Иркутск
Улан-Удэ

Благовещенск
Чита
Якутск

Биробиджан
Владивосток
Хабаровск

Магадан
Южно-Сахалинск

Анадырь
Петропавловск-
Камчатский
Москва

Ловить будем также, но по-другому

В ближайший месяц должно быть принято решение, как пройдет путина на Амуре: как ловить? Чем ловить? Где ловить? Кому ловить? От ответов на эти вопросы зависит многое, но в конечном итоге – как будут жить ближайший год в «низовке» (так называют нижнюю часть Амура – территории Ульчского и Николаевского районов Хабаровского края).

Ловить будем также, но по-другому
Фото: EastRussia
Структур, от которых зависят эти самые ответы, достаточное количество: Дальневосточный научно-промысловый совет, где выслушивают все стороны и принимают решение, региональные власти, наука, комиссия по анадромным, минсельхоз РФ, Росрыболовство.

На момент подготовки материала приказ минсельхоза РФ, который регламентирует предстоящую большую рыбалку, еще не был подписан, но общие его постулаты уже известны, их еще в конце апреля на так называемом «парламентском часе» в краевой Законодательной думе озвучил председатель регионального комитета рыбного хозяйства региона Никита Король.

Главный посыл – в Амуре необходимо срочно восстанавливать естественную популяцию лососевых видов рыб, а для этого необходимо максимально снижать промысловую нагрузку. Если еще пять лет назад в Амуре ловили по 30 тыс. тонн кеты и горбуши, то прогноз на предстоящую путину – 5-6 тыс. тонн.

На всех такого объема не хватит. И тут начинается «дележка». В нынешнем году регуляторы предложили следующую схему:

- полностью запретить летнюю путину. Впрочем, этот запрет сохраняется уже несколько лет, тут ничего нового;
- полностью запретить промышленный лов в лимане Амура (лиман – это отрезок от впадения Амура в Охотское море до условной линии между мысами Пронге и Табах);
- сократить сезон рыбалки, в этом году можно будет вести лов на неделю меньше;
- от Николаевска-на-Амуре вверх по течению можно ловить плавными сетями до села Тыр (впадение реки Амгунь в Амур).

Изначально позиция руководства Хабаровского края была более радикальной – полностью запретить промышленный лов на Амуре, но «наука» не дала. Да и вообще, решения в этом вопросе принимаются коллегиально, нет чьего-то одного мнения. Эту мысль в разговоре с корреспондентом EastRussia неоднократно подчеркнул вице-спикер Законодательной думы Хабаровского края Сергей Зюбр.

- В части полного запрета мы отталкиваемся от «науки» - она проводит мониторинг, даёт экспертное заключение, но наука не рекомендовала полного запрета промысла. Мы же понимаем, что, во-первых, промысел рыбы в Амуре – это «социалка», трудоустройство людей. Ограничить – значит, остановить всех, разрушить. Нельзя идти путем разрушения, необходимо идти путем правильного регулирования, - рассказал Сергей Зюбр.


Заездок в лимане Амура
Фото: Алексей Елаш

По словам Сергея Зюбра, прежде чем принимать решение по промыслу на Амуре, депутаты «погрузились в вопрос»: летали в Николаевск-на-Амуре, смотрели «заездки» (стационарные орудия лова, которые фактически перегораживают путь рыбе - ER), посещали заводы, разговаривали с людьми. Вывод один: необходимо сокращать промысловую нагрузку.

- Правительство Хабаровского края вышло с инициативой ограничения промысла. Он касается ограничения района вылова, ограничения использования орудия лова, в частности, применения плавных сетей, уменьшения длины ставных неводов типа «заездок» с полутора до тысячи метров. И ограничение установки данных основных неводов типа «заездок» ниже Николаевска-на-Амуре, то есть оставить «заездки» только в устьевой широкой части лимана, где они располагаются, - рассказал Сергей Зюбр.

Кстати, за пять лет количество «заездков» сократилось с 70 до 20.

