Иркутск
Улан-Удэ

Благовещенск
Чита
Якутск

Биробиджан
Владивосток
Хабаровск

Магадан
Южно-Сахалинск

Анадырь
Петропавловск-
Камчатский
Москва

Калейдоскопы камбоджийских впечатлений

Спросите россиян, что знают они о Камбодже, и большинство собеседников надолго «зависнет» в молчаливом недоумении

Потом кто-нибудь вспомнит о деле миллиардера Полонского, со скандалом, но неудачно пытавшегося спрятаться в этой стране от российского правосудия. Кто-то, более продвинутый в знании истории и политики, упомянет об ужасах режима «красных кхмеров». Найдутся и те, кто вспомнит об одном из архитектурных чудес света — храме Ангкор-Ват, распиаренном в видеороликах и фильмах об экзотических путешествиях.

Калейдоскопы камбоджийских впечатлений
ВОЯЖ В КАМБОДЖУ: НЕДОРОГО, НО НЕ БЕЗ УЮТА

Что касается лично меня, то именно желание увидеть и потрогать руками камни Ангкор-Вата стало важнейшим побудительным мотивом посетить Камбоджу. Тем более что попасть в сердце Ангкора, город Сиемреап, оказалось не так сложно и не очень затратно. Таиланд, облюбованный в качестве места отдыха немалым числом российских туристов (особенно жителей Дальнего Востока, по крайней мере до недавнего обрушения рубля), как раз и является распахнутой почти настежь «дверью» в тот экзотический мир. Двухдневный тур из тайской Паттайи в Камбоджу, в зависимости от выбранной турфирмы, стоил смешные 110 — 140 долларов. Причем из-за обилия в Паттайе турбюро, в которых работают наши соотечественники, за российских туристов идет нешуточная борьба — с предоставлением всевозможных бонусов и скидок. Так что приобретение более продвинутого тура в страну кхмеров — на три дня — мне обошлось всего в 230 долларов.

При этом качество туристических услуг, насыщенность культурной программы и даже размещение, несмотря на вроде бы «бросовые» цены, оказалось вполне приличным. К примеру, жил я три дня и две ночи в небольшом, но уютном «Monica Angkor Hotel», выстроенном, как и множество подобных зданий, во французском колониальном стиле. Там имелся бассейн, номер был обеспечен необходимыми удобствами, с доступом к Интернету и даже с телеканалом на русском языке. Причем оплата в отеле принималась по картам UnionPay, с которыми российские туристы обычно с удобством ездят в Китай. Выгодное соотношение цен и качества связано с тем, что Камбоджа — страна для туристов еще более дешевая, чем Таиланд. Впрочем, у дешевизны (читай, повальной бедности населения) есть свои плюсы и минусы.

О последних предостерегают на Интернет-форумах те россияне, кто знает Камбоджу не как турист, а как почти постоянный житель. Вот лишь некоторые из предупреждений:

1. «Коррупция — основной закон и повседневная норма жизни в Камбодже».

2. «Даже по сравнению с соседними странами, такими как Вьетнам и Таиланд, инфраструктуры в Камбодже по-настоящему нет».

3. «Антисанитария, антисанитария и еще раз антисанитария — вот что такое Камбоджа».

4. «Даже легко поддающиеся лечению болезни могут быстро стать опасными для жизни, если, не дай Бог, вмешаются камбоджийские врачи».

Что касается первого, коррупции, то она, говорят, начинается уже на пограничных пропускных пунктах. Там с туристов под разными предлогами стараются стрясти за визу не положенные 20 долларов, а побольше. Но лично мне, очевидно, повезло с выбором туроператора: на все формальности у нашей туристической группы ушло минимум времени. Да и вся оплата осуществлялась гидом централизованно, из тех денег, которые с нас взяли за весь тур в Паттайе. Тем не менее тезис о «норме жизни» в течение трех дней подтверждали и рассказы русских гидов, и наблюдения за повседневной жизнью камбоджийцев. К примеру, представители полиции в Ангкор-Вате и других храмах в качестве сувенира на продажу предлагали туристам... свою форму, от фуражки до штанов.

