Иркутск
Улан-Удэ

Благовещенск
Чита
Якутск

Биробиджан
Владивосток
Хабаровск

Магадан
Южно-Сахалинск

Анадырь
Петропавловск-
Камчатский
Москва

Оружие, наркотики и сим-карты

Опасности фермерства на нейтральной полосе между Индией и Пакистаном

Оружие, наркотики и сим-карты

Харжиндер Сингх ссутуливается, подходя к заставе «Раджок» на индийcко-пакистанской границе на севере штата Пенджаб. Под рядом камер наблюдения он минует охранника, поправляющего форму, и затем двигается мимо забора в форме буквы L, вдоль которого стоят пирамиды свернутой колючей проволоки. Сегодня седьмое ноября - 5 дней назад террорист-смертник взорвал 55 фунтов (25 килограммов) тротила рядом с КПП «Вага» на границе между двумя странами, в 40 милях отсюда, в результате чего погибли более шестидесяти человек. Пограничники находятся в состоянии боевой готовности.

Сингх, 30-летний индийский фермер, о котором не скажешь иначе, как «кожа да кости», облокачивается на знак с надписью: «Слава солдату, слава фермеру» и ждет, когда его проверят перед пересечением забора, за которым находятся его рисовые поля – на нейтральной земле, прилегающей к международной границе. В подобные дни проверка может занимать больше трех часов: пограничники снимают сиденья и шины с тракторов в поисках оружия и взрывчатки, роются в коробочках с обедом, проверяя наличие там пакистанских сим-карт, и сопровождают фермеров за забор, чтобы предотвратить их возможное общение с пакистанцами или друг с другом. «Вы можете работать в поле со своим братом, но вы не можете сказать ему, что у вас болит живот, пока вы не вернулись назад на территорию Индии, – говорит Сингх.- Таковы наши реалии».

Для крестьян, таких же, как Сингх, живущих в окрестностях Амритсара - города примерно в 30 милях от пакистанского Лахора, разделение все еще маячит на горизонте. Событие, произошедшее в 1947 году и разделившее Индию и Пакистан, сопровождалось поспешным прочерчиванием границы поверх полей, деревень и рек, что вызвало протесты и столкновения, в ходе которых погибло около миллиона человек. Разделение также подтолкнуло людей к крупнейшему переселению в мировой истории, заставив сменить место жительства около 10 миллионов человек – мусульмане переселялись в Пакистан, индуисты и сикхи – в Индию. Пенджаб, который считается колыбелью сикхизма - монотеистической религии, основанной на учениях 10 гуру и Священном писании, - стал единственным штатом Индии с сикхским большинством.

В 1980-е годы по штату прокатилась волна вооруженных волнений, главным лозунгом которых был призыв к созданию независимого сикхского государства под названием Халистан. В июне 1984 года премьер-министр Индии Индира Ганди приказала войскам взять штурмом Золотой Храм, главное сикхское святилище в Амритсаре, где прятались повстанцы. Итогом операции стала смерть 575 человек, включая паломников, попавших под перекрестный огонь. Четырьмя месяцами позже Ганди была убита ее сикхскими телохранителями в отместку за осквернение храма, что, в свою очередь, спровоцировало волнения по всей стране, в ходе которых погибло более чем восемь тысяч сикхов.

Во время борьбы против создания Халистана Нью-Дели начал подозревать, что Исламабад ведет войну чужими руками и готовит сикхских террористов. Первой целью Индии для создания линии обороны, по словам Пракаша Сингха, который был генерал-инспектором пограничных войск в Пенджабе с 1987 по 1991 годы, стало закрытие плохо охранявшейся границы с помощью возведения забора с колючей проволокой длиной в 343 мили (Сингх – часто встречающаяся в Пенджабе фамилия). «Терроризм был в зените», по его же словам, и внутренние операции против повстанцев «были нейтрализованы регулярными поставками оружия и взрывчатки, непрерывным потоком поступавших из-за границы». Даже сегодня террористы Халистана, связанные с джихадистской группировкой «Лашкар-и-Тайба», по некоторым данным, безнаказанно живут в городах Пакистана, включая Лахор - столицу пакистанской провинции Пенджаб.

Пункт перехода границы «Вага» находится примерно на полпути между Лахором и Амритсаром. Каждый день на заходе солнца индийский и пакистанские солдаты, маршируя со свирепыми выражениями лиц, привлекают внимание, обмениваясь боевыми кличами в течение тщательно выработанной процедуры спуска государственного флага. Эта церемония, которую 2 ноября смертник выбрал целью своей атаки, привлекает тысячи прыгающих и кричащих зрителей по обеим сторонам границы и играет роль отдушины для еле сдерживаемого возмущения со стороны жителей двух стран.

