Иркутск
Улан-Удэ

Благовещенск
Чита
Якутск

Биробиджан
Владивосток
Хабаровск

Магадан
Южно-Сахалинск

Анадырь
Петропавловск-
Камчатский
Москва

Дальний Восток – фасад России в АТР

Дальний Восток – фасад России в АТР

– Виктор Иванович, расскажите, как шла работа над проектом государственной программы социально-экономического развития Дальнего Востока и Байкальского региона. На что обращалось особое внимание?

– Еще в 1992 году на заседании Межрегиональной ассоциации «Дальний Восток и Забайкалье» руководители субъектов Российской Федерации решили разработать программу развития Дальнего Востока и Забайкалья. Она была принята в 1996 году. Объемы финансирования, выделяемые из федерального бюджета на реализацию мероприятий программы, тогда были недостаточны и составляли не более 1 млрд рублей на 13 субъектов, участвовавших в ней. Коренные изменения произошли в 2006 году после заседания Совета безопасности РФ под председательством президента. Финансирование программы было увеличено в десятки раз.

Современные реалии таковы, что наиболее динамично развивающимся регионом мира стал Азиатско-Тихоокеанский регион. Безусловно, Дальний Восток является ключевой территорией для взаимной интеграции России и стран АТР. Поэтому без развития Дальнего Востока невозможно представить дальнейшее развитие России.

Речь о новой программе начали вести еще в 2009 году, но ни в 2010-м, ни в 2011-м она разработана не была. А нашему министерству поручение от президента поступило в конце ноября прошлого года. Мы привлекли к разработке огромное количество людей – из Академии наук, Центра стратегических разработок, коллег из других министерств, губернаторов. Это была сумасшедшая работа. В итоге выдали на-гора 700 страниц текстовой части и 350 страниц табличных материалов.

Новая государственная программа носит целевой характер. Она призвана формировать условия для ускоренного развития Дальнего Востока. Он должен превратиться в конкурентоспособный регион с диверсифицированной экономикой, в структуре которого будут преобладать высокотехнологичные производства с высокой добавленной стоимостью.

– А как изменит жизнь людей, бизнеса программа развития региона?

– Мы стремимся кардинально улучшить социально-демографическую ситуацию, создать условия для закрепления постоянного населения, обеспечить на территории среднеевропейский уровень жизни. Ускоренное развитие Дальнего Востока по сравнению со среднероссийскими темпами возможно только при форсированной модели развития макрорегиона.

В случае реализации госпрограммы основные целевые индикаторы достигнут следующих показателей. Объем ВРП, произведенного на территории региона, к 2025 году станет в 2,6 раза больше по сравнению с 2011 годом. Доля макрорегиона в структуре ВВП Российской Федерации увеличится с 8,5 до 10,4%. Производительность труда вырастет более чем в 2 раза. Доля макрорегиона в формировании доходов консолидированного бюджета РФ увеличится с 3,7 до 4,5%.

Население увеличится на 1,1 млн человек, средняя продолжительность жизни – практически на 6 лет, в то время как в среднем по стране продолжительность жизни вырастет к этому времени на 4 года.

– За счет чего прирастет население региона?

– За счет хорошей демографии, по которой у нас уже сейчас показатели лучше среднероссийских. А также за счет миграции. Люди поедут на Дальний Восток, потому что здесь будет расти зарплата, она превысит среднюю по стране почти на четверть. Будут создаваться новые рабочие места. По расчетам, их появится почти 700 тысяч. Нам, чтобы поднять все заявленные проекты, нужны люди.

Мы считаем, что эта программа не только экономический, но и политический инструмент. Ее ждут многие иностранные компании, которым важно понимать, как будет развиваться инвестиционный климат на Дальнем Востоке. От этого зависит их решение, прийти в регион или нет.

– Деньги на программу выделяются огромные, а проекты под них есть?

– Это 23 комплексных инвестиционных проекта. А если говорить о проектах поштучно, то их будет несколько тысяч. Они касаются в первую очередь развития инфраструктуры – транспортной, энергетической, социальной, коммунальной, обеспечения экологической безопасности. На это и пойдет львиная доля государственных денег – 88%.