«Здесь, как правило, не воруют, но заработать стараются на всем без исключения. Даже дети будут предлагать вам услуги проводника и носильщика мелких вещей», — просвещал нас живущий уже несколько лет в Камбодже экскурсовод Инал, молодой человек родом из российской Северной Осетии. Он же подробно поведал и об особенностях местных политики, экономики, этнографии и социологии.

Так вот, что касается коррупции и всего, что с ней связано. В отличие от времени правления «красных кхмеров» с их жестокостью, голодом, каторжным трудом в коммунах и регламентированием всего и вся, нынешняя Камбоджа — чуть ли не царство свободы. Зарабатывай как можешь, живи чем хочешь. В смысле — выживай. Ведь общество разделено на две почти не пересекающиеся в повседневной жизни страты: народ и тех, кто у власти или при власти (даже самой маленькой, вроде полицейского или сельского старосты). Народ, в отличие даже от времени прежней монархии (1953 — 1975 гг.), которую свергли «красные кхмеры», налоги совсем не платит, но и не получает никакой социальной помощи. При этом попрошайничество целой страны у международного сообщества, ее зависимость от иностранной экономической и гуманитарной помощи — обыденность. Мол, мы пострадали от кровавого режима Пол Пота, вот теперь и помогайте нам все — ООН, сверхдержавы, благотворительные организации. За счет «распила» этой помощи и повсеместной коррупции местная элита и живет. Даже в полиции платят чисто символическую зарплату: хочешь жить лучше — сам крутись как можешь. Вот и норовят продать туристам в Ангкоре кепи и форменные штаны...

Экономика, прежде всего, добывающая и текстильная промышленность, развивается, но специфично — страну, ее ресурсы, даже землю (которую вроде как нельзя продавать иностранцам) беззастенчиво распродают. Особенно наживается китайский капитал. Впрочем, его экономическая экспансия столь же активно идет в Таиланде и Лаосе...

Что же касается второго обвинения в адрес Камбоджи — отсутствия транспортной инфраструктуры, то, действительно, одни лишь воспоминания о пограничном Пойпете и 150-километровой автодороге № 6 от него до Сиемреапа с ее колдобинами бросают в дрожь любителей езды по автострадам. Да и созерцание того, на каких развалюхах и в каком количестве камбоджийцы на оных ездят (речевой оборот «грозди людей» тут подойдет в самый раз) — не для слабонервных.



Антисанитария — увы, тоже привычная деталь жизни простых камбоджийцев, но, к счастью, только за пределами обитания туристов. Впрочем, ей во многом способствует сам климат — жаркий и влажный. Но, похоже, и тамошние обитатели не особо озабочены чистотой. Особенно шокировала традиционная экскурсия во вьетнамскую плавающую деревню на озере Тонлесап. То, что дома, школы, даже христианский молитвенный дом размещаются на плотах — завлекательная экзотика. Как и то, что детишки между всеми этими строениями плавают в обычных металлических тазиках. Но вот то, что отхожие места в этих плавающих строениях «работают» прямо под себя, в воду, мягко говоря, вводит в дрожь. Ведь эту же воду живущие на ней люди используют для гигиены, приготовления пищи и питья ... Да, слава Богу, гостиницы для иностранных туристов в Камбодже — это как бы другая Вселенная, почти не соприкасающаяся с местной жизнью.

Что же касается встреч с камбоджийскими врачами, то от них судьба миловала, так что по четвертому пункту предупреждений с форума ничего свидетельствовать не могу.

ЭТНОГРАФИЧЕСКАЯ И ТОРГОВАЯ ЭКЗОТИКА

Да, в этой стране почти все экзотично, и ради этого стоит посетить Камбоджу. Вот мы остановились на обочине все той же дороги № 6. С двух сторон от нее — заболоченная, поросшая высокой густой травой местность. Ветхий остов хижины то ли рыбака, то ли пастуха, а за ней неторопливо пасутся круторогие буйволы. Идиллическая картинка...

