– Кирилл, как вы себя позиционируете как человека, как писателя?

– Я детский писатель, который пишет на тему родного края, на тему Камчатки. Все мои книги посвящены именно Камчатскому краю, этому отдаленному дальневосточному региону. И таких детских книг, которые были бы посвящены именно Камчатке, очень-очень мало. У нас читающая семья, и когда родился старший сын, оказалось, что книжек про Камчатку практически в продаже нет, а те, которые были, изданы еще в советское время, и найти их очень сложно. Поэтому мне пришла в голову идея начать писать именно о Камчатке, в познавательных и образовательных целях – для своего сына. Это был 2016 год. Я для него написал «Живую азбуку Камчатки», чтобы мы учили буквы, алфавит именно на камчатском материале.

– Как он оценил?

– Я думаю, ему понравилось. Только результаты всех этих трудов будут видны на далекой дистанции. Это все он оценит только, когда вырастет. Но это все кирпичики, фундамент его будущего образования.

– Каким тиражом издана «Живая азбука Камчатки»? Где ее можно найти?

– Книга была издана тиражом 2000 экземпляров и сейчас уже вышел третий тираж этой книги. На Камчатке она популярна. Ее общий тираж уже 6000 экземпляров – для нашего региона это довольно много. На Камчатке есть своя книгоиздательская сеть и сеть магазинов «Новая книга» – там мои книги можно найти, и они действительно доходят до камчатского читателя. Это очень важно, потому что в центральную издательскую сеть нам практически невозможно пробиться, а вот на местном рынке это можно сделать.

– Сейчас у вас издано четыре детских книги. Над чем работаете в настоящее время?

– О, это серьезная книга об обороне Петропавловска 1854 года. Она называется «Пушки Петропавловска помнят». Мало кто знает, что в этом сражении участвовали не только взрослые, но и дети, подростки – они выполняли задачи подносчиков зарядов. Интересна она будет детям, так как написана от первого лица, от лица ребенка. Я поднял исторический материал, узнал реальные имена. Я веду повествование глазами ребенка, который видел, как происходил Петропавловский бой.

– Когда планируете выпустить?

– Издателя я уже нашел, книга должна выйти к концу года. Это будет классная книжка. Всегда хочется найти какой-то новый подход. От лица участника, тем более ребенка, еще никто не писал об истории Петропавловска-Камчатского.

– Кирилл, скажите, а влияют ли национальные мотивы, камчатский колорит на ваше творчество?

– Именно этнический национальный контент в моих книгах не присутствует. В это нужно погружаться, досконально изучать. Думаю, если я этим займусь, то это будет не совсем удачно, это будет стилизация. Поэтому не берусь. Чтобы об этом писать, нужно родиться на северах, вести традиционный образ жизни – только тогда это будет эффективно и достоверно. Надо очень аккуратно подходить к материалу, для меня это определенная ответственность. До детей нужно доносить правду, и я всегда пользуюсь услугами профессиональных редакторов, корректоров, которые могут найти какие-то фактические несоответствия.

Если я пишу о животных, например, про приключения камчатского лососенка, – изучаю научную литературу. В этой книге я описывал жизненный цикл малька нерки Курильского озера. Казалось бы, вид один – лосось, но разные подвиды, в разных водоемах ведут себя по-разному, у них различаются жизненные циклы.

– Вы пишете о Камчатке, и, конечно, и детям, и взрослым интересно читать о родном крае и узнавать какие-то места, сравнивать свои ощущения. Главной сценой для героев ваших произведений является природа?

– Камчатский вайб, безусловно, в моих сказках чувствуется. Все герои находятся в местной среде, основой которой являются вулканы. В России немного таких мест, где основа геологии и влияния на природу — это активный вулканизм. Природа очень влияет. К слову сказать, на Камчатке кроме природы ничего и нет. Любим то, что есть.

– Скажите, а писатель — это основной вид деятельности или хобби?

