Почта России запустила палетную сеть от Калининграда до Владивостока

«Россия и Китай договорились о строительстве второго пути на участке железной дороги Забайкальск — Маньчжоули. Соответствующее межправсоглашение подписано в Пекине по итогам переговоров президента РФ Владимира Путина и председателя КНР Си Цзиньпина», — говорится в сообщении.

Речь идет о 12 километрах путей, но этот участок призван кардинально улучшить пропускную способность главного коридора нашей трансграничной торговли — в соответствии с духом взаимного развития инициативы «Один пояс — один путь».

Китайский стандарт на российской земле

Главная техническая особенность проекта — новый путь будет построен по узкой колее китайского стандарта (1435 мм). Напомним, как это устроено сейчас: в соответствии с Соглашением о международном железнодорожном грузовом сообщении (СМГС) вагоны Китайских железных дорог (КЖД) следуют по узкой колее прямиком в Забайкальск. Там, на российской стороне, РЖД принимает этот поток и перегружает товары в свои вагоны, предназначенные, понятно, для широкой российской колеи (1520 мм).

Активное развитие торгового партнерства и рост взаимного товарооборота привели к тому, что Забайкальск принял на себя возросший поток импорта. Современная техника, оборудование и товары народного потребления значительно увеличили загрузку станции. Существующий единственный совмещенный путь стал требовать модернизации — грузовые составы из КНР вынуждены ожидать своей очереди для захода на станцию.

Вторая узкая колея позволит поездам КЖД заходить на российские терминалы непрерывным встречным потоком. Там их уже ждут мощные крановые комплексы для быстрой перевалки контейнеров, что сделает логистику значительно эффективнее и экономичнее для партнеров обеих стран.

Геополитика как катализатор развития

Важным фактором ускорения проекта стало то, что организаторы проявили дальновидность и заблаговременно развивали надежные сухопутные маршрутов. Ранее, например, Китай активно укреплял южные направления инициативы «Одного пояса — одного пути». Однако события в регионе Персидского залива и нестабильность морских путей потребовали переориентации логистических потоков на более безопасные сухопутные коридоры.

Добавьте к этому ситуацию в Красном море и рост стоимости морских перевозок — и традиционный морской путь перестал быть оптимальным решением. В итоге спрос компаний на стабильный сухопутный транзит по коридору Китай — Россия — Беларусь — ЕС вырос почти на 40%. Текущая ситуация наглядно подтвердила: маршрут через РФ и Беларусь — это самый стабильный и безопасный маршрут для евразийского транзита.

Межведомственная проработка

Почему же подписание соглашения потребовало времени, ведь корпоративный меморандум РЖД и КЖД заключили еще в мае 2024 года? Дело в том, что государственные компании не имеют юридического права самостоятельно распоряжаться вопросами государственной границы и прокладывать иностранную колею на территории РФ.

Проекту потребовалась серьезная межведомственная координация. Минтрансу РФ необходимо было разработать проект межправительственного соглашения и согласовать его со всеми ключевыми ведомствами: МИДом, ФСБ (погранслужба), ФТС (таможня) и Минфином. Только в феврале 2026 года Правительство РФ официально одобрило проект, а в мае 2026 года его скрепили подписями на высшем уровне в Пекине. Такой тщательный подход гарантирует надежность и долгосрочность проекта.

Что в перспективе?

Старт проекту дан, и первые поезда по новому пути могут пойти уже в 2027 году. А к 2030 году ожидается полноценный экономический эффект:

Рост грузооборота: Провозная способность пункта пропуска Забайкальск увеличится на 11 млн тонн в год. Это станет отличным дополнением к тем рекордным 187 млн тонн общего ж/д оборота между РФ и КНР, которые были достигнуты ранее.

Интенсивность движения: Новый путь обеспечит регулярный обмен почти 50 парами поездов ежесуточно.

Таким образом, соглашение 2026 года элегантно решает двойную стратегическую задачу: гарантирует бесперебойный евразийский транзит, защищенный от региональных нестабильностей, и одновременно поддерживает динамичное развитие российского рынка, укрепляя транспортный мост между нашими странами в духе взаимного процветания.

Коротко о главном (цифры и смыслы):

• Денежный поток: За три месяца через автопорт прошло грузов на 31,76 млрд юаней (~428,7 млрд – чуть менее полтриллиона рублей). Это на 51% больше, чем в прошлом году.
• Тоннаж: Провезли 640 000 тонн (+27,2%). Заметили разницу? Денег стало больше в полтора раза, а тонн — лишь на четверть. Это значит, что грузы стали качественнее и дороже.
• Растет экспорт в Россию китайского продовольствия: С января по февраль 2026 года таможни Забайкальска и Маньчжоули оформили 60 тыс. тонн на сумму 400 миллионов юаней (~4,58 млрд рублей.), что представляет собой рост на 7,6% и 5,0% соответственно по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.
• «Умная» таможня: На таможенном посту пропуска «Восемнадцатая верста» (Шибалипу) вовсю внедряют «Smart Customs». Это когда данные летают быстрее машин, а предварительное декларирование и интеллектуальные досмотры позволяют не «мариновать» фуры на границе.
• Новые правила игры: Активно пошли перевозки по системе TIR (Transports Internationaux Routiers — Международные дорожные перевозки — это система международной перевозки грузов, упрощающая таможенные процедуры) в связке с трансграничной электронной коммерцией. Теперь посылки и товары едут напрямую с китайских заводов к российскому потребителю без лишних перегрузок.

