Средние зарплаты по России быстрее всего растут в регионах ДФО

Федеральный тренд

Задолженность по заработной плате растет по всей стране: это подтверждают отчеты Росстата. По данным ведомства, на конец января 2026 года сумма невыплат сотрудникам предприятий составила 1 млрд 855,9 тыс. рублей. Это на 1,4 млрд рублей или в 5 раз больше, чем в конце января 2025 года, хотя аналитики утверждают: в сравнении с декабрем 2025-го наметилось улучшение. С конца прошлого года российские предприятия погасили 171,3 млн рублей задолженности. Тем не менее, этот намек на позитивную тенденцию исчерпал себя уже по итогам февраля 2026 года: долги организаций перед работниками вновь выросли. По сведениям Росстата, к началу марта суммарно они составили уже 2 млрд 9 млн 800 тыс. рублей — на 153,9 млн рублей больше, чем в январе. В сравнении с аналогичным периодом 2025 года ситуация еще хуже: рост на 66% или на 799,3 млн рублей.

В январе 2026 года общая задолженность российских предприятий перед своими специалистами складывалась на 40,7% из неуплат, образовавшихся за текущий месяц — они составили 755,3 млн рублей. С 2025 года перенеслись долги на общую сумму 962,8 млн рублей (51,9%), еще 137,8 млн (7,4%) — неоплаченные обязательства организаций за 2024 и предшествующие годы. В феврале текущего года ситуация выглядела уже иначе. Российские компании активно гасили свежие долги: лишь 358,5 млн рублей или 17,8% неоплаченных обязательств образовались в 2026 году. С 2025 года накопилось уже 1 318,1 млн рублей (65,6%), а более ранних долгов — на 333,2 млн рублей (16,6%).

Основной причиной накопления задолженности по заработной плате компании называют отсутствие собственных средств. На втором месте — неаккуратные поступления денег из местных бюджетов, с которыми у предприятий заключены договоры об оказании услуг или поставке товаров. В связи с нехваткой средств на выплату заработной платы растет и число сотрудников, которые поневоле становятся кредиторами своих работодателей. Так, по данным Росстата, в январе 2026 года предприятия РФ не рассчитались с 8,3 тыс. специалистов. А по итогам февраля 2026 года эта цифра выросла до 9,1 тыс. человек. В аналогичные периоды 2025 года ожидающих оплаты за свой труд было 4,3 и 2,1 тыс. человек соответственно, что также подтверждает растущую негативную тенденцию и накопление долгов.

В целом по России самой неблагополучной экономической отраслью в части своевременной оплаты труда работников стало строительство. В январе 2026 года с ней было связано 42% всех непогашенных долгов организаций перед сотрудниками. В феврале эта доля выросла до 42,7%. В обрабатывающих производствах, наоборот, доля задолженности сократилась с 31,1% до 25,2% за месяц. На третьем месте — добыча полезных ископаемых: в январе текущего года 11% невыплаты зарплаты было связано с деятельностью таких компаний, а в феврале — 14,2%.

Не все в порядке 

В Дальневосточном федеральном округе сложилась своя картина. Прежде всего стоит отметить, что не во всех регионах территориальные подразделения Росстата публикуют в открытом доступе текущую ситуацию с задолженностью предприятий по заработной плате. Однако в сводных отчетах Федеральной службы государственной статистики информации достаточно, чтобы получить представление о платежеспособности дальневосточных компаний.

Суммарный объем долгов по зарплате на Дальнем Востоке составил 224,9 млн рублей в декабре 2025 года, 329,1 млн — в январе 2026 года и 415,8 млн рублей — в феврале 2026 года. За три месяца общая задолженность предприятий выросла почти в два раза. Половину суммы «обеспечили» всего два из 11 регионов ДФО — это Сахалинская область и Республика Саха (Якутия).

По данным Росстата, в декабре 2025 года объем задолженности предприятий в субъектах Дальнего Востока распределялся так:

• Общая сумма — 224,9 млн рублей;

• Сахалинская область — 97,5 млн рублей;

• Забайкальский край — 79,7 млн рублей;

• Хабаровский край — 21,0 млн рублей;

• Приморский край — 16,5 млн рублей;

• Камчатский край — 9,6 млн рублей;

• Республика Бурятия — 0,4 млн рублей;

• Магаданская область — 0,3 млн рублей.

У Якутии, Амурской области, ЕАО и Чукотского АО задолженность предприятий перед сотрудниками отсутствовала. Но уже по итогам января 2026 года ситуация изменилась. На фоне общего долга предприятий ДФО, который вырос до 329,1 млн рублей, в субъектах федерального округа произошли следующие негативные корректировки:

• Сахалинская область — 97,8 млн рублей;

• Республика Саха (Якутия) — 90,2 млн рублей;

• Забайкальский край — 77 млн рублей;

• Хабаровский край — 25,1 млн рублей;

• Камчатский край — 20,3 млн рублей;

• Приморский край — 18,4 млн рублей;

• Магаданская область — 0,3 млн рублей.

Предприятия Амурской области, Еврейской автономной области и Чукотки сохранили финансовую стабильность, а в Бурятии погасили долги. Одновременно в Якутии возникла довольно серьезная задолженность компаний перед сотрудниками. Увеличились суммы неуплат в Хабаровском крае, Приморье, на Камчатке и на Сахалине. Стабильная и небольшая задолженность — менее 1 млн рублей — сохранилась на Колыме.

По итогам февраля 2026 года без отрицательного показателя осталось три региона: проблемы появились у работодателей в ЕАО. Кроме того, на первое место в списке дальневосточных субъектов с самой большой задолженностью вышла Якутия.

• Общая сумма — 415,8 млн рублей;

• Республика Саха (Якутия) — 148,1 млн рублей;

• Сахалинская область — 113,7 млн рублей;

• Забайкальский край — 76,5 млн рублей;

• Камчатский край — 31,8 млн рублей;

• Хабаровский край — 21,9 млн рублей;

• Приморский край — 20,5 млн рублей;

• ЕАО — 2,9 млн рублей;

• Магаданская область — 0,3 млн рублей.

В общей дальневосточной картине особенно выделяются три региона, где складывается самая высокая задолженность предприятий по заработной плате. Это Республика Саха, Сахалинская область и Забайкальский край. Средняя зарплата в этих субъектах в январе и феврале 2026 года превысила общероссийскую планку. Так, в Якутии она составляет от 139 до 192 тыс. рублей, в Забайкальском крае — от 93 до 145 тыс. рублей, а на Сахалине — от 90 до 148 тыс. рублей в месяц (после вычета НДФЛ). При этом численность населения в островном регионе в два раза ниже. Лишь около 456 тыс. граждан живут на Сахалине и Курилах, в то время как в Республике Саха и Забайкалье эта цифра приближается к 990 тыс. жителей.

