Окно в Поднебесную

Амурская область из всех приграничных регионов ДФО имеет самую протяженную границу с КНР. Безусловно, это определяет вектор внешних связей. Как отметил зампред областного правительства Павел Пузанов, за последнее время регион наладил деловые контакты с 17 новыми странами-партнерами из Юго-Восточной Азии, Ближнего Востока, Африки, СНГ. Тем не менее на Китай приходится 76% товарооборота области с зарубежными государствами.

«У нас наработан уникальный опыт взаимодействия с соседней провинцией Хэйлунцзян. Ежегодно проводится множество совместных мероприятий. В этой части Амурская область в числе лидеров среди российских субъектов», – заявил глава Приамурья Василий Орлов.

По его словам, региональные власти стремятся сделать Благовещенск окном России в Китай. В городе, например, создается центр российско-китайского делового сотрудничества федерального уровня, который станет пилотной площадкой по внедрению новых практик взаимодействия с соседом.

Немаловажно, что через областной центр формируется полноценный транспортный коридор, а развитие отношений с КНР сказывается на динамике трансграничных перевозок. В 2023 году через трансграничный мост Благовещенск – Хэйхэ проследовало 51,4 тыс. транспортных средств, в 2024-м – 65 тыс., в 2025-м – 98 тыс.

На увеличение размера движения влияет доведение автомобильного пункта пропуска Кани-Курган до проектных параметров. Количество полос на погранпереходе в конце прошлого года выросло до 16. При необходимости их можно увеличить до 24-х, уточнили в Росгранстрое.

Как ожидается, в 2027 году трафик по мосту возрастет почти в 2,5 раза, до 243 тыс. транспортных средств. Рост произойдет за счет освоения местной грузовой базы и обеспечения внешнеторгового транзита между КНР и другими регионами Дальнего Востока. В частности, с Амурского газоперерабатывающего завода в Свободном отгрузки продукции в этом году могут увеличиться до 500 грузовиков в сутки, Дальневосточного агротерминала в Белогорске – до 150, Сухого порта в селе Березовка – до 135. Прогнозируется, что отправки предприятий-резидентов ТОР «Амурская» суммарно достигнут 2 тыс. машин ежесуточно и более.

Для освоения растущих перевозок важна пропускная способность не только самого мостового перехода, но и внутрирегиональной дорожной сети, формирующей этот международный маршрут, получивший название Амурский коридор. Ликвидация узких мест на данном пути – одна из актуальных инфраструктурных задач.

Так, прорабатывается строительство автомобильного обхода поселка Новобурейский протяженностью 4,4 км, рассказал зампредседателя областного правительства Павел Матюхин. «Сегодня это самый короткий маршрут от международного моста в Китай в ЕАО и Хабаровский край, по которому в несколько раз увеличился трафик. Автодорога перенаправит интенсивный транзитный грузопассажирский поток за пределы улично-дорожной сети Новобурейского», – отметил он. На создание обхода, что повлияет на увеличение маршрутной скорости, регион запрашивает 1,3 млрд руб. из федерального бюджета.

Необходимо также завершить реконструкцию дороги Благовещенск – Свободный. Отдельные участки трассы – наиболее аварийноопасные: за пять лет там допущено 207 ДТП, погибло 44 человека и 347 получили травмы. Для реконструкции ключевого участка дороги (96-109 км) требуется 2,5 млрд руб. Кроме того, с учетом интенсивности движения нужен капитальный ремонт федеральной трассы «Амур» (Р-297) на подъезде к Благовещенску с его расширением до четырех полос.

Дороги свяжут, мосты разведут

Власти региона признают, что ситуация с состоянием дорожного хозяйства в Амурской области обстоит не лучшим образом. С 2019 года, когда реализовывался нацпроект «Безопасные качественные дороги», удалось привести в норматив почти 1 тыс. км региональных и местных дорог. Между тем сказывается накопительный эффект от недофинансирования инфраструктуры в предыдущие десятилетия.

В нормативном состоянии находится лишь 42,5% региональных дорог, а с учетом местных – 33% (общая протяженность автодорожной сети Амурской области составляет 16,4 тыс. км). Регион по этому показателю занимает 82-е место в стране.

Для того, чтобы к 2030 году в нормативном состоянии было не менее 60% трасс, как это определено новым нацпроектом «Инфраструктура для жизни», требуется отремонтировать 1,1 тыс. км дорог. В этом сезоне в области приведут в норматив порядка 110 км дорог. Понятно, что такими темпами поставленной задачи за ближайшую пятилетку не решить, но здесь многое зависит от бюджетной обеспеченности. Дополнительное финансирование из федерального бюджета областные власти оценивают не менее 6 млрд руб.

Помимо приведения к нормативу существующих трасс, ключевыми проектами модернизации дорожной сети является строительство путепроводных развязок. Амурская область рассечена Транссибирской магистралью, многие автодороги пересекают железнодорожные пути в одном уровне, а это опять же ограничения трафика и риск транспортных происшествий.

