Иркутск
Улан-Удэ

Благовещенск
Чита
Якутск

Биробиджан
Владивосток
Хабаровск

Магадан
Южно-Сахалинск

Анадырь
Петропавловск-
Камчатский
Москва

Концессии пошли по специализациям

Рейтинг партнерства бизнеса и власти возглавили Приамурье и Якутия

Пять дальневосточных субъектов РФ резко поднялись в строчках общероссийского ежегодного рейтинга «Уровень развития государственно-частного партнерства в субъектах РФ» (рейтинг ГЧП). Презентация последнего по итогам 2016 года состоялась в ходе инфраструктурного конгресса «Российская неделя ГЧП», проходившего 28-31 марта в Москве. Что означают позиции субъектов РФ в рейтинге, разбиралось EastRussia.

Концессии пошли по специализациям
Фото: shutterstock.com
Особенности регионального партнерства

Хабаровский край по итогам 2016 года занял 11 место в рейтинге ГЧП, поднявшись сразу на 10 пунктов по сравнению с прошлогодним результатами и набрав, по 100-балльной шкале 63,7 пункта. Это на 33,4 пункта больше, чем в рейтинге прошлого года. Для сравнения, разместившиеся в первых трех верхних строчках Москва, Московская и Самарская области набрали соответственно 90,1, 82,7, 82,7 балла.

С относительно небольшим отрывом от Хабаровского края идет Амурская область — 17 строчка или 30,8 баллов: поднялась за год с 39 места и прибавила 30,8 пункта.

Третий лучший показатель среди дальневосточных субъектов РФ у Республики Саха-Якутия  - 52,1 балла против прошлогодних 39,6. Правда, за счет более массового продвижения вверх других российских регионов Якутия опустилась за год с 15-й на 24-ю строчку рейтинга ГЧП.

Магаданская область поднялась с 78 на 47 место (29,5 баллов против 6 по итогам 2015 года). Приморский край — с 74 на 48 место (29,4 баллов против 9). Чукотский автономный округ — с 83 на 64 место (20,8 против 1,8).

Остальные дальневосточные субъекты РФ — Камчатский край, Сахалинская и Еврейская автономная области — показали отрицательную динамику в рейтинге ГЧП, опустились: с 51 на 59, с 45 на 69, с 64 на 73 строчки, соответственно.

Напомним, механизм государственно-частного партнерства предполагает привлечение государственными и муниципальными  властями возможностей бизнеса для реализации инфраструктурных проектов  высокой социальной значимости, но с долгой финансовой отдачей. Речь идет о частных инвестициях в строительство, ремонт и модернизацию объектов транспортной системы, ЖКХ, здравоохранения, образования и т.п. Такие инвестиции, считают в правительстве, просто необходимы в условиях, когда возможности бюджетного финансирования инфраструктуры неумолимо уменьшаются (на 10% в год за последние пять лет).

В России механизм ГЧП регулируется двумя законами — №115-ФЗ «О концессионных соглашениях» и №224-ФЗ «О государственно-частном партнерстве, муниципально-частном партнерстве в РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ». Кардинальное отличие между ними то, что согласно первому закону исключена возможность перехода прав собственности на объекты соглашения от публичного партнера к частному. А второй такую возможность допускает. Наиболее распространенной формой ГЧП является концессия — соглашение, заключаемое властями с частной компанией о передаче ей в эксплуатацию на оговоренных условиях определенных земельных участков или объектов с правом их эксплуатации в течение определенного срока. При этом власть (публичный партнер) может посредствоми различных схем компенсировать затраты бизнесу (частному партнеру или концессионеру), а тот, в свою очередь, вносить ей определенную плату за пользование предоставленными объектами. 

Например, обретший скандальную репутацию проект по организации в России автоматизированной системы по взиманию платы с дальнобойщиков — «Платон» — работает так: государство в лице компании «Росавтодор» заключило концессионное соглашение с частной компанией "РТ-Инвест транспортные системы" (РТИТС). По условиям последнего РТИТС строит инфраструктуру «Платон» за свой счет, использует ее в течение 13 лет (взимает плату с дальнобойщиков), после чего отдает систему во владение государству. Собираемые деньги компания перечисляет в бюджет (по плану — 1 трлн рублей за 13 лет или около 77 млрд в год). За это государство выплачивает своему концесионеру  за счет бюджета вознаграждение в размере более 10 млрд рублей в год. Подобное сотрудничество между бизнесом и властью далеко не у всех представителей российской политической элиты вызывает одобрение. Например, один из основателей партии «Яблоко», известный российский экономист и политический деятель Юрий Болдырев считает, что передача госвластью части своих функций коммерческим компаниям свидетельствует о ее слабости, коррупционноемка по своей сути и представляет собой дополнительное скрытое налогообложение населения.

Где больницы, где дороги 

— Степень износа всех инфраструктуры на Дальнем Востоке гораздо выше, чем в Центральной России, то же относится к уровню энергетических и транспортных затрат, дефициту региональных и муниципальных бюджетов. Поэтому проекты ГЧП для этого региона особенно актуальны. Примечательно, что у каждого дальневосточного субъекта РФ за последние несколько лет сформировалась своя специфика в части ГЧП. Так, Амурская область лидирует в регионе по числу соглашений между муниципальными властями и бизнесом на предмет ремонта объектов ЖКХ. В Хабаровском и Приморском краях проекты ГЧП связаны с восстановлением региональной и местной дорожной инфраструктуры. В Якутии — бизнес подряжают в основном для строительства объектов социальной сферы — детских садов, школ, больниц,— рассказал EastRussia один из главных организаторов и участников инфраструктурного конгресса «Российская неделя ГЧП», исполнительный директор Центра развития ГЧП Максим Ткаченко.

По его словам, механизм ГЧП не стоит рассматривать как панацею от всех инфраструктурных проблем. И то, что рейтинг ГЧП где-то снизился по итогам года или стабильно находится на невысоком уровне, не обязательно означает, что региональные власти плохо работают. Просто они могут использовать другие способы вовлечения частного бизнеса в процесс формирования более благоприятной социальной среды. Это могут быть механизмы госзакупок, аукционов, соглашения о разделе продукции или тех же территорий опережающего развития (ТОР), активно создаваемых в последние годы на Дальнем Востоке. В последнем случае — в отличие от ГЧП — не частный инвестор  решает стоящие перед властью социальные задачи, а наоборот — власть предоставляет преференции бизнесу для решения его производственных задач. Но на выходе подразумевается увеличение объема выпускаемой продукции, появление новых рабочих мест, рост прибыли, налоговых поступлений. И все это должно неизбежно конвертироваться в комплексное улучшение социальной среды.

Вместе с тем, практически все участники конгресса признали в ходе панельных дискуссий: бизнес в целом не против  сотрудничества с властью на всех уровнях, но его порой отпугивает излишняя забюрократизированность российской государственной машины,  ставящая под сомнение конечную прибыльность тех или иных совместных проектов. Для устранения этой проблемы и была учреждена на добровольных началах несколько лет назад  некоммерческая организация — ассоциация «Центр развития ГЧП в России». А одной из ее главных коммуникационных площадок — для установления эффективного диалога между бизнесом и властью — стал конгресс «Российская неделя ГЧП». Ежегодно участие в этом форуме принимают более 1500 человек, среди которых: представители федеральных и региональных органов власти, руководители частных компаний, финансовых институтов, ведущие российские и зарубежные эксперты в сфере ГЧП.