– Ну, конечно, хобби, потому что такой профессии «писатель» нет. Люди есть, а профессии нет. Зарабатывать на жизнь писательством невозможно. Тем более на Камчатке, в ситуации оторванности от большой цивилизации. Народ отсюда бежит. Тут хорошо только тому, кому хорошо на природе. Такое испытание. Писателям быть сложно не только на Камчатке. Если ты более-менее что-то из себя представляешь, это не просто сложно, а очень сложно. А если у тебя нет таланта, а ты как бы одержим какими-то энергиями, – это называется графомания – тогда, наверное, несложно. Если ты хочешь качественно писать, приходится очень много работать, это очень сложно. Любой писатель в России, который пишет более-менее серьезную литературу, некоммерческую, на этом жить не может.

– Получается, ваш основной вид деятельности – бизнес. Как вы находите время для написания книг?

– Я пишу свои книги, когда я сижу на работе. Потому что это самое эффективное использование рабочего времени, которое я знаю. И всем советую поступать так, чтобы только никто не догадался. Я предприниматель, поэтому могу себе позволить.

– Сколько уходит в среднем на написание одной книги – от идеи до печати?

– Один год – это минимум, а максимум – 2-3 года. Очень сложно писать. Особенно, если это краеведческая книга, которая нужно править, редактировать, делать иллюстрации. Это долгая история. Творчество — это тяжелый, долгий труд. У меня, вы знаете, нет недостатка в идеях. У меня есть кризис сил для их воплощения.

– Художников для иллюстраций книг вы выбираете сами? Работаете с камчатскими специалистами?

– Художников для своих книг ищу сам, работаю с ним скрупулезно. С камчатскими художниками тяжело – они как-то в интернете не представлены, я нахожу на бирже иллюстраторов. Вообще, я прихожу в типографию с флешкой, на которой готовый макет книги. Я контролирую все этапы процесса. Если вы возьмете любую мою книгу, то поймете, что на Камчатке детских книг такого качества просто нет.

– Нескромный вопрос: сколько стоит издать книгу на Камчатке?

– Тираж 2000 экземпляров обходится в сумму около полумиллиона рублей. Да, это дорогое удовольствие.

– Вашим первым выпущенным творением был поэтический сборник «Дар речи». Как вы сейчас к поэзии относитесь?

– Поэзией я занимался до рождения детей. Потом появились заботы о сыновьях, которым нужно уделять много внимания. Поэзия — это искусство, это очень сложное дело. И оно, конечно, более трудозатратно, чем написание детских книг. Я ответственный родитель, и не могу тратить огромное количество интеллектуальных сил на поэзию. Это с семьей несовместимо. Дети вырастут, может, вернусь.

– Расскажите поподробней об одной из ваших детских книг, например, про гномов вулканов. Что это за герои, что там с ними происходит?

– Я, честно говоря, уже не помню, как мне пришла в голову идея. Мне показалось, никогда в литературе не встречалось именно вулканических гномов. Мы живем на Камчатке, и тут, должно быть, живут какие-то особенные, вулканические гномы. У них есть своя страна – Пышнобородия. Они живут в своих мегаполисах прямо в жерле вулканов, их целые поколения. Отапливать жилища им не нужно, так как тепло идет из недр вулкана. Сообщества гномов общаются друг с другом.

– А если вулкан начнет извергаться?

– Он, несомненно, так и поступит когда-нибудь, и придется им переезжать, я думаю. Но это уже будет в следующей серии. Продолжение писать я начал, но что-то забросил. Чувствую, придется начать снова.

Москва — Хабаровск

Чтобы лично встретиться с читателями и рассказать им, как создавалась книга, писательница специально прилетела в Хабаровск из Москвы. Многие пришли на презентацию подготовленными — с экземплярами «Сказочного Амура». Книга ушла в печать в конце 2024 года и первые оттиски получили те, кто финансово помогал проекту: средства на печать трех тысяч экземпляров собирали на краудфандинговой платформе и по правилам, спонсоры в числе первых получают только-только покинувшую типографию книгу.

В книге 14 нигде ранее не опубликованных сказок нивхов, нанайцев, удэгейцев, негидальцев, уйльта, а также интересные фольклорные варианты сказок, которые известны в регионе и типичны для народов Приамурья, но широкая аудитория с ними совершенно не знакома.

