Иркутск
Улан-Удэ

Благовещенск
Чита
Якутск

Биробиджан
Владивосток
Хабаровск

Магадан
Южно-Сахалинск

Анадырь
Петропавловск-
Камчатский
Москва

География демографии

Сокращению населения Дальнего Востока противопоставят новый нацпроект

Планы правительства по стабилизации и тем более увеличению населения восточной окраины России несбыточны даже при самом оптимистичном сценарии. Об этом говорили эксперты на площадках и в кулуарах всероссийской конференции «Демографическое развитие Дальнего Востока», прошедшей 25-26 мая в Хабаровске под эгидой Минвостокразвития. Само министерство эксперты часто упрекали в несистемном подходе и отсутствии полноценной Восточной политики. В Минвостокразвития пообещали учесть замечания экспертного сообщества и привлечь его к разработке нацпроекта «Дальний Восток». EastRussia попыталось разобраться в ситуации

География демографии

В столыпинском духе

Новой демографической политике России на Дальнем Востоке предстоит сделать то, что ранее не смогла совершить ни царская воля, ни советская власть. Концепция этой политики на период до 2030 года, которую готовит Минвостокразвития, прошла экспертную «обкатку» во время Всероссийской конференции «Демографическое развитие Дальнего Востока», которая состоялась 25-26 мая в Хабаровске.

В обращении к участникам полномочного представителя президента, вице-премьера Юрия Трутнева отмечалось, что в 2013 году президентом России Владимиром Путиным развитие Дальнего Востока было объявлено приоритетом на весь XXI век. При этом, как и более ста лет назад, во времена Петра Столыпина, демографическое развитие является ключевой задачей опережающего социально-экономического развития дальневосточных регионов, считает полпред. Сегодня Дальний Восток России соседствует с крупнейшими экономиками мира, и «оставлять этот край без внимания было бы проявлением громадной государственной расточительности», - отмечалось в обращении Юрия Трутнева.

Главным направлением государственной политики в макрорегионе называется «формирование привлекательного образа Дальнего Востока для семей с детьми, молодежи и старшего поколения, для тех, кто делает карьеру, ведет предпринимательскую деятельность, инвестирует в будущее региона». Жить и работать на Дальнем Востоке должно стать престижным - таков в общих чертах посыл, который адресовал участникам конференции вице-премьер.

Весьма оптимистично настроен и министр по развитию Дальнего Востока Александр Галушка, по словам которого 2014 год стал годом естественного прироста населения на Дальнем Востоке. Рождаемость здесь превысила смертность на 9334 человека, и всего за один год более чем на четверть сократился отток населения. «Рост промышленного производства, создание новых, современных, хорошо оплачиваемых рабочих мест привлекают людей. Чукотский автономный округ в прошлом году показал самый высокий в стране рост промышленного производства - 134%. На новые рабочие места приехало более 1 тыс. человек», - такие цифры приводятся в приветственном адресе министра.

Однако уже в ходе пленарного заседания эксперты подвергли сомнению ряд выдвинутых чиновниками постулатов, а на отдельных секциях и вовсе обрушились с жесткой критикой. Директор Института научно-общественной экспертизы Сергей Рыбальченко заявил, что мерами, которые предпринимаются сегодня, можно лишь сохранить текущую демографическую ситуацию, но для ее улучшения нужно «прорывное решение». Пик рождаемости, который, по словам докладчика, был стимулирован мерами господдержки, в том числе материнским капиталом, затухает, и нужны новые меры. Тем более что впереди нас ждет демографическая яма, которая связана с низкой численностью рожденных в 90-е годы.

Чтобы выполнить поставленную президентом задачу по увеличению населения России к 2030 году, необходимо как стимулировать рождаемость, так и снижать смертность. Что касается первой задачи, то здесь, с точки Рыбальченко, основная задача стоит в том, чтобы сохранить нынешние показатели. Их можно и улучшить – эксперт привел опыт Франции, где в 1996 году был средний показатель 1,6 детей на женщину, а в 2010 году – уже 2,07 то есть страна вышла на уровень простого воспроизводства населения.

«Что для этого нужно? Мы спрашивали французских коллег, и они считают, что прежде всего – создать условия, чтобы женщины могли совмещать трудовую деятельность и воспитание ребенка. Во Франции 50% детей до трех лет обеспечены нянями или яслями, причем 37% детей воспитываются на дому, без затрат на строительство инфраструктуры», - заявил он.

