Иркутск
Улан-Удэ

Благовещенск
Чита
Якутск

Биробиджан
Владивосток
Хабаровск

Магадан
Южно-Сахалинск

Анадырь
Петропавловск-
Камчатский
Москва

Китайская морская угроза

Морская агрессивная политика Китая приобретает системный и четко структурированный характер

Китайская морская угроза

Доля морских отраслей экономики Китая (морская энергетика, судостроение, рыболовство и пр.) в ВВП увеличилась с 3% в 2000 году до 10% в 2011 году, и она может значительно возрасти через 5–10 лет.

В период бурного экономического роста, в частности в 1990-е годы, была сделана ставка на морские отрасли экономики – развитие портового хозяйства и прибрежных зон, льготные условия для иностранных инвестиций в прибрежных районах, увеличение масштабов морских перевозок, строительство морского рыболовного флота с расширением площадей хозяйств аквакультуры и многое другое.

Практически все предпринятое удалось и принесло ощутимые плоды. Новое руководство страны поставило цель к 2020 году удвоить нынешнюю долю морских отраслей в ВВП. Подразумевается, что основной вклад должны внести разработка газовых месторождений морского дна и океаническое рыболовство.

Китай, острее других государств ощущающий ограниченность пространств и ресурсов суши как лимитирующий фактор экономического развития, давно сделал ставку на морское направление, понимая, что морской вектор прогресса становится парадигмой геополитического успеха в XXI веке. И в достижении этого успеха Китай пренебрег идеями Дэн Сяопина, призывавшего во внешней политике к сдержанности, скромности, выжиданию, старанию не привлекать внимания. Морские амбиции Китая выходят на первый план спектра основных государственных интересов. Они не только не маскируются, но и агрессивно пропагандируются.

Состоявшийся в ноябре 2012 года съезд КПК поставил цель – «строительство мощного морского государства». Новый лидер китайских коммунистов Си Цзиньпин подтвердил этот курс, неоднократно призвав «развивать морскую экономику». Возможный спад темпов роста ВВП предполагается преодолеть путем освоения морских ресурсов. Параллельно ставится цель – нагнетание в море территориальных притязаний, овладение морскими пространствами, усиление морских энергетических и рыболовных интересов в Мировом океане.

Морская культура и идеи маринизма

Прежде всего, обратим внимание на поднятие уровня морской культуры нации и продвижение идей маринизма. В Китае в 2005 году учреждена новая памятная дата – «День мореходства», который отмечается 11 июля. Эта дата установлена в честь 600-летия первого большого морского плавания эпохи Мин, которое осуществил военачальник Чжэн Хэ (1371–1434). Одна из целей учреждения памятной даты – обратить взоры китайского народа к морю, укрепить сознание принадлежности к великой морской нации.

С 1405 по 1433 год Чжэн Хэ по приказу императора семь раз совершил протяженные морские плавания. В поисках дани полководец обошел побережья Юго-Восточной Азии, обогнул полуостров Индостан, достиг берегов восточной Африки, добился оживления торговли Китая в южных морях. Флот под его командованием состоял из сотен судов, которые заходили в гавани более 30 стран того времени. И в Минскую эпоху интересы торговли с соседними странами (или обложение их данью) способствовали развитию Китая как морской державы, хотя и на короткое время. Недавняя археологическая находка подтверждает существование в то время торговли Китая с восточным побережьем Африки. В Кении найдена золотая монета китайской чеканки 600-летней давности.

Воспользоваться плодами средневековой заморской экспансии, казалось бы успешной, Поднебесной в последующее время не удалось. И еще долгие века Китай оставался прежде всего континентальной страной, решая постоянно возникающие внутриматериковые проблемы. Но время и скрытая логика событий часто приводят к неожиданным поворотам, заставляя извлекать из «загашников» прошлого ранее не востребованные раритеты.