Кстати — в своём докладе на полях шестой Межправительственной Российско-Китайской комиссии (МПК) по сотрудничеству и развитию Дальнего Востока РФ и Северо-Востока КНР и Делового совета при МПК губернатор Забайкальского края Александр Осипов напомнил, что порядка 70% всех сухопутных грузоперевозок между Россией и Китаем проходят через этот регион, и это не предел «В Забайкалье работают восемь пунктов пропуска, сейчас идет реконструкция МАПП Забайкальск и ДАПП Староцурухайтуйский», — указал Александр Осипов.

Вердикт от Петровича:

Наши соседи официально вступили в «15-ю пятилетку» и четко следуют плану превращения Маньчжоули в «плацдарм открытия на север». Для нас это означает одно: поток будет только расти.

И фраза замдиректора таможни Маньчжоули Яо Вэньлуна про «дивиденды от госполитики» — это не просто чиновничий язык, это констатация факта: Китай поставил на этот маршрут, и ставка сыграла.

Успеваем ли мы за этим темпом? Вопрос открытый. Но то, что забайкальский транзит сейчас «на максималках» — это факт неопровержимый.

Кто в деле?

Заседал «политический тяжеловес» — секретарь горкома КПК Юй Вэйдун. Команду на месте ведет мэр Юэ Годун. Проект ЗСТ — приоритет номер один с прямым контролем сверху.

Что «на столе»? (План наступления):

Маньчжоули больше не хочет быть «воротами», через которые просто проезжают фуры. Они внедряют концепцию «1571» (стратегический план Внутренней Монголии). Чтобы понимать масштаб замаха, нужно расшифровать их внутренние алгоритмы.

«1571» - это не номер кабинета, а стратегический «генетический код» развития всей Внутренней Монголии.

«1» — главная цель (модернизация);

«5» — стратегических задач (безопасность, энергия, сельхозбаза, экология и — самое важное для нас — роль «плацдарма» для открытия Китая на север);

«7» — промышленных кластеров;

«1» — единый план действий.

В этой схеме сухопутный супертпорт Маньчжоули — это не просто точка на карте, а тот самый «мост», через который Китай планирует реализовывать свою северную открытость. Для этого китайцы ставят на четыре «двигателя»:

Цифровой интеллект:

Забудьте про бумажки. Мультимодальный («чугунка», шоссе и аэропорт) узел переводят на «5G + Интернет вещей». Это будет национальная модель «умной» границы.

Грузовой мега-хаб: 

Строится база для Китайско-Европейских экспрессов. Цель — создать узел, где логистика, перевалка и торговля сливаются в одно целое.

Сырьевой магнит: 

Китайцы создают канал импорта ресурсов (энергоносители, сельхозпродукция, удобрения, древесина) объемом 10 миллионов тонн. Это гигантская переработка, склады и перевалочные базы прямо под боком у Забайкальска.

Экспортный хаб: 

Маньчжоули закрепляет статус главной базы по вывозу подержанных авто и «трех новых товаров», а также высокотехнологичной агропродукции и изделий из древесины.

База жд экспрессов «Китай-Европа»: что изменится?

Если сегодня Маньчжоули для транзитных поездов — это в основном «станция перегрузки» (зашел — перегрузился на другую колею — ушел), то завтра это мега-хаб.

Было: транзит и логистика. Станет: торговый и распределительный узел. Здесь будут не просто переставлять контейнеры, а формировать грузы, оказывать торговые услуги и управлять товарными потоками в режиме реального времени. Это превращение большой сортировочной станции в огромный «логистический супермаркет».

10 миллионов тонн: не просто привезти, а переработать

Китайцы закладывают канал импорта объемом в 10 миллионов тонн. Но ключевое слово здесь — ПЕРЕРАБОТКА.

Речь идет об энергоносителях, сельхозпродукции, удобрениях и древесине. Соседи не хотят просто пропускать сырье через себя; они строят заводы, чтобы лес превращался в мебель и другие изделия, а зерно и масличные — в готовую продукцию прямо в зоне ЗСТ. Для нас это значит, что спрос на сырье будет стабильным, но и конкуренция за добавленную стоимость станет жестче.

Разбираемся с китайским экспортом: «Три новых» и высокие технологии

«Три новых товара» (新三样): Это то, чем Китай сейчас покоряет мир — электромобили, литиевые батареи и солнечные панели. Именно этот «зеленый» хай-тек идет через Маньчжоули на экспорт в огромных объемах.