Как и в других изданиях серии, сказки связывает сквозной авторский сюжет. В «Сказочном Амуре» повествование между народными сказаниями ведет подросток Артем, который переезжает жить в город на Амуре (какой именно – не уточняется), ищет новых друзей и пытается понять, в том числе с помощью преданий, что же такое дружба.

Любопытно, что после книг со сказками народов Камчатки, Сахалина, Чукотки, Таймыра, Якутии и Ямала, Александра Агафонова планировала переключиться на другие регионы, но Дальний Восток «не отпустил».

– Я планировала приняться за книгу про Русский Север: даже рабочее название у нее появилось - «Сказочное Беломорье», но неожиданно коллеги мне сказали: «А хочешь поехать на Амур?». До этого я дальше Хабаровска не ездила, поэтому, конечно, согласилась. Можно сказать, «Сказочный Амур» подсек другую книгу, – рассказала EastRussia Александра Агафонова.

По сказочной тропе

Маршрут экспедиции по сбору редких сказок привел писательницу в Николаевск-на-Амуре, национальные села Дада, Даерга, Иннокентьевка. Но работа велась и удалённо: например, одну из неизвестных ранее негидальских сказок поведал житель села Тыр Ульчского района. Сказители, как называет их Александра, это обычно люди в почтенном возрасте, которые помнят сказки, передаваемые из поколения в поколение. Общаться с ними не всегда было просто. Одним внимание гостьи из Москвы было приятно, другие вели себя настороженно. Поэтому чтобы заполучить материал для книги, Александре не раз приходилось уговаривать, или слышать в ответ: «давайте завтра», «не помню» и так далее.

– Бабушки – это крепкие орешки. К ним просто так не подойдешь. Нужно время, чтобы их разговорить. А иногда рассказ не начинается без разрешения духа-покровителя. Такая история произошла у меня, когда я делала предыдущую книжку «Сказочный Ямал». Бабушка, которая знала очень много всего, сказала, что их народ общается с покровителями через разные бытовые предметы. У нее общение происходит через старый крошечный железный стульчик. Если дух не будет против, то он придет и сядет и тогда она не сможет поднять этот стульчик. Мы подождали, потом бабушка попыталась поднять стул, и не получилось. Только после этого она рассказала мне удивительные сказки, – вспоминает автор.

Иногда материал приходил писательнице на пожелтевших и почти истлевших листах машинописного текста и даже на бобинах с рассыпающейся пленкой. Языки коренных народов, их сказания точно также стареют и уходят. Поэтому книга «Сказочный Амур» – это своего рода капсула времени, которая сохранит не только сказки, но и голоса.

Сказительниц Александра записывает на диктофон, и их голоса звучат со страниц книги — для этого нужно навести камеру смартфона на QR-код. В каждой книге из серии есть несколько сказок, которые опубликованы на языке того или иного коренного народа. Да, может быть, это не выгодно с точки зрения издательства, ведь прочитать это смогут единицы, но сохранение языков и культуры коренных народов того стоит. К тому же читатели рассказали писательнице, что дети, хоть и не понимают, о чем говорят сказительницы, но просят включить родителей аудиоверсию, чтобы послушать сказочный голос. Совершенно неожиданным оказалось и то, что для родителей сказки на языке коренных народов что-то вроде головоломки. Они читают предание на русском и смотрят на текст, например, на нанайском и сравнивают слова, пытаясь понять какое из них что обозначает.

Сказка — ложь?

О чем же сказки? Сюжеты посвящены матери лососей, птицам-шаманам, женщине-лисе, сварливым соседкам крысе и лягушке и даже очень редкому персонажу – росомахе. В фольклоре о нем мало историй, поскольку коренные народы боялись и не любили этого зверя. При этом сказки народов Амура отличаются своей фундаментальностью, отметила автор.

 – Там много нравоучений, не у каждого народа это есть. На Камчатке, например, в сказках больше шуток, резвости. А здесь все серьезно: как тебе живется в этом мире? Каким человеком должен быть? Как должен поступать? – говорит Александра Агафонова.

На презентации в Хабаровске гости cмогли увидеть оригинальные иллюстрации к книге – листы с рисунками Александра привезла с собой. Их автор – Ксения Воронова — живет в небольшом поселке Майский в Кабардино-Балкарии. Все идеи и сюжеты с Александрой они обсуждают удаленно, но очень хорошо понимают друг друга. За пять лет совместного творчества случаи, когда приходилось переделать изображение, можно посчитать по пальцам.