При сопоставимых средних зарплатах и такой разнице в плотности населения сравнение сумм задолженности говорит о том, что на островах растет количество предприятий, которые не могут позволить себе содержание привычного штата специалистов. Кроме того, по Сахалину, как и по Якутии, ощутимо «бьют» северные надбавки к зарплате: общая в ДФО тенденция, тормозящая развитие бизнеса, в этих регионах ощущается особенно сильно.

Бывает и хуже

Если сравнивать сложившуюся в ДФО ситуацию с финансовой картиной в других макрорегионах, все в действительности не так плохо (но могло быть, конечно, и лучше). Как сообщает Росстат в своих отчетах, самая печальная обстановка сложилась в Южном федеральном округе. К концу декабря 2025 года предприятия в восьми регионах ЮФО накопили 623,1 млн рублей долгов по зарплате. В январе 2026 года сумма уменьшилась до 602,4 млн рублей, а в феврале снова выросла до 643,6 млн рублей. Позицию абсолютного аутсайдера России макрорегиону обеспечивает Краснодарский край: там долги по зарплате стабильно превышают полмиллиарда рублей.

В общем рейтинге федеральных округов РФ ситуация выглядит следующим образом:

Декабрь 2025 года

• Южный ФО — 623,1 млн рублей;

• Сибирский ФО — 350 млн рублей;

• Северо-Западный ФО — 330,4 млн рублей;

• Приволжский ФО — 264 млн рублей;

• Центральный ФО — 227,5 млн рублей

• Дальневосточный ФО — 224,9 млн рублей

• Северо-Кавказский ФО — 7,3 млн рублей

• Уральский ФО — 0.

Январь 2026 года

• Южный ФО — 602,4 млн рублей;

• Северо-Западный ФО — 353 млн рублей;

• Дальневосточный ФО — 329,1 млн рублей;

• Приволжский ФО — 314,2 млн рублей;

• Центральный ФО — 179,7 млн рублей;

• Сибирский ФО — 65,6 млн рублей;

• Северо-Кавказский ФО — 11,8 млн рублей;

• Уральский ФО — 0.

Февраль 2026 года

• Южный ФО — 643,6 млн рублей;

• Дальневосточный ФО — 415,8 млн рублей;

• Приволжский ФО — 362,1 млн рублей;

• Северо-Западный ФО — 332,8 млн рублей;

• Центральный ФО — 166,3 млн рублей;

• Сибирский ФО — 69,7 млн рублей;

• Северо-Кавказский ФО — 19,5 млн рублей;

• Уральский ФО — 0.

Простой математический анализ показывает: объемы задолженности по зарплате наращивает не только Дальний Восток. Но если на Северном Кавказе прибавка составила 12 млн рублей за три месяца, то в ДФО — почти 200 млн рублей. Это гораздо больше, чем в Южном федеральном округе, где сохраняется самая плачевная ситуация с невыплатой зарплат в России, и все дальше от тенденции соседей из Сибири, которые за те же три месяца сократили объем задолженности почти в 6 раз. Компаниям ДФО нужно оперативно искать выход, иначе к лету 2026 года весь федеральный округ по зарплатным долгам обгонит небольшой Краснодарский край.

— Михаил Евгеньевич, каково сегодня реальное состояние креативной экономики Дальнего Востока?

— Смотрите, по итогам 2025 года у нас в макрорегионе действует почти 25 тысяч хозяйствующих субъектов — это 2,6 тысячи предприятий и 22,4 тысячи индивидуальных предпринимателей. Совокупная выручка сектора превысила 60 миллиардов рублей, в бюджеты всех уровней ушло больше 6 миллиардов налогов. Цифра растёт, значимость отрасли растёт — это факт.

Но здесь есть нюанс, который я всегда подчёркиваю. Если считать по числу организаций, лидируют исполнительские искусства — это больше 1,1 тысячи организаций, самое массовое направление. А выручка у них — всего 374 миллиона рублей. Похожая картина с культурным наследием: 685 организаций, а выручки — меньше 200 миллионов. То есть много участников — не значит много денег.

По вкладу в ВРП креативные индустрии дают Дальнему Востоку 1,5%, но в отдельных регионах показатель уже кратно выше: в Бурятии — 2,7%, на Камчатке — 2,1%, в Еврейской автономии — 2,0%. Лидеры по деньгам — три отрасли: разработка программного обеспечения (18 миллиардов рублей), реклама и коммуникации (10 миллиардов) и архитектура с урбанистикой (6 миллиардов).

Концентрация пока высокая: Приморский и Хабаровский края формируют больше 60% всей выручки креативного бизнеса ДФО. Приморье одно даёт почти 28 миллиардов, Хабаровский край — 11, Якутия — 6. И вот что интересно: Якутия лидирует не по деньгам, а по условиям для бизнеса, а Приморье — по масштабу самого бизнеса.

— Востокгосплан впервые посчитал рейтинг креативности регионов. Как считали?

— Мы собрали больше 50 статистических показателей и свели их в четыре блока: экономика креативных индустрий, кадровый потенциал, культурная инфраструктура и госуправление. Всё нормировали по единой методике, чтобы регионы можно было сравнивать честно.

И вот главный вывод: ни один регион не лидирует одновременно по всем четырём блокам. Поэтому мы выделили четыре модели развития — не «правильную» и «неправильную», а просто разные пути. «Государство-архитектор» — Якутия и Приморье, где государство активно строит систему поддержки. «Культурный каркас» — Забайкалье, Амурская, Магаданская и Сахалинская области: инфраструктура богатая, но сама по себе в деньги не конвертируется, её ещё нужно научиться превращать в продукты и турпотоки. «Комплексное развитие» — Бурятия и Хабаровский край, самая устойчивая модель, потому что всё сбалансировано. И «Изобретатель» — Камчатка, ЕАО, Чукотка: интеллектуальный потенциал есть, а системы коммерциализации пока нет.

— Разрыв на самом деле микроскопический: интегральный индекс 0,555 у Якутии против 0,554 у Приморья. Якутия выигрывает за счёт системы поддержки — индекс управления там 0,85, работает целый пул институтов развития, есть креативный кластер, рибейты, акселераторы. А Приморье — безусловный лидер по экономике: 36% компаний имеют выручку больше 26 миллионов рублей, 36% платят больше миллиона налогов, 28% показывают высокую рентабельность активов. Сегодня выигрывает не тот, у кого больше денег, а тот, у кого сильнее вся экосистема целиком.

— Какой миф о креативных индустриях рейтинг разрушил?

— Что чем больше учреждений культуры — тем сильнее экономика. Смотрите на Чукотку: первое место в ДФО по музеям (1,9 на 10 тысяч жителей), библиотекам (9,0) и клубам (9,3). А индекс управления там практически ноль — 0,001, и доля крупных по выручке компаний — 0,4%. Всё есть, а не работает. И наоборот: Сахалин по числу музеев не лидер, а по посещаемости — первый, и производительность у него самая высокая в макрорегионе — 147 тысяч рублей добавленной стоимости на одного туриста. Важно не количество объектов, а то, зарабатывают ли на них.

