Иркутск
Улан-Удэ

Благовещенск
Чита
Якутск

Биробиджан
Владивосток
Хабаровск

Магадан
Южно-Сахалинск

Анадырь
Петропавловск-
Камчатский
Москва

Индия в Северо-Восточной Азии

Дмитрий Шелест о перспективах развития второго после Китая азиатского гиганта

Индия – гигант, уверенно догоняющий Китай по численности населения, росту экономики, уровню обороноспособности и геополитическим амбициям. Внимание индийского руководства к государствам Северо-Восточной Азии (СВА): Китаю, Монголии, Республике Корея, КНДР, России, Тайваню и Японии продиктовано как необходимостью внутреннего развития страны, так и внешнеполитической стратегией Нью-Дели. В этом ключе российский Дальний Восток имеет все возможности стать конечной точкой индийских устремлений на северо-восточном направлении.

Индия в Северо-Восточной Азии
Фото: REUTERS / Adnan Abidi

Дмитрий Шелест

Заместитель директора Экспертно-аналитического центра Дальневосточного федерального университета
Амбициозные планы Индии сформировались не за один день и имеют под собой полувековую историю. Если в начале становления индийского государства после обретения независимости в 1947 году Нью-Дели было в большей степени ориентировано на сотрудничество с Советским Союзом, то уже в 70-х гг. прошлого столетия премьер-министр Индира Ганди начала более активно искать возможности для привлечения внешних инвестиций, технологий и совершенствования экономической системы. Так, совместный проект с японской компанией «Сузуки» в 1974 году положил начало индийскому концерну «Сузуки-Марути». В 1981 году в интервью японской газете «Асахи» пятый премьер-министр страны отметила, что «Индия придерживается концепции так называемой смешанной экономики»1, в определённой степени частично обозначив отступление от взглядов первого руководителя кабинета министров и своего отца, Джавахарлала Неру.

Однако, на тот период значительного объёма торговли или политических отношений с государствами СВА и Дальним Востоком Советской России наблюдать не приходилось. Дели занималось решением политических и экономических проблем внутри страны и с ближайшими соседями. Единственными исключениями для Индии были СССР и Япония. 

Главным крупным торговым и политическим партнёром того времени для Республики Индия был Советский Союз, чьи отношения достигли своего пика в 80-х годах. Москва использовала морской путь из портов Дальнего Востока для поддержки своего южного союзника. В 1967 году была открыта линия Дальневосточного морского пароходства – FESCO-India Line, включающая базовые точки в Индии – Калькутта и Мадрас. Позднее, в конце 60-х, а затем и в 70-80 годах на Дальнем Востоке в рамках соглашений о военно-техническом сотрудничестве Индии и СССР индийские военнослужащие проходили обучение на Тихоокеанском флоте.    

Следует отметить, что в 80-е годы Япония также была значимым торговым партнёром для Индии, занимая второе место по объёму торговли и третье место по предоставляемой помощи. Одновременно Токио пытался укреплять и развивать культурные связи с Нью-Дели как на правительственном уровне, так и на уровне народной дипломатии, особенно в области буддийского наследия. За всё время японо-индийского сотрудничества отношения двух стран омрачались только ядерными испытаниями на субконтененте Индостан в 1974 и 1998 годах. В целом, после обретения Индией независимости, Токио постоянно демонстрировало готовность к стратегическому партнёрству с Нью-Дели наравне с Советским Союзом, о чём мало известно в современной России.

В 1991 году Индия стала на путь экономических реформ, а тогдашний премьер-министр Нарасимхо Рао провозгласил политику «Смотри на Восток» (Look East Policy). Новый подход предполагал не только либерализацию экономических отношений, но и более активное сотрудничество в области внешней торговли и инвестиций с государствами Восточной Азии. По сути это был первый шаг по реализации Нью-Дели своих глобальных амбиций и, одновременно, к выходу за рамки привычных экономических отношений.  Индия постепенно расширяла экономические связи, дополняя свои отношения с государствами СВА. Так, в 90-е годы Дели заключило ряд соглашений о сотрудничестве с области науки и экономики даже с идеологически далёким Пхеньяном.