«В условиях увеличивающейся пропускной способности Транссиба, межпоездной интервал сокращается, время ожидания для водителей автотранспорта на переездах увеличивается. Поэтому нам необходимо создать такие условия для людей, чтобы они комфортно и, самое главное, безопасно могли пересекать железную дорогу», – отмечал Василий Орлов.

В 2025 году открыто движение по путепроводу в Серышево и в Новобурейском. Сейчас подобный объект строится в Белогорске, его обещают сдать в следующем году. Как рассказывают местные жители, город давно нуждается в новом путепроводе, поскольку старому аналогичному сооружению нужен капитальный ремонт. Но если последний закрыть, Белогорск останется без главного связующего перехода через железную дорогу.

Еще три путепровода находятся пока в планах. Особенно актуальна постройка такого сооружения через железнодорожную станцию Благовещенск.

По словам Павла Матюхина, сейчас основную связь между районами областного центра, который разделен железной дорогой, обеспечивает улица Калинина, которая становится бутылочным горлышком. Примерно до 70 тыс. автомашин проходит в сутки через существующий переезд, но он регулярно закрывается вследствие прохождения поездов с углем в адрес Благовещенской ТЭЦ (ежегодно осуществляется подача порядка 35 тыс. вагонов).

Помимо этого, в непосредственной близости от будущего путепровода запланирована масштабная жилищная застройка, включающая проект «Дальневосточный квартал». До 2036 года в этой локации планируется ввод 1,4 млн кв. м жилья. Таким образом, возведение путепровода позволит улучшить автомобильное движение в условиях растущей агломерации.

Потребность в строительстве путепроводного развязки оценивается в 11 млрд руб. Хотя есть соответствующее поручение главы государства, источник финансирования стройки не определен, уточнил зампред областного правительства. 

Проект на троих

Помимо Амурского коридора в регионе начинает формироваться еще один амбициозный транспортный маршрут. Он связан с восстановлением работы участка железной дороги Сковородино – Рейново и пограничного перехода Джалинда – Мохэ.

Как известно, на первом этапе перевозки в Китай будут осуществляться через Амур паромом или, с перегрузом на автотранспорт, по наплавному мосту. По этой схеме возможно обеспечить отправки грузов до 5 млн т в год. Следующий этап – создание мостового перехода, в результате чего провозная способность погранперехода возрастет до 20 млн т ежегодно.

С учетом экспертного мнения определено, что сооружение будет совмещенным – железнодорожным и автомобильным. Стоит напомнить, именно таким в свое время задумывался мост Благовещенск – Хэйхэ. Затем было решено, что через некоторое время после строительства автомобильной части мостового перехода приступят к созданию железнодорожной. Сегодня про это не вспоминают.

Недавно начались подготовительные работы по восстановлению железнодорожной линии Сковородино – Рейново. Реконструкцию участка, который взят у ОАО «РЖД» в аренду на 24 года, берет на себя АО «АК “Железные дороги Якутии”», заинтересованное в вывозе экспорта из республики по дополнительному маршруту. Восстановлением смешанного пункта пропуска Джалинда занимается ЗАО «Граница».

Организация нового транспортного коридора должна способствовать дополнительному потенциалу российского экспорта, в первую очередь угля, сжиженного природного газа, железной руды, сельхозпродукции. В руководстве Якутии неоднократно отмечали, что не могут вывезти все объемы угольной продукции из-за лимитирующей инфраструктуры Восточного полигона.

Реализовать проект мостового перехода планируется по модели международной концессии, как было в случае с мостом Благовещенск – Хэйхэ, сообщила министр внешних связей и туризма Амурской области Екатерина Киреева. Причем пункт пропуска предлагается сделать не только грузовым, но и пассажирским. «Правительство Амурской области готово направить такой пакет документов в Минтранс России», – сказала министр.

В свою очередь директор департамента международного сотрудничества Министерства транспорта РФ Дмитрий Шиян уточнил, что пока речь идет о проработке возможности строительства моста. Одновременно отрабатывается соответствующий проект межправительственного соглашения с причастными федеральными ведомствами. В прошлом году китайским партнерам со стороны ЖДЯ и Минтранса были предложены координаты расположения будущего сооружения, и консультации по данному вопросу продолжаются, проинформировал чиновник.

В 2026 году, как рассчитывают в правительстве Амурской области, планируется приступить к проектированию совмещенного моста. Только на начальном этапе создания мостового перехода важно изыскать 17 млрд руб. Пока что предполагается выработать финансовую модель реализации проекта с участием Минтранса России, Амурской области и Якутии.

Строительство мостового перехода Джалинда – Мохэ значится в планах на ближайшую пятилетку, заявил, выступая на днях в Совете Федерации, Василий Орлов. Но сколько именно времени может занять реализация проекта, неизвестно. Для сравнения, при создании железнодорожного моста Нижнеленинское – Тунцзян от официального старта до сдачи объекта в эксплуатацию прошло восемь лет, а если точкой отсчета брать начало переговоров с Китаем – то почти шестнадцать.