— А какое открытие оказалось самым неожиданным?

— Что регионам почти не нужно строить инфраструктуру с нуля — она уже есть, просто плохо работает на экономику. Камчатка — первая по кадровому потенциалу (0,56), по вузам (3,3 на 10 тысяч молодёжи) и по патентам (6,5 заявки на 10 тысяч экономически активного населения). А по управлению — только 0,19, и в общем рейтинге край лишь на 4 месте. Похожая история у самой Якутии: восемь институтов поддержки, первое место в рейтинге, но крупных компаний там всего 13%, а вклад в ВРП — 1,3%. Значит, следующий шаг для всех — учиться зарабатывать на уже накопленном потенциале.

— Что регионам делать, чтобы подняться в рейтинге?

— Универсального рецепта нет, у каждого своя слабая точка. Приморье выжало максимум из бизнеса (индекс — 0,58), но кадровый индекс всего 0,28 — значит, надо вкладываться в образование. Хабаровский край — самый образованный в ДФО (84% населения) и заметный в медиа (340 упоминаний), но занимает только 5 место — не хватает стратегии и институтов развития. Забайкалье — лидер по посещаемости театров (4 424 на 10 тысяч жителей) и по культурной базе (0,59), но кадровый индекс — 0,20. Богатство региона тоже не гарантия: у Сахалина самая высокая покупательная способность зарплаты в ДФО — 5,2 прожиточного минимума, но только 6 место в рейтинге. Решает не объём денег, а качество управления.

— Какой регион вас удивил больше всех?

— Бурятия. Экономика небольшая, а в рейтинге — третье место, обошла более сильных соседей. У неё один из лучших показателей вклада в ВРП — 2,7%, крепкая культурная инфраструктура. Ограничение одно — кадры: вузов там 0,97 на 10 тысяч молодёжи, почти втрое меньше, чем на Камчатке. Подтянут образование — и Бурятия способна стать одним из лидеров креативной экономики уже не только Дальнего Востока, а всей страны.

— Если совсем коротко — в чём главный вывод всего исследования?

— В том, что креативная экономика — это не соревнование отдельных отраслей, а работа всей региональной системы целиком. Культура создаёт смыслы, образование готовит кадры, бизнес превращает идеи в продукты, а государство даёт условия для масштабирования. Выпадает хоть одно звено — и потенциал региона не раскрывается. Наш рейтинг не для того, чтобы делить регионы на хорошие и плохие, а чтобы каждый понял: что у него уже работает, а что нужно усиливать в первую очередь.

С 1 сентября вступил в силу федеральный закон «Об администраторах финансовых и товарных индикаторов». Нормативный акт стал логическим продолжением работы, начатой в 2015 году, когда в стране были установлены правила работы отечественных кредитных рейтинговых агентств. Тогда в ответ на зависимость бизнеса от зарубежных рейтинговых систем была создана национальная система оценки компаний, обеспечившая прозрачность и контроль за их финансовыми показателями. Сегодня ситуация повторяется в сфере ценовых ориентиров: внутренние и экспортные котировки по ключевым товарам расходились, создавая риски для бизнеса и государства. Новый закон закрепляет основные понятия и алгоритмы работы новой системы, устанавливает правила проверки и использования данных.

Зачем нужна национальная система ценовых индикаторов?

На протяжении десятилетий российский бизнес был вынужден опираться на данные зарубежных рейтинговых и ценовых агентств. Такая зависимость несла в себе очевидные риски: изменения методик и выходных показателей порой диктовались политикой, а не экономическими реалиями. Так, в 2014 году на фоне крымских событий международные агентства «большой тройки» массово пересмотрели оценки российских эмитентов. К примеру, Moody’s снизило рейтинги «Роснефти» и РЖД с уровня Baa1 до Baa2. Эти решения были объяснены макроэкономическими рисками и санкционным давлением, однако в России они были восприняты как политизированные шаги, искусственно ухудшившие доступ компаний к международным капиталам.

Ответом на кризис 2014 года стал принятый в 2015 году закон «О деятельности кредитных рейтинговых агентств в РФ». Документ впервые установил правила работы для рейтинговых агентств внутри страны. По сути, закон создал внутреннюю правовую базу, позволившую формировать национальную систему кредитных рейтингов и снизить зависимость от внешних игроков. В 2022 году, когда иностранные рейтинговые компании полностью ушли с российского рынка, национальная инфраструктура смогла закрыть этот пробел. Однако в области ценовых ориентиров возникла новая проблема: внутренние и экспортные котировки по нефти, углю, зерну, рыбе и другим товарам начали резко расходиться, что усложнило расчёты и проведение сделок.

Торговля прежняя. Правила новые

Ещё в сентябре 2022 года премьер-министр Михаил Мишустин поручил Банку России разработать концепцию национальной системы финансовых и товарных индикаторов. Основная цель инициативы − создание официальных ценовых ориентиров, основанных на реальных сделках внутри страны, а не на котировках зарубежных агентств. В результате в декабре 2024 года был принят, а с 1 сентября 2025 года вступил в силу федеральный закон «Об администраторах финансовых и товарных индикаторов».

Нормативный акт устанавливает четкие правила формирования и использования индикаторов на финансовых и товарных рынках. Он вводит такие понятия как «финансовый и товарный индикатор», «администратор индикатора», «исходные данные», «пользователь индикатора», а также обязует онлайн-торговые площадки использовать только проверенные индикаторы. Это стандартизирует методологии расчета цен и обеспечивает прозрачность исходных данных.

Система администраторов финансовых и товарных индикаторов предполагает, что юридические лица будут рассчитывать ценовые показатели — от стоимости нефти до курсов облигаций — и предоставлять их заинтересованным лицам или публиковать в открытом доступе. Центробанк, в свою очередь, ведет реестр администраторов индикаторов и проверяет достоверность их расчетов. В результате органы власти вправе использовать в нормативных документах только зарегистрированные в реестре, а значит и верифицированные регулятором индикаторы. Применение зарубежных индексов, таких как Brent или Bloomberg, допускается лишь при отсутствии российских аналогов, что делает национальные ориентиры ключевыми для ценообразования на внутреннем рынке.

Важно, что администратором индикаторов может стать любое российское юридическое лицо, обладающее квалифицированной командой и системой внутреннего контроля. В результате закон усиливает позиции ЦБ как ключевого регулятора, повышает инвестиционную предсказуемость для бизнеса и снижает риск ценовых манипуляций.

Центробанк надеется на бизнес

Банк России сознательно отказался от идеи создавать собственную торговую инфраструктуру. Вместо этого регулятор опирается на коммерческие B2B-площадки, которые уже доказали эффективность и способны интегрировать новые требования закона о ценовых индикаторах. Для бизнеса это даёт возможность «встроиться» в государственную систему через привычные цифровые каналы.

