— Расскажите о себе: как пришли в беллетристику?

— Я родился здесь, на Дальнем Востоке, в Хабаровске. Видимо, поэтому впитал здешние дальневосточные истории, приграничные мифы.

По профессии я юрист, как писатель состоялся несколько лет назад. Почему занялся этим? Мне показалось, что мне есть что рассказать, и, чтобы научиться делать это правильно и интересно, я закончил курсы писательского мастерства.
То есть это не «взял и начал писать». Идей много, но без профессиональной подготовки всё равно сложно: какой бы ты «уникум» ни был, с пустого места так не делается.

— Сколько у вас книг в багаже — это же не первая?

— Нет, не первая. До этого мы с женой писали в соавторстве. Начали давно, но публиковаться начали только с прошлого лета. До этого то ли стеснялись, то ли не хватало внутренней уверенности: когда я издавал первую книжку, мы очень боялись, что будет много негатива. Но в итоге всё прошло спокойно. Сейчас у меня в «багаже» двадцать с лишним книг — если считать и написанные в соавторстве.

— Придерживаетесь какого-то определённого жанра?

— Мне ближе фантастика и фэнтези. С детства, ещё в советское время, я зачитывался научной фантастикой — нашей и зарубежной, а про «фэнтези» тогда, кажется, и не слышно было как про отдельный жанр. Я и сейчас иногда читаю современную фантастику, когда есть время.
Этот жанр даёт больше возможностей не привязываться к конкретным фактам и местности, придумать свою локацию и свой мир. Но так как я дальневосточник, то и действие всех моих, и наших с супругой книг так или иначе привязано к Дальнему Востоку.

— О чём ваша новая книга «Амур 1945. Узел возвращения»?

— Я с детства слышал слухи о том, что в окрестностях Хабаровска, в районе села Малышево, стояла какая-то секретная военная часть во время войны. Сейча с многое рассекретили, и летом я был на открытии мемориала интернациональной бригаде, где служили русские, китайцы, корейцы, приамурские народы. Там готовили диверсантов и разведчиков — тех, кто втайне помогал нашим войскам добиться победы.

Я не историк и не могу писать «жёстко» только про исторические факты, и здесь как раз помогает слой фэнтези и фантастики. За основу я взял историю этой бригады, наложил сюжет о выполнении реального боевого приказа и привязал фантастическую линию: магию Амура и чёрную магию Квантунской армии. В итоге получилось военное, историческое фэнтези: оно основано на фактах, но сюжет — фэнтезийный. И главное для меня там не «война как аттракцион», потому что война — тяжёлая штука и победа даётся большой ценой. Я просчитывал прежде всего персонажные линии: как человек себя почувствует, если попадёт в военные действия, как себя поведёт и какую цену заплатит.

— Ваш главный герой переносится во времени и оказывается в другой эпохе: получается что-то вроде серии про «попаданцев»?

— Нет, это только оболочка. Это скорее сюжетный приём, чтобы описать военные события, — не более того. Действие происходит перед наступлением советских войск через Маньчжурию на Квантунскую армию — буквально за несколько дней до начала масштабной операции. С той стороны действуют японские разведроты и спецподразделения, а переправы через реку в любом месте делать очень тяжело.

Фантастический слой создаёт магическую «печать» места: когда наши бойцы туда попадают, они теряют связь, теряют понимание, где находятся, и в этой ситуации могут даже перестрелять друг друга. Если бы наши войска начали наступать и попали в это место, они могли бы не дойти до японских позиций — просто оказались бы в «месте силы».

Главный герой — современный парень, ему 25 лет. Он потомок одного из бойцов этой интернациональной бригады: на открытии мемориала были потомки, я их видел, их представляли. Но главный герой — потомок пусть и вымышленного человека, но связанного с реальными событиями 1945 года.

— Вплетение магии в подобные исторические события не обесценивает ли это жертвы и усилия людей, которые погибли? Для многих магия — что-то несерьёзное, и сочетание магии и войны может звучать легкомысленно.

— Магия здесь — не «фейерверк», а слой, который позволяет художественно описать события. Она тут не в «заклинаниях ради заклинаний». И, по-моему, она не обесценивает подвиг и принесённые жертвы. Здесь магия подчёркивает, что любое действие и любые способности не могут быть «просто так»: если они возникают «сами по себе», это сказка, а если магия ответственная — за неё нужно платить.
В книге подчёркивается, что за любое действие нужно платить цену: с главным героем происходят вещи, и он платит свою цену.

