Иркутск
Улан-Удэ

Благовещенск
Чита
Якутск

Биробиджан
Владивосток
Магадан
Хабаровск
Южно-­Сахалинск

Магадан
Южно-Сахалинск

Анадырь
Петропавловск-
Камчатский
Москва

40 лет разваливания

Как временное жилье Токи не превращается в постоянное

В следующем году поселок Токи на берегу Татарского пролива, рядом с которым работают и строятся крупнейшие угольные терминалы Хабаровского края, празднует свое 65-летие. Но юбилей выйдет грустным, если не случится чуда. У поселка одна проблема, зато большая. Значительная часть его домов разваливается, поскольку возводилась четыре десятка лет назад как временное жилье. Письмами с жалобами жители Токи за эти годы завалили все инстанции, но пока — увы, безрезультатно. Не проще ли снести половину Токи и построить новый поселок, разбиралось EastRussia.

40 лет разваливания
Фото: Дмитрий Щербаков

Население Токи — 2,2 тысячи человек, и оно ненамного уменьшилось с советских времен.  Когда-то поселок жил фактически двумя предприятиями: проходящей здесь железной дорогой и лесопильным заводом. Магистраль своим бурным развитием создала часть Токи, до сих пор называющуюся «станция». Там стоят комфортные кирпичные пятиэтажки. Персонал лесоперерабатывающего предприятия жил в другой части, и сейчас называемой «поселок». Здесь стояли деревянные дома, как многоквартирные, так и частные. Именно с ними и приключилась осенью 1976 года беда. 

В тот год по всему региону шли сильнейшие пожары. Один из них в конце концов добрался до склада ракетно-артиллерийского вооружения, расположенного возле Токи. Тогда, как говорят, у склада как раз стоял поезд с боеприпасами под разгрузку — к счастью, разукомплектованными. Ракетные двигатели загорелись, а за ними загорелись и дома в «деревянной части» Токи. Огонь спалил их дотла, а из кирпичных строений пожар пережили только клуб и детсад. 

Жилье восстанавливали методом «народной стройки»: всего за два месяца и работниками со всей страны. «Но брус был сырой, все делало на скорую руку, не профессионалами. Сказано было как: это временно, 10-15 лет, а потом будем строить кирпичные. Но в прошлом году минуло уже 40 лет, а ни один из временных домов переселен так и не был»,— рассказывает глава сельского поселения «Поселок Токи» Людмила Доронина. Администрацию она возглавляет третий год, а живет здесь уже 25 лет. 

Все свои проблемные дома Людмила Доронина знает наперечет. «12 домов стоит на улице Зеленой, из них один кирпичный. Улица Токинская — восемь домов, все деревянные. Улица Строителей — один деревянный, два кирпичных. 65 лет октября — один кирпичный, три деревянных. переулок Магаданский — все четыре дома деревянных»,— перечисляет глава. Таким образом, сейчас в части Токи, называемой «поселок», 31 жилой дом, в основном деревянные двух- и трехэтажки, и всего четыре кирпичных дома. Одноэтажные частные дома можно пересчитать по пальцам одной руки. В одноэтажке, кстати, располагается и сама администрация. 

Сейчас программа переселения из ветхого и аварийного жилья, уточняет глава, действует в отношении строений, признанных ветхими до 1 января 2012 года. В Токи при предшественнике Людмилы Дорониной ни один дом аварийным признан не был. Нынешняя администрация признала аварийными три дома. Два из них были построены позднее пожара, в 1984-1985 годах. Один — по Токинской, 9 — является типичным образцом жилья «поселка». 

«В свое время жители на «станции» заказали экспертизу всех домов. Прошел экспертизу и один дом «поселка». По домам «станции» выводы гласили, что нужен частичный ремонт, но жить можно. А вот дом в «поселке» однозначно признан не пригодным для проживания»,— рассказывает Людмила Доронина. Она уверена, что если заказать экспертизу любого другого деревянного дома в Токи, «результат будет таким же». Но признавать аварийными и следующие дома администрация не торопится: по закону это означает, что жителей нужно переселять, а переселять — некуда. 

Переселение из уже признанных аварийными домов должно происходить за счет средств федеральной программы. Поселение сформировало пакет документов по трем аварийным домам и передало его в региональное министерство ЖКХ. «Программу ждем. Сначала она работала до 2016 года, но не успели построить все, что запланировано. В июле 2017 года действие программы, говорят, заканчивается. Надеемся на то, что закончит действие одна программа, и сразу заработает другая. Мы готовы признать аварийными и остальные дома. Но — найдется два-три человека, которые завалят жалобами прокуратуру и всех остальных, и я могу оказаться просто совсем в другом месте»,— говорит глава. 