– Алена, идея создания на Камчатке какого-то общественного пространства, связанного с вулканами очевидна. Но все-таки речь о вашей истории – почему именно музей, почему именно вулканы?

– На Камчатку я прилетела впервые десять лет назад по работе. Уезжала с ощущением, что это необыкновенное место, и за один приезд невозможно прочувствовать всю красоту и дух Камчатского края. Я вернулась. Раньше я работала в пресс-службе РЖД, имела опыт проведения масштабных общественных мероприятий, за плечами много проектов. Весь мой опыт стала использовать на Камчатке. В тандеме с Сергеем – вулканологом и математиком – сначала появился Музей занимательной науки «Интересариум», потом «Вулканариум», который превратился не просто в музей, а в культурно-познавательное и образовательное пространство, рассказывающее о нашей планете в целом. Здесь посетители смогут увидеть извержения вулканов, побывать в лавовой пещере, прикоснуться к многовековым камням, а также вести наблюдение за выходом вулканических газов и многое другое. Также Сергей разработал курс общей вулканологии для гидов-экскурсоводов и популяризаторов науки.

Сергей постоянно мониторит не только то, что происходит на Камчатке, но и вообще в мире – и с точки зрения вулканологии, физики, математики, естественно-научных дисциплин. Он постоянно держит руку на пульсе, что очень обогащает наш музей. Коллекции пополняются почти каждый год.

– Сколько у вас экспонатов и какие самые интересные?

– Основу экспозиции составляют образцы вулканических пород, как древних, так и совсем свежих, а также магматических минералов. Количество экспонатов навскидку сказать невозможно, но их точно больше двух сотен. Музей размещается в трех залах с интерактивными экспозициями, есть виртуальный зал, где посетители могут полетать над Камчаткой, над Долиной гейзеров, есть палеонтологическая экспозиция, фотозона с вулканами из космоса — ее мы сделали в коллаборации с космонавтом Олегом Артемьевым. Есть моя любимая, личная коллекция – экспозиция камней в форме сердечек. Все можно пощупать, у нас тактильная экспозиция, и это очень нравится людям – нет музейного строгого принципа «не трогай». Самую большую ценность нашего пространства составляет информация, которую дают живые экскурсоводы или аудиогиды.

– Расскажите какой-нибудь интригующий факт, что-нибудь из ваших рассказов на экскурсиях.

– Вулканы распаковывают столько информации! Часто люди, приезжая к нам на экскурсии, оказываются в культурном шоке. Что больше удивляет – информация. Мы рассказываем о том, что без вулканов жизнь на планете вообще невозможна. Если не будет действия вулканов, верхняя часть земной коры со временем вберет в себя воду Мирового океана, превратившись в гидросиликатные минералы. Именно вулканы возвращают нам в атмосферу эту «окаменевшую» многие миллионы лет назад воду. А без воды нет жизни на планете, как вы знаете. Также мы рассказываем в числе прочего о том, как вулканы помогли человеку стать человеком, подсказав тысячелетия назад некоторые полезные технологические процессы – это надо слушать, я хочу оставить интригу, чтобы люди сами узнавали это от нас и вдохновлялись. Наши рассказы – это наша фишка.

– Какова статистика посещаемости?

– «Вулканариум» стал востребован на Камчатке с момента запуска, так как ничего подобного в то время не было. Но начинали на старте мы с тысячи посетителей в год. В прошлом году у нас было уже 22 тысячи гостей. Динамика наблюдается ежегодно, и в этом году должно быть существенно больше. Это позволяет нам уверенно смотреть в будущее. Теперь мы ведем экскурсии на пяти языках.

– На кого рассчитан ваш музей и кого из посетителей больше – иностранцев, жителей России, Дальнего Востока или местных жителей?

– Сейчас больше российских туристов. Много людей едут из регионов Дальнего Востока и Сибири: Владивосток, Хабаровск, Новосибирск, Иркутск. Но больше всего из Москвы, Санкт-Петербурга, из центральной России. До пандемии много было иностранцев: бывало, что одновременно на французском, английском и русском велись параллельные экскурсии. Китайских гостей все больше. Для них экскурсии проводят носители языка. Летом очень много туристов, мы не можем всех сразу вместить, работаем только по предварительной записи.

– Расширяться планируете?

– Безусловно, нам тесно. Пока расширяем присутствие, организуя авторские туры, где экспозицией становится сама природа. Прогнозируем, что появится обновленная версия музея: есть договоренность с губернатором края Владимиром Солодовым, что в рамках мастер-плана Петропавловска-Камчатского «Вулканариум» будет представлен в новом общественно-культурном комплексе в центре города. Также отмечу, что из нашего музея вырос еще проект экологической направленности – туристический центр «Ойкумена». Также для местных жителей и гостей проводим экологические мастер-классы, творческие программы. Мы позиционируем себя как музей для взрослых, но детских программ у нас много. В конце каждой экскурсии наши гости могут попробовать вулканическое варенье и камчатский чай.