К сентябрю 2025 года системы ценовых индикаторов уже внедрены в нескольких отраслях экономики. Так, Санкт-Петербургская биржа предоставляет данные для расчета ценовых ориентиров в нефтехимическом и лесном секторе, строительной отрасли. Московская биржа активно участвует в формировании индикаторов для драгоценных металлов. Для рыбной отрасли основные операторы ценовых параметров на данный момент не определены. Однако ещё в апреле 2024 года на совещании Центробанка озвучивалось, что одной из платформ для сбора ценовых индикаторов рыбохозяйственного сектора является платформа Fishplace.

В целом, подход ЦБ демонстрирует стратегию партнёрства с уже существующими цифровыми платформами, а не создания собственной инфраструктуры. Это позволяет быстрее внедрять систему ценовых индикаторов, минимизировать затраты и снизить риски с точки зрения технологической надежности.

Выгоды для бизнеса и государства

Новый закон создаёт системную основу для формирования прозрачных и достоверных ценовых ориентиров в ключевых отраслях экономики. Использование уже существующих коммерческих B2B-платформ позволяет быстро интегрировать новые требования без создания дублирующей инфраструктуры, что минимизирует издержки и технологические риски. Для бизнеса это открывает возможность опираться на официальные ориентиры при заключении сделок, планировании производства и ценообразовании, повышает предсказуемость рынка и снижает риски манипуляций.

Для государства закон усиливает контроль за прозрачностью и стабильностью рынка, даёт инструменты регулирования системных рисков и создаёт национальную базу данных ценовых индикаторов, которая независима от зарубежных источников. В долгосрочной перспективе это укрепляет доверие участников к российской экономической инфраструктуре, повышает инвестиционную привлекательность стратегических отраслей и способствует выстраиванию устойчивой системы рыночного регулирования на основе реальных сделок.

Ответ выглядит достаточно очевидным. Чем устойчивее и предсказуемее складываются отношения между Пекином и Вашингтоном, тем ниже уровень глобальной турбулентности, тем стабильнее международная торговля и тем более широкие возможности для развития получают территории востока России.

Как отмечало агентство Reuters, переговоры прошли под знаком поиска стабильности, несмотря на сохранение серьезных разногласий между сторонами. По оценке издания, лидеры стремились продемонстрировать готовность к «управляемой конкуренции» и сохранить достигнутое ранее торговое перемирие.

Главный практический результат трехдневного вашингтонского саммита между председателем КНР Си Цзиньпином и президентом США Дональдом Трампом — это осознанный выбор в пользу управляемой конкуренции, разрядки и снижения международной напряженности. Стороны предпочли заморозить наиболее острые противоречия и перевести диалог в конструктивное русло. Именно эта формула сегодня представляет особый практический интерес для российского Дальнего Востока.

Практические итоги переговоров

Перескажем конкретные результаты встречи лидеров двух государств, формирующие предсказуемый и устойчивый экономический ландшафт:

• Торговое перемирие: достигнуто соглашение о продлении временного экономического перемирия еще на два месяца — до 10 января 2027 года. Это дает необходимый запас времени для дальнейшей детальной проработки долгосрочных договоренностей.
• Снижение тарифных барьеров: стороны согласовали взаимное сокращение таможенных пошлин на общую сумму 30 млрд долларов.
• Постоянный торговый совет: учрежден регулярно действующий механизм двусторонних консультаций для оперативного решения возникающих экономических вопросов.
• Безопасность и искусственный интеллект: запущен специальный канал диалога по искусственному интеллекту («суперинтеллекту») с организацией прямой линии связи («горячей линии»).
• Военные контакты: подтверждено намерение подписать меморандум о взаимопонимании между вооруженными силами для предотвращения внештатных и кризисных ситуаций.
• Дипломатические символы: официально подтверждена отправка двух гигантских панд в зоопарк Атланты в рамках продолжения традиционной «панда-дипломатии».
• Предстоящий график: согласовано продолжение встреч на высшем уровне — в ноябре на саммите АТЭС в Шэньчжэне и в декабре на саммите G20 в Майами.

Институционализация диалога: от игры с нулевой суммой к «Хэ эр бу тун»

Для объективного наблюдателя важным аспектом саммита стала теплая и воодушевленная атмосфера на улицах американской столицы. Тысячи представителей китайской диаспоры и граждан КНР с национальными флагами искренне встречали лидера своей страны. Это наглядно продемонстрировало высокую сплоченность китайского общества и широкую поддержку курса на «Великое возрождение китайской нации».

Символично, что позиция, озвученная Си Цзиньпином в ходе визита, получила широкий резонанс как в международной, так и в китайской прессе. Газета Global Times прямо отметила, что развитие сотрудничества между Китаем и США отвечает интересам не только двух государств, но и мировой стабильности в целом.

Глубокий философский подтекст встрече придала программная позиция председателя Си Цзиньпина, подчеркнувшего, что «Китай и США должны быть партнерами, а не соперниками». «Великое возрождение китайской нации» и стремление «Сделать Америку снова великой» (MAGA) способны гармонично сосуществовать и дополнять друг друга на благо всего мира. В рамках концепции «Хэ эр бу тун» (和而不同) — «гармония без единообразия» — китайская дипломатическая школа последовательно демонстрирует, что «Великое возрождение китайской нации» и американские внутренние приоритеты вовсе не являются взаимоисключающими векторами.

Неслучайно китайские официальные источники и выступления Си Цзиньпина на международных площадках регулярно подчеркивают, что человечество имеет общую судьбу, а выигрыш одной страны вовсе не означает проигрыш другой. В выступлениях на площадках АТЭС такой подход напрямую связывается с принципами взаимной выгоды, многосторонности и экономической открытости.

Для Пекина это означает уверенный выход из логики игры с нулевой суммой: Китай фокусируется на внутреннем созидании, технологическом суверенитете и повышении благосостояния граждан, предлагая миру модель равноправного партнерства. Для мирового рынка этот сигнал означает заметное снижение волатильности. Для дальневосточных регионов России это далеко не второстепенная тема — это прямой переход от рисков к предсказуемости. Любой новый виток торговой войны крупнейших экономик автоматически отражается на стоимости перевозок, объемах инвестиций, валютных рынках и экспортных возможностях.