В снижении смертности тоже кроется огромный резерв. Так, сегодня 30% всех смертей приходится на население в трудоспособном возрасте, а из них 80% на мужское население. «Снизив смертность в этом сегменте, мы дополнительно получим порядка 300-350 жизней», - заявил Сергей Рыбальченко.

Главный научный сотрудник Института социально-политических исследований РАН Леонид Рыбаковский отметил, что на данный момент процессы оттока населения с Дальнего Востока стабилизировались, ведь в первые годы после распада СССР люди уезжали из «фактически перенаселенных регионов, где работы было меньше, чем трудоспособного населения». Это северо-восточные окраины страны, где в советские годы были созданы крупные промышленные мощности, а потом они оказались не нужны.

Сейчас потенциал заселения Дальнего Востока намного ниже, чем в советские годы, «ведь и страна стала в два раза меньше». При этом преодолеть последствия демографической ямы и вывести процесс воспроизводства населения в плюс будет наиболее сложной задачей.

По его оценкам, в России численность трудоспособного населения к 2050 году с нынешних 85 млн человек уменьшится на 12 млн человек. Привлекать ресурсы на Дальний Восток все сложнее, «это не времена Столыпина, когда была трудоизбыточность, люди ехали чтобы найти землю, найти работу».

«Мы знаем, что в министерстве называются цифры прироста на 1 млн к 2025 году, но это потребует не только сохранения тенденции по рождаемости и достижения нулевого миграционного оттока, и но и миграционного притока в районе 70 тыс. человек в год, а это соответствует динамике столичных регионов», - заявил он.

Разрабатываемую Минвостокразвития Концепцию демографической политики Леонид Рыбаковский назвал тактическим решением, но по его мнению нужна и стратегия, которая учтет долгосрочные факторы. По его словам, в рамках этой стратегии необходимы три составляющих: миграционная программа, программа повышения здоровья и качества жизни, и программа поддержки семьи.

Главный научный сотрудник института экономических исследования ДВО РАН Екатерина Мотрич отметила, что за 1991-2000 годы регион потерял около 2 млн человек. На миграцию пришлось 84% потерь населения региона, то есть миграционный маятник, который сначала обеспечил заселение Дальнего Востока, теперь обернулся его оттоком. Этот тренд вызван неравенством социально-экономического развития регионов России и рассчитывать на то, что в ближайшее время эта ситуация исправится, нельзя, считает она. К 2030 году численность населения может составить 5,9 млн человек - это уровень 1970 года, а к 2050 году даже до 4 млн, это уровень 1939 года. «Выходит, все средства, на заселения Дальнего Востока, были затрачены впустую!», - заключила она.

Ставим на потомков

Помощник министра здравоохранения РФ Татьяна Клименко отметила, что демографические проблемы, связанные с сокращением населения, актуальны для большинства развитых стран. И решение этих проблем возможно тремя путями - через увеличение рождаемости, увеличение продолжительности жизни, и регулирование миграционных потоков.

Она добавила, что еще с советских времен сложилась практика поддержки рождаемости путем экономического стимулирования. Но это фактически поддержка рождаемости в малообеспеченных семьях, а в наше время гораздо более актуально поддержка социально ориентированных семей. «Как это ни цинично звучит, но рождение детей должно быть не только финансово выгодно малообеспеченным женщинам, но и тем, кто занимается бизнесом», - заявила она.

Что касается увеличения продолжительности жизни, то здесь первое место принадлежит мерам по ограничению потребления алкоголя, считает помощник министра здравоохранения. «Опыт показал, что даже ограничение времени продажи алкоголя ведет в уменьшению ночной преступности и снижению насильственной смертности и смертности от несчастных случаев», - заявила она. Спорт, здоровое питание, активный образ жизни, высокое качество медицинского обслуживания, создание комфортных условий как для пожилого, так и молодого поколения и также способны оказать позитивное воздействие на динамику демографического роста, считает чиновник Минздрава.

Однако заведующий кафедрой философии и культурологии Тихоокеанского государственного университета Леонид Бляхер считает, что прежде чем бить в колокола и говорить об обезлюдении Дальнего Востока, нужно разобраться – а сколько населения здесь необходимо и главное – для каких задач. Сомнения у эксперта вызывают и меры по увеличению населения региона. По его словам, детородное поведение – достаточно консервативная сфера, и регулировать ее административными мерами крайне сложно. Что касается миграции, то в советские годы значительная доля дальневосточного населения поддерживалась искусственной подпиткой – это были военные, госслужащие и работники ВПК, «когда ушел госзаказчик, ушли и эти жители».