Примечательно, что после открытия порта Владивосток, Генеральное консульство Республики Индия было первым дипломатическим представительством в некогда закрытом городе в 1992 году. Затем,  Индия продолжила «осваивать» российский Дальний Восток, обратив внимание на Сахалинский шельф. В 1996 году начались российско-индийские переговоры о возможности участия компаний из Индии в добыче углеводородов на о. Сахалин и в это же время индийская компания ONGC Videsh Ltd. Вошла в консорциум «Сахалин-1». 

За последнее десятилетие XX века государство Индостана сделало множество шагов в восточном направлении.  Были сформированы устойчивые связи с Тайванем (Республика Китай) и учреждена Индийско-тайбейская ассоциация. А в 1999 году теперешний премьер-министр Индии Нарендра Моди первым из значимых индийских политиков посетил Тайвань. С Южной Кореей Индия заключила Двустороннее инвестиционное соглашение в 1996 году, в этом же году была учреждена комиссия по сотрудничеству двух государств. Одновременно, несмотря на политические разногласия Нью-Дели увеличило торговый оборот с Пекином, а с начала 90-х годов индийско-китайские встречи на высшем уровне стали проводится постоянно. Поступательно укреплялись связи с Японией. Число контактов на высшем уровне между Нью-Дели и Токио с 1985 по 1995 гг. превысило количество таких встреч за весь предыдущий период. Вместе с этим Индия делала военные и политические шаги в сторону сотрудничества с государствами СВА, демонстрируя свои геополитические амбиции. В качестве примера можно привести участие в военных манёврах «Командный вызов» (Team Challenge) на Филиппинах совместно с Южной Кореей и Японией, что не мешало комбинировать такой подход с военно-техническим сотрудничеством с Москвой. Так, в 1996 г. Индия начала закупать российские истребители Су-30-МКИ, производимые на дальневосточном предприятии – Иркутский авиационный завод, увеличив долю в закупках российских вооружений и военной техники более чем на 20%.   

В свою очередь высокие темпы экономического роста в период реформ дали возможность проводить более активную внешнюю политику в СВА и в первом десятилетии XXI века. Значительно возросло число контактов на высшем уровне с Японией, индийский партнёр начал занимать одно из первых мест во внешнеполитических приоритетах Токио. Год японо-индийской дружбы (2007 г.) стал катализатором для дальнейшего увеличения объёмов сотрудничества двух государств по всем направлениям. В это время было заключено индийско-монгольское соглашение о сотрудничестве в оборонной сфере (2001 год), а в 2006 году Дели и Улан-Батор достигли Соглашения о стратегическом партнёрстве. С начала «нулевых» индийское руководство успешно наращивало экономические отношения с Северной Кореей, доведя объём торговли почти до миллиарда долларов США, и только усиление санкций в отношении Пхеньяна в 2012 году заметно снизили эти показатели.  Естественно, что экономическая целесообразность склонила к более тесному сотрудничеству Дели и Пекин. Отношения с Республикой Кореей также развиваются по нарастающей: достаточно отметить закупку восьми кораблей противоминной защиты для ВМФ Индии в этом же году.

Помимо участия в дальневосточных проектах по добыче углеводородов, Индия приобрела в лизинг, построенную на Амурском судостроительном заводе атомную подводную лодку проекта К-152 «Нерпа» в 2012 году. В качестве примера сотрудничества в области энергетики можно привести соглашение «Газпрома» с индийской компанией «Gail» от 2012 года, который предусматривает поставки сжиженного природного газа в Индию.  