Роль агропродукции и дерева: Высокотехнологичная агропродукция и изделия из древесины — это стратегический экспортный пояс Маньчжоули. Для них на автопереходах организован режим 24/7. Это товары с высокой добавленной стоимостью, которые Китай продвигает как свою «визитную карточку» в приграничной торговле. 

Чего нам ждать?

Прищуримся и сделаем выводы. Маньчжоули готовится переваривать еще большие объемы грузов.

Во-первых, граница станет еще более технологичной и «быстрой». Роботы и 5G — это уже не фантастика, а регламент работы порта.

Во-вторых, спрос на наши ресурсы (зерно, древесина, удобрения, энергоносители) будет только расти, раз под них строят терминалы на 10 млн тонн.

В-третьих, соседи строят «умный» порт, и нам нужно соответствовать со своей стороны границы, чтобы не превратиться в узкое горлышко. 

Итог: 

Маньчжоули окончательно переходит к в интеллектуальному промышленному узлу и высокотехнологичному логистическому хабу. Для нас это и вызов, и огромные возможности для сбыта продукции. Главное — нужно не просто смотреть на их заводы и «ловить ротом мухов», а думать, как встраиваться в эти цепочки переработки, успевать за их скоростью.

Наблюдаем за стройкой века дальше.

Данные за первые два месяца 2026 года подтверждают: Восточный коридор «Северо-Восток Китая – Дальний Восток России» (Забайкальск-Маньчжоли, Гродеково-Суйфэньхэ, Нижнеленинское-Тунцзян) в 2026 году становится не просто альтернативой морю, а стратегической необходимостью.

Разбираем цифры и обстоятельства.

1. Почему морские волки поджали хвосты?

На Ближнем Востоке опять штормит (и речь не о погоде). Из-за атак в Красном море и эскалации вокруг Ирана в начале 2026 года (закрытие Ормузского пролива) морские перевозчики вынуждены направлять суда в обход Африки через мыс Доброй Надежды.

Последствия для моря:

· Время в пути увеличилось на 14–15 дней.

· Стоимость фрахта в пиковые периоды 2024–2026 годов выросла более чем в два раза.

· Возник локальный дефицит контейнеров в Китае, стоимость аренды выросла на 18%.

Преимущества рельсов:

· Доставка поездом занимает 15–20 дней.

· ЖД-тарифы на маршрутах через Дальний Восток России выросли лишь на 8–9% (вслед за морскими котировками), оставаясь конкурентными.

Конфликт в Иране в начале 2026 года спровоцировал «вторую волну» интереса к ЖД-транзиту. Количество отправлений поездов Китай — Европа за первые два месяца 2026 года выросло на 31,7% в целом по стране, а по Восточному коридору — на рекордные 48,4%. 

2. Взрывной рост начало 2026 года (пристегнитесь, тут взлёт)

Статистика первых месяцев года говорит сама за себя. С 1 января по 26 февраля 2026 года через Восточный коридор железнодорожного транзита проследовало 1 034 поезда сообщения Китай — Европа. Этот показатель был достигнут на 26 дней раньше, чем в аналогичный период прошлого года.

Для сравнения: за тот же период 2025 года прошло около 697 поездов. Динамика роста составила 48,4% по количеству составов и 43,2% по объему грузов в годовом исчислении. Такой резкий скачок объясняется не только ближневосточным затыком, но и вводом новых мощностей на станции Тунцзян, а также оптимизацией перегрузочных процессов в Маньчжоли.

Текущая нагрузка на ключевом узле — Забайкальск-Маньчжоли — достигла исторического максимума. Порт работает на полную мощность, обрабатывая до 16 грузовых поездов в сутки (более 900 контейнеров ежедневно). 

3. Итоги 2025 года: фундамент для рывка

Успех начала 2026 года базируется на результатах предыдущего года. За весь 2025 год через Забайкальск-Маньчжоли прошло 4 867 поездов, что на 11,2% больше, чем в 2024 году. Грузооборот составил 506 тыс. TEU (стандартных контейнеров), рост — 8,6%.

Ключевой маркер устойчивости — рост возвратных поездов (из Европы в Китай). На территорию КНР через этот пункт за год прибыло 2 977 поездов. Динамика импорта показала значительный рост — на 21% по сравнению с предыдущим годом. По количеству въезжающих составов станция Маньчжоли занимает первое место в КНР.

Через порт проходит примерно 1/3 всех китайских поездов сообщения Китай — Европа. Сейчас действует 21 маршрут, соединяющий более 60 городов Китая с 14 странами, включая Польшу, Германию, Нидерланды, Россию и Бельгию. 

4. Почему Восток лучше Центра и Запада?

Интересно, что именно Восточный маршрут сейчас растет быстрее остальных (Центрального через Монголию и Западного через Казахстан). Причины структурные:

Кратчайший путь к промышленным центрам Северо-Восточного Китая.