Проезжая по шоссе вдоль деревень и поселков, можно получить представление и о местных традициях домостроительства. Они специфичны. Дома (в большинстве своем — почти что хижины) непременной двухъярусной, свайно-столбовой конструкции. Внизу открытое, без стен, помещение для скотины или, в зависимости от достатка, для механических средств передвижения. Этот нижний этаж служит также для общения с родными и друзьями, для отдыха. Конструкция жилища на сваях удобна и на случай наводнений, особенно в долине главной реки — Меконга и озера Тонлесап. А наверху хижины — жилые и спальные апартаменты. Впрочем, на фоне бедных домишек выделяются добротные, почти фешенебельные по камбоджийским меркам дома людей зажиточных и, судя по всему, как-то причастных к местной власти и «распилам».

Основное по численности население страны — молодежь и дети. Их много, и как везде они держатся веселыми, шумными стайками. За четверть века, прошедшие после свержения режима «красных кхмеров», уморивших голодом, рабским трудом и казнями примерно треть населения собственной страны (2,5 миллиона из тогдашних семи), демографическую ситуацию удалось не просто выправить. Сегодня в Камбодже проживают до 15 миллионов человек. И, при всей бедности, голода в стране нет. Природа позволяет собирать до трех урожаев риса в год: река Меконг и озеро Тонлесап в период летних муссонов заливают огромные территории, принося туда плодородный ил. Фрукты и овощи — в изобилии. Да и рыбы здесь огромное количество. Ее не только ловят сетями, руками и всем, чем только можно, но и... выкапывают из ила, после того, как вода уходит. Да и вообще, похоже, нет такой живности, которую бы камбоджийцы не употребляли в пищу. Крысы, змеи, черви, личинки всевозможных насекомых...

Впрочем, в ресторанах Сиемреапа кормят и по-европейски, а многочисленных здесь туристов из Индии — даже по вегетарианским меню.

Прежде чем приобщить туристов к древности, их, по незыблемой традиции стран Индокитая, окунают в шопинг. Ювелирные магазины, переполненные местными серебряными изделиями и камнями, претендующими на звание драгоценных (рубины, сапфиры). Лавка изделий из крокодиловой кожи при ферме, где можно полюбоваться сотнями неподвижно, как грязно-зеленые бревна, лежащих на солнышке этих еще живых рептилий. Магазин с разнообразными изделиями из шелка при шелковой же фабрике, принадлежащей китайскому бизнесу, с действительно смешными ценами (рабочая сила здесь очень дешевая). Дьюти-фри с французским и прочим алкоголем, местным (изумительнейшим по вкусу и аромату!) кофе и перцем. Правда, многое из предлагаемого в этих стильных магазинах можно купить еще более дешево в местных лавках и на рынках, но для этого нужно иметь резерв времени и смелость, чтоб самостоятельно погрузиться в гущу местной жизни.

Кому что, но для меня более интересной оказалась местная архитектура — особняки и виллы, оставшиеся от французской эпохи, до той поры виденные только в фильмах. Они придают Сиемреапу ни с чем не сравнимое обаяние. Камбоджа, как известно, стала независимой только в 1953 году, но и после этого не только в политическом, но и в культурном аспекте ориентировалась на бывшую метрополию.
Читайте также:



Но и местный, уходящий в глубину веков, культурный колорит встречаешь повсюду.

Прежде всего, это молельни со статуями Будды и небольшие алтари, украшенные гирляндами цветов. И на их фоне — бритоголовые монахи в оранжевых одеяниях. Впрочем, господствующий ныне в Камбодже, как и в других странах Юго-Восточной Азии, буддизм покоится на многовековом фундаменте и смеси религиозных и культурных традиций индуизма. И большинство храмов в окрестностях Сиемреапа, начиная с Ангкор-Вата, используемые сейчас не только в качестве объектов паломничества туристов, но и как буддийские святилища, изначально строились для поклонения индуистским божествам, в первую очередь Шиве и Вишну. Этот же глубинный слой местного культурного наследия туристам демонстрируют в качестве элемента экскурсионной программы. Так, в один из вечеров нас привезли в уютный ресторан, где очаровательные местные девушки и крепкие парни в танцевальном шоу «Апсара» исполняют древние кхмерские танцы, родившиеся еще в эпоху поклонения пришлым индуистским богам.