Сомнения в эффективности мер по увеличению рождаемости высказала зампредседателя правления Фонда поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации, Елена Куприянова. По ее словам, не является доказанным утверждение, будто выплаты материнского капитала оказали серьезное влияние на наблюдаемый в последние годы в России рост рождаемости: «Это может облегчить принятие решения о рождении второго ребенка, или приблизить сроки рождения, но никак не побудит женщину решиться на этот шаг. И уж тем более эта мера не касается рождения первого ребенка». Исключением могут быть только неблагополучные семьи, где эта мера прямо увязана с некоторым повышением материального благосостояния, но и здесь эффект скорее психологический.

Елена Куприянова считает, что государство совершает ошибку, выделяя немалые средства на субсидирование «меркантильного отношения к рождению детей», вместо того, чтобы укреплять главный общественный институт - семью. «Если у человека нет потребности в детях, если изначально в обществе не сформированы ценности семьи, семейного воспитания – мы никогда не заставим женщин рожать, семьи все равно будут распадаться, и мы получим огромное число оставленных детей», - отметила она.

С ней согласилась президент АНО «Аккредитационный центр Делового образования» (Хабаровск) Ольга Пегина. «В настоящее время на Дальнем Востоке отсутствует институт семьи, отсутствует служба сопровождения семьи в разных периодах ее развития. В России в целом институт семьи переживает глубокий кризис. Государство уже не один год поддерживает и уделяет внимание остро нуждающимся многодетным семьям, семьям с детьми инвалидами, неполным семьям. Необходимо сменить в общественном сознании вектор в сторону помощи благополучным семьям, повышать престиж благополучной семьи, а главное традиционных семейных ценностей», - считает она.

Пегина ссылается данные Росстата, согласно которым ежегодно в России распадается почти 86% браков. «Если обратимся к цифрам других государств, то видим, что в США – 50 %, в Великобритании 51,9 % разводов, в Бельгии - 59,7 %, во Франции и Германии - 40,9 %, в Финляндии - 57, 6 %. Почему европейские цифры благополучнее российских? Во Франции и Германии действуют государственные программы обязательного психологического консультирования перед вступлением в брак, на котором вместе будущие супруги составляют правила взаимодействия в каждой конкретной семье. Не будет справки психолога о готовности супругов к взаимодействию – пару не зарегистрируют», - отметила она.

По данным Пегиной, если по всей России уровень заключения браков в 2013 году составил 126% к 2000 году, то по Хабаровскому краю всего 97%. Уровень разводов 2013 года к 2000 году по России дает 103 %, а в Хабаровском крае показывает на 108%. Та же тенденция сохраняется и на 2014 год. В Хабаровском крае в 2013 году за первое полугодие доля разводов от количества вновь заключаемых браков составила 88,5%, а за первое полугодие 2014 года– уже 91,4%, В Амурской области и Камчатском крае эти цифры чуть ниже, но также составляют предельный уровень. За последние 10 лет очевиден рост отрицательного соотношения количества разводов к количеству браков в Камчатском крае на 14,9%, в Амурской области на 10,4%, в Хабаровском крае - на 6,2%.

«Если рассматривать возраст вступления в брак, то опять же по России цифры благополучнее, чем по Хабаровскому краю. Например, согласно самому лучшему детородному возрасту невесты, Россия держит 38% от всех браков, а Хабаровский край всего 31,6%. Если смотреть на возраст невесты 25-34 года то видим обратную картину. По России 42,5%, а по Хабаровскому краю 45,2%, та же тенденция и по возрасту невесты от 35 лет: Россия-18,7%, а Хабаровский край – 22,4%. Что говорит о том, что женщины не вступают в брак, пока не встанут на ноги, профессионально, психологически, а главное – материально», - отмечает эксперт.

В докладе группы исследователей, который представил профессор ВШЭ Андрей Коротаев, были представлены несколько сценариев демографического развития макрорегиона, ни один из которых не содержал обнадеживающих цифр. Например, согласно инерционному сценарию, к 2030 году численность Дальнего Востока сохранится до 5,5 млн человек, и это «то, что будет, если ничего не делать». Однако, по словам докладчика, в нынешних условиях этот сценарий можно трактовать как оптимистический, сегодня нужно приложить много усилий, «чтобы даже эту траекторию вычертить».