Стабильность. В отличие от «Среднего коридора» (через Каспий), который частично зависит от ситуации в Иране и на Кавказе, северный маршрут через Забайкальск-Маньчжоли и Транссиб воспринимается грузоотправителями как наиболее защищенный от морских угроз и региональных блокировок.

5. Технологии «без перекуров»

Рост невозможен без инфраструктуры. Время таможенного оформления в Маньчжоли сокращено до 30 минут благодаря внедрению цифровых систем и круглосуточному режиму работы «24/7». Это позволяют осуществлять автоматическую проверку и мгновенное оформление, что ранее было ограничено дневным временем и бумажным документооборотом. 

Взгляд Петровича:

Цифры рисуют четкую картину. В 2025 году наблюдалась временная стабилизация и частичный возврат грузов на море, но кризис 2026 года снова сделал сухопутный путь приоритетным. Восточный коридор перестал быть «запасным аэродромом». Теперь это основная взлетная полоса для евразийской торговли в условиях шторма.

Для Дальнего Востока это означает не просто транзитные доходы, но и стратегическую роль гаранта стабильности цепочек поставок. Когда море становится непредсказуемым, суша выходит на первый план. И пока другие маршруты сталкиваются с геополитическими рисками, родная забайкальская чугунка держит удар, обрабатывая рекордные 16 составов в сутки.

Наблюдаем за рельсами. Они сейчас надежнее морских волн.

Слово за регионами

За время правоприменительной практики в рамках северного завоза от регионов поступило немало информации, в том числе о том, что необходимо улучшить в системе снабжения. Так, рассказал зампред комитета Совфеда по федеративному устройству, региональной политике, местному самоуправлению и делам Севера Сахамин Афанасьев, реализация закона выявила необходимость корректировки перечня территорий-получателей грузов, а также сети опорной инфраструктуры. К последней сегодня относятся 397 объектов. Это, в частности, порты, железнодорожные станции, аэродромы и т.п. В ближайшее время к ним предполагается добавить еще 91 объект, главным образом, автодороги муниципального значения. Все они должны получать определенное финансирование для обеспечения системы завоза.

Кстати, в числе предложений территорий – помощь от федерального центра по содержанию автозимников. В таких регионах, как Якутия, Красноярский край, сеть сезонных дорог исчисляется тысячами километров, поддержание их нормальной работы несет заметную нагрузку на региональные бюджеты.

«Если мы сегодня не можем решить вопрос субсидирования авиатранспорта внутри субъектов, а такая тема тоже стояла, то возможно какое-то решение, оказание финансовой поддержки субъектам для строительства и содержания зимников», – говорит заместитель губернатора Красноярского края Валерий Семенов.

Много вопросов у региональных властей вызывает положение ФЗ об установлении методик расчета снабженческих, сбытовых и торговых надбавок к стоимости товаров, которые реализуются уже на Севере, а также тарифов на перевозку и хранение грузов первой категории (топливо). «При этом, по мнению регионов, методики расчетов надбавок и цен должны быть едиными и устанавливаться на федеральном уровне», – обозначил Сахамин Афанасьев.

Закон декларирует, что перевозка и обслуживание грузов в рамках северного завоза должны происходить в приоритетном порядке. Правда, ответственность за задержку грузов не установлена. «Необходимо предусмотреть соответствующую административную ответственность. Это позволит избежать срыва сроков доставки жизненно важных товаров в удаленные и труднодоступные населенные пункты», – заявил сенатор. 

Грузам дают зеленый свет

Впрочем, за два года после вступления в силу ФЗ количество, к примеру, контейнеров с просрочкой сократилось более чем в 30 раз, сообщил директор департамента развития арктической зоны РФ и реализации инфраструктурных проектов Минвостокразвития Илья Чернов.

«В марте 2024 года, за месяц до вступления закона в силу, у нас в ручном режиме в состоянии красной зоны – под риском доставки – было более 1,5 тыс. контейнеров с грузами жизнеобеспечения. Каждую неделю с Минтрансом, РЖД, правительствами регионов руками расталкивали контейнеры. Звонили на станции, в порты, говорили, это не грузите, грузите вперед топливо, стройматериалы», – вспоминал министр по развитию Дальнего Востока и Арктики Алексей Чекунков.

Приоритет для грузов северного завоза теперь отражен в Правилах недискриминационного доступа к железнодорожной инфраструктуре. По словам замминистра по делам гражданской обороны и обеспечению безопасности жизнедеятельности населения Якутии Никиты Павлова, сейчас в оперативном режиме отслеживается продвижение вагонов на железных дорогах страны. В зависимости от той или иной ситуации принимается совместное решение с перевозчиком. «В связи с низкими темпами отгрузки нефтепродуктов с НПЗ была проведена работа по содействию ускорения отправки до конечного пункта», – привел в качестве примера чиновник.   

