Иркутск
Улан-Удэ

Благовещенск
Чита
Якутск

Биробиджан
Владивосток
Хабаровск

Магадан
Южно-Сахалинск

Анадырь
Петропавловск-
Камчатский
Москва

Парус как образ жизни

На Дальнем Востоке должен быть свой яхтенный кластер

Парус как образ жизни

Советник генерального директора госкорпорации «Ростех» Александр Котенков - неоднократный чемпион России по парусному спорту (1971, 1973, 2000, 2001), до 1997 года президент Ростовской областной федерации парусного спорта; с 1997 по 2000 гг. - вице-президент Всероссийской федерации парусного спорта, отвечающий в президиуме за развитие парусного спорта в южных регионах России; с 2000 по 2008 гг. – президент Всероссийской федерации парусного спорта; почетный президент ВФПС – о развитии парусного спорта на Дальнем Востоке.

- Александр Алексеевич, почему в России практически не говорят о парусном спорте? Мы даже не знаем своих выдающихся спортсменов. Например, Виктора Языкова, которого признали спортсменом года в США. Его – победителя кругосветной гонки одиночек – встречали как героя, об этом писали все мировые СМИ, кроме российских… Отчего так происходит?

- В России отсутствует культура яхтинга. Я бы сказал больше: в России нет не только культуры яхтинга, но и самого яхтинга. Он отсутствует со времен революции 1917 года. До этого в XVIII-XIX веках парусный флот развивался великолепно. Петр I учредил Императорский яхт-клуб на Неве, который, кстати, опередил почти на год Королевский яхт-клуб Корк в Кросшэвене (the Royal Cork Yacht Club in Crosshaven) в Ирландии, появившийся в 1720 году, и который весь мир считает старейшим яхт-клубом мира. На самом деле это не так. Старейший яхт-клуб как место стоянки потешных парусных судов был учрежден Петром I. Начиная с Петра, российский парусный флот развивался не хуже, чем в Европе и в более поздние годы в Америке.

Непосредственно парусный спорт в мире возник во второй половине XIX века, когда на потешных парусных судах стали проводиться гонки. После революции парусный спорт, наряду с теннисом, гольфом и некоторыми другими видами спорта, был признан буржуазным. В послевоенные годы, когда в СССР стали уделять внимание спорту вообще, парусный спорт развивался, но не столь массового, как футбол. Например, нам нужно было участвовать в Олимпийских играх, мы создали несколько клубов - ЦСКА ВМФ, «Буревестник», «Динамо», «Спартак», «Трудовые резервы»… В то же время парусный спорт был более массовым, чем сейчас. В 1990-е гг парусный спорт в России пережил очень тяжелые времена: яхт-клубы закрывали, земли отнимали. В конце 1990-х годов мы много сил приложили к тому, чтобы как-то его возрождать – не развивать, а именно возрождать. Мы старались вдохнуть жизнь в то, что осталось. На Дальнем Востоке президент Приморской федерации парусного спорта Михаил Ермаков сумел создать яхт-клуб с детской школой. Честно скажу, пока я не могу назвать в нашей стране яхт-клуба лучше, чем владивостокский яхт-клуб «Семь футов», однако по зарубежным меркам – это крохотная стоянка для яхт.

- Хотя вы являлись президентом Ростовской областной федерации парусного спорта, тема Дальнего Востока вам близка (вы служили в ДВФО). Как вы оцениваете состояние парусного спорта в регионах ДВФО?

- В целом лучше, чем в европейской части России. Благодаря Михаилу Ермакову, его друзьям, администрации края, морскому университету, удается это дело двигать. Развивается крейсерский флот, детский спорт. Кстати, увеличивается присутствие дальневосточников в молодежной сборной страны. Но хотелось бы, чтобы развитие шло быстрее. Уже давно был подготовлен хороший проект строительства Международного центра водных видов спорта в бухте Федорова, где и находится клуб «Семь футов». Он предполагает увеличение акватории клуба в десятки раз: согласно плану, фактически вся акватория бухты Федорова должна быть перекрыта от мыса до мыса (проект включает в себя яхтенную марину на 700 мест, водный гребной стадион с тремя олимпийскими дистанциями 200, 500 и 1000 м, детско-юношеские школы по парусу и гребле, набережную и трибуны для просмотра гребных и парусных соревнований – прим. ред.). Обещали инвестиции… Пока проект пробуксовывает.