Между тем в 2010 году поселок вошел в программу капитального ремонта домов. Но лучше бы, дает понять Людмила Доронина, этого не случалось. 17 домов отремонтировано, но проблем с отремонтированными домами, признается глава, «больше, чем с теми, которые ремонт не затронул». «Там поменяли системы тепло- и водоснабжения, облицовку. Выглядеть все стало лучше. Но это, как говорят сами жители, как будто покрытую плесенью конфетку завернули в красивую обертку. Раньше, например, между брусом и обналичкой был советский экологически чистый рубероид, сейчас — современные материалы, не пропускающие воздух. Процессы разрушения пошли еще быстрее»,— сетует Людмила Доронина. 

По словам главы Токи, нынешняя волна внимания к проблеме поселения — уже как минимум третья. «К сожалению, первые две не закончились ничем»,— уточняет она. Предыдущий раз внимание к Токи оказалось приковано благодаря бизнесмену Руслану Байсарову, владельцу угледобывающей ТЭПК, вспоминает Людмила Доронина. В начале 2013 года предприниматель заявил, что будет строить железную дорогу, которая свяжет угольное месторождение Элегест в Туве с Красноярским краем. А заканчиваться путь угля по стране должен в Ванино, заявил господин Байсаров. 

Именно здесь для перевалки угля ТЭПК, анонсировал бизнесмен, будет построен терминал на 15 млн тонн угля в год. Площадку в 65 га под новый объект компания нашла как раз возле Токи. С действующей магистралью порт должны связать 2 км путей примыкания. Завершить строительство Руслан Байсаров пообещал в 2015 году. Но пока — фактически так и не начал. 

«Это всколыхнуло наших жителей. Появилась надежда на то, что мы действительно как-то улучшим наши жилищные условия. Жители живут надеждой, что приедет очередная группа, и все сдвинется»,— признает Людмила Доронина. ТЭПК обещает трудоустроить на новом терминале 500 местных жителей и вложить 12 млрд рублей, причем стабильная загрузка порту как будто бы гарантирована: месторождение-то свое. Но пока к нему нет железной дороги, порт в Ванино, ясное дело, и не нужен. 

Тем временем возле Токи уже успешно переваливает уголь дочернее предприятие СУЭК — терминал стоит в бухте Мучке, в 1,5 км от поселка. Еще один угольный терминал с 2015 года совместно строят возле поселка «Сахатранс» и «Колмар». «Сегодня мы находимся в центре социально-экономического развития не только Ванинского района, но и, наверное, Хабаровского края. Работает на проектной мощности «Дальтрансуголь». Введен режим Свободного порта. Замечательно. Но инвесторы приходят, пользуются нашими дорогами, коммуникациями и всей инфраструктурой. А что дают нам они?» — спрашивает глава.   

Крупные инвесторы, по ее словам, создают рабочие места возле Токи, но возят на них сотрудников и из соседней Советской Гавани, и из Ванино, и из поселка Заветы Ильича. Компании и их персонал можно понять: чтобы жить рядом с терминалами, например, в Токи, нужно иметь не только хорошую зарплату, но и как минимум комфортное жилье. Разваливающиеся деревянные бараки под это определение явно не подходят. 

Так что решать проблемы поселению приходится постепенно и за счет средств местного бюджета: администрация заменила системы теплоснабжения в двух домах, начала ремонтировать дороги. За три года отремонтированы 10 придомовых территорий. Но действия федерального правительства по корректировке системы распределения налогов оптимизма властям Токи не добавляют. «В 2014 году бюджет поселка был около 16 миллионов рублей. Но потом у нас забрали поступления по аренде земли и снизили нормативы по НДФЛ с 10% до 2%. И у меня бюджет сократился практически вдвое. В 2015 году казна составила около 9 миллионов»,— приводит цифры глава. Снижается и краевое софинансирование по различным программам, добавляет она. 

Часть Токи нужно отстраивать заново, уверена Людмила Доронина: «Что нам эти три аварийных дома. Нам бы весь «поселок» заменить. Почему проблема стоит так остро? Мы управляющую компанию не можем найти на эти деревянные дома. Уже третий год у нас только обслуживающая компания. Все системы в домах в таком состоянии, что не обеспечивают потребности жильцов. Люди жалуются, требуют коммунальщиков менять системы. А замена одной системы теплоснабжения в деревянном доме — 1,6 млн рублей. Это капитальный ремонт. Деньги откуда? Только собрать с самих же жителей. А живут в основном пенсионеры. Те, кто имеет доходы, давно переселились или на «станцию», или в Ванино, или в другие города страны»,— рассуждает глава. 

Но на предложение ликвидировать ТОки, раз уж все так плохо, Людмила Доронина отвечает как настоящий патриот: определение "бесперспективное" к Токи, по ее мнению, ну никак не относится.

Осталось дождаться только денег.