Приоретизировать железнодорожную перевозку в рамках северного завоза было правильным решением, считает специальный представитель ГК «Росатом» по вопросам развития Арктики Владимир Панов. Но на сегодняшний день такая приоритезация не предусмотрена для речных и морских портов нормативными документами, сказал он. «Возможно это также целесообразно отработать. Потому что северный завоз все-таки должен находиться на особом контроле и на особом приоритете с точки зрения осуществления всех транспортных операций», – резюмирует представитель госкорпорации.  

Задаче эффективного снабжения служит обновленная система планирования, а также запущенная в прошлом году первая очередь государственной информационной системы ФГИС «Северный завоз» – инструмент для координации всех участников в цифровом формате. В последующем ее функционал позволит более детально планировать закупки, рассчитывать логистику, вести мониторинг доставки, уточнил Илья Чернов. «Самое главное, система будет интегрирована с более чем 20 внешними платформами. По факту это будет единая, понятная система для всех участников», – заверил он. 

Северу нужны длинные деньги

Проблемой остается недостаточность оборотных средств у организаций, которым нужно сравнительно за короткий срок организовать северный завоз, и ограниченные возможности поддержки от региональных бюджетов, из-за чего приходится прибегать к рыночному банковскому кредитованию. И задолженность предприятий по заемным средствам растет, свидетельствует Никита Павлов.

В условиях высоких коммерческих ставок подспорьем стали казначейские кредиты, которые предоставляют регионам под низкий процент. Объем средств увеличивается. В прошлом году сумма казначейских кредитов на нужды северного завоза составила 10,1 млрд руб., в этом она выросла до 30 млрд руб. На текущий момент распределено 2/3 суммы, исходя из заявленной регионами потребности, проинформировал замдиректора департамента межбюджетных отношений Минфина России Константин Цекоев.

Вместе с тем привлечение и возврат кредитов осуществляется в пределах одного финансового года. Учитывая особенности оборота запасов топливно-энергетических ресурсов в рамках северного завоза, необходимо проработать возможность увеличения срока погашения, отметил Сахамин Афанасьев.

Здесь особую позицию занимает Министерство финансов РФ. Как утверждают в Минфине, анализ эффективности выделяемых кредитов выявил ряд системных проблем. Возникает большое количество посредников в цепи поставок, что в конечном итоге сказывается на стоимости поставляемых товаров. Кроме того, не реализован потенциал приобретения товаров по более низкой цене, которая есть на рынке. Наблюдается также практика размещения кредитных средств на депозитах, использование кредитов, предоставляемых на северный завоз, на текущие нужды по покрытию коммерческих займов, не связанных с северным завозом, что является непозволительным. При увеличении срока погашения казначейских кредитов есть опасение, что ситуация может стать более неконтролируемой. 

Право выбора

Часть инициатив, которые предлагается отразить в законодательных актах, касается работы и регулирования деятельности Единого морского оператора (ЕМО). В его обязанности входит осуществление регулярных каботажных перевозок северного завоза на основе регулируемых тарифов.

Как известно, функции ЕМО возложены правительством на АО «Росатом Арктика». В прошлом году в рамках пилотного проекта компания доставила на Чукотку около 160 тыс. т, преимущественно нефтеналивных грузов. В эту навигацию оператор расширяет географию перевозок. Хотя основной объем перевозок придется на Чукотский автономный округ (планируется доставить уже 259,7 тыс. т), ЕМО будет осуществлять завоз еще в четыре региона Дальнего Востока. В Якутию запланировано перевести 17,5 тыс. т грузов, Хабаровский край – 22,5 тыс. т, на Камчатку и Сахалин – по 21 тыс. т. Всего, как ожидается, перевозки к прошлогоднему сезону у компании вырастут более чем на 40%, до 342 тыс. т.

Сейчас «Росатом» предлагает закрепить возможность участников северного завоза выбирать ЕМО в качестве единственного поставщика услуг (пока что оператор участвует в конкурсных процедурах регионов на общем основании). Данное изменение позволит заинтересованным сторонам ориентироваться на типовое решение федерального законодательства при принятии и изменении локальных актов, а органам власти на местах обходить административные барьеры.

Кроме того, госкорпорация вышла с предложением повысить прозрачность затрат на завоз, проводя закупочные процедуры с выделением транспортной (морской и речной) составляющей из общего логистического плеча. Существующая практика договоров комплексной поставки применялась десятилетиями, но вела к удорожанию и рискам срыва сроков перевозки. Как известно, северный завоз не ограничивается только морской частью доставки: доставлять груз до конечных портопунктов часто приходится по речным бассейнам.

При этом в «Росатоме» выступают за то, чтобы оставить субъектам РФ возможность самим определять перевозчика для снабжения территорий, чтобы это было право, а не обязанность. «В данном случае регион сам будет решать, какую процедуру проводить, – на конкурентных условиях либо принимать решение, чтобы с ЕМО идти по пути единого поставщика. Мы считаем, что эта гибкость устранит ту несбалансированность, которая есть. С другой стороны, это не монополизирует этот рынок, а, наоборот, даст возможность вариативности для региона и ускорения всех процедур», – объяснил Владимир Панов. 