– Приоткройте карты – что именно будет строиться? Какие проекты вы считаете самыми важными?

– Это вторая линия БАМа, модернизация Транссиба. Сегодня на территории региона есть крупные проекты по добыче угля, в Еврейской и Амурской областях строится металлургический кластер, планируется добывать железные и титановые руды. Но нужны дороги и порты, чтобы вывезти эти грузы.

В энергетике мы ведем речь о строительстве станций, переходе на новые виды топлива. Должна развиваться не просто продажа сырья, а его переработка. «Роснефть» будет строить нефтехимический комплекс, «Газпром» – завод по сжижению газа. Есть и международные проекты, такие как Транскорейская железная дорога, Транскорейский газопровод. Мы их уже обсуждали с президентом Южной Кореи.

У государства есть конкретные планы по развитию Дальнего Востока, в первую очередь за счет реализации мегапроектов. Часть их сосредоточена в топливно-энергетическом комплексе. Это дальнейшее развитие сахалинских нефтегазовых проектов, освоение Ковыктинского и Чаяндинского газовых месторождений, строительство газопровода из Восточной Сибири и Республики Саха (Якутия) с присоединением к газопроводу Сахалин – Хабаровск – Владивосток. Вдоль всей его линии должны появиться газохимические производства. Так, в Приморье будут построены мощный комплекс по нефтегазохимии, завод по производству сжиженного природного газа (СПГ) и завод химических удобрений, в Амурской области – газоперерабатывающий и газохимический комплексы. Последний – в 23 км от Белогорска: выбор места определялся близостью Транссибирской магистрали, федеральной автодороги «Амур» и аэропорта Украинка.

Сырье для них пойдет с Чаяндинского месторождения по магистральному газопроводу Якутия – Хабаровск – Владивосток мощностью свыше 10 млрд кубометров в год, получившему название «Сила Сибири». Строительство начнется уже в этом году, а завершится в 2017 году. По предварительной оценке, инвестиции в обустройство месторождения и создание газопровода составят соответственно 430 и 770 млрд рублей. Причем планируется также построить железнодорожную ветку Чаянда – Ковыкта (к еще одному крупному месторождению на севере Приангарья).

На Сахалине необходимо построить НПЗ мощностью не менее 10 млн тонн, правда, сначала нужно решить вопрос с источниками сырья, поскольку ресурсы проектов «Сахалин-1» и «Сахалин-2» законтрактованы до 2025 года и разговор идет о «Сахалине-3». Решается вопрос и о третьей очереди завода СПГ в Пригородном. Но все эти проекты – более отдаленная перспектива, а вот строительство уникального производства в Приморье, в районе порта Восточный под Находкой, начнется в третьем квартале 2013 года, когда будут готовы разрешительные документы.

На площади около 600 гектаров разместятся пять крупных технологических объектов и морской терминал. Восточный нефтехимический комплекс станет средоточием самых современных отраслевых технологий – энергоэкономичных, с максимальным выходом готовой продукции. Установка пиролиза мощностью до 1,4 млн тонн в год по этилену и более 600 тысяч тонн – по пропилену обещает стать самой мощной крекинг-установкой в мире (на жидком сырье), а в целом Восточная нефтехимическая компания (ВНХК) войдет в тройку крупнейших нефтехимических предприятий.

В 2014 году, в пик строительства, здесь будут одновременно трудиться до 10 тысяч рабочих. Пуск первой очереди запланирован на 2017 год.

Уже на первом этапе здесь будут перерабатывать ежегодно 3,5 млн тонн нафты и сжиженных углеводородных газов с НПЗ в Ачинске, Ангарске и Комсомольске-на-Амуре. Около 80% выпускаемой продукции пойдет на внешние рынки. На втором этапе, в 2018–2019 годах, будет перерабатываться 5 млн тонн нефти, а в номенклатуре выпускаемой продукции появятся бензин, солярка и керосин. Следующим этапом развития ВНХК станет переработка 1,5 млн тонн газового конденсата с проекта «Сахалин-3». В сумме это составит 10 млн тонн перерабатываемого сырья в год.