– Михаил, о чём ваш музей?

– Идея создания музея в 2017 году пришла генеральному директору «Океанрыбфлота» Евгению Новоселову. Непосредственная работа над ним началась летом 2020 года, а открытие музея состоялось в апреле 2022 года. Собрали команду быстро, всё как-то легко складывалось. От старта работы над проектом до открытия прошли всего 1 год и 9 месяцев. Основной идеей была передача знаний о традициях нашей компании, которая успешно работает уже 56 лет, чтобы сохранить память о тех людях, которые своими руками строили и развивали рыбную промышленность на Дальнем Востоке. А также показать труд тех, кто по сей день выходит в море в составе промысловых экспедиций.

– Хотелось бы подробностей о ваших экспозициях...

– Мы стремились включить в концепцию музея образы, значимые для Камчатки и её жителей: суровую природу, флот, богатые морские ресурсы и людей, чья жизнь тесно связана с океаном. Мы хотели показать, как жизнь и работа на краю континента, в суровых условиях океана, формируют уникальные навыки и характер у целых поколений людей.

Используя современные технологии, мы стараемся передать этот опыт максимально ярко и доступно. И интерьер, и экстерьер музея мы выполнили в едином ключе. Цвета, выбранные для оформления музея, отсылают к природной среде нашего края: белый – цвет снега и морской пены, черный – вулканическая лава и песок океанических пляжей, синий – цвет неба и океана.

Перед входом в музей устроена аванплощадь с мощением гранитной брусчаткой и встроенной подсветкой, символизирующей Млечный путь, издавна служивший верным ориентиром морякам. Полукруглый козырек волной укрывает входную нишу. Между внутренним и внешним слоями фасадов устроена декоративная динамическая подсветка – от белого до темно-синего, создающая эффект накатывающей волны.

Площадь музея составляет чуть более 300 метров, это три связанных между собой зала. У нас есть 20 контактных экспонатов, 19 мультимедийных проекторов, три интерактивных сенсорных стола, четыре интерактивные инсталляции с использованием лазерного сенсора и четыре зоны с информационными стендами. Есть у нас и предметы быта и обихода моряков-рыбаков – компас, секстант, судовой хронометр, иллюминатор, кухтыли и другое.

Мы хотели сделать музей таким местом, где традиции и инновации встречаются, создавая уникальное пространство для знакомства с историей и культурой рыбной промышленности Камчатки. Надеюсь, у нас получилось достичь этой цели.

– Какой самый интересный экспонат, на ваш взгляд?

– Наверное, это самый древний из наших контактных экспонатов – адмиралтейский якорь с судна времен эпохи Просвещения. Найден в Авачинской бухте.

Наши краеведы выделяют две версии его появления здесь: якорь остался после боя с англо-французской эскадрой в 1854 году, и вторая – его утратили британские, японские или американские браконьеры, промышлявшие тут в то же время. Возраст это фактурного якоря составляет 150-170 лет, длиной два метра, весом около 260 кг.

Из интерактивных экспонатов могу отметить виртуальную экскурсию на новый супертраулер компании – «Георгий Мещеряков», который в марте 2023 года был признан мировым лидером в номинации «Лучшее судно-завод» по версии Baird Maritime – одного из ведущих мировых издательств в области судостроения, флота и рыбной промышленности. Стоя перед большим панорамным экраном, можно «пройти» по всем палубам и помещениям и посмотреть, в каких условиях трудятся люди. Разворачивая камеру на 360 градусов, есть возможность получить полный эффект присутствия.

Также, один из самых впечатляющих экспонатов лично для меня — это интерактивная карта морей и океанов, где флот нашей компании когда-либо вел промысел. Эта инсталляция наглядно демонстрирует, какой масштаб охватывала работа «Океанрыбфлота»: от Антарктиды до обеих Америк, Гавайских остров, Канады, Аляски, Антарктиды, Индийского океана и других уголков Земли. Когда видишь, насколько широки и разнообразны были маршруты и задачи наших судов, то понимаешь какой огромный путь был пройден и какой вклад в развитие океанического рыболовства внесли наши люди.

– Как организована работа музея – нужно заранее записаться на экскурсию или можно зайти просто так, с улицы?

– Чтобы оптимизировать потоки, мы просим людей предварительно записаться. Экскурсия длится около 50 минут. В зависимости от сезонности количество временных слотов для организованных экскурсий с сопровождением гида варьируется от трех до семи в день. В оставшееся время мы предлагаем гостям самостоятельное изучение экспозиции. Ажиотаж бывает летом, в высокий сезон в дождливую погоду. Все те, кто планировал полететь или поплыть куда-то, но не смог из-за погоды, приходят в музеи. Первый наш турсезон стал серьезным вызовом, и именно поэтому мы пришли к формуле: группа из 15 человек и предварительная запись. С июля по сентябрь у нас, в основном, туристы, а в межсезонье приходят местные жители семьями, парами, в одиночку – с аудиогидом. Всего с момента открытия мы приняли около 25 тысяч гостей, в том числе: туристы, местные, школьники, студенты, сотрудники и ветераны компании, соискатели, деловые партнёры, пенсионеры и многие другие.