Морские мускулы и расширение портов базирования

Безусловно, ведущая роль в распространении морского влияния и его усилении принадлежит военно-морскому флоту (ВМФ). В Тихом океане наибольшим влиянием обладают США. Однако в последние годы это преобладание перестает выглядеть таким уж бесспорным. Морские мускулы наращивает Китай и свои тихоокеанские амбиции начинает демонстрировать. Так, в мае 2007 года во время визита в Китай начальника Штаба тихоокеанского флота ВМФ США адмирала Т. Китинга с китайской стороны прозвучало предложение поделить Тихий океан на сферы влияния двух стран. США отводилась часть Тихого океана к востоку от Гавайских островов, Китаю – тихоокеанские районы к западу. Разумеется, американские военные внешне это предложение восприняли как шутку. С другой стороны, по прошествии некоторого времени китайские предложения были опубликованы в средствах массовой информации США. Это свидетельствует о том, что китайское предложение рассматривается и изучается. Конечно, не с тем, чтобы его принять. Но и не учитывать демонстрацию растущего влияния Китая также не предполагается.

По примеру ведущих западных держав (США, Великобритании, Франции) китайцы стремятся обзавестись цепочкой военно-морских баз в дружественных Пекину государствах Юго-Восточной и Южной Азии, а теперь и в Индийском океане.

Китай шаг за шагом идет по пути приобретения прав на стратегически важные порты по берегам Индийского океана. Последний пример – права на управление и дооборудование морского порта Пакистана Гвадар у самого входа в пролив Холмс переданы Сингапурской ТНК PSA китайским портостроительным компаниям. Сумма сделки – $35 млн. Китай в данном случае воспользовался ухудшением отношений Пакистана с Соединенными Штатами после уничтожения американскими спецслужбами бен Ладена. Планируемое строительство дорог и трубопроводов от Уйгурского АО до Гвадара свяжет внутренние районы Китая с морскими путями через пролив Холмс.

К настоящему времени Китай развивает портовое строительство как минимум в 9 странах ЮВА и восточной Африки, включая Мьянму, Бангладеш, Судан, Танзанию, Мозамбик и другие. Создавая мощную портовую инфраструктуру в ряде индоокеанских стран, Китай укреп­ляет отношения с правительственными кругами, облегчая в последующем использование созданных им портов. В частности, для заходов судов китайских военно-морских сил (ВМС).

Китайские ВМС упорно реализуют морскую стратегию выхода за пределы так называемой второй островной цепи. Как отмечает журнал «Обозреватель» (№6 за 2011 год), в 2010 году китайская стратегия расширения оперативной зоны досягаемости включала Индийский океан в вероятностном плане. Но в 2012 и 2013 годах вероятность становится реальностью. Новая стратегия «Оборона дальних морей» получает в Индийском океане реальное воплощение. Созданные китайскими силами портовые сооружения по периметру побережья Индийского океана (так называемая стратегия «жемчужного ожерелья») создают практическую и политическую возможность базирования китайского ВМФ в этом бассейне, облегчают военно-морскую дипломатию и обеспечивают безопасность своих морских путей.

Китай держит достаточно мощную группировку военных кораблей также в Аденском заливе. ВМС НОАК направили в Аденский залив и прибрежные воды Сомали 31 корабль. Происходит постоянная демонстрация китайского флага в дальних океанических районах, включая воды стран Латинской Америки, в 2002 году осуществлено первое китайское кругосветное плавание.

Только в 2012 году китайские ВМС семь раз проводили учения «Прорыв островной линии», выходя в западную часть Тихого океана через проливы японского архипелага Окинава. Эти действия направлены на ограничение морского влияния США и Японии, располагающих военно-морскими базами на линии Окинава – Тайвань – Филиппины.

Освоение морских глубин

Китай продолжает демонстрировать наступательную морскую и океанскую позицию, выводя научно-исследовательский флот на глубоководные участки морских впадин. Китайский глубоководный обитаемый аппарат «Чжаолонг» провел в июне 2012 года очередной спуск, достигнув рекордной для Китая глубины 7000 м в районе Марианской впадины в Тихом океане. В июле 2011 года также в Тихом океане успехом закончился эксперимент с погружением этого аппарата на глубину 5188 м.

По сообщениям агентства «Синьхуа», в ближайшем будущем в Китае планируется создать аппарат, способный покорить глубины до 11 000 м, то есть наиболее глубокую часть Марианской впадины.