Опасный возраст

Учитывая, что не менее половины северного завоза осуществляется водным видом транспорта, состояние флота имеет для него стратегическое значение. В целом критический срок эксплуатации превышен у 28% морских судов и у 55% – речных. При этом темпы списания значительно опережают темпы строительства: по морскому флоту – вдвое, речному – в 4,5 раза. Прогнозируется, что к 2030 году доля судов морского класса старше 30 лет составит 74%, речного – 87%, привел данные Сахамин Афанасьев.

Превышение сроков эксплуатации флота прямо влияет на рост стоимости фрахта для северного завоза. За последние четыре года, сообщил сенатор, ставки выросли более чем вдвое – с 1,4 млн до 4 млн руб. в сутки, что отражается на цене товаров, доставляемых на Север.

Драйвером роста цен выступает танкерный флот. По словам Владимира Панова, в интересах северного завоза сегодня на морских маршрутах заняты 11 танкеров. Средний возраст судов составляет 24 года, причем возрастной диапазон варьируется от 21 года до 34 лет. «В горизонте 5-10 лет [этот флот] просто будет выбывать. Соответственно, не подготовившись к этому, мы можем поставить под серьезнейший риск в принципе выполнение северного завоза», – предупреждает спецпредставитель «Росатома» по вопросам развития Арктики. К сведению, на танкерный флот приходится до 61% завоза с использованием водного транспорта или примерно 1,1 млн т.

Единый морской оператор в настоящий момент привлекает сторонних судовладельцев для выполнения перевозок. Наличие собственного флота – необходимое условие для его дальнейшей работы, и сейчас, сообщил Илья Чернов, совместно с ВЭБ`ом и Государственной лизинговой транспортной компанией рассматривается возможность приобретения судов для ЕМО уже в 2027 году.

Здесь, судя по всему, речь пока о покупке на вторичном рынке. В то же время по линии Минпромторга РФ началось проектирование судна базового проекта, которое, возможно, станет основой для обновления танкерного флота в данном сегменте каботажных перевозок. Согласно техзаданию, это танкер дедвейтом 20-25 тыс. т, длиной примерно 170 м, ледовым классом не ниже Arc4.

В ближайшие 5-10 лет для единого морского оператора предстоит построить примерно 20 таких судов. Но поскольку грузы доставляются и по речным артериям, нужно выпускать и флот класса река-море, причем именно для условий Крайнего Севера. «Проекты судов, которые мы эксплуатируем в речной системе в европейской части страны, не подходят для акватории северных рек», – обращает внимание директор департамента судостроительной промышленности Минпромторга России Сергей Абдыкеров.

Сейчас важно определиться с двумя-тремя типами судов, которые нужны арктическим регионам. Приблизительные подсчеты показывают, что в горизонте 20-30 лет объем заказа для потребностей Севера составит примерно 400 единиц флота смешанного класса. «Есть цифра более ближняя, это оценки и опросы, которые мы проводим с заказчиками судов, которые говорят, что на горизонте плюс-минус 10-15 лет у них есть желание обновить порядка 200 судов», – уточнил чиновник. Нижняя планка, добавил он, де-факто программа-минимум, которая позволит обеспечить выполнение северного завоза в обозримой перспективе, оценивается в 50 единиц.

В настоящее время изучаются возможности реализации соответствующей программы обновления флота, причем не только для северных рек, но также для Амура. Особенность здесь связана с экономическими параметрами приобретения транспорта. Перевозчики, эксплуатирующие на Севере речные суда и флот класса река-море, работают в более сложных условиях. Они обеспечивают перевозку в короткую навигацию, несут большие расходы на обслуживание техники и т.д. Как следствие, экономика покупки этих судов требует более серьезной государственной поддержки, заключил Сергей Абдыкеров.   

Транзит мал, да дорог

По словам Олега Белозерова, в последнее время все большее количество контейнеров едет по сети Российских железных дорог из Китая в Европу и из других стран. «Мы видим прирост, и это тоже буквально за последние несколько недель, мартовский прирост почти 40%. Цифры большие», – заявил он.

Собственно, боевые действия в Персидском заливе уже приводили на время к некоторому оттоку транзитных грузов с маршрутов deep-sea, направляющихся в сторону Суэцкого канала, на Транссиб. Так, в 2003 году, когда США начинали войну в Ираке, на Дальневосточной железной дороге фиксировали повышенный спрос на перевозку контейнеров, приходящих в порты Приморья из Японии, Южной Кореи, Вьетнама.   

