Иркутск
Улан-Удэ

Благовещенск
Чита
Якутск

Биробиджан
Владивосток
Хабаровск

Магадан
Южно-Сахалинск

Анадырь
Петропавловск-
Камчатский
Москва

Дальневосточная миграция: как управлять?

Государство представило сразу две концепции по регулированию миграции на Дальнем Востоке. Анализирует и сравнивает эксперт EastRussia

Дальневосточная миграция: как управлять?
Фото: shutterstock.com

Никита Мкртчян

ведущий научный сотрудник Института демографии НИУ ВШЭ, ведущий научный сотрудник ИнСАП РАНХиГС
Почти одновременно «на суд» экспертов представлены два документа, демонстрирующие государственное видение миграционных проблем Дальнего Востока и предлагающие пути их решения. Речь идет о проектах концепции демполитики Дальнего Востока на период до 2025 года (разработана Минвостокразвития России) и подготовленной МВД РФ Концепции миграционной политики РФ. Последний документ, в отличие от ныне действующей Концепции образца 2012 года — с неясным горизонтом реализации, но он предполагает принятие плана действий на период 2018-2020 годов.

Что предлагается в плане решения проблем миграции на востоке России? В обоих текстах говорится о необходимости «стимулирования» внутренней миграции в регионы Дальнего Востока и Забайкалья из других регионов страны, о приоритетном расселении в них иммигрантов из других стран. Концепция демполитики, помимо этого, содержит меры по сокращению оттока населения из региона, в том числе молодежи. Второй подход — более комплексный, но от этого он не становится более реалистичным.

Остановить миграционный отток населения из восточных регионов России планируется и в ныне действующей Концепции миграционной политики на период до 2025 года (документ, разработанный МВД, предлагает ее отменить), такие замыслы были и в принятой еще в 2003 году Концепции регулирования миграционных процессов в Российской Федерации.

Меры предлагаются в основном те же, сравним, например:

- проведение активной экономической и градостроительной политики в указанных регионах, включая разработку и реализацию инвестиционных программ, развитие социальной, транспортной и рыночной инфраструктуры (документ 2003 г.)

- повышение инвестиционной привлекательности регионов Дальнего Востока, Сибири, приграничных и стратегически важных территорий с целью создания необходимой для переселения социальной и транспортной инфраструктуры, а также снижение транспортной оторванности от регионов Центральной России (Концепция - 2012)

- повышение инвестиционной привлекательности регионов Дальнего Востока, Байкальского региона, приграничных и стратегически важных территорий с целью создания необходимой для переселения социальной и транспортной инфраструктуры, а также снижение транспортной оторванности от регионов Центральной России (проект, предложенный МВД).

Прошло почти 15 лет, почему же ничего не меняется?

В 2003 году миграционная убыль населения регионов Дальнего Востока составляла 25 тыс. человек, в 2012-м  – 20 тыс. человек, в 2015-м – 24 тыс. человек. Отток во внутренней миграции даже несколько усилился, но в последние годы его несколько компенсируют международные мигранты. В регионах осуществляются инвестиционные проекты (был даже мегапроект, приуроченный к Саммиту стран АТЭС-2012), но получается, что они никак не влияют на миграционный баланс. И не могли повлиять, учитывая, что основные деньги страны все равно вертятся в Москве, и инвестиции текут туда же. Градостроители ожидают, что в результате реализации проектов в «старой» и «новой» Москве и вокруг нее население крупнейшей в стране агломерации достигнет 30 млн. человек, развивается «Большой Сочи», Крым… Между тем, пустеет не только Дальний Восток, но и вся российская глубинка, даже коренная, веками заселенная Россия – Тверская, Новгородская, Костромская, Псковская, Смоленская области. Плохие дороги, закрытие школ и больниц – такие явления за пределами крупных городов повсеместны.