Руководство уделяет большое внимание работе с подрастающим поколением – поэтому организованные группы школьников и студентов ходят к нам каждую неделю бесплатно. Недавно запустили большую профориентационную программу, которая рассчитана на месяц для одной группы школьников, в составе которой входят ученики 8-х – 11-х классов. Они приходят в музей для встречи с нашими спикерами: сотрудниками и ветеранами компании, представителями вузов и приглашенными гостями. Ребята участвуют в командных играх, анкетировании, беседах, мы вывозим их на наши производственные объекты, проводим экскурсии на корабли. Так мы стараемся создать связку с теми, кто заинтересован в работе в отрасли и в «Океанрыбфлоте» в частности – мы хотим помочь им делать первые шаги в большую рыбалку, начиная со школы.

– Что рассказывают гостям ваши экскурсоводы?

– Мы рассказываем о развитии океанического рыболовства на Камчатке на примере нашей компании, успешно функционирующей уже более полувека. При этом у нас, в том числе, работают занятые в туристической отрасли гиды-экскурсоводы, обладающие и краеведческими знаниями. В идеале, мы хотели бы, чтобы каждый посетитель увидел существующую здесь глубокую связь между человеком и морем, насколько она сильно влияет на местную жизнь.

Ведь в некотором смысле наш музей показывает не только достижения отечественной рыбопромышленной отрасли, но и сам дух хозяйствования на полуострове. Целые поколения десятилетиями использовали морские ресурсы, приспосабливаясь к сложным условиям, развивали промысел и флот. Это позволяет по-новому взглянуть на рыбную промышленность и понять ее значимость не только с точки зрения экономики Камчатки, но и в качестве важного элемента культурного наследия региона.

– В прошлом году музей высоко отметили в Национальной премии «Корпоративный музей». Это было ожидаемо для вас?

– Мы получили теплый прием от коллег из профессионального сообщества. Но, признаться, на такой успех не рассчитывали – среди конкурентов были такие гиганты как «Газпром», «Лукойл», «Роснефть», РЖД и многие другие. Наш музей удостоен первого места в номинации «Лучший мультимедийный музейный проект», а также диплома II степени в номинации «Открытие года». Это очень приятно. Кроме того, команда архитекторов, создавшая наш музей, по сей день продолжает получать высокие оценки различных всероссийских и международных архитектурных конкурсов. Так, например, в прошлом году музей вошел в ТОП-100 проектов России, реализованных с 2020 по 2023 годы, которые выбирались из 400 заявок.

– Какие проекты планируете реализовать в рамках музея в ближайшем будущем?

– В первую очередь хотим масштабировать профориентационный проект – хотим сделать наш музей образовательным центром для тех, кто хочет испытать себя в морской профессии. Также нам важно обновление мультимедийного контента нашего музея – если мы хотим поддерживать интерес гостей, то должны делать выставки более увлекательными и информативными. Будем обновлять экспозицию уже в ближайшее время. И третье – хотим стать более открытыми для взаимодействия с местным сообществом, планируем проведение массовых мероприятий на нашей площадке.

- Сейчас наступает определенный этап возможностей для учреждений культуры, особенно для музеев на территории Дальнего Востока и Арктики. Почему? Потому что в минувшем году Минвостокразвития предприняло несколько действий, показывающих, что развитие музейных институций для него на сегодняшний момент находится в зоне особого внимания. Это и проведение Стратегической сессии в Хабаровске по развитию музеев Дальнего Востока, это и запуск первого грантового конкурса проектных инициатив для музеев ДФО, это и начало строительства новых музейных комплексов в Петропавловске-Камчатском, в Улан-Удэ и в Хабаровске.

Столько прицельных, абсолютно ясных действий со стороны федерального органа исполнительной власти, пожалуй, прежде видеть не приходилось. И тут речь явно идет не о каких-то рандомных действиях, а об определенной стратегии. Потому что для министерства совершенно точно понятно, что музейные институции – это не только учреждения, формирующие поток гостей на территорию города или региона, а уникальный институт работы с идентичностью, что для Дальнего Востока чрезвычайно важно. Также, как и для арктической зоны, где ощущение причастности себя к огромной стране, понимание своей особой роли в этой большой семье народов, населяющих Российскую Федерацию, ценно для живущих там людей.

На Дальнем Востоке и в Арктике постоянное население пока не прибавляется. Работа идет над тем, чтобы хотя бы стабилизировать население, а потом уже его наращивать различными способами. И если мы говорим о тех, кто сегодня размышляет на тему уехать из ДФО или нет, думает о степени привязанности к родной земле, то музей, который является институтом памяти и средоточием опыта предыдущих поколений, позволяет людям отвечать на очень сложные вопросы, в том числе – уехать или остаться.