Экзистенциальный интерес Дальнего Востока: три фактора стабильности

Для Забайкальского края, Приамурья, Хабаровского края и Приморья устойчивость китайско-американских отношений имеет не абстрактное, а сугубо прикладное значение. Выступая главными логистическими и ресурсными воротами взаимодействия с КНР, регионы ДФО получают три критически важных дивиденда:

1. Транзитный суверенитет и безопасность цепочек поставок. Снижение геополитической напряженности в Азиатско-Тихоокеанском регионе гарантирует бесперебойную работу морских портов и сухопутных хабов (таких как ключевой узел Забайкальск — Маньчжоули). Предсказуемость мировой торговли означает отсутствие резких скачков страховых ставок и тарифов, что позволяет логистическим операторам планировать долгосрочные инвестиции в инфраструктуру.
2. Финансовая стабильность и юаневая ликвидность. Экономика Дальнего Востока глубоко интегрирована в юаневую зону: от расчетов в территориях опережающего развития (ТОР) до финансирования трансграничных мостов и модернизации Восточного полигона. Уверенный курс Пекина на переговорах с США надежно удерживает курс юаня от спекулятивной волатильности, защищая дальневосточный бизнес от валютных шоков и обеспечивая стабильность трансграничных расчетов.
3. Ускорение стратегии «открытия на север» (向北开放). Сняв часть внешнего давления на южном и восточном морских направлениях, Пекин получает ресурсный и политический маневр для форсированного развития северного сухопутного вектора. Именно поэтому в Маньчжоули и Хулун-Буире ускоряется строительство зоны свободной торговли, внедряются «умные» пункты пропуска (智慧口岸) и создаются академические хабы. Уверенный в своих глобальных позициях Китай не сворачивает, а масштабирует интеграцию со своими надежными соседями.

Зеленая трансформация и аграрный потенциал: новые горизонты

В условиях мирного и предсказуемого сценария развития особое значение приобретают продовольственная безопасность и экологическая повестка. Китай, последовательно реализуя стратегию «зеленые горы и изумрудные воды» (绿水青山就是金山银山), формирует колоссальный внутренний спрос на экологически чистую продукцию без ГМО.

Для Забайкалья и ДФО это открывает стратегическое окно возможностей:

• Возврат земель в оборот: освоение миллионов гектаров пашни на основе строгого соблюдения экологических стандартов.
• Научный севооборот: чередование зерновых культур и сои для полного восстановления и сохранения почв.
• Локализация добавленной стоимости: ключевая задача заключается не просто в экспорте сырья, а в строительстве на местах маслоэкстракционных заводов и элеваторных комплексов. Это позволит создать высокооплачиваемые рабочие места в сельских районах и гарантировать Китаю надежные поставки качественного продовольствия в рамках концепции «двойной циркуляции» (双循环).

Петрович подмечает:

Вашингтонский саммит подтвердил статус Китая как равной и уверенной в себе мировой державы. Надежный партнер ценит надежность в ответ. Наша задача — не гадать о глобальных геополитических разворотах, а синхронизировать инфраструктурные, цифровые и таможенные стандарты нашего приграничья с китайскими. Создавая прочный, технологичный и экологичный мост совместного развития, мы превращаем Дальний Восток и Забайкалье из периферии в главный центр тяжести евразийского процветания.

中文摘要 / 核心要点

· 中美华盛顿会晤定调全球稳定与“管控竞争”： 2026年9月，中美两国元首举行会晤，双方选择“管控分歧、缓和紧张”，达成延长贸易休战及建立常态化沟通机制等务实成果。中方秉持“和而不同”理念，展现了作为自信、负责任大国的全球治理智慧。

· 远东地区的直接红利与“向北开放”加速： 全球地缘政治的缓和与中美经贸关系的稳定，为俄罗斯远东及外贝加尔边疆区带来直接利好：保障海陆物流通道安全、稳定人民币结算体系。同时，中方得以加速推进“向北开放”战略及满洲里自贸片区建设，深化跨境产业链合作。

· 农业合作与绿色发展的新机遇： 在和平稳定的外部环境下，结合中国“双循环”战略与“绿水青山”理念，中俄农业合作迎来深化契机。中方对非转基因及绿色农产品的巨大需求，将推动远东地区土地复垦、科学轮作及农产品深加工产业的发展，为边境乡村经济注入强劲动力。

Краткий обзор мирового угольного рынка

Котировки угля в Европе на прошедшей неделе опустились ниже 135 долл./т. вслед за ценами на газ. Газовые и нефтяные контракты резко упали в начале торговой сессии на фоне надежд на возобновление диалога между США и Ираном и возможное открытие Ормузского пролива.

Германия обязалась полностью отказаться от угля, нефти и газа к 2045 г. согласно дорожной карте, представленной в среду Генеральной Ассамблее ООН. Поэтапный отказ от угольной генерации уже закреплен в законе. Все угольные электростанции обязаны прекратить работу не позднее 2038 г., а до этого момента их мощности будут постепенно сокращаться. Также рассматривается вариант переноса срока отказа на 2035 г.

Маржинальность угольных электростанций Германии увеличилась на прошедшей неделе благодаря росту стоимости электроэнергии и сокращению возобновляемой генерации. Угольные спреды подскочили до 61.48 евро/МВт·ч против 49.00 евро/МВт·ч. Цены на электроэнергию выросли почти со 177.00 евро/МВт·ч до 190.00 евро/МВт·ч. На фоне падения цен на газ газовые электростанции вышли в прибыль на уровне 5.86 евро/МВт·ч против убытка 17.38 евро/МВт·ч неделей ранее. Вклад возобновляемой генерации в энергосистему снизился до чуть менее 60% против 67%, тогда как доля ископаемого топлива за тот же период выросла чуть более чем на 7%.

Газовые котировки на хабе TTF за неделю упали на 5% до 881.22 долл./1000 м3 (-47.55 долл./1000 м3). Запасы газа в подземных хранилищах ЕС составили 70.1% (+1.4 п.п. к 16.09.2026 г.), что на 11.3 п.п. ниже прошлогоднего показателя (81.4%).

Индекс южноафриканского угля 6000 скорректировался с трехлетних максимумов до 121 долл./т., прервав трехнедельное ралли, поскольку рыночная активность в Индии замедлилась из-за праздников. Производители губчатого железа ушли с импортного рынка, и наблюдалось довольно заметное ослабление предложений со стороны всех участников. Практически все продавцы предлагают стандартные южноафриканские угли с заметным дисконтом к индексу API4.

В Китае цены спот на уголь 5500 NAR в порту Qinhuangdao поднялись до 146 долл./т. в результате неопределенности с предложением, которое в основных добывающих регионах оставалось устойчивым, но ограниченным. Крупные шахты продолжали работать в обычном режиме, однако общий объем добычи сдерживался ограничениями по мощностям и строгими проверками безопасности в преддверии осенних праздников (День образования КНР 1–7 октября).

Кроме того, в некоторых районах периодически возвращалась жаркая погода, а выработка гидроэлектростанций ослабла, что способствовало увеличению потребления угля.

Ряд шахт запланировали ремонт на ближайшие дни, и многие небольшие предприятия, как ожидается, замедлят добычу после исчерпания месячных квот. Это говорит о том, что значительная волатильность цен в ближайшей перспективе маловероятна, поскольку предложение в целом будет ограниченным.