Много проектов, я надеюсь, дадут вторую жизнь Дальнему Востоку. Раньше это была буферная зона, сегодня мы называем регион контактной зоной, фасадом России в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

– Для страны в целом программа будет иметь значение?

– Конечно! Мы считаем ее программой восточного вектора развития российской экономики. Нам надо расширять отношения с Азиатско-Тихо­океанским регионом, потому что АТР – это 60% мирового ВВП, более половины мировой торговли и половина населения земного шара. А у нас товарооборот с Европой составляет 49% от общего объема, с АТР – 24%. Показатели по экспорту – 53 и 17% соответственно. Россия много недополучает из-за того, что недостаточно активно работает в регионе. Запуская программу по развитию Дальнего Востока, мы это положение можем исправить. И плюсы от этого получит вся страна. За счет реализации госпрограммы ВВП России ежегодно может дополнительно прирастать на 0,3%. До 2025 года рост составит 3,6%, а это в сумме 20,6 трлн рублей.

Более того, успешное развитие Дальневосточного региона необходимо не только России. В нынешней сложной международной обстановке крайне важно сохранить сложившийся статус-кво, благодаря которому АТР уже несколько десятилетий остается одним из самых стабильных и спокойных в мире. В последнее время наметились подвижки, которые могут эту ситуацию изменить. Полнокровное развитие российских дальневосточных регионов, присутствие России в АТР, опирающееся на мощный экономический потенциал этих регионов, – важнейший фактор сохранения нынешнего статус-кво.

– Каким будет соотношение между частными и государственными инвестициями?

– В общей сложности программа должна стоить более 10 трлн рублей. Но более 60% средств, привлекаемых под программу, внебюджетные. Государственных денег из всех возможных источников – 3,8 трлн рублей.

– Есть моменты, которые вам все-таки не удалось отстоять, но вы рассчитываете, что разговор может быть продолжен в дальнейшем?

– Прежде всего будем добиваться, чтобы из бюджета 2013–2015 годов были профинансированы все заложенные в программе мероприятия. Пока там совершенно не те суммы, которые нас удовлетворяют. Так что будем настаивать на финансировании, указанном в госпрограмме, выделении средств из бюджета.

– Расскажите, пожалуйста, подробнее об идеях вашей команды по привлечению в регион новых инвестиций.

– По оценкам экспертов, для обеспечения опережающего развития Дальнего Востока на его территорию необходимо ежегодно привлекать из внебюджетных источников не менее 600–800 млрд рублей инвестиций.

Сумма государственных ассигнований, как показывает опыт, только на реализацию ФЦП «Экономическое и социальное развитие Дальнего Востока и Забайкалья» (входящей в госпрограмму) должна быть не менее 100 млрд рублей ежегодно.

Мы предлагаем новый подход к ставкам налога на добычу полезных ископаемых. Учитывая слабо развитую инфраструктуру, нужно либо обнулить ставки НДПИ, либо ввести их дифференциацию.

Говорить о конкурентоспособности экономики Дальнего Востока сегодня сложно – высокие транспортные и энергетические тарифы губят экономику. Считаю необходимым обеспечить субсидирование из федерального бюджета предприятиям и населению затрат на энергетические и транспортные тарифы до достижения ими среднероссийского уровня.

Мы предлагаем также утвердить условия создания на территории Дальнего Востока особых экономических зон, предусматривающие в том числе возможность осуществлять их резидентам производственную деятельность по добыче и переработке полезных ископаемых. Первоочередные и дальнейшие действия должны быть направлены на то, чтобы Дальний Восток, все люди, проживающие здесь, а не только владельцы предприятий, распоряжающиеся ресурсами, получали отдачу от природных ресурсов.

Стоимость кредитных ресурсов не должна превышать ставки рефинансирования, установленной Центральным банком России.

Нужно предусмотреть установление повышенных районных коэффициентов и северных надбавок к заработной плате, пенсиям, стипендиям и иным выплатам гражданам, проживающим на территории дальневосточных субъектов РФ. Да, сегодня доходы дальневосточников выше, чем в среднем доходы россиян, однако покупательская способность ниже из-за высоких цен и тарифов.