Если мы говорим о людях, вновь прибывших на Дальний Восток, то важно, как они будут понимать ценность земли, на которую приехали? Почему они должны будут связывать свою жизнь с этой землей? Почему они должны будут относиться к ней не как к территории временного рубля? Кто будет вести с ними этот важный диалог? Эти сложные разговоры с собой человек может вести с подачи, в том числе, музейных институций и, безусловно, при участии всех культурных учреждений в регионе. Потому что они как раз и работают с этой идентичностью и набором жизненных ценностей и правил, которые важны не только для нашей страны, а вообще для человечества, и которые сегодня, к сожалению, очень сильно страдают под влиянием довольно агрессивных международных процессов.

— Расскажите о себе: как пришли в беллетристику?

— Я родился здесь, на Дальнем Востоке, в Хабаровске. Видимо, поэтому впитал здешние дальневосточные истории, приграничные мифы.

По профессии я юрист, как писатель состоялся несколько лет назад. Почему занялся этим? Мне показалось, что мне есть что рассказать, и, чтобы научиться делать это правильно и интересно, я закончил курсы писательского мастерства.
То есть это не «взял и начал писать». Идей много, но без профессиональной подготовки всё равно сложно: какой бы ты «уникум» ни был, с пустого места так не делается.

— Сколько у вас книг в багаже — это же не первая?

— Нет, не первая. До этого мы с женой писали в соавторстве. Начали давно, но публиковаться начали только с прошлого лета. До этого то ли стеснялись, то ли не хватало внутренней уверенности: когда я издавал первую книжку, мы очень боялись, что будет много негатива. Но в итоге всё прошло спокойно. Сейчас у меня в «багаже» двадцать с лишним книг — если считать и написанные в соавторстве.

— Придерживаетесь какого-то определённого жанра?

— Мне ближе фантастика и фэнтези. С детства, ещё в советское время, я зачитывался научной фантастикой — нашей и зарубежной, а про «фэнтези» тогда, кажется, и не слышно было как про отдельный жанр. Я и сейчас иногда читаю современную фантастику, когда есть время.
Этот жанр даёт больше возможностей не привязываться к конкретным фактам и местности, придумать свою локацию и свой мир. Но так как я дальневосточник, то и действие всех моих, и наших с супругой книг так или иначе привязано к Дальнему Востоку.

— О чём ваша новая книга «Амур 1945. Узел возвращения»?

— Я с детства слышал слухи о том, что в окрестностях Хабаровска, в районе села Малышево, стояла какая-то секретная военная часть во время войны. Сейча с многое рассекретили, и летом я был на открытии мемориала интернациональной бригаде, где служили русские, китайцы, корейцы, приамурские народы. Там готовили диверсантов и разведчиков — тех, кто втайне помогал нашим войскам добиться победы.

Я не историк и не могу писать «жёстко» только про исторические факты, и здесь как раз помогает слой фэнтези и фантастики. За основу я взял историю этой бригады, наложил сюжет о выполнении реального боевого приказа и привязал фантастическую линию: магию Амура и чёрную магию Квантунской армии. В итоге получилось военное, историческое фэнтези: оно основано на фактах, но сюжет — фэнтезийный. И главное для меня там не «война как аттракцион», потому что война — тяжёлая штука и победа даётся большой ценой. Я просчитывал прежде всего персонажные линии: как человек себя почувствует, если попадёт в военные действия, как себя поведёт и какую цену заплатит.

— Ваш главный герой переносится во времени и оказывается в другой эпохе: получается что-то вроде серии про «попаданцев»?

— Нет, это только оболочка. Это скорее сюжетный приём, чтобы описать военные события, — не более того. Действие происходит перед наступлением советских войск через Маньчжурию на Квантунскую армию — буквально за несколько дней до начала масштабной операции. С той стороны действуют японские разведроты и спецподразделения, а переправы через реку в любом месте делать очень тяжело.

Фантастический слой создаёт магическую «печать» места: когда наши бойцы туда попадают, они теряют связь, теряют понимание, где находятся, и в этой ситуации могут даже перестрелять друг друга. Если бы наши войска начали наступать и попали в это место, они могли бы не дойти до японских позиций — просто оказались бы в «месте силы».

Главный герой — современный парень, ему 25 лет. Он потомок одного из бойцов этой интернациональной бригады: на открытии мемориала были потомки, я их видел, их представляли. Но главный герой — потомок пусть и вымышленного человека, но связанного с реальными событиями 1945 года.

— Вплетение магии в подобные исторические события не обесценивает ли это жертвы и усилия людей, которые погибли? Для многих магия — что-то несерьёзное, и сочетание магии и войны может звучать легкомысленно.