Аналитики Вьетнама, Филиппин и других прибрежных государств Южно-Китайского моря полагают, что подобный аппарат будет использоваться Китаем для проведения исследований и в Южно-Китайском море, дно которого имеет много очень глубоководных участков.

Между указанными странами ЮВА и Китаем существует неурегулированный морской территориальный спор. Китай сможет использовать научно-техническое превосходство для решения территориальных споров в свою пользу. Известно, что спорные районы изобилуют рыбными запасами, здесь в морских недрах найдены нефтегазоносные участки, кроме того, спорные острова являются важным стратегическим плацдармом с военно-морской точки зрения и для обеспечения безо­пасности морских торговых путей. Подводные исследования крайне необходимы и для расширения границ континентального шельфа за пределами внешних границ 200-мильной зоны.

Расширение границ континентального шельфа

Пока же Китай сделал заявку на расширение границ континентального шельфа в Восточно-Китайском море. По сообщению МИД КНР, заявка на расширение границ континентального шельфа Китая за пределы границ 200-мильной зоны, отсчитываемых от базисных линий, подана в Комиссию ООН по делимитации континентального шельфа в декабре 2012 года. Китай добивается расширения своих прав в пределах Восточно-Китайского моря. При этом претензии распространяются на акватории вплоть до Окинавской впадины, включая южную часть японского архипелага Рюкю (Окинава).

Предполагают, что подобный акт Китая является одним из шагов против огосударствления Японией островов Сэнкаку в южной части архипелага Рюкю. Китай объявил о намерении подать заявку во время сентябрьских антияпонских демонстраций, используя возможности в соответствии с Конвенцией ООН по морскому праву.

В настоящее время границы континентального шельфа и исключительных экономических зон (ИЭЗ) в Восточно-Китайском море между Японией и Китаем не установлены. Поэтому из-за постоянных не прерывающихся противоречий между двумя странами Комиссия ООН по делимитации шельфа вряд ли признает китайскую заявку (как это произошло в 2001 году с заявкой России по поводу расширения российских границ континентального шельфа в Охотском море). В то же время совершенно очевидно, что трения между Японией и Китаем по поводу территориальной принадлежности островов Сэнкаку и прав на разработку газовых месторождений в Восточно-Китайском море усилятся.

Китайская сторона в своей заявке в адрес Комиссии ООН указывает, что «Окинавская впадина является крайней точкой продолжения китайского континентального шельфа в Восточно-Китайском море», и на этом основании Китай обладает правами на разработку этого шельфа.

В этой связи 14 декабря 2012 года в китайской печати, в центральной газете КПК «Женьминьжибао» помещена статья министра иностранных дел Китая, в которой рассматривается проб­лема островов Сэнкаку. В частности, сообщается: «Хотя китайско-японские отношения регулируются должным образом, мы будем решительно оспаривать противозаконные действия Японии, такие как «приобретение островов» и иные подобные этому шаги». Китай дает понять, что будет усиливать протесты в отношении Японии, а также ее действий по огосударствлению островов Сэнкаку.

Политика контроля над островами

Под юрисдикцией КНР находятся 6500 островов площадью свыше 500 кв. м, 400 из которых являются обитаемыми. Кроме того, в окружающих Китай морских акваториях насчитывается около 10 000 мелких необитаемых островов, статус которых пока не определен. Несмотря на то что китайское общество не придает значения таким островам, специалисты морского дела этой страны считают, что их значение огромно с точки зрения экономического развития и национальной безопасности.

Заявлениями дело не заканчивается. В Южно-Китайском море на Парасельских островах Китай укрепляет полевые аэродромы, а для создания примитивной инфраструктуры на островах Спратли потрачено 10 млрд юаней. Кроме того, три острова архипелага Спратли включены в административную структуру провинции Хайнань. Но эти же острова причисляют к своим территориям Вьетнам, Филиппины и ряд других стран ЮВА.

В результате в районах Южно-Китайского моря у Китая происходит эскалация напряженности со странами-соседями из-за островных территориальных претензий.