– Виктор Иванович, а как вы в целом оцениваете социально-экономическое развитие Дальнего Востока?

– Дальний Восток, начиная с момента кризиса 2008 года, ни одного года не имел провалов в экономическом развитии. И даже в сравнении с 2008 годом в 2012 году индекс физического объема в России составил 103,7%, а в Дальневосточном федеральном округе – 121%. Инвестиции в основной капитал в России не вышли на докризисные показатели – составили 99%, а на Дальнем Востоке – 124,9% роста. Грузооборот Российской Федерации выходит на докризисный период – это практически 99,9%, на Дальнем Востоке – 128,6%. Выпуск сельскохозяйственной продукции в целом по России увеличился на 4,4%, а на Дальнем Востоке – на 15,6%.

В среднем по стране жилья введено на 3,8% больше, чем в 2008 году, а на Дальнем Востоке – на 26,5% больше. Прежде всего, это произошло за счет того, что были вложены достаточно серьезные федеральные деньги в строительство жилья военнослужащим, ветеранам Великой Отечественной войны; сами регионы тоже прилагали усилия.

Объем розничной торговли в среднем по России – 114%, у нас – 117,9%.

Произошел рост поступлений в консолидированный бюджет, хотя мы всегда говорили, что наша доля незначительна, но тем не менее, мы имеем рост, и достаточно серьезный. Если в среднем по регионам России рост составляет 133%, то у нас – 159,2%.

Как я уже сказал, для Дальнего Востока важен вопрос демографии. В минувшем году Дальний Восток вышел на положительные показатели – рождаемость превысила смертность. Что касается миграции, то Дальний Восток потерял в 2012 году почти 15 тысяч человек, а Россия приросла на 245 тысяч человек.

Можно говорить о том, что Дальневосточный федеральный округ работает достаточно настойчиво. Показатели есть и положительные, и отрицательные.

Так, на Дальнем Востоке доходы предприятий с одного валового рубля значительно ниже, чем в среднем по России. Причина – высокие транспортные и энергетические тарифы, достаточно продолжительный зимний период и еще ряд удорожающих факторов.

Поэтому мы говорим о том, что необходимо выровнять условия функционирования экономики на Дальнем Востоке и в России, снять нагрузку, то есть освободить нас от части налогов. Нашей доходности хватает нам пока только на то, чтобы выживать.

– После проведения саммита АТЭС во Владивостоке новой масштабной стройкой на Дальнем Востоке стал космодром Восточный в Амурской области. Как вы оцениваете ход реализации этого проекта, укладываются ли строители в график? Сможет ли состояться первый запуск непилотируемого корабля в 2015 году?

– Действительно, первый запуск запланирован на 2015 год. Предварительная стоимость проекта – 251 млрд рублей, но, я думаю, она будет меняться, поскольку необходимой для строительства документации в полном объеме еще нет. Для того чтобы разворачивать строительство, необходимо выполнить функцию заказчика – создать дирекцию. Нужно выдать всю документацию, разрешения на ведение работ, необходимо профинансировать их. Из всех этих основных пунктов решен только последний: финансирование есть в полном объеме. Документация выдана хаотично, разрешения на ведение строительства отсутствуют практически на 70%. Полноценной дирекции на территории космодрома или Амурской области, чтобы на месте решать вопросы, пока нет.

В 2012 году на объектах космодрома работы выполнены примерно на 7 млрд рублей. Говорить о том, что в настоящее время есть серьезные провалы в строительстве, я бы не стал. Несмотря ни на какие препятствия, активно строятся пусковой ствол, вспомогательное производство для сборки носителей, дороги. То есть строители работают опережающими темпами. Ведь если ждать выдачи окончательных документов, то никто не уложится в обозначенные сроки строительства. Так же было и при строительстве объектов к саммиту АТЭС – окончательные документы были выданы в год сдачи, то есть в 2012 году. Строительство двигалось за счет принятия временных решений. Например, на острове Русский была изменена вся конструкция зданий, и это было абсолютно правильно.