— Но в чём она выражается, что конкретно происходит?

— По книге герой связан с местом рождения и с рекой Амур: у него с рекой существует связь. И сама река — «Чёрный Дракон», как её называют наши соседи из КНР, — не «делает всё за него», но даёт понять: «я помогу — но ты за это заплатишь». Она не говорит словами «заплатишь тем-то», но герой понимает, какой будет плата.

— В общем, интрига: чтобы узнать, надо прочитать...

— Потому что события связаны с фэнтезийным сюжетом, и по-другому это не написать, это не исторический и не документальный роман: это фэнтези, основанное на реальных событиях. И фэнтези не ради развлечения, а «ответственное»: оно позволяет почувствовать, что в этой жизни мы за всё платим — и важно понимать, что ты делаешь.

— Кто ваш читатель или каким вы его видите?

— Я вижу вдумчивого читателя — человека, который уже устоялся в понимании жизни, который воспринимает историческую правду о том, что происходило здесь, на берегах Амура, в 1945 году, когда совершались ключевые финальные события Второй мировой войны. И понимает то, что происходило, в отрыве от официальных сводок: пересечения, подготовка наступления советских войск — это всё было, и до сих пор многое, возможно, закрыто грифами.

— Мне показалось, что книга нацелена на молодёжь. Вот если вспомнить переснятые с актёрами нынешнего поколения «А зори здесь тихие»: один из мотивов авторов был такой — «нынешняя молодёжь вряд ли будет смотреть советский фильм, а, посмотрев новый, они узнают о тех событиях, заинтересуются ими и, может быть, посмотрят оригинал». У вас тоже есть этот посыл?

— Да, и это основной посыл. Книжка в большей степени про память — про память, которая здесь сохраняется и где-то начинает восстанавливаться, потому что частично что-то утерялось. Это книга про память.

— Где можно прочитать книгу и была ли обратная связь?
— Книга опубликована на сервисе Литрес. Это произошло буквально несколько дней назад, так что обратная связь пока была только от друзей и знакомых: она разная, но в целом благожелательная.

За время работы литературной премии имени Арсеньева накопилось несколько сотен произведений, события которых происходят на Дальнем Востоке. Только в длинном списке 150 творений эпистолярного жанра, прошедших профессиональный фильтр! На первом этапе кинематографического конкурса малое жюри, в состав которого вошли руководитель проекта «Дальневосточное кино» и куратор премии им. В. К. Арсеньева Вячеслав Коновалов, известный продюсер и сценарист, преподаватель ВГИКа Олег Богатов, а также известный сценарист и режиссер Алексей Колмогоров изучили каждое произведение и определили 28 финалистов, которые сейчас активно готовят свои сценарные заявки и их презентации перед кинопродюсерами.

– Финалистами стали как дальневосточные авторы, так и представители других регионов, – отмечает Вячеслав Коновалов. – В проекте участвуют не только победители премии В. К. Арсеньева, но и те, чьи произведения попали в длинный список, а также авторы, творения которых не были отмечены, но жюри проекта «Дальневосточное кино» посчитало их достойными для экранизации.

Наряду с отбором претендентов на экранизацию, важным этапом проекта «Дальневосточное кино» является подготовка сценарных заявок и их презентация на питч-сессии. Для финалистов были организованы тематические мастер-классы. Олег Богатов, который курирует проект по сценарной части, рассказал, как грамотно написать и оформить сценарную заявку и как правильно ее презентовать перед экспертами киноиндустрии.

– Считаю это важнейшим этапом, – говорит Вячеслав Коновалов. – От качества подготовки сценарной заявки зависит судьба произведения. В этом документе учитываются важнейшие факторы – целевая аудитория, тайминг, сюжет, основные герои и многое другое. Именно по сценарной заявке кинопроизводитель будет судить стоит работать с материалом или нет. Вместе с тем и презентация – отдельное мастерство. Можно хорошо написать сценарную заявку, но выходя на питчинг, не быть готовым и не смочь интересно рассказать о ней.

Оценивать работы финалистов на Российской креативной неделе будет жюри, в состав которого вошли 10 экспертов в области кино, режиссуры, сценарного мастерства, продюсирования.