 – Для меня важно, когда мы делаем книгу, чтобы иллюстрации были сделаны на бумаге карандашом, пастелью, потому что мне кажется, и я в это искренне верю, что рисунок, который нарисован от руки, а не на компьютере, передает больше эмоций. Он будто доносит до нас больше душевного тепла, – поделилась автор.

Настроению презентации добавил и наряд самой Александры — черный свитшот с изображением обложки «Сказочного Амура». Да-да, обложка «Сказочного Амура» - черная. Многие коллеги говорили, что такой цвет для детской книги – это перебор, но писательница послушала себя, ведь она, в отличие от коллег, была в экспедиции и смогла прочувствовать дух жизни на Амуре. Черная обложка в сочетании с тигром и драконом отсылает к населенным полосатыми хищниками лесам Хабаровского края, а название реки произошло от общей для тунгусо-маньчжурских языков основы «амар», «дамур» — «большая река». Китайцы называли Амур «Хэйхэ» (кит. 黑河) — «черная река», затем «Хэйлунцзян» — (кит. 黑龙江) — «Река черного дракона». По легенде, в реке обитал добрый черный дракон. В тяжелой схватке он победил злого белого дракона, который топил лодки на реке и нападал на все живое.

И конечно же Александра Агафонова подписала всем желающим книги на память. Ее поразил семилетний читатель Гоша, который принес все семь книг серии.

 – Половину книг я привез сыну из командировок из разных регионов страны, — поделился отец Гоши Павел Мартенс. — Первую книгу «Сказочная Чукотка» я увидел в аэропорту Петропавловска-Камчатского. Искал сыну местные сказки, чтобы читать на ночь. Нам понравилось, а дальше пошло-поехало. Мы постоянно участвуем в сборе на новые книги на краудфандинговой платформе, поэтому «Сказочный Амур» у нас уже тоже есть. Гоша говорит, что это его любимая книга из серии. 

Кстати, так как тираж небольшой, в книжных магазинах «Сказочный Амур» не появится, но можно сделать онлайн-заказ. Жители и гости Хабаровска могут стать обладателями библиографической редкости в туристическом визит-центре на Утёсе.

С 1 сентября вступил в силу федеральный закон «Об администраторах финансовых и товарных индикаторов». Нормативный акт стал логическим продолжением работы, начатой в 2015 году, когда в стране были установлены правила работы отечественных кредитных рейтинговых агентств. Тогда в ответ на зависимость бизнеса от зарубежных рейтинговых систем была создана национальная система оценки компаний, обеспечившая прозрачность и контроль за их финансовыми показателями. Сегодня ситуация повторяется в сфере ценовых ориентиров: внутренние и экспортные котировки по ключевым товарам расходились, создавая риски для бизнеса и государства. Новый закон закрепляет основные понятия и алгоритмы работы новой системы, устанавливает правила проверки и использования данных.

Зачем нужна национальная система ценовых индикаторов?

На протяжении десятилетий российский бизнес был вынужден опираться на данные зарубежных рейтинговых и ценовых агентств. Такая зависимость несла в себе очевидные риски: изменения методик и выходных показателей порой диктовались политикой, а не экономическими реалиями. Так, в 2014 году на фоне крымских событий международные агентства «большой тройки» массово пересмотрели оценки российских эмитентов. К примеру, Moody’s снизило рейтинги «Роснефти» и РЖД с уровня Baa1 до Baa2. Эти решения были объяснены макроэкономическими рисками и санкционным давлением, однако в России они были восприняты как политизированные шаги, искусственно ухудшившие доступ компаний к международным капиталам.

Ответом на кризис 2014 года стал принятый в 2015 году закон «О деятельности кредитных рейтинговых агентств в РФ». Документ впервые установил правила работы для рейтинговых агентств внутри страны. По сути, закон создал внутреннюю правовую базу, позволившую формировать национальную систему кредитных рейтингов и снизить зависимость от внешних игроков. В 2022 году, когда иностранные рейтинговые компании полностью ушли с российского рынка, национальная инфраструктура смогла закрыть этот пробел. Однако в области ценовых ориентиров возникла новая проблема: внутренние и экспортные котировки по нефти, углю, зерну, рыбе и другим товарам начали резко расходиться, что усложнило расчёты и проведение сделок.