— Магия здесь — не «фейерверк», а слой, который позволяет художественно описать события. Она тут не в «заклинаниях ради заклинаний». И, по-моему, она не обесценивает подвиг и принесённые жертвы. Здесь магия подчёркивает, что любое действие и любые способности не могут быть «просто так»: если они возникают «сами по себе», это сказка, а если магия ответственная — за неё нужно платить.
В книге подчёркивается, что за любое действие нужно платить цену: с главным героем происходят вещи, и он платит свою цену.

— Но в чём она выражается, что конкретно происходит?

— По книге герой связан с местом рождения и с рекой Амур: у него с рекой существует связь. И сама река — «Чёрный Дракон», как её называют наши соседи из КНР, — не «делает всё за него», но даёт понять: «я помогу — но ты за это заплатишь». Она не говорит словами «заплатишь тем-то», но герой понимает, какой будет плата.

— В общем, интрига: чтобы узнать, надо прочитать...

— Потому что события связаны с фэнтезийным сюжетом, и по-другому это не написать, это не исторический и не документальный роман: это фэнтези, основанное на реальных событиях. И фэнтези не ради развлечения, а «ответственное»: оно позволяет почувствовать, что в этой жизни мы за всё платим — и важно понимать, что ты делаешь.

— Кто ваш читатель или каким вы его видите?

— Я вижу вдумчивого читателя — человека, который уже устоялся в понимании жизни, который воспринимает историческую правду о том, что происходило здесь, на берегах Амура, в 1945 году, когда совершались ключевые финальные события Второй мировой войны. И понимает то, что происходило, в отрыве от официальных сводок: пересечения, подготовка наступления советских войск — это всё было, и до сих пор многое, возможно, закрыто грифами.

— Мне показалось, что книга нацелена на молодёжь. Вот если вспомнить переснятые с актёрами нынешнего поколения «А зори здесь тихие»: один из мотивов авторов был такой — «нынешняя молодёжь вряд ли будет смотреть советский фильм, а, посмотрев новый, они узнают о тех событиях, заинтересуются ими и, может быть, посмотрят оригинал». У вас тоже есть этот посыл?

— Да, и это основной посыл. Книжка в большей степени про память — про память, которая здесь сохраняется и где-то начинает восстанавливаться, потому что частично что-то утерялось. Это книга про память.

— Где можно прочитать книгу и была ли обратная связь?
— Книга опубликована на сервисе Литрес. Это произошло буквально несколько дней назад, так что обратная связь пока была только от друзей и знакомых: она разная, но в целом благожелательная.

«В этом году нас поддержал Президентский фонд природы – выделил грант на съемку документального фильма. Мы очень подробно снимали природу, события, которые с нами происходили, с привязкой к тем местам и к той истории, о которых писал Владимир Клавдиевич. Хотим показать изменение природы и изменение быта населения. Надеюсь, фильм будет популярным и станет еще одной визитной карточкой Приморья», – рассказал на пресс-конференции в ТАСС, посвященной окончанию экспедиции, ее участник – общественный деятель и меценат Иван Молчанов.

По пути Арсеньева

Ученый и писатель Владимир Арсеньев 30 лет изучал Дальний Восток и его коренные народы. Участники проекта Федора Конюхова повторяют маршруты исследователя – в сентябре 2024 года прошли с горы Брат в Находке до Кавалерово, преодолев более 500 км. В этом году состоялся второй этап экспедиции – команда из девяти человек на лошадях прошла от Кавалерово вдоль побережья Японского моря до поселка Терней – всего 350 км. В следующем году продолжится поход по Приморью и состоится двухнедельный сплав по реке Анюй в Хабаровском крае.

«На следующий год у нас есть план продолжить экспедицию по Приморью – в сентябре пройдет третий этап – от Тернея до села Самарга – это практически крайняя точка Приморского края. Там еще сложнее, поскольку в некоторых местах совершенно нет дорог и невозможно в случае чего сделать заброску продуктов или оказывать медицинскую помощь. Решили, что продолжим наш проект, пройдем все Приморье и передадим эстафету Хабаровскому краю», – сообщил Иван Молчанов.

Справка:

Федр Конюхов – путешественник, писатель, художник, почетный гражданин Находки. В одиночку совершил пять кругосветных плаваний, 17 раз пересек Атлантику. Первый россиянин, побывавший на всех Семи вершинах всех частей света, обладатель национальной премии «Хрустальный компас» и мировых рекордов Гиннесса. Первым в мире достиг пяти полюсов Земли, первым в России достиг Северного и Южного полюса на лыжах и совершил одиночное кругосветное плавание.

Несмотря на то, что путь ранее уже был пройден, путешествие не обошлось без опасных приключений: за Дальнегорском в устье реки Джигитовка Федор Конюхов и его напарник Иван Молчанов в ночи зашли в болото, бродили долго, пока не нашли охотничью тропу, по которой в итоге и выбрались к лагерю.

«В какой-то момент сели все фонарики. Связь, конечно, там не работает. Нам нужно было дойти до лагеря, где нас ждала команда, они уже начали на лодках нас разыскивать, но мы выбрались, все здоровы, живы. Когда мы прошли этот путь, основная мысль была – как же Владимир Клавдиевич это делал без GPS, без элементарных ракетниц и дронов. В очередной раз для себя отметили геройство тех людей и величие первооткрывателей, которые 120 лет назад шли по нашему удивительному, прекрасному краю», — отметил Иван Молчанов.