- То есть в 2014 году, как говорилось, строительство центра уже не начнется?

- Я не могу сказать, начнется ли оно, но поскольку еще не началось, то в зиму вряд ли кто-нибудь начнет что-то строить. Пока могу заявить, что в целом уровень яхтинга в России падает. Да, сейчас растет интерес к яхтингу, но прежде всего к крейсерскому, а это уже совсем другой срез. Что такое парусный спорт? Это детские школы, где девчонок-мальчишек обучают азам управления парусным судном. Они гоняют на детских классах «Оптимист», «Кадет» и пр. Когда ребята достигают определенного возраста 16-17 лет (иногда раньше), то пересаживаются на олимпийские классы судов, а их тоже в нашей стране все меньше и меньше. Раньше государство обеспечивало олимпийскими лодками, хотя и в ограниченных пределах. Сейчас никто не занимается поставкой гоночных лодок в яхт-клубы. Государство обеспечивает закупки олимпийских классов исключительно для сборной команды.

- А Таганрогская верфь разве ничего не производит олимпийского уровня?

- Таганрогская верфь производит яхты класса «420» – это переходный класс к одному из олимпийских «470». Она на полметра короче, чем «470». На ней ребята получают серьезные навыки. Но что значит – производить? Она производит, когда есть заказы. Заказов нет. Идут частные заказы, но они невыгодны. Надо делать серию. А когда заказ на 1-2-3 каких-то лодок, это себе в убыток. Но делают, конечно… К примеру, за все эти годы НП «40 футов» (с декабря 2002) выпустило порядка шестидесяти «420»-к: часть из них на Украине, часть поляки заказывали (они сами производят, но наша «420» оказалась лучше). Может, на данный момент 50-60 «двадцаток» на всю страну. А это капля в море.

Лодки олимпийских классов в стране не строит никто. Мы просили лицензию на строительство того же «Лазера». В советское время выпускали «Луч» – прототип «Лазера», построенный методом экономического шпионажа. Естественно, ни на какие международные соревнования эта лодка не допускалась, зато была возможность тренироваться. Производить «Лучи» можно, но нет востребованности.

Детско-юношеские яхты типа «Кадет», «Оптимист» делают в Тольятти и в Санкт-Петербурге. Сейчас технопластиковые технологии широко распространены. Родители зачастую закупают лодки за рубежом – они совершенно не сопоставимы по качеству. Если говорить о зарубежных производителях, то это преимущественно Польша.

- На Дальнем Востоке такая же ситуация или сказывает близость стран АТР?

- Сказывается, там китайское производство. Раньше пользовались популярностью корейские лодки. Сейчас в области яхтинга, как в спорте, так и в производстве, выдвигается Китай. Даже большинство парусов в Европе под самыми шикарными брендами выпускаются в Китае. Китайский пошив ничуть не хуже. Шьют же на фирменном оборудовании – просто производство переведено в Китай.

- На Дальнем Востоке в парусном спорте наиболее остро по сравнению с другими регионами ощущается недофинансирование. Многие регаты проводятся в центральной части России, и детей приходится вывозить. Денег не хватает, поэтому приходится искать благотворителей. Как вы считаете, удастся ли увеличить финансирование парусного спорта в регионе и каким образом?

