Иркутск
Улан-Удэ

Благовещенск
Чита
Якутск

Биробиджан
Владивосток
Хабаровск

Магадан
Южно-Сахалинск

Анадырь
Петропавловск-
Камчатский
Москва

Карелии нужен опыт Якутии

Карелии нужен опыт Якутии

Алексей Цыкарев

заместитель председателя экспертного механизма ООН по правам коренных народов

Алексей Цыкарев, заместитель председателя экспертного механизма ООН по правам коренных народов:

- Я второй раз принимаю участие в форуме «Arctic Circle». Я считаю, что очень важно, чтобы при решении арктических вопросов проблемы коренных народов были учтены. Здесь, на мероприятии в Исландии, предусмотрены все возможности для того, чтобы голоса коренных народов были услышаны. О сложностях жизни народов Севера на форуме говорили спикеры самого высокого уровня. В частности, президент Финляндии Саули Ниинисте подчеркнул, что коренным народам следует дать возможность не просто говорить, но и принимать участие в выработке конкретных механизмов.

Я участвовал в панельной дискуссии под названием «Голоса коренных народов в Арктическом регионе», где поделился новыми исследованиями экспертного механизма ООН в отношении коренных народов, привел примеры лучших практик, принятых на вооружение именно в арктических государствах, и обозначил, с какими вызовами им предстоит столкнуться.

Совсем недавно на Аляске произошло знаменательное событие, когда языки коренных народов были признаны на официальном уровне. Это не означает, конечно, что на них сразу начнут вести делопроизводство, но этот жест со стороны правительства Аляски о многом говорит. В Карелии - регионе, где я вырос и живу, у языков коренных народов нет такого статуса, и мы остаемся единственной республикой в составе РФ, где один государственный язык – русский. Именно это делает позиции карельского или вепсского языков очень слабыми.

Несмотря на то что число школьников, которые изучают карельский язык (в некоторых школах он входит в обязательную программу, в некоторых – факультатив), растет, проблема того, что язык не «живет» в семьях, не передается из поколения в поколение естественным способом, остается. Чтобы его сохранить, приходится придумывать новые механизмы – мы создаем специальные группы в детских садах, работаем по международной методике «Языковое гнездо».

В других регионах России есть позитивная практика – например Уполномоченный по правам коренных малочисленных народов Севера в Якутии. Да, в России созданы различные организации, объединяющие интересы коренных народов, хотя между собой они мало сотрудничают. А жаль, опыт Якутии нам бы очень пригодился.

Законодательство в отношении коренных народов в России ничуть не хуже, чем в других странах, по многим аспектам даже лучше, но выполнение законов страдает в том числе и потому, что на региональном уровне чиновники плохо знакомы с федеральными законами и мировой практикой. 

Если говорить о минусах в законодательстве, то в нашей стране существует численный ценз для признания статуса коренного малочисленного народа – 50 тыс. человек. Между тем, разницы между карелами и вепссами в их проблемах практически нет. Но вепссы входят в перечень коренных малочисленных народов, потому что их меньше 50 тыс., а карелов в России - 64 тыс., поэтому отношение к ним другое. Это тоже перекос, который следует убрать.

За последние пять лет из ряда законов в России - в области рыболовства, охоты, лесопользования - были изъяты отдельные преимущества для коренных народов. Так, их поставили на один уровень с промышленными компаниями. теперь они вынуждены участвовать в тендерах, которые зачастую проигрывают. Порой получается, что они на своих озерах не могут рыбачить или им устанавливают запредельные квоты.

Ключевой вопрос для коренных народов Севера – их традиционные знания и традиционный образ жизни, которые, несмотря на изменения климата, развитие новых технологий, не должны быть утрачены. Более того, зачастую в мире происходит так, что знания коренных народов используются, к примеру, фармацевтическими компаниями для создания лекарственных препаратов, хотя авторы рецептов ничего за это не получают.