Причина этого пессимизма - вторая волна алкоголизации населения. Дело в том, что в России кривая производства этилового спирта чётко коррелирует с кривой смертности населения, а график продолжительности жизни является зеркальным отражением динамики производства спирта, отметил Андрей Коротаев: «Мы видим снижение смертности в неблагополучные 1995-1998 годах и рост во вполне благополучную первую половину 2000-х годов. Но зато эти данные на 80% коррелируют с динамикой производства алкоголя!».

После 2005 года Россия достигла колоссальных успехов в снижении смертности, она сократилась почти на 450 тыс. смертей в год, отмечается в докладе экспертной группы. Особенно сильно сократилась смертность от алкогольных отравлений — с 36 тыс. чуть ли не в 6 раз. Общий коэффициент смертности упал с 16 на 1 тыс. до 13 на 1 тыс. Но достигнуто это было прежде всего за счет роста продолжительности жизни, после 2005 года она выросла на 6 лет. При этом особенно сильно, более чем на 6 лет она выросла среди мужчин. Достигнуто это было преимущественно за счет снижения алкогольной смертности.

«Но с 1 января акцизы на водку должны были повыситься с 500 руб. до 600 руб. за литр спирта, а в новой версии налогового кодекса акцизы не повысились вообще. Это на фоне галопирующей инфляции. Фактически — рост доступности водки. Плюс 29 декабря было одобрено решение Росалкогольрегулирования об относительном снижении минимальной цены на водку. Это небольшая часть большого пакета мер, облегчающих доступность алкоголя. К Дальнему Востоку это относится в особой степени, в России алкогольные проблемы нарастают с юга на север и с запада на восток», - считает Андрей Коротаев. В случае победы «алкогольного лобби», по его мнению, в ближайшие годы возможна гибель 300 тыс. жителей Дальнего Востока, по России речь идет о 2,5-3 млн человек, что повторяет статистику начала 2000-х годов.

Даже в рассмотренном экспертами оптимистическом сценарии, где заложена ликвидация алкогольной смертности, все рекомендованные ВОЗ меры по охране здоровья, рост расходов на здравоохранение, поддержка рождаемости — разница между верхним и нижним сценарием составит порядка 1 млн человек. «Но добиться ощутимого роста этими мерами невозможно, увеличить численность Дальнего Востока до 7 млн к 2025 году — без миграции абсолютно нереально», - заключил он.

Мигранты на подхвате

Впрочем, и с миграцией на Дальний Восток тоже масса проблем, отметили участники профильной секции конференции. Руководитель консалтинговых проектов ВЦИОМ Алексей Фирсов в своём выступлении сослался на данные проведенного центром опроса. В нём приняли участие представители 30 компаний региона, а также эксперты, работающие на рынке труда. «По заявлению самих работодателей, данный рынок характеризуется крайней дефицитностью, все респонденты указывают на миграцию лучших сотрудников в другие регионы России. Независимо от того, приехали люди на Дальний Восток или рекрутированы здесь, проработав какое-то время в регионе, они стремятся покинуть его, чтобы продолжить карьерный рост. Также работодатели констатируют ущербность местных кадровых ресурсов и жалуются на их низкую профессиональную подготовленность. Если говорить об управляющем составе — то местные кадры не могут закрыть вакансии. Есть дефицит по рабочим специальностям - население не испытывает к ним интереса, людей сложно мотивировать местное население на тяжелый труд. Кроме того, и это позиция всех работодателей - тот уровень образования, который предлагают вузы, не вписывается в современную парадигму», - рассказал господин Фирсов.

По его словам, говорить о том, что территории опережающего развития станут неким механизмом привлечения трудовых ресурсов и регулирования рынка труда, как того хотелось бы Минвостокразвития, пока рано: «их ещё никто не знает». Идея по раздаче гектара земли дальневосточникам пока вызывает у эксперта скепсис. «Сказать, что это как-то повлияет на приток людей, на рынок труда, на развитие аграрного сектора... В лучшем случае это возможность удержания населения, да и то — возможность с очень ограниченной сферой воздействия, — заявил он. — Центральная Россия живет в парадигме „китайской угрозы“, но местные работодатели говорят об их уходе. Русские не идут на рабочие специальности, китайцы уезжают, есть надежда на северокорейцев, но она пока остается скорее в теоретической плоскости. Украина — теоретически это хороший ресурс, но на деле люди приезжают, сталкиваются с множеством системных проблем и уезжают».