Поддержку котировкам также оказывало пополнение запасов в связи с плановым обслуживанием ж/д линии Daqin-Qinhuangdao, которое начнется в начале октября и продлится около 25 дней. Запасы угля в 9 крупнейших портах составили 24.53 млн т. (+0.70 млн т. к 16.09.2026 г.), запасы на 6 крупнейших прибрежных ТЭС – 14.33 млн т. (+0.11 млн т. к 16.09.2026 г.).

Индекс индонезийского угля 5900 GAR подрос оставался на уровне 114 долл./т., низкокалорийный материал 4200 GAR снизился до 75.5 долл./т.

Спотовые котировки индонезийского угля показали смешанную динамику. Спотовые объемы остаются ограниченными из-за устойчивого внутреннего спроса и низкого уровня воды в Калимантане, что оказывает ценам поддержку. Несмотря на то, что несколько ключевых производителей получили разрешение на увеличение добычи в оставшиеся месяцы года, притока спотовых предложений грузов не произошло. Однако некоторые участники рынка ожидают, что ситуация вскоре улучшится по мере приближения сезона дождей и воздерживаются от закупок, наблюдая за дальнейшим развитием ситуации.

При этом Индонезия, крупнейший экспортер угля, более чем удвоила его импорт с начала года из-за сокращения добычи. По предварительным данным, за первые 8.5 месяцев 2026 г. страна импортировала 10.13 млн т. энергетического угля (+5.64 млн т. или +125% г/г). Этот объем уже превышает прошлогодний показатель (8.59 млн т.).

Высококалорийный австралийский уголь 6000 удерживался на уровне 144 долл./т. на фоне роста интереса к сделкам, привязанным к индексу, тогда как среднекалорийный материал подешевел.

Независимая комиссия по планированию (IPC) штата Новый Южный Уэльс перенесла на 30 сентября решение об одобрении проекта продления работы Hunter Valley Operations, который позволит продлить эксплуатацию двух шахт, ориентированных на экспорт энергетического угля. Glencore и Yancoal Australia в совместном заявлении выразили обеспокоенность и разочарование в связи с задержкой.

Индекс австралийского металлургического угля HCC упал до 275 долл./т., поскольку слабый покупательский интерес со стороны китайского и индийского рынков сохранял краткосрочный прогноз пессимистичным.

При этом цены на уголь PCI отскочили вверх после нисходящей коррекции, так как ранее трейдеры активно снижали цену предложения в связи с улучшением поставок российского материала, чтобы продать свои партии конечным потребителям и закрыть позиции до китайских праздников, но такой негативный настрой ослаб.

Правительство утвердило программу развития угольной отрасли России до 2050 года

Правительство РФ утвердило Программу развития угольной промышленности России до 2050 года. Документ предусматривает четыре сценария: стрессовый, консервативный, инерционный и целевой, в зависимости от динамики мирового спроса и цен, санкционных ограничений и условий работы отрасли.

По целевому сценарию добыча угля увеличится с 443.0 млн т. в 2024 г. до 530.1 млн т. в 2030 г., 595.2 млн т. в 2036 г. и 662.0 млн т. к 2050 г. Таким образом, к концу прогнозного периода производство может вырасти примерно на 49%.

Инерционный сценарий предполагает увеличение добычи до 491.6 млн т. в 2030 г., 545.3 млн т. в 2036 г. и 586.4 млн т. в 2050 г. В консервативном сценарии производство составит соответственно 454.0 млн т., 460.5 млн т. и 460.8 млн т, тогда как стрессовый сценарий предусматривает снижение добычи до 438.3 млн т., 381.3 млн т. и 318.9 млн т.

Экспорт по целевому сценарию увеличится со 197.6 млн т. в 2024 г. до 266.7 млн т. в 2030 г., 320.2 млн т. в 2036 г. и 350.1 млн т. в 2050 г. В консервативном сценарии экспорт к 2050 г. составит 238.2 млн т., в инерционном - 294.8 млн т., а в стрессовом сократится до 100.5 млн т.

Поставки на внутренний рынок в целевом сценарии вырастут с 179.0 млн т. в 2024 г. до 199.2 млн т. в 2030 г., 202.8 млн т. в 2036 г. и 231.7 млн т. в 2050 г. Импорт угля составит 13 млн т. в 2030 г. и по 12 млн т. в 2036 и 2050 гг.

Власти рассчитывают поддерживать внутренний спрос за счет угольной генерации, модернизации и строительства электростанций, увеличения использования энергетического угля в промышленности, в том числе за счет сокращения импорта угля из Казахстана и замещения его российской продукцией.

Рост добычи и экспорта предполагает дальнейшее увеличение перевозок в направлении азиатских рынков. По целевому сценарию экспортные перевозки угля по сети РЖД на восток возрастут с 111.4 млн т. в 2024 г. до 139.7 млн т. в 2030 г., 204.3 млн т. в 2036 г. и 220.8 млн т. в 2050 г. В консервативном сценарии перевозки составят 119.4 млн т. в 2030 г., 124.8 млн т. в 2036 г. и 122.2 млн т. в 2050 г.

Одним из ключевых структурных изменений, предусмотренных программой, является дальнейшее смещение добычи в Восточную Сибирь и на Дальний Восток. Доля этих регионов в общероссийском производстве должна увеличиться с 48.3% в 2024 г. до 51–56% в 2036 г. и 54–57% в 2050 г.

Доля Кузбасса будет постепенно снижаться: с 44.8% в 2024 г. до 37.9-40.5% в 2036 г. и 35.1-39.2% в 2050 г.

В результате рост российской добычи угля будет все в большей степени обеспечиваться месторождениями Восточной Сибири и Дальнего Востока, расположенными ближе к основным экспортным рынкам АТР и дальневосточным портам. В самой программе этот процесс характеризуется как масштабное смещение угледобычи на восток страны.

При этом восточные месторождения не могут полностью заместить Кузбасс по качественной структуре добычи. Кузбасс располагает значительными запасами высококачественных энергетических и коксующихся углей премиальных марок, сопоставимая по характеристикам ресурсная база которых в других российских угольных регионах ограничена. Поэтому, несмотря на постепенное снижение доли Кузбасса в общероссийской добыче и перенос прироста производства на восток, регион сохранит стратегическое значение как ключевой источник высококачественной угольной продукции для внутреннего и экспортного рынков.

Экспорт российского угля в Китай упал на 10.9% в январе-августе 2026 года

В январе-августе 2026 г. экспорт российского угля в Китай опустился до 53.1 млн т. (-6.5 млн т. или -10.9% к январю-августу 2025 г.), по данным Главного таможенного управления КНР (GACC).

Падение поставок российского угля связано с высокими ж/д тарифами, логистическими проблемами, международными санкциями и укреплением рубля. Указанные проблемы на фоне низких мировых цен вынуждают большинство производителей экспортировать уголь с нулевой или отрицательной маржой, что неизбежно приведет к дальнейшему падению добычи и поставок.