- Я думаю, в ближайшее время увеличения финансирования не будет. Я представлял когда-то президенту концепцию развития яхтинга в России. Она строилась на том, что весь мир идет по пути развития мощных, самостоятельных яхтенных центров – марин. Любая марина за счет стоянок и обслуживания окупается тогда, когда на ней стоит не менее 250 яхт. И не важно – парусная яхта или моторная - она требует штатного персонала. В случае поломки моторной яхты выпускник технического колледжа, например моторист, сможет разобраться с двигателем. А подготовить профессионального шкипера для парусной яхты – невозможно. Это можно сделать только через парусный спорт. Поскольку парусный спорт в стране государство не развивает, вырастить специалиста реально только через крупные клубы, которые сами зарабатывают деньги. Следовательно, чтобы создать крупные марины, государство должно предоставить возможность получения земли, а лучше - землю, предоставить определенные льготы на пользование – освобождение от налогов, и, возможно, предоставить какие-то финансы или, по крайне мере, привлечь инвесторов. Дальше клуб начинает расти – ему нужны кадры. Волей-неволей этот клуб заинтересован в том, чтобы создать у себя детскую секцию, детскую школу (именно так все делают за рубежом). Ребята, которые прирастают к парусу, остаются надолго. Те, кто перешел в олимпийские классы, продолжают заниматься спортом, а кто прикипел к морю, не могут уйти: они либо остаются в яхт-клубе на черновых работах и постепенно стажируются на яхтах, либо идут на обучение, потому что кадры иначе взять негде. Ситуация в олимпийских классах следующая: сборная команды – это вершина айсберга, на которой могут уместиться всего несколько человек. Достигает спортсмен определенного возраста – скажем, 30 лет - и он понимает, что дальше в спорте он не продвинется. Ребята уходят на крейсерские яхты. Многие, у кого нет другой специальности, идут профессиональными шкиперами, помощниками капитанов и т.п. За счет этого вырастает определенный профессиональный слой, без которого ни одна марина не выживет. У Михаила Ермакова в клубе «Семь футов» такая тенденция просматривается. Кстати, в Приморской краевой федерации очень строгая система – квалификационный отбор. У них нормальная государственная комиссия по квалификации яхтенных капитанов, она строже, чем то, что предписано положением Минтранса. А попробуй во Владивостоке с фальшивыми правами прийти?! Или вообще без прав – дескать, дайте мне тут погоняться… Там такого быть не может.

- Согласны ли вы с тем, что Владивосток может стать столицей парусного спорта?

- Нет, не согласен. Я бы хотел всей душой, но дело в том, что основной яхтинг, к сожалению, сосредоточен в европейской части. И не столько в России, сколько за рубежом – в первую очередь в Средиземноморье. Даже на Черном море у нас ничего практически не осталось. На Дальнем Востоке должен быть свой яхтенный кластер, привязанный к Азиатско-Тихоокеанскому региону. Соревнования проводятся в основном в Европе, а деньги выделяются примерно одинаково на все регионы, но одно дело из Москвы поехать в Севастополь, другое – из Владивостока.

- Яхтинг воспринимается прежде всего как развлечение для состоятельных людей. Отчасти это так. Яхта показатель имиджа и престижа человека. Но в то же время яхта – признак сильного характера ее владельца. У вас долгие годы такая серьезная общественно-политическая работа. Как вам удается оставлять время для спорта?

- Яхтинг как раз формирует этот характер. Так и удается. Я ставлю перед собой цель и у меня каждая минута – то или иное участие в яхтинге. Парус для меня не спорт – я живу, работаю ради того, чтобы, когда появляется возможность, вырваться на морские просторы.

Между тем, мое появление в госкорпорации «Ростех» привело к тому, что сразу возник интерес к яхтингу у ряда крупных госкорпораций - РЖД, Ростех, РОСНАНО, Газпром, Росатом, ВТБ, ВЭБ, Сбербанк. В стране существует Фонд поддержки и развития физической культуры и спорта РФ, который проводит 2 раза в год зимние и летние корпоративные игры по 43 видам спорта. А парусного спорта там не было. Так, мы уже включили парусный спорт в программу и провели первую корпоративную регату. В сентябре проведем вторую корпоративную регату более расширенную. В октябре по итогам сезона планируем отправить победителей в Мармарис на большие гонки, чтобы они увидели, к чему стремиться. Уже зарегистрировано АО «Национальный корпоративный яхт-клуб», который создан как управляющая организация, под ее эгидой предполагается объединить три яхт-клуба – в Москве, в Кронштадте, в Крыму. Надеюсь, что эти клубы станут центрами развития яхтинга. На Дальнем Востоке также существует немало предприятий – наших основных корпораций, я думаю, мы до них дотянемся. Это лишь дело времени.

- Для яхтсмена самое главное – «найти свой ветер, идти вперед, надеясь на свою силу, не попадая в чужую тень» (к/ф «Ветер»). А вы как считаете?

- У меня девиз простой с детства – «Или Цезарь, или никто» (Aut Caesar, aut nihil). Не надо воспринимать эти слова буквально, но я всегда стремлюсь только вперед. И вроде, оглядываясь назад, что-то получается. А любимый наш тост, слова которого приписывают адмиралу Нельсону: «За парусный флот, Царицу морей, за высшую знать океана». Это действительно так: выше яхтсмена в море никого нет – стихию мы побеждаем не мощью дизельных двигателей и не сталью мощных корпусов океанских лайнеров, а силой духа, крепостью мышц и сплоченностью экипажа.