Я направил доклад о ходе строительства космодрома Президенту РФ Владимиру Путину, Председателю Правительства РФ Дмитрию Медведеву. Мы активно работаем в этом направлении с вице-премьером Дмитрием Рогозиным, который курирует эти вопросы.

– Как, по вашему мнению, следует ликвидировать неравенство регионов в вопросах развития информационных технологий? Далеко не везде развит Интернет, что мешает реализации проекта «Электронное правительство», не везде развивается цифровое телевещание.

– Очевидно, что существуют проб­лемы с развитием телерадиовещания, на значительной территории округа отсутствует устойчивый доступ к сети Интернет. Причина такого положения – слабость российской космической группировки, обеспечивающей качественные услуги связи для населения, предприятий и организаций российского Дальнего Востока. В связи с этим мы предлагаем во время первого запуска беспилотного космического аппарата с создаваемого в Амурской области космодрома Восточный осуществить вывод на орбиту отечественного спутника связи.

Спутник связи сможет обеспечить услуги цифрового вещания и широкополосного доступа к сети Интернет, что позволит принять меры для ликвидации цифрового неравенства и обеспечения потребности в телекоммуникациях экономики и жителей российского Дальнего Востока.

– Многие регионы Дальнего Востока рапортовали о больших инвестициях, пришедших в регион. Но закончились большие стройки, проложены трубопроводы, а оказалось, что поступлений в региональные бюджеты не так много. По вашему мнению, могут ли дальневосточные регионы стать привлекательными для инвесторов и самодостаточными? Какие усилия надо для этого приложить?

– Большая часть инвестиций на Дальнем Востоке (90%) – это внутренние инвестиции, порядка 10% – внешние. Причем из 10% иностранных инвестиций прямые инвестиции составляют от 2 до 4%. Все остальное – это портфельные инвестиции: уставный капитал и прочее. То есть у нас есть достаточно серьезный потенциал по внутренним инвестициям, но и иностранные тоже должны привлекаться.

Одна из главных задач региональных властей – получить отдачу от валовых инвестиций на валовые доходы. Это серьезная работа. Я не единожды говорил, что Сахалин по выработке валового продукта значительно обходит США – с результатом в $53,9 тыс. на человека, в то время как Америка только дошла до $48,1 тыс. В Германии этот показатель – 37 тысяч, в Японии – 35, в Корее – 34 тысячи. Но на Сахалине валовой рубль дает 37 копеек, а на Чукотке, к примеру, 21 копейку, в Амурской области – 16 копеек, примерно столько же в Хабаровском крае.

Словом, доходами надо заниматься, надо считать каждую копеечку, надо работать с инвестором. Инвестиции дадут отдачу в виде налогов. При создании предприятия появится НДФЛ, налоги на имущество, на землю. Чтобы инвестиции активнее шли, необходимо на определенный период времени освобождать предприятие от налогов. Однако после окупаемости проекта налоговые отчисления станут весомым вкладом в формирование доходной части бюджета территории. Недействующие предприятия не создают налоговой базы.

Закончился саммит АТЭС во Владивостоке. На строительство различных объектов потрачено около 700 млрд рублей. При этом федеральных средств – всего-навсего 202 млрд рублей. Остальные деньги – это деньги компаний. Один «Газпром» вложил в строительство газопровода порядка 280 млрд рублей. То есть компании пришли, и эта работа не остановилась. Мы говорим о необходимости создания перерабатывающих мощностей. Каждая территория имеет свои серьезные проекты, которые дадут возможность развивать эти территории и приносить достаточный доход, будь то добыча золота, создание нефте- и газохимических производств, металлургического кластера и другие. База для развития есть. Наша задача – трансформировать эти возможности в реальный доход.

– Виктор Иванович, вы стали инициатором введения торговли рыбой только через электронные торги. С чем это связано?

– Я внес это предложение, потому что мне не все равно. Я считаю, что ресурсы должны служить во благо государства и во благо жителей Дальнего Востока. Почему рыба на Камчатке стоит дороже, чем норвежская рыба в Москве? У нас сегодня среднероссийское потребление рыбы ниже, чем биологическая норма! И это притом, что ресурсов у нас достаточно.

