Иркутск
Улан-Удэ

Благовещенск
Чита
Якутск

Биробиджан
Владивосток
Хабаровск

Магадан
Южно-Сахалинск

Анадырь
Петропавловск-
Камчатский
Москва

По вулкану к океану

Как русские райдеры отрываются на Камчатке

Съехать на доске или лыжах в жерло активного вулкана, искупаться в бирюзовой воде со льдом и прогуляться по черным вулканическим пескам. Экстремальные виды спорта словно сами просятся на Камчатку, где горная инфраструктура неразвита, а зима длится 9 месяцев. Здесь идеальные условия для фрирайда, который родился в горах, а не на рафинированных трассах или в парках. 

По вулкану к океану
Фото: Михаил Котлярчук
Александр Мороз на вершине вулкана Мутновский, на заднем плане вулкан Вилючинский. Фото Максим Балаховский.JPG

Александр Мороз, двукратный чемпион России по сноубордингу (фрирайд и фристайл), кандидат в мастера спорта, курсант российской Школы гидов, председатель регионального отделения "Федерации сноуборда России" в Камчатском крае, генеральный директор ООО «Снежная долина». С него и группы энтузиастов больше 20 лет назад начинался сноубординг на Камчатке и открылась первая база для туристов, куда сегодня едут такие легенды, как Travis Rice, JP Solberg и другие. Александр рассказал агентству East Russia, как строится бизнес на хобби в краю геотермального кипятка и трехметровых сугробов. В 2007 году Мороз ушел из большого спорта, с тех пор катается только для радости и учит этому других. 
 
ПЕРВЫЕ НА ЦЕЛИНЕ

Александ Мороз и Максим Балаховский, 2001 год. Фото Виктор Гуменюк.jpg
Фото: Александр Мороз и Максим Балаховский, 2001 г. Виктор Гуменюк

«У меня это случилось в 96 году, у партнера – Максима Балаховского - чуть раньше. Общая страсть к сноубордингу объединила нас в команду ребят по 17 лет и чуть старше, нам хотелось развиваться в этом виде спорта. Это было ни с чем несравнимым увлечением, но пока еще не спортом. Мы просто катались, кайфовали и в какой-то момент сделали это с вертолетом: стали забрасываться на вулканы и съезжать вниз. Скидывались деньгами и делали это для себя. Так пронеслось 3 года, и в 99 году, когда большая страна только вставала с карачек, мы впервые заработали немного денег. Помог случай. На тот момент сноубординг был необычным занятием для России, в больших городах появились единомышленники, которые слышали о Камчатке, но не знали, что там можно кататься. Приехали одни, другие, передали третьим… Мы организовали группу, получились скромные чаевые, но поняли, что из этого можно сделать бизнес! Никто не понимал, как и что можно делать, не было бизнес-моделей, тренингов, коучей, как сейчас. Продажа услуги хели-ски была для нас понятным стартом, ведь хели - это то, что мы умеем делать хорошо.

В 99 году я получил первый спортивный контракт с компанией-производителем оборудования, и стал ездить по миру на соревнования. Мы проехали практически все места с хели-ски: Исландию, Аляску, Канаду, Чили, увидели, как это работает и в 2001 году решили создавать свою базу в горах, строить шале, как везде в мире. Среди первозданной природы и в непосредственной близости от мест катаний, что упрощало бы логистику. Мы нашли московского инвестора, но тогда на энтузиазме еще не понимали, как всё должно происходить, не думали о расчетах и договоренностях, поэтому проект был обречен на провал. В итоге инвестор сказал, что не собирался делать нас партнерами. Мы поняли, что совершили ошибку. Это был уже 2004 год. Мы получили первый опыт и поняли, что надо делать. Построили первый дом в Верхне-Паратунской долине и хели-клуб «Колумб». Он и сейчас действует, но мы уже не имеем к этой базе отношения. Всегда страдаешь, и финансы тут не главный минус: их можно заработать, а вот упущенное время вернуть невозможно".

СНЕЖНЕЕ СНЕЖНОГО

На старте. Фото Снежная долина @snowvalleykamchatka.jpg
Фото: На старте. "Снежная Долина"

"Мы не сдались, и решили начать новый проект. 3 года ездили по Верхне-Паратунской долине, наблюдали за всеми местами, которые здесь есть, смотрели, как формируется снежный покров, роза ветров, и так далее, и выбрали идеальное место! В 2006 году мы нашли партнера, собрали проектно-сметную документацию, инженерные решения, связанные с водоснабжением, канализацией и созданием базовой инфраструктуры. Название родилось само собой, потому что Верхне-Паратунская долина и весь южный район до вулкана Мутновского (высота 2322 м. над уровнем моря - East Russia)– самые снежные на Камчатке. 