В 2014 после победы Бхаратия Джаната Парти на выборах и избрания Норендры Моди четырнадцатым премьер-министром, последним были задекларированы экономические стратегии: «Делай в Индии» и «Действуй на Востоке». По сути, на сегодняшний день Нью-Дели действует в рамках этих стратегий, которые в свою очередь можно назвать системообразующими факторами внешнеполитического курса Индии. В таком контексте понятно общее устремление Индии и Китая к наращиванию торгового оборота до 100 млрд. долларов США даже при множестве нерешённых приграничных спорах и различных политических системах. Высокую ставку Моди делает и на сотрудничестве с Токио, причём индийский премьер видит перспективы не только в области трансфера технологий и экономики, но и в сфере безопасности. В 2015 году во время визита японского премьера в Индию было подписано инвестиционное соглашение на 34 млрд. долларов США, которое, в том числе, соотносилось с программой «Делай в Индии».

На этом фоне Нью-Дели также целеустремлённо укрепляет своё присутствие на Дальнем Востоке Российской Федерации. В 2014 году между индийской ONGC и «Роснефтью» был подписан Меморандум о совместном освоении арктического шельфа. Посол Индии в России Панкадж Саран предложил дальнейшее участие в разработке Сахалинского шельфа индийскими компаниями в рамках проектов «Сахалин-2» и «Сахалин-3». Во время своего визита в июне 2017 году в Россию, приуроченному к 70-летию российско-индийских отношений, Нарендра Моди во время встречи с шестнадцатью российскими губернаторами встретился и с руководителями трёх дальневосточных регионов: Приморского и Хабаровского краёв, а также Сахалинской области. На проводимом в сентябре 2017 году Восточном экономическом форуме индийская делегация была наиболее представительной и включала двух министров (Промышленности и коммерции, Иностранных дел). Следствием этого стали крупные инвестиционные соглашения по разработке угольного месторождения на Камчатке индийской компанией ТАТА, центры по обработке и огранке алмазов во Владивостоке и Якутии, проекты в сельском хозяйстве, фармакологической индустрии и IT-сфере. В военно-стратегическом плане отношения подытожили совместные военные учения «Индра-2017».

Таким образом, сотрудничество Москвы и Нью-Дели активно развивается по целому ряду направлений на Дальнем Востоке России. На сегодняшний день в российско-индийских отношениях происходит обновление традиционных сфер сотрудничества и диверсификация торговли, продолжение сотрудничества в нефтегазовой сфере, горнорудной промышленности, обработке драгоценных камней, сельском хозяйстве, туризме, кораблестроении и логистики, рыболовстве, фармацевтике и обработке природных ресурсов. Этому способствует экономический потенциал Дальнего Востока в виде богатых природных ресурсов и механизмов государственной поддержки, включая Территории опережающего развития и Свободный порт Владивосток. Кроме вышесказанного два государства объединяет интерес к развитию новых транспортных путей и логистических коридоров связывающих Индию, Россию и Тихоокеанскую Азию.

Даже условный исторический экскурс позволяет утверждать, что нацеленность Индии на экономическое, политическое присутствие в Азиатско-Тихоокеанский регион и его субрегиона – СВА процесс вполне закономерный. В свою очередь эта закономерность с 1991 года постепенно оформилась в качестве конкретных мер индийского правительства, а во втором десятилетии XXI века обрела вид законченной стратегии.  Соответственно на сегодняшний день Дальний Восток России представляет собой для Индии доступ к природным ресурсам, новый этап военного сотрудничества, открытый путь в Арктику, расширение двусторонней торговли и по умолчанию содержит геополитическую составляющую.

Очевидно, что для Индии торговая и промышленная экспансия к пределам Восточного полушария замыкает определённую стратегию. Несмотря на положительную историю сотрудничества Москвы и Нью-Дели, ориентация Индии на «освоение» Востока России дает основания надеяться на новый этап плодотворного сотрудничества. Причём взаимодействие Российской Федерации и Республики Индия с государствами СВА может принести и синергический эффект для развития дальневосточных регионов РФ.