Торговля прежняя. Правила новые

Ещё в сентябре 2022 года премьер-министр Михаил Мишустин поручил Банку России разработать концепцию национальной системы финансовых и товарных индикаторов. Основная цель инициативы − создание официальных ценовых ориентиров, основанных на реальных сделках внутри страны, а не на котировках зарубежных агентств. В результате в декабре 2024 года был принят, а с 1 сентября 2025 года вступил в силу федеральный закон «Об администраторах финансовых и товарных индикаторов».

Нормативный акт устанавливает четкие правила формирования и использования индикаторов на финансовых и товарных рынках. Он вводит такие понятия как «финансовый и товарный индикатор», «администратор индикатора», «исходные данные», «пользователь индикатора», а также обязует онлайн-торговые площадки использовать только проверенные индикаторы. Это стандартизирует методологии расчета цен и обеспечивает прозрачность исходных данных.

Система администраторов финансовых и товарных индикаторов предполагает, что юридические лица будут рассчитывать ценовые показатели — от стоимости нефти до курсов облигаций — и предоставлять их заинтересованным лицам или публиковать в открытом доступе. Центробанк, в свою очередь, ведет реестр администраторов индикаторов и проверяет достоверность их расчетов. В результате органы власти вправе использовать в нормативных документах только зарегистрированные в реестре, а значит и верифицированные регулятором индикаторы. Применение зарубежных индексов, таких как Brent или Bloomberg, допускается лишь при отсутствии российских аналогов, что делает национальные ориентиры ключевыми для ценообразования на внутреннем рынке.

Важно, что администратором индикаторов может стать любое российское юридическое лицо, обладающее квалифицированной командой и системой внутреннего контроля. В результате закон усиливает позиции ЦБ как ключевого регулятора, повышает инвестиционную предсказуемость для бизнеса и снижает риск ценовых манипуляций.

Центробанк надеется на бизнес

Банк России сознательно отказался от идеи создавать собственную торговую инфраструктуру. Вместо этого регулятор опирается на коммерческие B2B-площадки, которые уже доказали эффективность и способны интегрировать новые требования закона о ценовых индикаторах. Для бизнеса это даёт возможность «встроиться» в государственную систему через привычные цифровые каналы.

К сентябрю 2025 года системы ценовых индикаторов уже внедрены в нескольких отраслях экономики. Так, Санкт-Петербургская биржа предоставляет данные для расчета ценовых ориентиров в нефтехимическом и лесном секторе, строительной отрасли. Московская биржа активно участвует в формировании индикаторов для драгоценных металлов. Для рыбной отрасли основные операторы ценовых параметров на данный момент не определены. Однако ещё в апреле 2024 года на совещании Центробанка озвучивалось, что одной из платформ для сбора ценовых индикаторов рыбохозяйственного сектора является платформа Fishplace.

В целом, подход ЦБ демонстрирует стратегию партнёрства с уже существующими цифровыми платформами, а не создания собственной инфраструктуры. Это позволяет быстрее внедрять систему ценовых индикаторов, минимизировать затраты и снизить риски с точки зрения технологической надежности.

Выгоды для бизнеса и государства

Новый закон создаёт системную основу для формирования прозрачных и достоверных ценовых ориентиров в ключевых отраслях экономики. Использование уже существующих коммерческих B2B-платформ позволяет быстро интегрировать новые требования без создания дублирующей инфраструктуры, что минимизирует издержки и технологические риски. Для бизнеса это открывает возможность опираться на официальные ориентиры при заключении сделок, планировании производства и ценообразовании, повышает предсказуемость рынка и снижает риски манипуляций.

Для государства закон усиливает контроль за прозрачностью и стабильностью рынка, даёт инструменты регулирования системных рисков и создаёт национальную базу данных ценовых индикаторов, которая независима от зарубежных источников. В долгосрочной перспективе это укрепляет доверие участников к российской экономической инфраструктуре, повышает инвестиционную привлекательность стратегических отраслей и способствует выстраиванию устойчивой системы рыночного регулирования на основе реальных сделок.

