Иркутск
Улан-Удэ

Благовещенск
Чита
Якутск

Биробиджан
Владивосток
Хабаровск

Магадан
Южно-Сахалинск

Анадырь
Петропавловск-
Камчатский
Москва

Нацеленные на поиск

EastRussia поинтересовалось у геологов "Полиметалла", зачем идти в профессию

В последнее воскресенье марта в России отметили День геолога. EastRussia поговорило с геологами компании "Полиметалл"- одного из крупнейших золотобытчиков Дальнего Востока, - о том, велика ли роль удачи и опыта в поиске месторождений, чем занимаются геологи-поисковики в нерабочее время, а также осталось ли в профессии место высоким заработкам и романтике.

Нацеленные на поиск
Фото: polymetalinternational.com
Александр Ян-Фун-Кан пришел в горнодобывающую отрасль вслед за отцом - проходчиком-взрывником. И это обычная для отрасли история. Сейчас он руководит отделом поиска и разведки, но о себе отзывается скромно - "один из руководителей, поскольку коллектив большой". Профессия геолога - это постоянный поиск, причем основанный на экономической оценке стоимости извлечения запасов. Чисто теоретически драгоценные металлы есть везде. Вопрос лишь в том, какова их концентрация, и без геологов его не разрешить.
 
Сейчас партию геологов забрасывают "в поля" минимум на три-четыре месяца, хотя иногда можно пробыть на участке и дольше - с марта до конца октября, а в артелях геологи "уходят в поля" вообще на восемь-девять месяцев. Доставляют на участок вертолетным или вездеходным транспортом, забрасывая с людьми средства связи, экипировку, продукты. Минимальный размер партии - от пяти человек: две маршрутные пары и повар. Максимальный - до 20. 
 
Спят геологи в палатках с печками-буржуйками, в спальных мешках. Для печей нужно заготовить дрова, для кухни и бани - пресную воду. Все хозяйственные хлопоты делят поровну. "Девушки-геологи, конечно, есть, - говорит Александр Ян-Фун-Кан, заместитель главного геолога Охотской ГГК и начинает их перечислять. - Какую-то пассивную помощь в быту мы, мужчины, им оказываем. Но в остальном они трудятся наравне с "сильным полом"".  
 
Типичное утро полевого участка - подъем в семь часов, завтрак и сборы. Повар встает раньше всех, в полшестого - шесть, чтобы приготовить всем завтрак, а затем выполнить почетную миссию побудки, побарабанив в таз или ведро. В восемь утра - выход парами на маршрут, за пробами. И возвращаются в лагерь, как правило, только к вечеру - к шести часам плюс-минус час. "На себе нужно нести до 20-25 кг, все зависит от интересности маршрута и наличия каменного материала. Можно отобрать в один день проб больше, чтобы завтра брать меньше. Можно управиться с программой досрочно - все зависит от навыка, опытный человек справляется быстрее", - говорит геолог Илья Раджабли. 
 
Загрузить себя работой в партии можно от зари до зари, продолжает Илья - ведь "план горит, как водится, раз через раз". "Многое зависит и от погодных условий, - говорит он. - Выдается, например, дождливый сезон, и люди ничего не могут сделать - все перемыто. Потом нужно наверстывать".  Самое интересное, продолжает геолог, что понять на месте забора проб, нашел ли ты месторождение или нет, невозможно - без лабораторных анализов. 
 
"Именно поэтому в поиске велико значение как опыта, так и удачи. В прошлом году студентка-практикантка взяла пробу с маршрута, - раскрутили до месторождения на 2-3 тонны", - говорит он.
 
Процесс изучения проб - дело "наследственное": при любом заборе пород учитываются результаты предыдущих изысканий, если они были. "В управлении фондов хранятся материалы геологических съемок, на основании которых можно распланировать будущие работы", - говорит геолог Борис Новоселов. Однако просто сидя в архиве, открыть месторождение "не получится", дружно утверждают геологи: "Только предпосылки. Поскольку это довольно тяжелая и объемная работа, состоящая из множества этапов. Хотя начинается все с человека, который поднял обычный камень с хорошим содержанием золота". 
 