Между тем доля Транссибирской магистрали (сейчас в данном контексте говорится о логистическом коридоре ЕАТС №1 (Евро-азиатская транспортная связь), основой которого как раз выступает Транссиб с железными дорогами Монголии и Беларуси) в глобальном трафике Восток – Запад незначительна. В 2025 году в сообщении Китай – Европа – Китай с участием РЖД перевезено 0,4 млн TEU. В то же время с маршрутами deep-sea на этом направлении суммарный объем перевозок составил 13,6 млн TEU. Таким образом, на транзит через Россию пришлось почти 3% от общего потока.

Сегодняшний тренд с переориентацией транзитных перевозок, вероятно, носит временный характер. Тем не менее Россия планирует довести свою долю участия в нем к 2030 году до 8%.

Как отметил территориальный директор по продажам ООО «Байкал-Сервис ТК» Никита Семякин, после разворота во внешнеторговой деятельности России на страны АТР объемы перевозок в дальневосточном направлении демонстрируют стабильный рост. И, по прогнозам компании, в ближайшие годы этот тренд продолжится. «С одной стороны, Дальний Восток сохраняет роль ключевого транзитного региона, расположенного по соседству со странами Юго-Восточной Азии, через который пролегают важнейшие транспортные коридоры. С другой стороны, мы наблюдаем перераспределение грузопотоков, которые раньше (по причине больших задержек на таможне) проходили в дальневосточный регион из КНР через страны Центральной Азии (Казахстан, Кыргызстан)», – уточнил менеджер.

Для роста трафика по ЕАТС №1, информируют в РЖД, предполагается расширять маршрутизацию перевозок, когда группа вагонов доставляется по одной накладной, применять современные технологии отправок грузов (например, активно использовать биг-бэги, загружаемые в полувагоны, флекситанки и контейнеры типа open top), развивать цифровизацию документооборота. Только по погранпереходам с Китаем в этом году ожидается увеличение грузооборота к прошлогоднему уровню на 16%. 

С точки зрения бизнеса для привлекательности маршрута через Россию в первую очередь важны прозрачные и сквозные тарифы, говорит генеральный секретарь Международного координационного совета по трансъевразийским перевозкам (КСТП) Михаил Гончаров.

Во-вторых, не теряет актуальности стабильное продвижение поездопотока с возможностью предоставлять грузовладельцам сервис по отслеживанию грузов в режиме on-line. «Сейчас если мы введем маршрутные карточки и будем информировать клиентов о том, что происходит [в пути следования], мы реально сможем перетянуть много грузов на наше направление», – убежден Михаил Гончаров.

Немаловажный аспект связан с безопасностью, сохранностью груза, особенно в западных регионах страны, когда от атак беспилотников страдает и транспортная инфраструктура. Во всяком случае на это указывают в неформальных беседах многие грузоотправители.

Кроме того, у операторов международных морских линий возникает скепсис, готовы ли российские терминалы и припортовая инфраструктура к повышению нагрузки, поскольку в памяти свежи коллапсы 2022-2024 годов в портах Приморья. «Мы должны все вместе разработать очень стройную pr-систему аргументов…чтобы осуществить этот маркетинг», – отметил генеральный секретарь КСТП. 

Тормоз движения

Узкие места в работе транспорта можно ранжировать на технологические, технические, правовые и экономические, проинформировала замначальника департамента зарубежных проектов и международного сотрудничества РЖД Людмила Ренне.

Технические барьеры – это в первую очередь инфраструктурные ограничения. Сдерживающим фактором является несоответствие между растущими объемами перевозок и пропускной способностью отдельных участков железных дорог. «Например, на ряде отрезков коридора ЕАТС №1 сохраняются однопутные линии, неэлектрифицированные участки, устаревшие системы сигнализации, ограниченная длина приема отправочных путей на станции. Прежде всего, это приводит к снижению скорости движения, увеличению времени ожидания и возникновения эффекта бутылочного горлышка, когда даже хорошо развитые участки маршрута теряют свою эффективность из-за слабого звена», – рассказала представитель РЖД.

Также она упомянула нехватку перерабатывающих способностей пограничных станций и терминально-логистических центров (ТЛЦ) вдоль ЕАТС №1. На российском участке насчитывается 25 ТЛЦ, но не все они обладают качественными складскими и перегрузочными комплексами.

«Еще одним узким местом выступает ограниченность ресурсов перевозочного процесса. Например, в настоящее время нехватка на нашем маршруте фитинговых платформ, контейнеров, магистральных локомотивов, а также локомотивных бригад», – признала Людмила Ренне.

К технологическим проблемам относят разницу в ширине колеи дорог граничащих друг с другом государств, разная длина приемо-отправочных путей на пограничных пунктах. Так, российская сторона пыталась организовать движение грузовых полносоставных поездов в 71 условный вагон через станцию Наушки с дальнейшим их прохождением по территории Монголии в Китай. Однако принять такие маршруты Китай не может из-за недостаточной длины путей на пограничной станции Эрлянь. Сейчас китайские железнодорожники работают над устранением барьера. «Нам обещали четвертый квартал, когда будут удлинены [в ходе реконструкции] приемо-отправочные пути до 1050 м. Это как раз соответствует длине состава в 71 условный вагон», – пояснила Людмила Ренне.