Надо напомнить, что литературная премия им. В.К. Арсеньева не ограничивает участников ни в тематике, ни в жанре. Необходимо только написать произведение на русском языке и перенести место действия на Дальний Восток.

– Произведения, которые авторы заявляют на премию имени В. К. Арсеньева, делятся по трем номинациям – «Длинная проза», «Короткая проза» и «Литература для детей». При этом я бы выделил три тематических категории, которые наиболее популярны у авторов, – продолжает Вячеслав Коновалов. – Первая категория – история освоения региона, важнейшие исторические этапы освоения Дальнего Востока, биографические зарисовки. Вторая категория – это человек и его взаимодействие с природой, экология. И третья категория – это современность, развитие Дальнего Востока. В такой же тематике будут и сценарные заявки, поскольку все три направления есть в отобранных произведениях.

Например, среди финалистов автор книги «Щедрый Буге» Камиль Зиганшин. В 2023 году он стал победителем премии им. В. К. Арсеньева в номинации «длинная проза». В основу повествования легли его дневники о тех временах, когда он работал штатным охотником в госпромхозе в горах Сихотэ Алиня. 

Камиль Зиганшин был городским жителем, поэтому записывал в дневник все, что считал интересным и важным во время жизни в тайге. Книга получилась увлекательная.

В число финалистов проекта «Дальневосточное кино» вошел житель Южно-Сахалинска Владимир Семенчик. Жюри оценило его дебютную пьесу «Отжарщики, или международный рыбный день». Автор рассказал об одном из увлечений многих сахалинцев, которое перерастает в настоящую страсть – это рыбалка. Когда не берутся во внимание предупреждения МЧС, недовольство жен, финансовые траты, главное – выехать на море. Выезд удается, но, конечно, все идет не по плану. В феврале 2024 года на сцене международного сахалинского театрального центра им. А.П. Чехова состоялась премьера спектакля по пьесе Владимира Семенчика. Зрители высоко оценили постановку – билеты были раскуплены за два дня.

– Кино по дальневосточным сюжетам пока – большая редкость, – сказал после приглашения в финал проекта Владимир Семенчик. – А ведь это уникальная территория, где живут удивительные люди и происходят фантастически интересные события.

Свою сценарную заявку представит еще один сахалинский автор Любовь Безбах. Ее к финалу привела книга «Шёпот ночного дождя». Это сборник, который включает девять рассказов о периоде с 1905 по 1945 годы, когда южная половина острова принадлежала Японии. фото: оргкомитет проекта «Дальневосточное кино»

Проект «Дальневосточное кино» не закончится на определении пяти сценарных заявок, наиболее интересных для экранизации. При поддержке экспертов проекта авторы продолжат «шагать» к большим экранам. Продолжится работа для дальнейшего продвижения заявок в организации, поддерживающие кинематограф, такие как Министерство культуры РФ, Фонд кино, Институт развития интернета и другие.

Окно в Поднебесную

Амурская область из всех приграничных регионов ДФО имеет самую протяженную границу с КНР. Безусловно, это определяет вектор внешних связей. Как отметил зампред областного правительства Павел Пузанов, за последнее время регион наладил деловые контакты с 17 новыми странами-партнерами из Юго-Восточной Азии, Ближнего Востока, Африки, СНГ. Тем не менее на Китай приходится 76% товарооборота области с зарубежными государствами.

«У нас наработан уникальный опыт взаимодействия с соседней провинцией Хэйлунцзян. Ежегодно проводится множество совместных мероприятий. В этой части Амурская область в числе лидеров среди российских субъектов», – заявил глава Приамурья Василий Орлов.

По его словам, региональные власти стремятся сделать Благовещенск окном России в Китай. В городе, например, создается центр российско-китайского делового сотрудничества федерального уровня, который станет пилотной площадкой по внедрению новых практик взаимодействия с соседом.

Немаловажно, что через областной центр формируется полноценный транспортный коридор, а развитие отношений с КНР сказывается на динамике трансграничных перевозок. В 2023 году через трансграничный мост Благовещенск – Хэйхэ проследовало 51,4 тыс. транспортных средств, в 2024-м – 65 тыс., в 2025-м – 98 тыс.