Я несколько раз озвучивал эту идею. Кстати, и в поручении президента по итогам заседания президиума Госсовета написано, что необработанная древесина должна продаваться на аукционах, и необработанные биоресурсы – тоже. Но сегодня это предложение начинают «торпедировать» и рыбаки, и те, кто должен заниматься государственной политикой в сфере рыболовства.

– Многие дальневосточники жалуются на низкое качество медицинского обслуживания, даже несмотря на то, что в регионе появились современные медицинские центры. В чем причина? Может быть, проблема в квалифицированных кадрах?

– Считаю, что одной из мер для решения проблемы дефицита медицинских кадров может быть введение системы образовательного кредита в медицинских вузах.

На Дальнем Востоке есть практика обучения по целевому набору. Однако вернуть молодого специалиста после окончания учебного заведения в северные территории очень сложно. И родители, и дети против. Весь мир работает по-другому: выдается кредит на образование. Подобная система может быть использована и в России в качестве закрепления специалистов на отдаленных территориях. Здесь необходимо решать вопросы законодательно. Человек получает кредит, получает образование. А условие выдачи кредита такое: отрабатываешь 3 года – списывается 30%, отрабатываешь 5 лет – списывается 50%. Или какие-то другие градации. Если человек не хочет выполнять взятые на себя обязательства, то он должен вернуть деньги или диплом – и будет свободен, как птица. Несколько жестко, но что делать? Экономические механизмы должны работать одинаково во всем мире.

– Сегодня Президент РФ ставит задачу создания доступного рынка жилья для разных категорий граждан. Что делается для этого на Дальнем Востоке?

– Чтобы жилье было дешевле, его нужно строить, и строить больше. Садиться и договариваться, а властям – брать на себя часть проблем: выделение участка, выдачу технических условий, создание инфраструктуры. К примеру, на Камчатке сдали в эксплуатацию сейсмоустойчивые дома с облагороженной территорией и с коммуникациями по цене 67 тысяч за квадратный метр, в Хабаровске же цена достигает 80 тысяч рублей за квадратный метр. Максимум 50 тысяч рублей для ветеранов, для молодежи 40 тысяч – вот цены, которые должны быть. Остальное – «левые» деньги, которые делят по всем карманам.

Раньше в Хабаровском крае жилье в новостройках было в два раза дешевле, чем на вторичном рынке. Новостройки по невысокой цене снижали цены на вторичном рынке. Мы продавали молодежи квадратный метр по 30 тысяч, на вторичном рынке жилье было по 50 тысяч за квадратный метр. Край компенсировал молодым 30% суммы кредита. Ипотека в самые дорогие времена, когда она давалась с 25%, предлагалась им максимум с 10%. И правительство края было единственным учредителем ипотечной кампании и гарантом, 25% стоимости вносила семья. Вот и получалась тройная гарантия... На вооружение схему взяли Камчатка и Амурская область.

– Наступивший год – предвыборный. Выборы губернаторов пройдут в Хабаровском крае, Магаданской области и Чукотском автономном округе. В Хабаровске и Владивостоке будут избраны мэры. Чего вы лично ждете от этих событий?

– Беспокоит то, что в последнее время явка на выборах очень низкая – 14–16%. Я уверен, надо восстанавливать порог в 25%.

Как человек может быть губернатором, если его избрала кучка друзей по футболу?! Мы от выборов всегда ждем чего-то нового. Кандидаты встречаются с людьми, и очень часто бывает, что во время предвыборной кампании кандидат всех расталкивает локтями: я и то сделаю, и это… А после того как его выбрали, он вдруг заявляет, что ничего не может. Я всегда всем руководителям говорю: не можешь – уходи! Иди на печку и получай пенсию. Вот прошло полгода, год – скажи, что ты сделал из того, что наболтал людям? Сказать порой нечего.

Выборы – это не только зрелость тех людей, которых мы выбираем, но и зрелость общества. Каждый должен принимать в них участие и влиять на результат. Мы от выборов ждем только хорошего, надо избирать достойных, которые будут решать проблемы людей.