Иркутск
Улан-Удэ

Благовещенск
Чита
Якутск

Биробиджан
Владивосток
Хабаровск

Магадан
Южно-Сахалинск

Анадырь
Петропавловск-
Камчатский
Москва

Нацпарк на миллион

В долине реки Бикин наконец будет создан национальный парк размером более 1 млн гектаров

Нацпарк на миллион

Губернатор Приморья Владимир Миклушевский объявил, что в долине реки Бикин создается национальный парк размером более миллиона гектаров. При этом почти две трети земли будет отведено для традиционных занятий коренных малочисленных народов края. В этом районе живет около 600 представителей малых коренных народов Приморья, основное занятие которых – охота на пушных зверей и ловля рыбы.

В долине Бикина сохранилась тайга, на которую давно претендуют крупные лесопромышленные компании. Создание парка означает, что государство отдало приоритет интересам местных жителей. Реализацию проекта EastRussia комментирует известный приморский эколог, лауреат премии ООН «Герои леса» Анатолий Лебедев, который сам приложил немало сил для сохранения уссурийской тайги.

- Анатолий Васильевич, случилось то, во что уже никто не верил: статус национального парка сохранит от вырубки леса горных районов Сихотэ-Алиня.

- Все, кого реально волнует судьба «приморской Амазонки» - Бикина, ждали этого четверть века. Ждали, то выходя с оружием против лесорубов на горные перевалы, то обретая надежду, то составляя бесконечные петиции в защиту девственной тайги.

Бикину повезло в том, что он оказался домом не только для удэгейцев, но и для тигра. А у нас тигра патронирует лично сам Путин.

Хочется искренне поблагодарить директора Амурского филиала WWF Юрия Дармана за все усилия, которые предпринял он и его команда для обоснования этого проекта как в коридорах власти, так и в общинах коренных жителей этих мест.

- Представители общин удэгейцев давно требовали неприкосновенности их охотничьих угодий, но обычно на их интересы мало обращали внимания, когда речь шла о развитии лесопромышленной отрасли Приморья. Что же перевесило на чаше весов?

- Совместная работа экологов и общественности. Когда мы с Павлом Суляндзигой разрабатывали первый робкий прототип специального щадящего режима лесопользования для Бикина с учетом интересов аборигенов, нас переспрашивали: «Сколько там лесов – 1,5 млн гектаров, на 1,5 тыс. человек? Это по тысяче гектаров каждому ни за что, когда мы тут ютимся каждый на шести дачных сотках».

Большие надежды в эти годы удэгейцы возлагали на своих выдающихся земляков, братьев Суляндзига, Павла и Родиона, которые сделали блестящую российскую и международную карьеру. Но Павел, войдя в Постоянный Форум ООН по делам аборигенов, быстро понял, что проблемы удэгейцев – такие же, как и у других аборигенов в разных странах, и защищать их нелегко. На борьбу за права коренных народов положили жизнь великие представители аборигенов Австралии, американских и канадских индейцев, лидеры многих лесных племен Амазонки и Юго-Восточной Азии.

Более того, оказалось, что малочисленные народы России в рамках СССР не знали многих проблем, которые отравляли жизнь аборигенам в других странах. Понимая социальную ранимость этих сообществ, государство просто дарило им все необходимое для спокойной жизни, выкупая их продукцию, и никто не думал, что при этом их отучают быть полноценными гражданами и выживать самостоятельно. В пору повальной американизации российской идеологии в 90-е годы для советской модели заботы об аборигенах и их культуре был даже позаимствован специальный научный термин – «патернализм», означавший нечто вроде чрезмерной опеки. С непременным негативным оттенком. Но стоит помнить, что этот подход и к людям, и к их территории, во-первых, учитывал интересы большинства, а не только элит, и был обеспечен реальным государственным и народным контролем, в том числе экологическим.

- В Приморье уже был опыт создания национального парка «Удэгейская легенда», но этот проект показал местному населению, что лес охраняется не только от лесорубов или браконьеров, но и от них тоже. Что изменилось?