На увеличение размера движения влияет доведение автомобильного пункта пропуска Кани-Курган до проектных параметров. Количество полос на погранпереходе в конце прошлого года выросло до 16. При необходимости их можно увеличить до 24-х, уточнили в Росгранстрое.

Как ожидается, в 2027 году трафик по мосту возрастет почти в 2,5 раза, до 243 тыс. транспортных средств. Рост произойдет за счет освоения местной грузовой базы и обеспечения внешнеторгового транзита между КНР и другими регионами Дальнего Востока. В частности, с Амурского газоперерабатывающего завода в Свободном отгрузки продукции в этом году могут увеличиться до 500 грузовиков в сутки, Дальневосточного агротерминала в Белогорске – до 150, Сухого порта в селе Березовка – до 135. Прогнозируется, что отправки предприятий-резидентов ТОР «Амурская» суммарно достигнут 2 тыс. машин ежесуточно и более.

Для освоения растущих перевозок важна пропускная способность не только самого мостового перехода, но и внутрирегиональной дорожной сети, формирующей этот международный маршрут, получивший название Амурский коридор. Ликвидация узких мест на данном пути – одна из актуальных инфраструктурных задач.

Так, прорабатывается строительство автомобильного обхода поселка Новобурейский протяженностью 4,4 км, рассказал зампредседателя областного правительства Павел Матюхин. «Сегодня это самый короткий маршрут от международного моста в Китай в ЕАО и Хабаровский край, по которому в несколько раз увеличился трафик. Автодорога перенаправит интенсивный транзитный грузопассажирский поток за пределы улично-дорожной сети Новобурейского», – отметил он. На создание обхода, что повлияет на увеличение маршрутной скорости, регион запрашивает 1,3 млрд руб. из федерального бюджета.

Необходимо также завершить реконструкцию дороги Благовещенск – Свободный. Отдельные участки трассы – наиболее аварийноопасные: за пять лет там допущено 207 ДТП, погибло 44 человека и 347 получили травмы. Для реконструкции ключевого участка дороги (96-109 км) требуется 2,5 млрд руб. Кроме того, с учетом интенсивности движения нужен капитальный ремонт федеральной трассы «Амур» (Р-297) на подъезде к Благовещенску с его расширением до четырех полос.

Дороги свяжут, мосты разведут

Власти региона признают, что ситуация с состоянием дорожного хозяйства в Амурской области обстоит не лучшим образом. С 2019 года, когда реализовывался нацпроект «Безопасные качественные дороги», удалось привести в норматив почти 1 тыс. км региональных и местных дорог. Между тем сказывается накопительный эффект от недофинансирования инфраструктуры в предыдущие десятилетия.

В нормативном состоянии находится лишь 42,5% региональных дорог, а с учетом местных – 33% (общая протяженность автодорожной сети Амурской области составляет 16,4 тыс. км). Регион по этому показателю занимает 82-е место в стране.

Для того, чтобы к 2030 году в нормативном состоянии было не менее 60% трасс, как это определено новым нацпроектом «Инфраструктура для жизни», требуется отремонтировать 1,1 тыс. км дорог. В этом сезоне в области приведут в норматив порядка 110 км дорог. Понятно, что такими темпами поставленной задачи за ближайшую пятилетку не решить, но здесь многое зависит от бюджетной обеспеченности. Дополнительное финансирование из федерального бюджета областные власти оценивают не менее 6 млрд руб.

Помимо приведения к нормативу существующих трасс, ключевыми проектами модернизации дорожной сети является строительство путепроводных развязок. Амурская область рассечена Транссибирской магистралью, многие автодороги пересекают железнодорожные пути в одном уровне, а это опять же ограничения трафика и риск транспортных происшествий.

«В условиях увеличивающейся пропускной способности Транссиба, межпоездной интервал сокращается, время ожидания для водителей автотранспорта на переездах увеличивается. Поэтому нам необходимо создать такие условия для людей, чтобы они комфортно и, самое главное, безопасно могли пересекать железную дорогу», – отмечал Василий Орлов.

В 2025 году открыто движение по путепроводу в Серышево и в Новобурейском. Сейчас подобный объект строится в Белогорске, его обещают сдать в следующем году. Как рассказывают местные жители, город давно нуждается в новом путепроводе, поскольку старому аналогичному сооружению нужен капитальный ремонт. Но если последний закрыть, Белогорск останется без главного связующего перехода через железную дорогу.

