных предприятиях, которые испытывают финансовые трудности, несмотря на отраслевой рост.

Наименьшие долги зафиксированы в образовании (121 226,9 тыс. рублей — это один из самых низких показателей среди бюджетных отраслей). Также минимальные неуплаты фиксируют в здравоохранении (88 865,4 тыс. рублей) и культуре (93 100,7 тыс. рублей).