В Китае начинает реализовываться закон «О защите островов» (Law on Island Protection), вступивший в силу 1 марта 2010 года и предусматривающий в частности сохранение и практическое использование необитаемых островов. Закон рассматривался долго, первый проект поступил на рассмотрение в ВСНП в 2003 году. И уже на этапе рассмотрения привлек внимание соседних государств.

Китайские дипломаты говорят: «Урегулирование территориальных проблем, включая морские территориальные споры, крайне важная, хотя и сложная задача. Тем не менее, договариваться с соседями необходимо. Первый шаг сделан – начаты переговоры с соседями».

В то же время директор Государственного океанического агентства Китая заявил, что его страна будет пресекать любые попытки ущемления ее интересов в Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях, имея в виду такие страны, как Вьетнам, Филиппины и Японию, с которыми в граничащих морских районах у Китая складываются напряженные отношения.

Морской контрольный орган

Китайские ученые-мореведы давно отмечали необходимость формирования специализированного морского органа в правительстве. На возможность повышения статуса океанического агентства в последнее время обращали внимание практически все средства массовой информации Китая.

Основной целью создания специализированного морского контрольного органа является отстаивание территориальных прав и притязаний. Как полагают осведомленные источники в Китае, для этого новому морскому органу необходимо право использования оружия при проведении морских полицейских операций при выявлении и пресечении правонарушений на море.

Следующим шагом, вероятнее всего, будет ускорение принятия закона об основах морской деятельности, как логичное продолжение выдвинутой программы по выходу в ранг ведущих морских держав. Сообщается, что Комиссия по внешним делам ВСНП уже занимается разработкой текста нового законопроекта.

Среди прочих ключевых направлений развития Китая, выдвинутых на XII съезде ВСНП, состоявшемся в марте 2013 года, выделяется морской вектор, который сформулирован следующим образом: «Усиление комплексного контроля в море, повышение потенциала разработки морских ресурсов, защита морских интересов государства». Кроме того, морской вектор политики (помимо военно-морского компонента) включает развитие всех морских отраслей экономики и сохранение морских экосистем.

Концентрированный морской интерес Китая в части «контроля и защиты» понятен, ведь у КНР много амбициозных соседей по региону ЮВА, с которыми приходится жестко конкурировать за морские пространства и ресурсы. В ответ на рост морской активности Китая Вьетнам, Филиппины, Малайзия и другие прибрежные государства Южно-Китайского моря вынуждены наращивать в последние годы военные бюджеты, что не добавляет стабильности в регионе.

Тревожная ситуация здесь становится все более взрывоопасной.

Так, 10 марта 2013 года было объявлено о создании Управления морской полиции Китая, которое образуется на основе Службы морского патрулирования путем передачи новой структуре прав полицейского надзора. Кроме того, новой службе будут принадлежать функции рыболовной администрации. В какой степени, сказать пока трудно. Но практические шаги уже делаются.

Опережая события, китайская рыболовная инспекция провела мобилизацию трех тысяч человек и снарядила для патрулирования в Южно-Китайском море в районе островов Спратли 21 патрульное судно крупного и среднего тоннажа. Китайские СМИ подчеркивают, что патрулирование будет проводиться на постоянной основе. В данную акцию, по информации японской газеты «Санкэй симбун» от 12 марта 2013 года, включились крупнотоннажные вертолетоносные суда Государственной океанической администрации. Реакция соседей по региону – особенно Вьетнама и Филиппин – может быть весьма болезненной.

XII съезд ВСНП постановил учредить Государственную морскую коллегию, которая будет принимать решения по важнейшим вопросам морской политики государства. Также были усилены полномочия Государственной океанической службы, которая осуществляет исследования и патрулирование океана.

Данное решение обосновывается тем, что в существующей системе управления различными аспектами морской деятельности многочисленные функции распылены между различными службами и ведомствами, которые в данной ситуации не в состоянии проводить единую морскую политику. Так, руководство действиями по морскому патрулированию осуществляет Управление морского контроля Государственной океанической службы, правоохранительные функции в море выполняет морская полиция Минис­терства безопасности, вопросы безопасности рыболовства решает Администрация по рыболовству Минсельхоза, контроль транспортировки грузов морским путем ведет Таможенная служба и т. д.