Еще три путепровода находятся пока в планах. Особенно актуальна постройка такого сооружения через железнодорожную станцию Благовещенск.

По словам Павла Матюхина, сейчас основную связь между районами областного центра, который разделен железной дорогой, обеспечивает улица Калинина, которая становится бутылочным горлышком. Примерно до 70 тыс. автомашин проходит в сутки через существующий переезд, но он регулярно закрывается вследствие прохождения поездов с углем в адрес Благовещенской ТЭЦ (ежегодно осуществляется подача порядка 35 тыс. вагонов).

Помимо этого, в непосредственной близости от будущего путепровода запланирована масштабная жилищная застройка, включающая проект «Дальневосточный квартал». До 2036 года в этой локации планируется ввод 1,4 млн кв. м жилья. Таким образом, возведение путепровода позволит улучшить автомобильное движение в условиях растущей агломерации.

Потребность в строительстве путепроводного развязки оценивается в 11 млрд руб. Хотя есть соответствующее поручение главы государства, источник финансирования стройки не определен, уточнил зампред областного правительства. 

Проект на троих

Помимо Амурского коридора в регионе начинает формироваться еще один амбициозный транспортный маршрут. Он связан с восстановлением работы участка железной дороги Сковородино – Рейново и пограничного перехода Джалинда – Мохэ.

Как известно, на первом этапе перевозки в Китай будут осуществляться через Амур паромом или, с перегрузом на автотранспорт, по наплавному мосту. По этой схеме возможно обеспечить отправки грузов до 5 млн т в год. Следующий этап – создание мостового перехода, в результате чего провозная способность погранперехода возрастет до 20 млн т ежегодно.

С учетом экспертного мнения определено, что сооружение будет совмещенным – железнодорожным и автомобильным. Стоит напомнить, именно таким в свое время задумывался мост Благовещенск – Хэйхэ. Затем было решено, что через некоторое время после строительства автомобильной части мостового перехода приступят к созданию железнодорожной. Сегодня про это не вспоминают.

Недавно начались подготовительные работы по восстановлению железнодорожной линии Сковородино – Рейново. Реконструкцию участка, который взят у ОАО «РЖД» в аренду на 24 года, берет на себя АО «АК “Железные дороги Якутии”», заинтересованное в вывозе экспорта из республики по дополнительному маршруту. Восстановлением смешанного пункта пропуска Джалинда занимается ЗАО «Граница».

Организация нового транспортного коридора должна способствовать дополнительному потенциалу российского экспорта, в первую очередь угля, сжиженного природного газа, железной руды, сельхозпродукции. В руководстве Якутии неоднократно отмечали, что не могут вывезти все объемы угольной продукции из-за лимитирующей инфраструктуры Восточного полигона.

Реализовать проект мостового перехода планируется по модели международной концессии, как было в случае с мостом Благовещенск – Хэйхэ, сообщила министр внешних связей и туризма Амурской области Екатерина Киреева. Причем пункт пропуска предлагается сделать не только грузовым, но и пассажирским. «Правительство Амурской области готово направить такой пакет документов в Минтранс России», – сказала министр.

В свою очередь директор департамента международного сотрудничества Министерства транспорта РФ Дмитрий Шиян уточнил, что пока речь идет о проработке возможности строительства моста. Одновременно отрабатывается соответствующий проект межправительственного соглашения с причастными федеральными ведомствами. В прошлом году китайским партнерам со стороны ЖДЯ и Минтранса были предложены координаты расположения будущего сооружения, и консультации по данному вопросу продолжаются, проинформировал чиновник.

В 2026 году, как рассчитывают в правительстве Амурской области, планируется приступить к проектированию совмещенного моста. Только на начальном этапе создания мостового перехода важно изыскать 17 млрд руб. Пока что предполагается выработать финансовую модель реализации проекта с участием Минтранса России, Амурской области и Якутии.

Строительство мостового перехода Джалинда – Мохэ значится в планах на ближайшую пятилетку, заявил, выступая на днях в Совете Федерации, Василий Орлов. Но сколько именно времени может занять реализация проекта, неизвестно. Для сравнения, при создании железнодорожного моста Нижнеленинское – Тунцзян от официального старта до сдачи объекта в эксплуатацию прошло восемь лет, а если точкой отсчета брать начало переговоров с Китаем – то почти шестнадцать.