Жизнь на золотых равнинах Пенджаба рядом с одной из самых опасных границ в мире парализована страхами – эскалации напряжения между двумя странами, потери наследственных земель из-за соображений охраны границы, попадания в перестрелку в ходе применения силы при чьем-то переходе через границу. В 2014 году, по данным «Портала терроризма Южной Азии», индийские пограничники Пенджаба арестовали как минимум 14 пакистанских нарушителей границы, убили троих - в ходе столкновений и конфисковали более 327 килограммов (723 фунтов) героина, оцениваемого в 270 миллионов долларов.

Когда в 1980-е годы был возведен забор с колючей проволокой, он разделил поля Харжиндера Сингха - 15 акров остались в Индии, 15 - на нейтральной полосе (между забором и линией контроля). На той половине земли, которая находится за забором, наступает комендантский час с 8 вечера до 6 часов утра. Пропуск дает Сингху возможность входа на его поля раз в день, но ему разрешено выращивать только рис – не выше 30 сантиметров, чтобы нарушители границы не могли спрятаться.

Таким образом, по словам Сингха, земля у международной границы приносит вполовину меньше урожая и прибыли по сравнению с индийской частью. «Они забрали у нас еду из тарелки и дали нам взамен трудности», - говорит Сингх. Он начал носить короткую прическу (длинные волосы в сикхизме – символ благочестия и силы), чтобы избежать унижений со стороны пограничников, обыскивающих его тюрбан.

В 2012 фермеры из 1876 деревень в пограничной зоне, владеющие землей рядом с забором, подали заявление в верховный суд Пенджаба, ходатайствуя о сносе забора. В качестве альтернативы они просили Нью-Дели компенсировать им потерю 34 тысяч акров земли между забором и международной границей по актуальным рыночным ценам на земельные участки.

В ответ на петицию Джагат Сингх, генерал-инспектор пограничных войск, недавно уволенный с этой должности, заявил, что Нью-Дели обдумывал передвижение забора ближе к линии, контролируемой Индией. На данный момент забор находится примерно в 450 метрах (500 ярдах) от международной границы. Он также добавил, что правительство не считает возможным овладение нейтральной полосой, так как это станет «потерей для нации, потому что урожай не будет собираться», а фермерство помогает держать эту полосу свободной от сорняков и отпугивает «антииндийские элементы». Петиция по-прежнему рассматривается в суде.

В ходе строительства пограничной изгороди шириной от 12 до 24 метров в разных местах (от 40 до 80 футов) в виде прообразов были использованы Корейская Демилитаризованная Зона и барьер на границе между США и Мексикой, делится бывший генерал-инспектор Пракаш Сингх. «Без всяких сомнений это ограждение сделало проникновение на территорию Индии и уход в Пакистан весьма сложным и опасным делом», - уверен он.

С мая 2014 года было зарегистрировано по меньшей мере семь случаев нарушения режима перемирия, кульминацией которого стало присутствие пакистанского премьер-министра Наваза Шарифа на церемонии присяги нового индийского премьер-министра Нарендры Моди. Враждебность на границе – особенно случай, когда разорвавшийся снаряд миномета убил пятерых человек и ранил еще 25 в индийской части Кашмира, – привела к горячему дипломатическому спору.

Живущий в Роравала Курд - деревне, из которой виден забор и сторожевые вышки, Гуржиит Сингх, 27-летний индийский фермер, говорит, что игры властей в Нью-Дели и Исламабаде очень далеки от реалий жизни на границе. Он вспоминает второе ноября, когда стены его дома начали трястись; черное облако поднялось с места взрыва у «Вага».

«Если бы мы услышали еще какой-то подобный звук…мы бы собрали то, что было под рукой и убежали…так бы сделал каждый из жителей нашей деревни», – говорит он, смотря вдаль. Он сидит в треугольнике солнечного света, наблюдая за тем, как его трехлетняя дочь забирается на качели, сделанные из старого шарфа. «Перед тем, как мы покупаем дом, буфет, кровать - все, что можно назвать капиталовложением, мы должны хорошо подумать, – серьезно произносит он. – Нельзя исключать, что нам в любой момент придется бежать и спасать наши жизни».

Джасвант Сингх, которому 53 года и который владеет 25 акрами на полосе отчуждения между Индией и Пакистаном и 30 акрами в Индии, хочет, чтобы индийское правительство признало несправедливость, с которой вынуждены мириться фермеры, живущие на границе. Строительство забора означает потерянное время, уменьшающийся доход и разбитую надежду на спокойствие. «Кто угодно может оставить что угодно на наших полях – героин, оружие, сим-карты. И мы должны нести за это ответственность», – жалуется он. Сингх рассказывает истории о фермерах, которых избивали и сажали в тюрьму за пакеты с наркотиками, найденные на их территории в присутствии пограничников – только с тем, чтобы позже их освободить. «Их держали в тюрьме только потому, что они владели фермами, на территории которых бросали пакеты с наркотиками. Я могу быть следующим, – считает он. - Здесь слишком много недоверия».