"Главное наслаждение от работы - это результат. Если сезон прошел зря, то есть некое разочарование. Но дело даже не в этом. Зато уж если ты нашел месторождение, то это однозначно - гордость за себя", - говорит Борис. Можно даже, продолжает он, увековечить в названии месторождения своих близких. Хотя рудопроявления обычно называют по ручьям, есть и исключения: в "Полиметалле", например, некоторые рудные зоны месторождений Светлое и Албазино названы первооткрывателями в честь жен и дочерей - Елена, Тамара, Лариса, Анфиса.


 
За пределами производственного задания как раз и начинается романтика. Хотя - как на это посмотреть: все зависит от настроя человека, и даже потрясающий закат после тяжелого трудового дня, бывает, "не пронимает". Кто-то увлекается фотографированием, кто-то - сбором интересных камней ("лишних камней", как шутят геологи). "Есть люди искусства. У нас канавщик занимается лепкой из глины или привезенного с особой пластилина, - рассказывает Александр Ян-Фун-Кан. - Причем красивые фигурки животных получаются - миниатюрные, высотой сантиметров 10-15. Делает просто для души. Был геофизик, который делал замечательные поделки из дерева, настоящие подарки". 
 
Можно рыбачить, можно охотиться - тем, у кого есть личное оружие, поскольку служебного геологам, как это было в советские времена, уже не выдают. "Если медведь - кричи или залезай на дерево, - смеется Борис Новоселов. - Хотя был случай, я запустил в медведя ракету из ракетницы. Так он не испугался, а наоборот - побежал ее ловить. Еще нам свистки анти-медвежьи выдают. Никто их в деле не проверял, поэтому как работают, не знаем". Опасными медведи, говорит Илья, бывают только после зимней спячки, потому что голодные, ну и во время брачных игр, разумеется. "Живность вообще осторожная, - соглашается Новоселов, - человека боится".
 
В пребывании "в полях" запоминаются разные моменты.  "Встречи с медведем один на один", "просидели две недели отрезанные от "большой земли", готовили хлеб на муке и жире из тушенки", "тайменя вытащил килограммов на 20". А еще семейные праздники, а то и романтические отношения: и влюбляются, и женятся. 
 
А вот уже после всего, что пережито на природе, наступает момент обработки данных. Это, с одной стороны, творчество - вплоть до рисования презентаций. "От интерпретации данных многое зависит. И от подачи - инвесторов интересует, где же золото, и это должно быть наглядно", - говорит Александр Ян-Фун-Кан. "Нужно владеть ситуацией с юридической, с экономической стороны. Быть логистом, быть кадровиком, быть психологом", - перечисляет он качества современного геолога. 
 
Зато геологи по-прежнему неплохо зарабатывают, особенно если добиваются руководящих постов и им сопутствует удача в поиске - премии еще никто не отменял. Раньше государство централизованно вкладывало в геологоразведку большие средства, но и сейчас за счет активности крупных компаний объемы финансирования ГРР тоже нельзя назвать маленькими, признают в "Полиметалле". 
 
"Больше всего золота в мировом океане, но его извлечение обойдется в сотни раз дороже, чем оно будет стоить", - смеются геологи. "У нас в недрах отдела моделирования и баз данных воспитывают нейросеть, которая когда-нибудь сможет по косвенным признакам предсказывать наличие месторождений. Разрабатываются технологии получения прогнозов на золотосодержащие породы по спутниковым снимкам. Есть ручные спектрометры, выглядящие как пистолеты, точечно определяющие содержание металла в породе. Есть малогабаритные установки - из нескольких узлов, как мини-буровая. В любом случае это все - первичная оценка. Все равно любое место, где предполагается месторождение, нужно будет заверить вручную, так что нашей профессии смерть не грозит", - уверены специалисты "Полиметалла".