Иркутск
Улан-Удэ

Благовещенск
Чита
Якутск

Биробиджан
Владивосток
Хабаровск

Магадан
Южно-Сахалинск

Анадырь
Петропавловск-
Камчатский
Москва

Амурский НПЗ не прикладывается

Проекту на 123 млрд рублей все еще ищут сырье и способы его доставки

Решение о «системной целесообразности» амбициозного проекта Амурского нефтеперерабатывающего завода будут принимать два заместителя председателя правительства РФ — Аркадий Дворкович как глава правительственной комиссии по ТЭК и Юрий Трутнев как куратор российского Дальнего Востока. Об этом заявил заместитель министра энергетики Кирилл Молодцов. Чиновник признал, что на данный момент властями не принято решение о целесообразности проекта НПЗ и позиция по данному предприятию весьма неоднозначна. Как выяснила EastRussia, в обеспеченности проекта самым ключевым — сырьем — сомневаются не только власти, но и в отрасли в целом.

Амурский НПЗ не прикладывается
Фото: shutterstock.com
Согласно первоначальным планам инициатора проекта Амурского НПЗ ООО «Амурская энергетическая компания» (АЭК), переработка до 6 млн тонн нефти в год должна заработать в Амурской области к 2018 году. Ориентировочная стоимость строительства — 123 млрд руб. Скорректированный план предполагает запуск технологического оборудования только в 2019 году, а в 2021-2022 годах — расширение ассортимента. Завод будет ориентирован на экспорт нефтепродуктов в КНР — до 86,3% производимого намечено поставлять за рубеж. Именно в сотрудничестве с Китаем залог экономического успеха проекта, объяснял EastRussia гендиректор АЭК Александр Гордеев: «Пошлина на вывоз сырой нефти — одна, а на экспорт готовой продукции — в три раза меньше. К примеру, так надо платить $60 за тонну, а за поставки уже переработанного сырья — $20. Это первая и самая очевидная выгода».

АЭК на 90% контролирует китайская компания «Мэн Лань Син Хэ», еще на 10% — московское «ИнтерРусОйл». Вопрос с сырьем, настаивают в АЭК, уже решается: инициаторы проекта из КНР выкупили якутскую НК «Туймаада-нефть» и достигли предварительных договоренностей о поставках продукции с красноярской НК «Харьяга» и иркутским ЗАО НК «Дулисьма». На первом этапе сырье будет доставляться по железной дороге, а затем — через нефтепровод Восточная Сибирь—Тихий океан (ВСТО), настаивают в АЭК. Гендиректор «ИнтерРусОйл» Геннадий Шуклин заявлял в СМИ, что АЭК ведет разведку «собственных месторождений, которые обеспечат 50% потребности». «Тот факт, что у нас нет нефти на сегодняшний день, не говорит о том, что у нас ее не будет к тому моменту, когда она понадобится. У нас подписаны соглашения о том, что к 2018 году нефть будет»,— говорил он.

Однако еще осенью 2016 года эксперты проектного института ОАО «ВНИПИнефть» в заключении на технико-экономическое обоснование Амурского НПЗ для Минэнерго сделали вывод о том, что подтвержденная ресурсная база и возможности подключения к ВСТО у НПЗ отсутствуют. Главный вопрос для проекта — откуда он будет брать сырье, подтверждают собеседники EastRussia в отрасли. «Харьяга» пока не занимается добычей нефти, а только владеет лицензиями на разведку и добычу нефти на Шушукском месторождении с малыми запасами. «Туймаада-нефть» владеет лицензиями на разведку и добычу нефти на четырех участках в Олекминском районе Якутии с совокупными ресурсами нефти 130 млн тонн. По словам замдиректора «Туймаада-нефть» по нефтегазовым проектам Александра Матвеева, компания начнет добычу не раньше 2021 года.

Один из экспертов-геологов «Роснефти» говорит, что нестабильная добыча нефти существенно осложнит реализацию проекта, а выбранные способы доставки неприменимы. «Поставка нефти по железной дороге очень сильно убивает экономику проекта. От этого уходят по максимуму. Например, Хабаровский НПЗ так и сделал, насколько известно. Без трубы проект мог еще хоть как-то запуститься, попытаться дождаться расширения ВСТО, доставлять по железной дороге, но без ресурсной базы — это однозначно спекуляция»,— отмечает он.

Также представитель отрасли акцентирует внимание на том, что предварительные договоренности с «Харьягой» еще ни о чем не говорит: месторождения там очень сложные, добыча может быть нестабильна. «И точно в этом месторождении нет 6 млн тонн нефти, которые необходимы заводу. А «Туймаада-нефть» слишком мала. В планах у них, конечно, есть геологоразведка и добыча углеводородного сырья, но надо понимать, что геологоразведка — это всегда риск и высокие затраты, особенно в Якутии»,— говорит геолог. Перечисленные факторы, по его мнению, «сильно портят любые попытки инвестирования на долгую перспективу в завод».

