Иркутск
Улан-Удэ

Благовещенск
Чита
Якутск

Биробиджан
Владивосток
Хабаровск

Магадан
Южно-Сахалинск

Анадырь
Петропавловск-
Камчатский
Москва

Дальневосточной продукции нужны собственные бренды

Николай Калмыков, директор Экспертно-аналического центра РАНХиГС – в интервью EastRussia

Дальневосточной продукции нужны собственные бренды
Фото: shutterstock

Николай Калмыков

директор Экспертно-аналического центра РАНХиГС

Про работу над докладами о социально-экономическом развитии России корреспонденту EastRussia рассказал директор Экспертно-аналического центра РАНХиГС Николай Калмыков.

– Николай Николаевич, расскажите, насколько продвинулась работа над поиском точек для экономического роста, в том числе с учетом приоритетов,  заявлявшихся в начале текущего года на Красноярском экономическом форуме? 

– Я бы не стал называть нашу работу «Стратегией 2030», поскольку мы делали свой доклад о перспективах социально-экономического развития Российской Федерации в среднесрочной и долгосрочной перспективе. Перед этим прошла серия дискуссионных мероприятий с участием представителей экспертного сообщества, бизнеса, общеобразовательных учреждений, научно-исследовательских и общественных организаций, российских компаний. В очных обсуждениях приняло участие более 200 экспертов. Идеи, заложенные в этом докладе, могут присутствовать в Стратегии-2030, которую мы все ждем. Но есть много полярных точек зрения на часть проблем, которые нужно рассмотреть и взвесить уже непосредственно Правительству.

В то же время некоторые идеи, которые мы закладывали, сейчас уже переходят в практическое русло. Например, та часть вопросов, которая касалась человеческого капитала. Мы считаем очень важным наладить систему обеспечения работой выпускников колледжей и вузов не на основе формального распределения, а учитывая сопряжение потребностей работодателя в подготовленных определенного качества кадрах и работы со стороны учебных заведений. Создание хорошо функционирующей связки: учебное заведение – обучающийся специалист – работодатель нам представляется необходимой для решения задачей. Еще не так давно мы слышали от чиновников, что выпускники не требуют содействия в занятости, а вот сейчас речь идет уже о контрактной работе с вузами и другими учебными заведениями, что раньше уже начали применять узкоотраслевые предприятия и их профильные учебные заведения. Действительно, это уже переформатирование подходов к образовательной деятельности, которая не сводится к освоению образовательной программы, иногда оторванной от современной жизни, а является реальным источником подготовки кадров, востребованных сегодняшней современной экономикой, производством, бизнесом, в научной деятельности.

А вот в обсуждении развития здравоохранения мы попробовали уйти от понятия "здравоохранение" и опереться на понятие "здоровье человека". Как мы считаем, требуется изменить механизмы утверждения ФЦП, ГЦП: предлагается приоритет на  "Здоровье населения России" с индикаторами эффективности ее мероприятий, отражающих качество здоровой жизни населения. Речь идет о том, что профилактические мероприятия по упреждению возникновения тяжелых заболеваний или диагностика заболеваний на ранних стадиях требует от государства гораздо меньших затрат, чем лечение больных с набором болезней, отбирающих трудоспособность и значительно ухудшающих качество жизни. Другими словами, продление продолжительности жизни россиян возможно с помощью здорового образа жизни, предупреждения и своевременного мониторинга и оценки рисков появления целых групп населения, которым в будущем понадобятся определенные виды лечения.

– Заложены ли в вашем докладе прогнозные показатели качества жизни человека в России, закрепленные в цифрах, в рамках обозреваемого периода до 2030 года: например, количество проживающих в РФ граждан, продолжительность жизни россиян, уровень их дохода, качество медобслуживания и, возможно, какие-то другие?

– В докладе и обсуждениях представлены принципиально новые подходы к решению проблем, но прогнозные оценки не являлись задачей данного исследования. Предполагается, что качественно новые подходы обязательно изменят количественные показатели в лучшую сторону.

– Что касается регионов Дальнего Востока, предлагались ли какие-то особые подходы и предложения, учитывающие специфику этих регионов?

– Что касается новых подходов, то в первую очередь, это касается структурных особенностей экономики этих регионов, которая сегодня преимущественно сырьевая. А мы предлагаем посмотреть на специфику этих регионов, которая могла бы положить начало развитию современных новых отраслей экономики, причем не только в российском масштабе, а и в мировом.

– Какие, например?

– Не так давно меня приглашали на обсуждение Стратегии развития Республики Саха (Якутия) до 2030 года, где мы в разных формах обсудили ключевые проблемы, точки роста и драйверы развития, способствующие росту экономики республики и улучшению качества жизни.

Например, идею роботизации, внедрение новых технологий в горнодобывающую отрасль. Идею создания площадки для управления квадрокоптерами, причем не только для наших потребностей, но и для любых других задач, возможно, и зарубежных заказов гражданского назначения. Кроме того, в Якутии есть достаточно большое количество хорошо подготовленных программистов и IT-специалиcтов, и поэтому создание высокотехнологичного кластера для дальнейшего приложения их возможностей просто необходимо. И дальше на этой основе можно и нужно пойти по пути подготовки не только программистов, а специалистов, способных создавать новые архитектурные программные решения, применяемые на  различных производствах и отраслях экономики. Здесь уже нужно не только умение программировать, но и представлять и видеть возможности построения сложных взаимосвязанных  технологических систем, способных управлять сложными объектами и целыми отраслями. Климатические условия позволяют создать на территории Якутии дата-центры – хранилища больших объемов информации в дополнения к крио-хранилищам биоматериалов, которые там уже созданы.

– Какие еще рекомендации есть в вашем докладе, которые можно применить на дальневосточных территориях?

– Безусловно, нужно создавать региональные кластеры на этих территориях – в рыбной, лесной, сельскохозяйственной отраслях, для развития которых есть все условия.

Важно создавать межрегиональные крупные промышленные кластеры, которые будут мощнее, чем в каждом отдельно взятом регионе. А для этого стратегии развития регионов должны коррелироваться друг с другом, и чиновники каждой конкретной территории должны быть заинтересованы в этом, даже если конечный продукт выпускается в соседней области или крае. И еще, что очень важно: нужно   как можно больше региональных дальневосточных брендов, которые будут известны  во всей стране, а потом и во всем  мире. У нас есть возможности производства большого количества продуктов питания на Дальнем Востоке, но можно ли вспомнить хотя бы один дальневосточный бренд, который известен всей стране? Наверное, сложно назвать хотя бы пять таковых. А их нужно создать десятки и сотни.

Это большая кропотливая работа, требующая времени и хорошо подготовленных управленцев, специалистов в сфере брендинга, PR, рекламы.

Что же касается предпринимательского потенциала  жителей Дальнего Востока, то мне представляется, что он достаточно высок. Не так давно видел результаты исследования, которые говорят о том, что жители Дальнего Востока после первой неудачной попытки создать свой бизнес гораздо чаще решаются организовать собственное дело во второй и третий раз. Для других регионов России такая предпринимательская активность не свойственна. Все это дает надежду, что шансы  развития российского Дальнего Востока достаточно велики!