Члены экспедиции провели в пути две недели. В каждом новом месте один из участников зачитывал отрывки из работ Арсеньева об этой локации. Это позволило увидеть, как изменилась природа за 120 лет.

«Мы слушали, как выглядели эти места во времена Арсеньева. Теперь понимаем, что где-то ландшафты поменялись из-за появления дорог и городов, но остались и несколько участков совершенно нетронутых. Это в том числе Сихотэ-Алинский заповедник, созданный в 1935 году. Когда идешь по нему, чувствуешь, что люди заботятся о природе», — поделился впечатлениями меценат.

С прицелом на туризм

Команда полностью соблюла маршрут Арсеньева. Везде участников экспедиции очень тепло встречали местные жители – угощали медом, свежим хлебом и только что пойманной рыбой. Но главное – были готовы к общению, как это было во времена Арсеньева.

«Владимир Арсеньев легко вступал в коммуникацию с местными жителями, избегая какой-то конфронтации. Хотя его сопровождали вооруженные люди, где-то казаки были, где-то стрелки, как он их описывает. Но в каждом населенном пункте он встречал людей, которые становились потом или друзьями, или партнерами, как тот же Дерсу Узала – человек, который часть жизни провел с Арсеньевым и даже переехал к нему в Хабаровск», – подчеркнул Иван Молчанов.

Участники экспедиции рассказывают, что есть места, которые при исследовании Арсеньева были безлюдными, однако вскоре стали населенными, с работающими предприятиями. И все благодаря исследователю и его открытиям.

«Арсеньев описывал, например мыс Бринера в Дальнегорске в Рудной пристани, там стоит маяк Рудный – один из самых красивых в Приморье. Есть идея его восстановить. Населения там было очень мало, а буквально через два года после прохождения Владимира Клавдиевича там возникла гигантская фабрика – Бринер начал обогащать там руду. То, что было диким, стало абсолютно обжитым людьми. Мы понимаем, что Арсеньев, описав эти места и их детали, дал возможность нашей стране удержать эти территории за счет того, что обратил внимание на наличие очень важных, в будущем полезных ископаемых», – объяснил меценат.

Однако участники экспедиции отмечают, что сейчас фокус внимания местного населения смещается с потребления и добычи ископаемых в сторону туризма и гостеприимства, а это позволяет не только привлекать гостей, но и сохранять природу Приморья.

«Если раньше мы с населением общались и все относились к природе как к источнику изъятия ресурсов в виде леса, рыбы или животных, то сейчас многие жители говорят о том, что появилось очень много туристов, это позволяет зарабатывать и сохранять ресурсы. И один из смыслов экспедиции и фильма – показать крайние точки России, о которых еще люди не знают. Кроме исторического контекста, который мы закладываем в память о Владимире Клавдиевиче, есть еще и контекст туристический. Потом по нашим маршрутам поедет много людей, они попытаются повторить путь – кто-то пешком, кто-то на машинах. При этом нам еще удалось акцентировать внимание на защите природы – в данном случае это хорошая комбинация», – считает Иван Молчанов.

Нацпарк и гектар в Приморье

Федеров Конюхов сообщил, что намерен создать в Приморье национальный парк деревьев России. По задумке путешественника, там появятся саженцы, привезенные из каждого региона страны, например, лиственницу из Якутии, дуб из Воронежа, березу из Карелии.

Помимо этого, Конюхов планирует взять дальневосточный гектар в Приморье, чтоб высадить там деревья. Путешественник рассказал, что нанял эколога, который рассчитал, насколько Федор загрязняет атмосферу за один день. Чтобы компенсировать природе нанесенный ущерб, придется высадить кедры.

«Эколог подсчитал, что сосна, которой 120 лет, компенсирует мое отравление воздуха за один день. Тогда я принял решение на гектаре посадить 360 кедров. Через 100 лет, они начнут компенсировать то, что я отравил. Меня уже не будет в этом мире, а они будут восстанавливать», — объяснил путешественник.

Через всю страну на воздушном шаре

Помимо продолжения экспедиции по следам Арсеньева, Федор Конюхов в 2026 году планирует очередное необычное путешествие – летом он намерен первым в мире взлететь на тепловом воздушном шаре с Северного полюса. Компанию ему вновь составит Иван Молчанов.

«Летом на Северном полюсе хорошая погода с июня по август. Никто еще в истории человечества не взлетал на тепловом воздушном шаре с Северного полюса. Было два маршрута – лететь на Аляску или на Якутию, но понятно, что мы полетим в сторону Якутии. И шар уже изготовлен, Федор Филиппович на нем после Антарктиды пролетит через всю страну – с Мурманска до Чукотки, как раз по северным широтам», — анонсировал Иван Молчанов.