Советник президента ПАО «Транснефть» Игорь Демин подтвердил EastRussia, что реальных договоренностей с нефтяными компаниями о поставках сырья для Амурского НПЗ у АЭК не существует: «Раньше, когда Амурский НПЗ называл какие-то компании, мы выходили на них, спрашивали о договоренностях, они отрицали. Нам неизвестно, с кем АЭК подписала договор». «Мы слышали, что Амурский НПЗ ведет сейчас переговоры с двумя нефтяными компаниями, которые ведут сейчас разведку, они не добывают в данный момент. А максимум в их планах по добыче нефти — это 3 млн тонн. Но это только планы, в реальности может быть лишь 1 млн тонн добытой нефти»,— отмечает Игорь Демин.

Но главное, на что уже не первый год обращает внимание «Транснефть» — в самом ВСТО нет лишних свободных мощностей. Отказ в подключении Амурского НПЗ к ВСТО «Транснефть» выдала еще в июле 2014 года, сославшись на ограниченность ресурсов. Согласно данным монополии, все объемы нефти давно распределены, что выводит Амурский НПЗ из перечня потенциальных получателей. «Отвлечение 6 млн тонн малосернистой нефти в год для подачи на Амурский НПЗ невозможно по причине действующих договорных обязательств между ОАО "АК "Транснефть" и нефтяными компаниями»,— говорилось в официальном релизе компании.

«Даже если на Амурский НПЗ все же привлекут какие-то объемы, мощностей трубопровода недостаточно. По нашим трубопроводам до 2030 года расписано, куда и в каких объемах будет поставляться нефть. Лишних мощностей нет, от уже подписанных договоров никто отказываться не будет. Если компания хочет все же поставлять по трубопроводной системе, то необходимо построить трубопровод за счет вставок параллельно и поставить дополнительный НПС для создания давления. Согласно нашим расчетам, для того, чтобы доставлять к Амурскому НПЗ нефть Западной Сибири, необходимо вложить порядка 147 млрд рублей»,— говорит Игорь Демин. В ТЭО проекта, отметим, затраты «Транснефти» на расширение мощностей ВСТО под потребности Амурского НПЗ оцениваются в 123,2 млрд руб. с НДС.

Сейчас ВСТО рассчитан на прокачку 80 млн тонн, из них 50 млн тонн идет в направлении Тихого океана, 30 млн тонн — направляются китайской стороне. Остальная нефть  распределяется следующим образом: 8 млн тонн — на Комсомольский НПЗ, 6 млн тонн — на Хабаровский НПЗ, 12 млн тонн — на ВНХК (Восточный нефтехимический комбинат), 24 млн тонн предполагается переваливать через порт Козьмино. «Никто нам не предлагал сотрудничать ни на каких условиях. Конкретных договоренностей не было, со стороны завода идут просьбы построить трубопровод, но суммы они не называют и не предлагают»,— говорит Игорь Демин.

Представитель «Транснефть» также полагает, что на Амурском НПЗ будут специально «портить нефть» для экспорта в Китай, поскольку основная идея — уйти от экспортных пошлин, а они на нефть в три раза выше, чем на мазут: «Глубина переработки, как отмечается в проекте Амурского НПЗ — до 90%. Но на самом деле, вероятнее всего, там будет прямогонный бензин и мазут. На заводе будут портить нефть, уходить от экспортных пошлин, наносить прямой вред государству. Ко всему прочему самая грязная часть будет происходить на территории России». В Китае, полагает Игорь Демин, из мазута будут получать дизель.

В отрасли считают, что для обеспечения поставок нефти и газового конденсата на Амурский НПЗ инициаторам проекта потребуется дополнительно договариваться с поставщиками из Тюменской области — с соответствующим увеличением транспортных затрат и, возможно, ухудшением качества сырья. В АЭК уверяют, что протоколы о намерениях по поставкам подписаны с четырьмя компаниями. «В конце 2018 — начале 2019 года с ними будут заключены контракты с уже конкретными суммами и объемами»,— говорит Александр Гордеев.

Но руководитель аналитического департамента Фонда национальной энергетической безопасности Александр Пасечник считает, что «ни один из российских производителей, ни одна вертикально-интегрированная компания не собирается поставлять нефть» на будущий НПЗ. «В первую очередь колоссальная проблема в том, что не обеспечена ресурсная база, а также в том, что нет никакой логистики. Допустим, если будут привозить нефть железнодорожным транспортом. Но возникает вопрос — откуда. Нет инфраструктуры — никто не вкладывается в трубу»,— отмечает он.

Ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности, преподаватель Финансового университета при правительстве РФ Игорь Юшков согласен с тем, что сейчас «Транснефти» невыгодно сотрудничать с АЭК. «Нефтяники просят от “Транснефти" за свой счет построить нефтепроводы. Компании это не выгодно, а свои средства туда вкладывать никто не будет. ВСТО окупает свои инвестиции за счет того, что нефть прокачивают до Владивостока, Находки и оттуда впоследствии экспортируют. Это было и есть прибыльно для компании. “Транснефти" выгодно использовать свою инфраструктуру, а поставлять на новые заводы в данном случае будет совершенно нелогично. А что касается нефтяных компаний, большинство из них прекрасно себя чувствует, экспортируя сырую нефть. Для них нет никакого смысла вкладывать деньги в переработку, если на сырую нефть действует НДПИ. Вероятно, этот проект выгоден для региональных властей, поэтому его и поддерживают на плаву»,— считает эксперт.

В итоге «ВНИПИнефть» предлагает переработать ТЭО Амурского НПЗ и направить его на согласование с местными надзорными органами, в том числе для проведения экологической экспертизы инвестпроекта. Целесообразность строительства под вопросом, полагают ученые, не только из-за слабой проработки ресурсной базы будущего НПЗ, но и из-за «возникновения выпадающих доходов федерального бюджета Российской Федерации за счет замещения экспорта нефти экспортом нефтепродуктов и предоставления налоговых льгот данному проекту как резиденту ТОР, возникновения существенных дополнительных инфраструктурных затрат».

Внутреннему рынку новый НПЗ тоже не слишком нужен, отмечается в заключении ОАО «ВНИПИнефть»: к 2020 году реконструкция Комсомольского и Ачинского НПЗ покроют потребности Дальнего Востока в дизтопливе и авиакеросине на ближайшие 10 лет и даже позволят нарастить их экспорт. Если бы на Дальнем Востоке появился независимый НПЗ, ориентированный на внешний рынок, это был бы плюс для региона, говорит Александр Пасечник. Но подтверждает: «Для внутреннего рынка неинтересен этот завод. А переработать и отправить никто не даст. По сути, по итогам заключения сделано предупреждение о том, что проект невыгоден»,— предупреждает он. «Сама компания-оператор утверждает, что завод выйдет на срок окупаемости за три года. Здесь все будет зависеть в том числе от налоговых режимов и от цен на нефть»,— добавляет эксперт.

Сложности у проекта уже возникли: по сообщениям местных СМИ, он отстает от первоначального графика уже минимум на квартал. В сентябре планировалось сдать проект на госэкспертизу, однако у компании, по данным «Амурской правды», возникли трудности финансирования проектировщиков и не хватает средств на содержание собственных сотрудников. Приостановлены работы и на территории будущего завода. Причина — финансовые трудности китайских инвесторов и «нашего государства, которое одной рукой дает льготы, а другой их отбирает», цитируют СМИ Александра Гордеева. «Дело в том, что китайские организации не имеют права выводить деньги из страны без соответствующего разрешения китайского правительства. «Мэн Лань Син Хэ» имеет такое разрешение на 9 млрд юаней от Комитета по реформам Китая, а для привлечения кредита из китайского банка «Мэн Лань Син Хэ» необходимо вложить 25% собственных средств. На сегодняшний день в строительство завода вложено только порядка 3  млрд рублей, взять кредит инвесторы из Китая не могут»,— говорит он. Впрочем, в 2017 году вложения поступят, обещает Александр Гордеев.

Депутат Госдумы от Амурской области Иван Абрамов говорит, что проект НПЗ «показывает компетентность тех чиновников, которые принимали решение о строительстве». «Сейчас уже затрачены огромные средства, и возникает вопрос: если нет этой нефти, то кто принимал решение и зачем необходимо было этот проект начинать? Инвесторы иностранные, нефтяные компании не заинтересованы в развитии этого завода. Например, у нас уже существуют завод в Комсомольске-на-Амуре, другие производства. Налицо некомпетентность определенных чиновников, которые принимали решение о строительстве завода»,— считает депутат Госдумы.

В правительстве Амурской области оперативно прокомментировать ситуацию по проекту EastRussia не смогли.

При этом вице-премьер Юрий Трутнев в проект верит, настаивает гендиректор АЭК Александр Гордеев. По его словам, в октябре чиновник поручил Минэнерго и «Транснефти» разработать и реализовать комплекс технических мероприятий по подключению объектов Амурского НПЗ к трубопроводу ВСТО. Соответствующий доклад должен быть представлен правительству РФ до 1 февраля 2017 года.