В Концепции демразвития Дальнего Востока возлагаются надежды на привлечение в регион соотечественников, проживающих за рубежом. Соответствующая Госпрограмма принята в 2007 году, с самого начала она распространяется на многие регионы Дальнего Востока, здесь для соотечественников предусматривались более весомые, чем в других регионах, подъемные. Но за 10 лет число участников Госпрограммы в регионах Дальнего Востока составило 33 тыс., или менее 6% от их численности по стране. Главный стимул участия в программе для соотечественников – не «подъемные», а возможность упрощенного получения российского гражданства, но для этого на Дальний Восток ехать не обязательно. Госпрограмма уже действует в подавляющем большинстве регионов России. Сейчас немало пишут о старообрядцах, будто на Дальний Восток потянулись люди даже из Латинской Америки. СМИ падки на экзотику, но, видно, плохи дела, раз ставка делается на русских из Боливии или Уругвая.

Проект Концепции МВД предлагает меру, о которой пишут чаще всего: «повышение размера государственной поддержки, предоставляемой на одного работника, привлеченного в рамках региональной программы повышения мобильности трудовых ресурсов в субъекты Российской Федерации, привлечение трудовых ресурсов в которые является приоритетным, входящие в состав Дальневосточного федерального округа, до 1 миллиона рублей». Допустим, будут выделены на регионы ДФО 10 млрд. рублей, это позволит привлечь 10 тыс. работников. Вместе с членами семьи их может «притечь» 25-30 тыс. человек, в течение нескольких лет. Немало, но миграционный отток, как уже говорилось выше, составляет порядка 20-25 тыс. человек в год.

И есть вопрос: эта поддержка будет оказываться только тем, кто приедет из западных регионов? Если жителей регионов Дальнего Востока лишить такой поддержки, это будет не только несправедливо, но и приведет к тому, что люди могут выезжать в другие регионы, а потом въезжать как «привлеченные извне». Так было в СССР, когда введенные коэффициенты к заработной плате на Крайнем Севере и в приравненных к нему местностях поначалу распространялись на специалистов, приехавших из других регионов, и не распространялись на местных работников. И второй немаловажный вопрос: если в регионе создаются высокопроизводительные рабочие места, разве не вопрос работодателя обеспечивать работнику такие зарплатные бонусы? Или деловой климат в регионе такой, что только миллионом можно заманить желающих «что-то предпринимать»…

Дальний Восток был и, увы, остается дальней окраиной России, и мерами миграционной политики, делающей ставку на привлечение мигрантов из других регионов страны, эту проблему не решить. На территории, по размеру превосходящей ЕС, нет ни одного города с миллионным населением (ближайший российский околомиллионник – Красноярск). Немало жителей никогда не бывали в Европейской части РФ, и среди жителей западных регионов на Дальнем Востоке бывали считанные проценты – билеты дороги. Это для власти регион может быть «стратегически важным» и «геополитически значимым». Люди при выборе места жительства мыслят иными категориями.

Надо иметь в виду, что Дальний Восток – это в целом регион со сложными природно-климатическими условиями, неслучайно бОльшая часть территории относится к Крайнему Северу и приравненным к нему местностям. По меркам планетарного Севера Дальний Восток населен не так плохо. И это при том, что даже юг региона, где есть немногочисленные крупные города, в природно-климатическом отношении уступает расположенным на тех же широтах городам, например, Канады. Хабаровск с населением немногим более 0,6 миллиона близок по положению к канадскому Виннипегу с примерно таким же населением. Владивосток (0,6 миллиона, с агломерацией - под миллион) находится южнее Ванкувера (те же 0,6 миллиона, но с агломерацией — более двух миллионов). Однако климат в Ванкувере мягче, а у Владивостока «широта — крымская, а долгота — колымская». Анкоридж на Аляске (0,3 миллиона), расположенный на широте нашего Магадана (менее 0,1 миллиона), по природным условиям гораздо комфортнее для проживания и сопоставим, скорее, с Владивостоком. А в более высоких широтах американского континента нет ничего похожего, например, на Якутск (0,3 миллиона). Так что сокращение населения до определенных пределов, особенно на севере региона – процесс вполне естественный.