Площадкой проектному офису стал складской комплекс Ozon — очевидный намёк, на то, как успешно могут взаимодействовать региональные власти с инвесторами. В одном из ангаров собрались более 100 представителей бизнеса, власти, силовых структур и ресурсоснабжающих организаций. Присутствовал и врио губернатора Дмитрий Демешин, сразу предупредивший, что больше 40 минут пробыть не сможет.

Собственно, о ситуации с инвестклиматом врио информирован как никто другой — результаты нацрейтинга руководители регионов получили сразу после его оглашения на Петербургском международном экономическом форуме 7 июня 2024 года. Хабаровский край расположился на 11 месте, поднявшись на 3 позиции по сравнению с предыдущим годом.

Лучший из дальневосточных регионов — Сахалинская область — на четвёртом месте по стране, причём регион обошёл Москву и занял первое место по параметру «регуляторная среда». Вторая по ДФО и в седьмая по РФ — Магаданская область (плюс две позиции по отношению к 2023-му году). Приморье и Приамурье в группе регионов, разделивших 12 место, Республика Саха (Якутия) на 14-ой позиции, Бурятия и Камчатка – пятнадцатые. Это то, что в тот день узнали все, а вот детали получили только руководители регионов.

Справка

Национальный рейтинг рассчитывается по 70 показателям в 4 направлениях:

· Регуляторная среда = качество предоставления государственных услуг — показатели эффективности оказания различных государственных услуг для бизнеса: время прохождения, количество процедур и удовлетворенность предпринимателей типовыми административными процедурами (например, выдача разрешений на строительство, регистрация прав собственности на недвижимость, подключение к электросетям).

· Институты для бизнеса = эффективность институтов для бизнеса — наличие и качество инструментов защиты и улучшения инвестиционной среды. Показатели работы и динамики развития институтов и механизмов для бизнеса (например, наличие и качество законодательства, защищающего права инвесторов, механизмы поддержки инвестиционной деятельности, оценка уровня коррупции и развития механизмов ГЧП).

· Инфраструктура и ресурсы = наличие и качество инфраструктуры — показатели работы и уровня развития инфраструктуры, а также доступности ресурсов для ведения бизнеса и инвестиционной деятельности (например, оценка мер государственной поддержки и наличие финансирования, наличие физической инфраструктуры и ресурсов — таких, как автомобильные дороги, телекоммуникационная инфраструктура, наличие объектов инвестиционной инфраструктуры (технопарков, промышленных парков и инкубаторов), наличие, квалификация и достаточность необходимых трудовых ресурсов).

· Поддержка малого и среднего предпринимательства = уровень развития малого и среднего предпринимательства (например, количество субъектов МСП в расчете на 1 тысячу человек населения региона) и эффективность различных видов поддержки предпринимательства (например, оценка процедур получения государственного и муниципального заказа для субъектов малого и среднего предпринимательства, оценка необходимой для ведения бизнеса недвижимости, оценка доступности кредитных ресурсов и т.д.).

— 10 лет прошло, а мы вот все об одном и том же — о регуляторной среде, — подчеркнула руководитель Дальневосточного филиала АСИ Ольга Курилова, представившая результаты рейтинга. — Да, есть у Хабаровского края позитивные изменения, регион сильно изменился, вопрос только в одном: другие регионы уже убежали вперед. Регионы лидеры по регуляторной среде, например Сахалин, начинали в ручном режиме, а теперь они отстроили работу на системном уровне с помощью цифровых платформ, И задача Хабаровскому краю на ближайшее время — цифровизировать строительную отрасль, подключения к инженерным сетям, разрешительные процедуры — там точно можно обойтись без участия человека. И если такая система и платформа будет, это позволит избежать многих проблем, повысит прозрачность всех процедур, и предпринимательская удовлетворенность будет совершенно иная.

О давно назревшей необходимости создать единую информационную систему в строительстве рассказал собравшимся Александр Волков, гендиректор «СиСофт Дальний Восток».