САМЫЙ БОЛЬШОЙ МЕГАПОЛИС СРЕДНЕВЕКОВЬЯ

Особый интерес, конечно же, вызывают архитектурные памятники эпохи империи Камбуджадеша, в средние века занимавшей территорию не только Камбоджи, но и почти всего нынешнего Таиланда, Лаоса, а также значительную часть южного Вьетнама.

Дело в том, что храмовый комплекс Ангкор-Ват — лишь наиболее известное за пределами Камбоджи сооружение в огромном «созвездии» аналогичных культурных памятников Х — ХIV веков. Вообще Ангкор — это обобщенное название средневековой столицы, точнее, колоссальной столичной агломерации, раскинувшейся среди джунглей на площади до тысячи квадратных километров к северу от озера Тонлесап. Более того, по мнению некоторых авторитетных историков, например, Дамиана Эванса, исследующего феномен камбоджийской цивилизации, эта «мега-столица» в ХIII веке являлась самым крупным в тогдашнем мире людским поселением. Тогда, в период расцвета империи, в столичной агломерации проживало от полутора до двух миллионов человек!



Причем применять в данном случае термин «город» не совсем корректно. Ведь средневековый Ангкор, судя по археологическим раскопкам, — это сосредоточие десятков крупных, сотен средних и тысяч мелких по размеру монументальных каменных строений, окруженных сотнями тысяч хижин простонародья вместе с полями и огородами, с которых эти люди кормились сами и снабжали управленческую и жреческую элиту империи. Роль транспортных артерий в самом Ангкоре и за его пределами играла густая сеть каналов и огромных водохранилищ (бараев), они же обеспечивали и водоснабжение.

При этом центр столичной агломерации периодически перемещался. Почти каждый из царей, носивших часто повторявшиеся индийские имена (Джаяварман, Раджендраварман, Сурьяварман, Индраварман и прочие), переносил административный и культовый центр то в один, то в другой ее конец столичной агломерации, сооружая там новый главный дворец-храм. При этом культовая, интеллектуальная, да и хозяйственная деятельность продолжалась и в святилищах, утративших прежний лидерский статус.

Чтобы посетить и хотя бы бегло осмотреть только основные храмы-памятники Ангкора, нужно потратить несколько полновесных дней. Причем тем, кто любит путешествовать пешком, в Ангкоре от этой похвальной привычки стоит отказаться. Не только из-за того, что временные затраты многократно увеличатся, но и потому, что сил попросту может не хватить. Ведь на многие из облюбованных строений высотой порой в несколько десятков метров нужно еще и подняться, к тому же по высоким и очень крутым ступеням (углы подъема лестниц — до 60 градусов!), отполированных ногами сотен тысяч паломников. Не дай Бог поскользнуться и свалиться с тех высот — косточек не соберешь!

Обычно российские туристические группы посещают такие храмы, как Ангкор-Ват, Пном Бакхенг, комплекс Ангор-Тхом (квадратной планировки, размерами три на три километра, с храмом Байон из башен-лиц в центре), Та Кео, Та Пром (в нем снимались эпизоды фильма «Лара Крофт — расхитительница гробниц»), да еще пару-тройку сооружений. Причем большинство даже крепких и здоровых туристов после полноценного вояжа по ним чувствуют себя уже в качестве выжатых лимонов. Поэтому более удобный вариант основательного и неторопливого знакомства с Ангкором — остановиться в Сиемреапе на пять-семь дней. По возможности стоит посетить и храм Бантей Срей с тысячами фигур и сюжетов, вырезанных из розового песчаника. К сожалению, он находится несколько в стороне — примерно в 30 километрах от Сиемреапа. И с ним мне в ту поездку познакомиться не удалось — экскурсия туда не была запланирована, а времени на самостоятельный вояж не хватило. Оставалось только любоваться фотоснимками из путеводителей.

Вообще-то большинство сооружений Ангкора — не просто памятники архитектуры. Это и многие километры (по общей их протяженности) «каменных летописей» — рельефов, высеченных на внутренних и внешних стенах и иллюстрирующих древнеиндийские эпические поэмы, прежде всего, «Рамаяну» и «Махабхарату», а также события военной истории и даже повседневной жизни империи Камбуджадеша.