С ограничениями оказались согласны далеко не все. Особенно те, кого они коснулись. К примеру, рыбаки Ульчского района, которым разрешили рыбачить только до села Тыр, просили передвинуть эту линию на 48 километров вверх по течению, чтобы жители села Сусанино тоже могли официально трудиться на путине. Пока такого решения нет, но «все всё понимают».

- Участок там очень «ловчий». Да, не разрешили в этом году ловить. Но мы же понимаем, что там все будут ловить. Получается, никуда промысловая нагрузка не денется, - поделился своим мнением председатель Ассоциации рыбодобывающих предприятий Ульчского и Комсомольского районов Хабаровского края Максим Бергеля.

По словам Бергели, сокращать, запрещать, сохранять – все это, безусловно, необходимо. Но не за счет одних в угоду другим.

- Кто в лимане рыбачит – у них совсем все грустно, полный запрет. От Николаевска-на-Амуре до Тыра – с ограничениями. А вот у тех, кто рыбачит на отрезке от устья до Николаевска-на-Амуре – именно к ним придет вся рыба, которая должна была быть поймана в лимане. По мерам регулирования у них ничего не изменилось в сравнении с предыдущим годом, даже наоборот – меньше стало проходных дней, - посетовал Максим Бергеля.

«Проходные дни», когда рыбу никто не ловит, давая ей пройти к нерестилищам, по мнению специалистов – самый действенный способ сохранения популяции: чем больше ей дадут подняться вверх по течению и отнереститься, тем больше рыбы вернется в эти места через четыре года. Но вместо этого, по мнению рыбаков, идет подмена понятий: «ищут не где потеряли, а где светло», говорят рыбаки.

- Наука сказала: можно поймать шесть тысяч тонн. И этот объем будет пойман. Но это могли бы сделать, например, 10 предприятий, а поймает лишь пять. Остальные будут сидеть и смотреть, - рассказал Максим Бергеля.


Браконьерство – главный бич любой рыбалки и неизбежное последствие какого-либо запрета. Не работаешь официально на путине – идешь нелегально ловить. И если раньше рыболовецкие предприятия готовы были тратить миллионы на охрану своих участков, то теперь – нет. Прокуратура сказала, что это не их компетенция, да и денег стало кратно меньше. Государство же по определению не в силах контролировать весь Амур – слишком большой бассейн и слишком мало сил.

- Однозначно, необходимо ограничивать промысловую нагрузку на Амур, защищать нерестовые реки, бороться с браконьерами и тогда нагрузка на реку будет регулируемая, понятная для органов исполнительной и законодательной власти, и - самое главное - для людей, - говорит Сергей Зюбр.

Однако, на практике получается, что в борьбе за снижением промысловой нагрузки сам нагрузка никуда не девается: рыбе-то без разницы, где она будет поймана - в «заездке», в браконьерских или промышленных сетях.

По мнению и властей, и рыбопромышленников выход в развитии береговой переработки, причем, глубокой переработки. Это касается и лосося, и белорыбицы.

- Объем производства продукции высокой степени переработки увеличился на 12,6 тыс. тонн и составил 52,1 тыс. тонн, - рассказал Никита Король.

Кстати, предполагаемые запреты могут напрямую отразиться на проекте «Доступная рыба». В прошлом году рыбаки предложили жителям Хабаровского края почти 600 тонн рыбы по сниженной цене. В этом году таких показателей могут не достичь.



Выгрузка кеты на перерабатывающем заводе
фото: пресс-служба правительства Хабаровского края
- Власть постоянно просит у рыбаков: дайте, помогите, нужна доступная рыба. А как теперь помогать? Вы одной рукой просите, а другой забираете, - размышляет Максим Бергеля.

Впрочем, окончательная точка в правилах «большой рыбалки» на Амуре еще не поставлена. Да и опыт прошлогодней путины показывает, что все может поменяться по мере того, как пойдет рыба. Или не пойдет.


29 июня: актуальная информация по коронавирусу на Дальнем Востоке
Дайджест региональных событий и свежая статистика