- Появился опыт управления такими территориями. Лично я считаю, что провокационная кампания против нацпарка «Удэгейская легенда», созданного в 2007 году, раздувалась лесопромышленниками. Бикинские удэгейцы видели, как нелегко идет процесс становления нацпарка в соседнем Красноармейском районе. Более того, руководители общины удэгейцев отказывались поддерживать идею создания национального парка всей территории Бикина. Логика у некоторых членов общины простая: пока это наша аренда и есть наш директор, для нас главный закон – опыт предков, который никогда не позволял вредить родной природе-кормилице. А придет чиновник в качестве директора парка, и свобода и традиционная культура кончится. Не дадут коренным ни охотиться, ни рыбачить, как не дали в соседней «Удэгейской легенде» на Большой Уссурке, зато откроют ворота элитным браконьерам. Местные удэгейцы жаловались, что им не дают собирать грибы или заготавливать дрова.

Старшему поколению удэгейцев казалось, что, если тайга неплохо кормила их прежде, прокормит и теперь, в эпоху бизнеса и демократии. В 2009 году община «Тигр» получила в аренду леса орехопромысловой зоны среднего Бикина. Никто из удэгейских охотников даже не интересовался, а кто для них пробил эту аренду. Им казалось, что справедливость свалилась с неба, тогда как на самом деле деньги на аренду были выделены правительством Германии в рамках климатического проекта экологов из WWF. Не думали они и о том, кто защищает их леса от лесопромышленников, которые рвались на Бикин «с рубками ухода».

- Так все-таки местные жители получат возможность использовать лесные богатства?

- Проблемы можно решать, а не спекулировать на них. Именно Бикинский проект открывает совершенно новые возможности и модели управления территорией и для экологов, и для аборигенов – недаром он считается пилотным. Прежде всего потому, что он возведет в ранг закона реальный учет интересов коренного населения при создании охраняемой природной территории, сформирует сбалансированную систему защиты всех ее ценностей – социально-культурных, экологических, геополитических и экономических. Для этого в управлении парком решающую роль должен играть национальный Совет аборигенов во главе с председателем в ранге заместителя директора парка, который избирается всей общиной.

Наряду с этим Положение о парке предусматривает четкое зонирование территории, учитывающее фактически сложившийся статус разных ее участков. 260 тыс. гектаров у самых водоразделов на севере и юге отведено заповедной зоне строгого режима, 109 тыс. гектаров – зоне особой охраны, где допускаются лишь экскурсии по определенным маршрутам. Примерно столько же отводят проектировщики зоне рекреации по речным долинам, где разрешено заниматься любительской охотой и рыболовством, организованным туризмом и заготовкой даров тайги для своих нужд. Самую значительную часть территории – 674 тыс. гектаров, или 72 % - отводят для зоны традиционного природопользования, на которой местные охотники сохраняют все свои права и промысловые возможности, просто переоформив договоры аренды. Для общины «Тигр», сегодняшнего арендатора среднего Бикина, проект сохраняет право заготовки 14 тыс. кубометров древесины для своих нужд. И для всех местных жителей четырех сел и их семей сохраняется право свободного посещения территории парка, где бы они ни проживали фактически.

Очень важно добавить, что размеры установленных однажды зон парка изменению подлежать не будут, как бы кому ни хотелось и как бы это ни было уже привычно для некоторых регионов России в ущерб природоохранным задачам. С другой стороны, есть надежда, что для ряда аналогичных ООПТ Дальнего Востока и Сибири, расположенных на землях аборигенов, эта модель и инициированные ею изменения закона помогут разрешить ряд наболевших конфликтов между администрациями ООПТ и местными кочевниками и охотниками. Несомненно, описанный формат парка может еще претерпеть ряд деформаций при прохождении через Госдуму, умело блокирующую разумные инициативы по развитию страны и ее регионов, если они не содержат лазеек для обогащения олигархов. Вся надежда на тех, кто дал ход процессу – на администрацию президента. Только бы хватило у этих людей воли не загубить многострадальный Бикинский проект в свете тяжелых глобальных забот.