Про памятники Ангкора написано многое — и профессионалами-искусствоведами, и простыми туристами. А в Интернете — масса фотографий этих сооружений, снятых со всех ракурсов и при различном освещении. Но одно дело прочитать или просмотреть познанное и переданное кем-то на мониторе, и совсем другое — самому ощутить ту красоту и мощь. Лишь увидев эти огромные конструкции из камня и картины на их стенах, убеждаешься: это продукт высокого ума и таланта, да и труда сотен тысяч людей...

В торговых рядах на выходе из Ангкор-Вата идет бойкая торговля сувенирами. Среди них особое место занимают живописные полотна местных художников, не просто запечатлевших этот древний храм индуистского бога Вишну, но и давших волю своей фантазии по поводу событий, некогда происходивших там. И я не утерпел, купил большое полотно, где окруженный джунглями и омываемый каналом храм изображен в лучах закатного солнца. Даже сейчас, когда смотрю на него, будто бы вновь возвращаюсь туда.

«КОЛЫБЕЛЬ ИМПЕРИИ» В ОБРАМЛЕНИИ МИННЫХ ПОЛЕЙ

Если большинство моих попутчиков по туру в Камбоджу ограничили себя посещением нескольких памятников Ангкора, то меня потянуло и в глубинку — в национальный парк на плато Пном Кулен, в сорока с лишним километрах к северо-востоку от Сиемреапа. Благо у меня был тот дополнительный день.

Район плато славен не только живописным 20-метровым водопадом, буддийским храмом Преах Анг Тхом, куда направляются паломники, и наследием индуизма — рекой «1000 лингамов», где на каменном дне высечены священные символы этой религии, 2000 лет назад принесенной в Камбоджу брахманами из Индии. Здесь же находятся и руины первой столицы империи Камбуджадеша. Именно там, по свидетельству исторических хроник, в 822 году нашей эры Джаяварман II, правитель небольшого периферийного княжества Индрапура, провозгласил независимость кхмеров от островного государства Ява (метрополия его находилась на современном одноименном острове) и провел индуистский религиозный ритуал, объявив себя девараджей — богом-царем. А потом стал неторопливо, но настойчиво собирать камбоджийские земли в единое государство.

Всего за несколько месяцев до моей поездки в Камбоджу в Интернете появились сообщения о том, что Дамиан Эванс (археолог из Сиднейского университета, многие годы исследующий древние памятники Камбоджи) по данным аэрофотосъемки и локации обнаружил на юге плато Пном Кулен неведомый до той поры город Махендрапарвата. Некоторые СМИ и авторы в Интернете эту находку назвали чуть ли не открытием века.

Это не совсем так. Махендрапарвата, хотя и значительно уступала более поздней столичной агломерации в Ангкоре, все же занимала достаточно обширную площадь, примерно 6 на 10 км. И в 2013 году Дамиан Эванс открыл ее центральную часть, ранее скрытую джунглями. Однако руины нескольких зданий и часть каменной стены на северо-западной окраине Махендрапарваты известны давно. Они как раз и находятся в нескольких сотнях метров от храма Преах Анг Тхом и совсем рядом с водопадом, куда постоянно водят туристов.

Впрочем, научным заслугам Эванса, да и его смелости нужно отдать должное. Дело в том, что плато Пном Кулен — территория отдаленная и весьма опасная: со времен «красных кхмеров» и гражданской войны здесь остались многочисленные минные поля. О чем нас и предупредил экскурсовод: «Постарайтесь ходить только за мной и по тропе. В заросли не лезьте даже по нужде. Хоть саперы тут и работают, но не спеша и без особого фанатизма. Поэтому иногда даже местные жители становятся жертвами старых мин».

С площадки храма, в коем разлеглась огромная статуя умиротворенного Будды, открывается чудный вид на девственные леса Пном Кулена. Именно отсюда, что называется, «есть-пошла» великая империя Камбуджадеша...

Конечно же, и Пном Кулен, и Ангкор (при всей огромности древней столицы) — лишь малая часть того, чем способна заинтересовать и даже поразить путешественников Камбоджа. Кто-то из них выбирает целью вояжа столичный Пномпень или приморский Сиануквиль, кто-то отправляется в монастырь Преах Вихеа на самом севере страны. Но каждый находит там именно то, что ему интересно, что он искал для своей души в этой экзотической стране.