— У нас сейчас ситуация такая: каждая организация сетедержателей имеет свои собственные —либо бумажные, либо электронные архивы своих инженерных сетей. Причем сети друг друга они видят очень мало или плохо. Например, в Хабаровске из 72 организаций только 10 организаций подключены в общую систему. И, собственно, хотел бы сделать два предложения очень простых.

Первое. Создать при правительстве Хабаровского края центр цифровой трансформации, который занялся как раз с тем, чтобы все инженерные сети были сведены в одну единую общую электронную цифровую карту и в том числе, чтобы все муниципальные образования на этой общей единой цифровой карте ввели все свои работы, связанные с присвоением адреса, выделением земельных участков и прочих вещей.

Второе: создание такого центра должно сопровождаться ещё одним документом, который принимается в некоторых уже регионах России — это постановление губернатора о том, чтобы все ресурсоснабжающие организации региона вносили в эту общую базу, тот объем информации, который не секретен и не подвержен какой-то дополнительной защите.

Как оказалось, инициатива уже в работе. Врио губернатора сообщил: задача поставлена, находится на контроле.

— Опубличить этот вопрос можно только частично, потому что там ряд данных по пролеганию сетей носит секретный характер, — отметил Дмитрий Демешин и адресовал вопрос своему заместителю — Дарий Викторович, ответьте, мы сможем это сделать? В какие сроки, если говорить о ваших сетях?

—  У нас у ряда ресурсно-снабжающих организаций свои базы есть, — отвечал Дарий Тюрин, заместитель председателя правительства Хабаровского края по природным ресурсам и сельскому хозяйству. — Надо смотреть возможность интеграции в эту общую систему, чтобы можно было действительно ей оперативно и эффективно пользоваться. Я думаю, что на это можно взять, 10 дней, скажем так. Если готовы коллеги предоставить, мы можем с муниципалитетами отработать этот вопрос в течение 10 дней.

Впрочем, одна только цифровизация все проблемы не решит. Обмен мнениями внезапно перерос в дискуссию, когда глава хабаровского отделения «Опоры России» Сергей Мазунин высказал своё недовольство ситуацией в подключении к газоснабжению.

— Вот я хотел вопрос поднять о подключении к газовым сетям. Есть поручение президента 2020 года связаное с этим. Я не знаю, как оно исполняется, в том числе на региональном уровне. Много вопросов связано с внутренними регламентами: доступ на рынок, подключение к технологическим сетям. «Газпром газораспределение» у нас вообще на письма не отвечает.

Я предлагаю заняться этим на федеральном уровне — проанализировать все эти избыточные требования, например. Лимитов по газу мы не понимаем, есть ли они или нет. Как мы можем развивать регион, производство, когда у нас газификация региона 25% — я имею в виду ДФО (при этом большая часть газифицированных объектов относятся к энергетической инфраструктуре – прим. ред).

Итогом обострившегося диалога стало предложение Марии Авиловой, первого заместителя председателя правительства Хабаровского края (врио к тому моменту отбыл), направить в головной офис Газпрома единое обращение от общественных объединений предпринимателей, отдельных бизнес-структур Хабаровского края, в котором были бы изложены все вопросы, требующие решения.

И уже под занавес встречи Александр Волков (предлагавший создать единый центр цифровой трансформации строительной отрасли) напомнил о вышедшем месяц назад постановлении правительства Российской Федерации, которое обязывает все технологические присоединения с 1 марта 2025 года выполнять через портал Госуслуги — как для граждан, так и для организаций.

— Сейчас порядка 350 ресурсоснабжающих организаций на территории Хабаровского края. Либо каждая должна будет исполнить законодательство и подключиться к порталу Госуслуги, либо это нужно сделать централизованно для того, чтобы вся информация по всем заявкам на техприсоединения для бизнеса и для граждан шли через портал Госуслуги и были видны для краевого правительства, — подчеркнул спикер.

Что ж, если цифровизация всей строительной отрасли Хабаровского края будет развиваться также бодро, как она обсуждается, и реализоваться в том же темпе, что и в части поручений, то, возможно, 50-ая позиция региона по «регуляторной среде» по итогам следующего рейтинга станет «страницей тёмного прошлого».