В январе-августе 2026 г. общий импорт угля Китаем составил 310.2 млн т. (+10.2 млн т. или +3.4% к январю-августу 2025 г.).

В августе 2026 г. угольные предприятия Китая добыли 361.8 млн т. (+5.4% м/м и -8% г/г). В январе-августе 2026 г. объем добычи снизился до 3.06 млрд т. (-3.3% г/г).

Индонезия, крупнейший поставщик угля в Китай, в январе-августе 2026 г. сократила экспорт до 120.7 млн т. (-1.1 млн т. или -0.9% к январю-августу 2025 г.).

За восемь месяцев 2026 г. Монголия продолжила уверенно наращивать объемы поставок угля до 78.4 млн т. (+25.8 млн т. или +49.0% к январю-августу 2025 г.), что позволило ей закрепиться на втором месте среди экспортеров угля в Китай.

За ней следует Россия, которая в прошлом году была вторым крупным поставщиком после Индонезии.

Австралия опустилась на четвертую позицию, отправив на экспорт 48.1 млн т. (-0.8 млн т. или –1.6% к январю-августу 2025 г.).

Изменения доли основных поставщиков в общем объеме импорта Китая (8 мес. 2025/2026 г.):

• Индонезия: 38.9% (–1.7 п.п.);

• Монголия: 25.3% (+7.7 п.п.);

• Россия: 17.1% (-2.7 п.п.);

• Австралия: 15.5% (-0.8 п.п.);

• Прочие: 3.2% (-2.5 п.п.).

Таким образом, несмотря на высокий спрос, экспорт российского угля в Китай сокращается на фоне системных проблем и кризиса в угольной отрасли, что потенциально ведет к снижению доли России на рынке и росту конкурентного давления со стороны других поставщиков.

Экспорт российского угля в Южную Корею вырос на 34.3% в январе-августе 2026 года

В январе-августе 2026 г. Россия увеличила экспорт угля в Южную Корею до 18.0 млн т. (+4.6 млн т. или +34.3% к аналогичному периоду 2025 г.).

Общий импорт угля Южной Кореей в январе-августе 2026 г. подскочил до 81.0 млн т. (+11.0 млн т. или +15.7% к январю-августу 2025 г.).

Из-за энергокризиса на Ближнем Востоке Южная Корея отменила 80% ограничение на загрузку угольных электростанций и повысила загрузку АЭС с 65–70% до 80%. На фоне роста цен и рисков поставок импортного СПГ и нефти, угольная и атомная генерация укрепляют свои позиции в энергобалансе страны.

Кроме того, рекордный спрос на электроэнергию в сочетании с необходимостью пополнения запасов к зиме и сохраняющейся турбулентностью в глобальных поставках СПГ заставляет Южную Корею наращивать импорт энергетического угля. В таких условиях Южная Корея, вероятно, будет вынуждена в 2026 году импортировать энергетический уголь в объемах, заметно превышающих уровень первых восьми месяцев.

Импорт угля Южной Кореей (январь-август 2026 г.):

• Австралия: 27.7 млн т. (+6.9 млн т. или +33.2%);

• Россия: 18.0 млн т. (+4.6 млн т. или +34.3%);

• Индонезия: 15.5 млн т. (-2.9 млн т. или -15.8%);

• Канада: 7.2 млн т. (+1.3 млн т. или +22.0%);

• Колумбия: 4.3 млн т. (+0.1 млн т. или +2.4%);

• Южная Африка: 3.7 млн т. (+1.5 млн т. или +68.2%);

• США: 2.5 млн т. (-0.6 млн т. или -19.4%).

В условиях кризиса российской угольной отрасли Южная Корея остается стратегически важным направлением для российских производителей благодаря относительно более высоким ценам по сравнению с основными рынками сбыта, такими как Китай и Индия.

Убыточность российского угольного экспорта продолжает расти из-за дорогой логистики и сильного рубля. Тем не менее, производители пытаются сохранить рыночную долю благодаря качеству продукции и ожиданию улучшения конъюнктуры в среднесрочной перспективе, включая стабилизацию мировых цен после пройденных минимумов, а также коррекцию курса рубля.

Историческое падение

На Дальнем Востоке наблюдается падение показателей добычи лососевых. В Камчатском крае лососевая путина завершается с рекордно низкими показателями (за всю историю ведения промысла). По данным на 8 сентября, вылов лососей в этом регионе составил 55,6 тыс. тонн, что почти в пять раз меньше результата за аналогичный период прошлого года и составляет менее половины от официального прогноза в 117,4 тыс. тонн. В том числе горбуши добыто 20,6 тыс. тонн, кеты – около 14 тыс. тонн, нерки – около 17,8 тыс. тонн, кижуча – 2,7 тыс. тонн.

В целом на Дальнем Востоке на 7 сентября выловлено 93,2 тыс. тонн тихоокеанских лососей. Доля Камчатского края в дальневосточном улове составляет порядка 60%. Второе место занимает Хабаровский край с результатом 21,5 тыс. тонн, третье – Сахалинская область с 10,7 тыс. тонн. При этом прогноз Всероссийского НИИ рыбного хозяйства и океанографии (ВНИРО) на текущий год (скорректированный прогноз озвучен в апреле текущего года) составлял 227 тыс. тонн^[1].

Президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров (ВАРПЭ) Г.Зверев полагает, что слабая лососевая путина несет финансовые риски для российских рыбопромышленников, которым может не хватить средств на внесение первого платежа за пользование рыбопромысловыми участками после переоформления договоров. Также Г.Зверев на ВЭФ заявил, что причина отрыва прогноза ВНИРО от реальных результатов должна быть предметом научного исследования во избежание дальнейших сбоев в прогнозировании.

По данным ВАРПЭ, общий объем средств, которые необходимо внести в рамках первого платежа (в текущем году - до 1 октября), в целом по всем пользователям составляет около 40 млрд рублей. Правительства Камчатского края, Магаданской и Сахалинской областей в конце августа направили обращения в правительство РФ с просьбой перенести на 2027 г. первый из четырех платежей за пользование рыболовными участками из-за слабой лососевой путины. Председатель Магаданской областной думы А.Широков на ВЭФ подчеркнул, что рыбаки в регионе остались без доходов, потратив при этом средства на подготовку к путине. Стоит отметить, что совокупная кредитная задолженность российских рыбаков по итогам первого квартала 2026 г. превысила 1,1 трлн рублей, увеличившись на 9%. При этом общий объем долга рыбодобытчиков оценивают в 897,4 млрд рублей, а долг переработчиков – в 204,4 млрд рублей.

