Иркутск
Улан-Удэ

Благовещенск
Чита
Якутск

Биробиджан
Владивосток
Хабаровск

Магадан
Южно-Сахалинск

Анадырь
Петропавловск-
Камчатский
Москва

Алюминиевая сказка для огурцов

Зачем Дальнем Востоку «крылатый металл»

Алюминиевая сказка для огурцов
Фото: shutterstock.com
Принято считать, что Дальний Восток не очень пригоден для нормального развития сельского хозяйства в силу суровых климатических условий: значительная часть его территории находится в поле арктического, субарктического и морского климата, сужающих возможности для выращивания различных культур.

Между тем, перспективы для растениеводства на Дальнем Востоке весьма неплохие, учитывая зависимость северных районов от завоза овощей либо из других частей России, либо из Китая. К тому же Дальний Восток географически близок к гигантскому азиатско-тихоокеанскому продовольственному рынку, где потребителями является около половины населения всего земного шара.

Площадь пахотных земель на Дальнем Востоке превышает 2 млн. га, сенокосов и пастбищ — составляет порядка 1,8 млн. га. Сконцентрированы сельскохозяйственные угодья в Амурской области и Приморском крае, в меньшей степени — в Еврейской автономной области и Хабаровском крае. Это, конечно, немного по сравнению с Европейской частью России, однако и количество населения здесь гораздо меньше. Впрочем, расширение пахотных земель на Дальнем Востоке идет — пусть медленно, но все-таки верно. В частности, в нынешнем году в Приморском крае планируется увеличить пахотные площади на 10% — до 450-460 тыс. га.

Конечно, ситуация со свободной землей для сельскохозяйственной деятельности на Дальнем Востоке далека от идеала. Например, в центральной и южных частях Амурской области плодородные земли в массе своей заняты, свободной земли более менее достаточно лишь на севере региона. В Еврейской автономной области еще меньше пригодной для растениеводства «ничейной» земли. На Камчатке же положение дел с землей еще сложнее: попробуйте вырастить что-то, если с одной стороны вулканы, с другой — море.

Немало хлопот потенциальным инвесторам может доставить и не сильно-то развитая транспортная инфраструктура: густота автомобильных и железных дорог на Дальнем Востоке самая низкая по России. Плюс высокая стоимость топлива и энергоресурсов. И рельеф не везде ровный.

Однако за последние годы проявилась одна интересная тенденция: на Дальнем Востоке мало помалу раскручивается строительство тепличных комплексов. Предпосылки к этому создает не только зависимость северных районов от их поставок извне, но и формирование на Дальнем Востоке  территорий опережающего развития (ТОР).

Скажем, в ТОР «Камчатка» планируется сооружение сразу трех тепличных комбинатов для выращивания в них помидоров, огурцов и салата. Подобные комплексы создаются или будут создаваться и в иных ТОРах, благо власти регионов, в которых они расположены, нацелены на привлечение инвесторов из России или из-за границы.

И инвесторы идут, взять хотя бы тепличный комплекс «JGC Evergreen», чья первая очередь была построена при участии японской JGC Corporation в ТОР «Хабаровск» в 2015 году. Сегодня идет сооружение второй очереди, она должна быть сдана в эксплуатацию в сентябре текущего года.
Интерес к созданию комбинатов по выращиванию овощей в закрытом грунте в областях и крах Дальнего Востока есть как у японских компаний, так и китайских и южнокорейских. И не удивительно: Дальний Восток входит в зону их стратегических интересов.

Но откуда бы ни приходили инвесторы, им предстоит находить пригодные площади, обустраивать фундаменты, возводить теплицы. И вот тут-то свою лепту может внести отечественная алюминиевая отрасль.

Довольно долго для сооружения тепличных комплексов в России было принято применять оцинкованный прокат, считающийся дешевым материалом. В настоящее же время из оцинковки стали делать лишь силовой каркас промышленных теплиц, остальные же компоненты (светопрозрачные конструкции, решетки, лотки) изготавливаются из алюминиевых профилей.

Пока тепличные комплексы с использованием алюминия строятся в крайне незначительных объемах: в минувшем году их в России было возведено лишь около 150 га, причем более половины тепличных конструкций было импортировано. Связано это с  отсутствием комплексных решений со стороны отечественных производителей — наряду с теплицами ими не предлагается нужное аграриям технологическое оборудование — и их ориентацией на применение стального проката и конструкций.

В реальности в России можно ежегодно можно вводить 400 га и более тепличных комплексов из «крылатого металла», поскольку возводить их можно и на неудобных участках, которых на Дальнем Востоке полным-полно.

Читатель невольно возразит: а не далековато ли придется везти алюминиевые профили и конструкции для теплиц, если они будут массово строиться на Дальнем Востоке? Ведь основные заводы по выпуску тех же профилей расположены, главным образом, в Европейской части России, несколько есть и поближе — в Сибири.

Безусловно, путь будет неблизкий. Не стоит сбрасывать со счетов, что алюминиевые конструкции по массе легче стальных, следовательно, везти их будет попроще. Вдобавок, они не менее долговечны и надежны.

Таким образом, активное строительство на Дальнем Востоке тепличных комплексов с использованием алюминия поможет решить несколько задач. Во-первых, с их помощью можно будет полностью обеспечить жителей дальневосточных регионов овощной продукцией местного производства. Во-вторых, отказаться от ее ввоза из КНР: качество китайских овощей зачастую оставляет желать лучшего, несмотря на заманчивую дешевизну, и скандалы по поводу высоких концентраций в них вредных химических веществ давно не редкость в бывшей Поднебесной империи. В-третьих, укрепить продовольственную безопасность нашей страны в целом. В-четвертых, расширить потребление «крылатого металла», обеспечив дополнительными заказами российских производителей алюминиевых профилей и конструкций.

И если дело пойдет на лад, то в будущем Дальний Восток может превратиться из импортера овощей в их экспортера: как уже было отмечено, под боком огромный рынок стран Азиатско-Тихоокеанского региона.

Сказка? Может быть. А почему бы не сделать ее былью? Все в наших руках.

И алюминий — тоже наш.