Государственная морская коллегия станет высшим совещательным органом, который будет вырабатывать государственную стратегию морского развития и проводить комплексное планирование тактических действий в области морской политики и экономики. Председателем коллегии станет генеральный секретарь компартии Китая Си Цзиньпин, что говорит об особом статусе нового морского органа.

Реакция соседей

Наибольшую активность в противодействии растущей китайской агрессии в море проявляет Вьетнам. Одна из мер – создание специальных морских подразделений для противодействия китайским рыболовным судам в Южно-Китайском море.

5 декабря премьер-министр Вьетнама Нгуен Тан Зунг подписал правительственное постановление о формировании, начиная с 25 января 2013 года, «отрядов специального назначения», которые будут контролировать действия иностранных судов, ведущих несанкционированный промысел или другую незаконную деятельность в водах Вьетнама. Так, накануне этого решения китайские рыбопромысловые суда перерезали кабель нефтепоискового судна Вьетнама.

Китайская сторона выступает резко против создания Вьетнамом «отрядов специального назначения» и угрожает применением «мер силового воздействия».

Известные трения по поводу островов Сэнкаку (Дяоюй) и разделительной линии границ 200-мильных зон в Восточно-Китайском море последнее время заставляют держаться в напряжении и Японию. Приобретение в государственную собственность части архипелага столичной префектурой Токио чрезвычайно накалило отношения двух стран. В марте 2013 года новое руководство Китая сделало определенные шаги для разрядки возникшей напряженности двусторонних отношений. В целом и Япония готова пойти навстречу. Однако, как отмечают японские СМИ, «игольным ушком» данного процесса может стать проблема островов Сэнкаку. Политические обозреватели Японии считают, что японо-китайские отношения «станут важнейшим вопросом повестки дня XXI века по вопросам международной политики и национальной безопасности в регионе».

Растущие опасения относительно морского гегемонизма Китая активизируют военно-морскую кооперацию тихоокеанских стран.

Вьетнам и Индонезия стремятся противодействовать китайскому подводному флоту, увеличивая количество собственных подводных лодок. Так, во Вьетнам уже поступила первая (из шести запланированных) дизельная ПЛ из России класса 636MV. Индонезия одну ПЛ получает в Республике Корея и две строит самостоятельно. Это не сопоставимо по мощи с китайским подводным флотом в этом районе, который насчитывает 60 единиц, но может заставить поменять дислокацию и планы действий китайского флота.

Вьетнам готов рассмотреть возможность захода кораблей ВМС России в свои порты. Намерение было озвучено по итогам визита в эту страну министра обороны РФ Сергея Шойгу. Данный вопрос рассматривается через призму противодействия китайской морской активности в Южно-Китайском море.

Известны примеры и военно-технического сотрудничества. Так, Австралия и Япония достигли согласия в том, что Япония передаст австралийской стороне совершенно секретные технологии строительства подводных лодок. В свете растущей военно-морской угрозы Китая этот шаг направлен на сдерживание китайской морской агрессии. Австралия обновляет военно-морской флот. В частности выводя из парка судов 6 устаревших ПЛ, она планирует ввести 12 новых. Япония в 2011 году ослабила действие трех принципов относительно экспорта оружия. И сейчас допускает в целях обеспечения безопасности совместные международные разработки и производство.

Китай действует в Мировом океане таким образом, чтобы опередить, где это возможно, другие страны в освоении океана, пренебрегая осложнениями с соседями. Неизбежным проявлением и следствием такой политики является возникновение в отношениях с соседними странами территориальных трений, которые могут таить опасность военных конфликтов, а также усиление противоречий в области рыболовства.

Зарубежные аналитики отмечают, что возросшие морские амбиции Китая вызваны сформировавшимися претензиями на роль мировой супердержавы. Но для этого сначала Китаю надо стать ведущей морской державой, способной обеспечить свои интересы в Мировом океане, включая освоение разнообразных его ресурсов и использование морских путей. На самом же деле по итогам 2012 года Китай уже вышел на первое место в мире по объемам товарооборота ($3,87 трлн), обогнав теперь и США ($3,86 трлн).

Может быть, кто-то запоздал с оценками?