Еще одна сложность состоит в том, что далеко не у всех граничащих с Россией стран железные дороги способны принимать вагоны повышенной грузоподъемности (с увеличенной осевой нагрузкой 25 тс), которые могут быть эффективными для перевозки таких грузов, как уголь, руда, зерно. С такой проблемой, в частности, столкнулись железнодорожники на погранпереходе Забайкальск – Маньчжурия. Организовать в сообщении с Китаем полноценное движение тяжеловесных поездов сейчас невозможно, сказала Людмила Ренне, хотя это экономило бы пропускные способности инфраструктуры. Подобная технология сейчас активно внедряется на Восточном полигоне. К примеру, доля погрузки угля из Кузбасса в адрес портов Дальнего Востока, отправляемого в полувагонах 25 тс, в конце прошлого года достигла 90%.

Скорость прохождения грузов по транспортному коридору зависит и от того, насколько страны-участники перевозочного процесса ведут обмен данными в цифровом формате. Эта ситуация оставляет желать лучшего на погранпереходах с Монголией, Казахстаном и Китаем, свидетельствует замначальника департамента информатизации РЖД Инесса Яковлева.

Да и перевод всех перевозочных документов в цифру пока остается мечтой. «У стран-участниц ЕАТС №1 не решен до конца вопрос легитимности электронных документов в государственных и контролирующих структурах: таможне, налоговой, различных разрешительных органах, выдающих сертификат [соответствия]. Не успевают государственные органы за динамичным развитием цифровых технологий, и это становится серьезным сдерживающим фактором», – подчеркнула Инесса Яковлева. 

Погранпереходам повысят пропуск

Модернизация пунктов пропуска на границе позволит во многом расшить узкие места транспортного коридора. В ближайшие пять лет, сообщили в РЖД, провозную способность станции Гродеково планируется увеличить почти на 50% или на 5,5 млн т в год, Забайкальск – на 40% или на 11 млн т.

Для повышения интенсивности движения с КНР развитие получат автомобильные переходы. Среди вопросов, недавно выносимых на подкомиссию по сотрудничеству в области транспорта Российско-китайской комиссии по подготовке регулярных встреч глав правительств, – сопряжение автодорог между будущими пунктами пропуска Большой Уссурийский и Хэйсяцзы дао, а также возможность изменения классификации АПП Покровка – Жаохэ и Полтавка – Дуннин с двустороннего на многосторонний, что даст возможность перевозки транзитных грузов с третьих стран.

Серьезные инвестиции необходимы для модернизации Улан-Баторской железной дороги (УБЖД), которая вышла на предел своих мощностей. В прошлом году грузоперевозки по ней во всех видах сообщения достигли 33,7 млн т, тогда как ежегодная провозная способность магистрали составляет 33 млн т с возможностью пропуска 18 пар поездов в сутки.

Особенно динамично в последние несколько лет на дороге рос транзит: с 2022 года по 2025 год он увеличился с 3,1 млн т до почти 6 млн т. «Монголия является транзитной страной. В 2025-м в сравнении с 2024 годом число транзитных контейнерных поездов выросло на 22,5%», – сообщила заместитель начальника АО «Улан-Баторская железная дорога» Дашдамба Амарбаясгалан.

Как следствие, растет передача грузов через станцию Наушки. В этом году ее грузооборот может возрасти на 3,4%. Согласно планам РЖД, провозная способность ЖДПП Наушки к 2031 года должна увеличиться вдвое, на 8,6 млн т в годовом выражении.

Согласно планам по развитию железнодорожного коридора Россия – Монголия – Китай, предполагается, что в 2030 году грузоперевозки на УБЖД превысят 50 млн т, в 2040-м – 71 млн т, в 2050-м – 90 млн т. Для выхода на новые показатели работы компанией актуализирована инвестпрограмма на пятилетний срок. Общий объем вложений оценивается в $1,1 млрд. Планами предусмотрено строительство вторых главных путей (УБЖД является преимущественно однопутной линией) и реконструкция сложных по рельефу участков пути на 15 перегонах общей протяженностью 298 км, развитие 10 станций с удлинением приемо-отправочных путей, обновление локомотивного парка и другие меры.

Подобные шаги участников ЕАТС №1 можно приветствовать, но сегодня Европу и Азию связывают девять трансграничных железнодорожных и автомобильных коридоров, отмечает эксперт отдела устойчивого транспорта Европейской экономической комиссии ООН Руль Янссенс. Европейцам важно понять, каковы на сегодняшний момент технические параметры маршрута с участием Транссиба в сравнении с альтернативными. Кроме того, для железных дорог целесообразно разработать международные стандарты по аналогии с IMO и ICAO, которые регулируют морской и авиационный транспорт.