Напомним, что платежи за рыбопромысловые участки после перезаключения договоров пользования ими разделены на четыре этапа. Срок первого платежа (в размере 25% от общей стоимости договора) приходится на 1 октября, размер второго платежа составляет 15% (не позднее одного года со дня заключения договора), третьего (не позднее двух лет со дня заключения договора) и четвертого (не позднее трех лет со дня заключения договора) – по 30%. Со своей стороны, глава Росрыболовства И.Шестаков полагает необходимым сократить сроки внесения корректив в правила рыболовства для возможности оперативно реагировать на изменение промысловой обстановки. Он также отметил, что вопрос о переносе сроков платежей за рыбопромысловые участки на Дальнем Востоке обсуждается. По словам И.Шестакова, первый платеж все же будет произведен в текущем году, но остальные платежи, которые должны быть в конце 2026 г. и начале-середине 2027 г., могут быть перенесены на окончание путины 2027 г. (на сентябрь или октябрь).

Цены и переработка

На фоне низких уловов продолжается рост стоимости лососевых на внутреннем рынке. По данным ФГУП «Нацрыбресурс», оптовая стоимость горбуши^[2] на Дальнем Востоке на начало августа составила 460 рублей за 1 кг, увеличившись год к году на 46% (наиболее выраженный рост среди лососевых). Кета за аналогичный период подорожала на 17,8%, до 530 рублей за 1 кг, нерка – на 3,7%, до 850 рублей за кг. В Росрыболовстве отмечают, что помимо объемов вылова, на оптовые цены на лососевую продукцию влияют стоимость логистики из районов промысла, затраты на добычу и переработку, инфляционные процессы и уровень спроса. Во ФГУП «Нацрыбресурс» связывают рост цен в первую очередь с низкими темпами путины, на которые влияет повышение температуры воды в океане.

Кроме того, существуют риски снижения выпуска красной икры. Объемы текущего вылова позволяют выпустить в России только 1,5 тыс. тонн при первоначальном прогнозе в 8-12,5 тыс. тонн.

При этом продолжает наблюдаться заход в дальневосточные воды южных видов рыбы, включая промысловые, что в научном сообществе также связывают с потеплением вод мирового океана. Напомним, что Тихоокеанский филиал ВНИРО в текущем году впервые установил рекомендованный объем промышленного вылова тунца для Восточно-Сахалинской подзоны (30 тонн) и Западно-Сахалинской подзоны (200 тонн). В середине сентября рыбаки-любители в Сахалинской области выловили (в Охотском море в районе мыса Свободный на восточном побережье острова) крупного тунца длиной 263 см и весом 285 кг, что стало абсолютным рекордом для Дальнего Востока. Предыдущий рекорд Дальнего Востока был установлен в 2024 г. у берегов Итурупа (вес тунца составил 284 кг).

В сфере рыбопереработки принадлежащая государству «Дальневосточная рыбопромышленная управляющая компания» (ДРУК, контролирует переданные государству по иску Генпрокуратуры активы О.Кана, Д.Дремлюги и А.Козлова) планирует инвестировать более 250 млн рублей в восстановление комплекса по переработке морепродуктов в Невельске Сахалинской области. На первом этапе на заводе предполагается осуществлять переработку красной рыбы, мощность комплекса составит около 50-60 тонн в сутки. В текущем году ДРУК также возобновила работу завода «Лонгари» по переработке лососевых видов рыб в Хабаровском крае (Николаевский район). Его мощность на первом этапе составляет 60 тонн в сутки, в 2027 г. ее планируется увеличить до 90 тонн в сутки. Компанией перезаключены договоры по всем находящимся в управлении участкам для промышленного рыболовства.   

ДРУК на сегодняшний день принадлежит 85 организаций^[3] и 51 судно, а также шесть морских терминалов^[4], 58 участков прибрежного рыболовства, 46 марикультурных участков и 65 тыс. тонн квот на добычу (макруруса, терпуга, трески, лососевых, окуня, палтуса, корюшки, краба-стригуна, креветки, минтая, пикши, сельди, кальмара, камбалы). Гендиректором компании является Д.Беленький, экс-глава ФГБУ «Главрыбвод» в составе Росрыболовства (2016-24 гг.), бывший заместитель министра энергетики РФ (2010-12 гг.).

Судебные тяжбы

Между тем в отрасли также продолжаются судебные разбирательства. В июле было возбуждено уголовное дело о мошенничестве в особо крупном размере в связи с использованием компанией «Тефида» инвестиционных квот на добычу краба. По версии следствия, компания получила право на промысел, не выполнив обязательства по строительству четырех среднетоннажных краболовных судов, а также не сообщила Росрыболовству о контроле со стороны иностранного инвестора. В период с 2021 г. по 2022 г. ЗАО «Тефида» добыло 3,6 млн экземпляров краба. В Амурской бассейновой природоохранной прокуратуре оценили ущерб водным биологическим ресурсам в более чем 2,5 млрд рублей.

В июле 2023 г. ЗАО «Тефида» лишилось права на инвестиционные квоты на вылов камчатского краба, синего краба и краба-стригуна. Тогда Федеральная антимонопольная служба признала компанию находящейся под контролем иностранного инвестора, поскольку ее основной бенефициар А.Козлов в течение нескольких лет занимал руководящие должности в американских компаниях Marine Fishing International Inc. и Marine Fishing International LLC.

В марте 2024 г. по иску Генпрокуратуры 100% акций ЗАО «Тефида» были обращены в доход государства. Управление компанией перешло к АО «Дальневосточная рыбопромышленная управляющая компания», а полномочия акционера – к Росимуществу^[5]. После смены собственника новое руководство заявило, что незадолго до национализации с баланса общества были выведены шесть промысловых судов («Прометей», «Посейдон», «Персей», «Пегас», «Парис» и «Нептун»). В связи с этим «Тефида» обратилась в Арбитражный суд Приморского края с требованием признать сделки недействительными. Суд удовлетворил ходатайство об обеспечительных мерах и запретил пограничной службе ФСБ выпускать суда из территориальных вод России, но флот все же покинул российскую юрисдикцию в нарушение судебного запрета^[6]. В итоге «Тефида» фактически осталась без средств для промысла.

Аналитику по этой и другим актуальным темам можно найти в еженедельном бюллетене EastRussia.

[1] В частности, на 31 августа вылов лососей в РФ составил 89,6 тыс. тонн против 223,6 тыс. тонн на аналогичную дату прошлого года. Пик путины к этому времени уже был пройден.

[2] Наиболее доступный и массовый вид тихоокеанских лососей, 80-85% улова реализуется внутри страны.

[3] В том числе крупные добывающие компании ООО «Курильский универсальный комплекс», ООО «Монерон», АО «Рыболовецкий колхоз «Восток-1», ООО «Приморская рыболовная компания».

[4] ООО «Николаевский ССЗ», ЗАО «НРЭБ», ООО «Зарубинская база флота», ООО «Апелла», ООО «Севрыбфлот», ООО «Пристань».

[5] ЗАО «Тефида» попыталось оспорить решение ФАС, но проиграло суды двух инстанций.

[6] Сообщалось, что суда по договорам цессии перешли под контроль иностранной компании Deepsea Fisheries (США).