Ведущий научный сотрудник Тихоокеанского института географии ДВО РАН Юрий Авдеев полагает, что меры, предпринимаемые и полпредством, и министерством по развитию Дальнего Востока, «носят хаотический и несистемный характер». По его словам, России нужна полноценная Восточная политика, а не точечные решения в виде ТОРов. «Это всё скопировано с китайских особых экономических зон, но в Китае это работает, поскольку там избыток населения. На Дальнем же Востоке каждый человек на счету, и территория опережающего развития должна быть здесь для каждого, кто занимается предпринимательством. Согласно посланию Владимира Путина Федеральному собранию РФ Дальней Восток признан приоритетным регионом на весь XXI век. А что в качестве приоритета предлагает министерство? Экспорт сырьевых ресурсов? А чем тогда мы занимались до этого? Мы же по существу делали то же самое», - заявил он.

Главной задачей государства в регионе он считает развитие социальной инфраструктуры, только это могло бы удержать убывающее население.

По мнению господина Авдеева, одним из важнейших индикаторов, который объясняет отток населения, является соотношение между стоимостью человеческого капитала (в этот показатель включены средняя продолжительность жизни, возрастные характеристики, зарплата, доходы и другие характеристики) и построенной инфраструктуры. Подобный расчет делался на примере Владивостока после строек АТЭС-2012. «Когда готовились к саммиту, первоначальная сумма затрат составляла 114 млрд руб., а потом она росла, и выросла до 680 млрд, с учетом инвестиций госкомпаний. Но даже этих сумм нам не хватает. Так вот, на сегодняшний день доля инфраструктуры составляет всего 2,2% от стоимости человеческого капитала Владивостока. Если взять Москву — это 9%, в Лондоне 25%. Мы посчитали — а сколько нужно еще вложить в инфраструктуру, чтобы достичь хотя бы уровня 8%? Оказалось, что еще 900 млрд руб. Но вот вопрос — кто будет это все осваивать?», - задаётся вопросом эксперт.

Выход он видит один - привлечение иностранной рабочей силы. «Когда шла подготовка к саммиту АТЭС-2012, использовались кадры бог знает откуда — Мексика, Турция, и только через некоторое время догадались, что рядом есть Китай. Сегодня китайцы к нам уже не поедут. Если в 1960 году средний уровень зарплат в КНР составлял $10-12, то сегодня он переваливает за $600, и эта цифра стала стремительно расти после 2000-го года. В строительстве, где сегодня китайский рабочий получает от $1-1,5 тыс., какой российский работодатель обеспечит этот уровень дохода? Мы эту рабочую силу потеряли. При этом в радиусе 1 тыс. км от Владивостока проживает 300 млн человек, и только северо-восточные провинции Китая как минимум имеют 8 млн безработных. Не говоря уже о северокорейской рабочей силе. Но сейчас основная проблема для привлечения китайцев — заработная плата», - говорит Александр Авдеев.

Но других вариантов нет, из Сибири можно привлечь лишь небольшую долю необходимых ресурсов, и это тот поток, который потом вернется обратно. «Только в случае полноценного обустройства инфраструктуры, что можно сделать лишь руками иностранцев, мы сможем создать на Дальнем Востоке привлекательные условия для жизни, существенно изменить нынешнюю ситуацию. И самым существенным является сектор, связанный с индивидуальным домостроением для молодых семей. Это пожалуй самая главная мера для изменения демографической ситуации», - считает представитель Тихоокеанского института географии ДВО РАН.

В кулуарах большинство гостей конференции отмечали, что от этой конференции у них осталось ощущение дежа вю – где-то и когда-то это уже было. Впрочем, в Минвостокразвития уверили, что не только прислушаются ко всем замечаниям, о и пригласят экспертное сообщество к проработке стратегии – то есть сделают то, о чем сами эксперты по их словам долго и почти безрезультатно просили. Так, в итоговой резолюции объявлено о предстоящей подготовке нацпроекта «Демографическое развитие Дальнего Востока» и концепции демографического развития до 2030 года. Контуры этой стратегии могут быть представлены уже на Восточном экономическом форуме во Владивостоке осенью этого года.