Если смотреть по карте осадков, здесь их выпадает наибольшее количество по сравнению со всем полуостровом, - до 3,5 метров устойчивого покрова. Это фактическое и фантастическое количество снега на конец февраля – начало марта! База находится прямо рядом с Мутновским вулканом, с горячими термальными источниками и всего в 60 км. от Петропавловска-Камчатского.
  
Снежная долина.pngФото: База "Снежная Долина". 

Снег на вулкане лежит до середины августа, потому команды по лыжному фристайлу и сноуборду проводят у нас летние сборы. В 2007 году, когда мы запускали проект, сразу заложили концепцию круглогодичной работы. Это было если не гениальное, но очевидное и правильное решение. 97% компаний на тот момент работали сезонно, только летом, а зимой всё практически вымирало. То есть какая-то эпизодическая подледная рыбалка, залетные туристы-лыжники. На тот момент никто концептуально не думал, что нужно работать нон-стоп. А у нас межсезонье, - основная проблема для всех компаний - было сминимизировано до полутора-двух месяцев в году. С конца октября по начало декабря на Камчатке самое неудачное время с точки зрения любого туризма, уже не золотая осень, постоянные дожди, слякоть, и еще нет снега.

На Камчатке кроме нас уже работали «Вертикальный мир», они одни из первых в России, кто начал делать хели-ски. На тот момент это была уже серьезная туристическая компания, а мы только начинали. Но мы на них не ориентировались и особо их тогда не знали. Сегодня на Камчатке три крупных туроператора хели: Вертикальный мир, Затерянный мир, и мы.

Сейчас на нашей горно-спортивной базе постоянный коллектив 25 человек, я не сторонник гастарбайтерского стиля в туризме, хотя и большинство компаний именно так и работает. Вроде бы ничего страшного в этом нет, но с точки зрения высокого профессионализма в работе и максимального сервиса лучше постоянный заинтересованный коллектив, а не временщики. Они два месяца поработают, и дальше их ничто не волнует, пойдут завтра в другую компанию, будут по кругу ходить".

ДИКОСТЬ КАКАЯ-ТО!

Термальный бассейн базы Снежная Долина. Фото Максим Балаховский.jpg
Фото: Термальный бассейн на базе "Снежная Долина". Максим Балаховский

"В России вообще нет мест по катанию, похожих на Камчатку. Есть места для хели-ски – например, Кавказ, но в «Красной поляне» хели-ски запрещен, потому что там территория ООПТ, которая граничит с олимпийскими объектами. Потому людей собирают и везут в Абхазию. У нас же за день можно побывать в кратере действующего вулкана, на берегу океана, покупаться в горячих источниках, и так далее. На Камчатке большая концентрация интересных природных объектов на небольшой территории, нигде в мире такого нет! Да, мы уникальны, но уникальность - наше конкурентное преимущество только временно. Если мы, я имею в виду весь туристический сектор полуострова, в ближайшее время не сделаем рывок в развитии инфраструктуры, то её убогость станет нашей антирекламой. И в какой-то момент количество этой антирекламы превратится в качество, и наряду с мнением, что Камчатка - это крутое место, появится мнение, что да, крутое, но без сервиса. Я не говорю про российских людей, нас всего 157 млн, трудоспособного населения 30%, из них экономически активного населения, которые создают валовый продукт - 15%, а тех, кто имеет свое мнение, вообще 5%. Вот и считайте. Я смотрю на весь мир, а не на Россию. И если мы не создадим нормальный сервис, то мы так и будем такой же Индией, Таиландом до их туристического развития, где люди говорили: да, там классное дикое место, но там ничего нет! Потому говорят: хочешь дикости – езжай на Камчатку, хочешь сервиса – езжай в Канаду или на Аляску.

Ежегодно по программам к нам приезжают 450 туристов, остальные гости - от наших партнеров -других турагентств, и есть те, кто самостоятельно приезжают. У нас заполняемость в сезон на базе, где 74 места, 90-100%. Мы не гостиница, для баз отдыха, санаториев и профилакториев в следующем году будет введена своя классификация, мы будем проходить её. Заключительный этап – палаточные лагеря и так далее. Концепция нашей базы заключается не в том, чтобы продавать проживание и питание, нам это не интересно, мы продаем тур-услугу, включающую разные активности, в комплексе. На «Снежной Долине» мы предлагаем: хелиски/хелибординг, внетрассовое катание с заброской снегоходами, ски-тур, снегоходные экскурсии, рыбалку, сплавы, треккинг, восхождения на вулканы и др. Есть собственный парк техники. Поэтому я и выделяю в отдельную группу тех, кто приезжает по программам. Остальные добивают номерной фонд, пользуются нашими услугами, арендой транспорта. Половина клиентов - иностранцы. Бывает, целиком приезжают иностранные группы, бывает, 50/50. В основном, Европа, потому что им проще добираться. Меньше Америка, тяжело с логистикой, Азия поехала, Китай, Корея, Япония".

СКАЛЫ ПОД ПУХЛЯКОМ

Крутые склоны с мягким как пух снегом. Фото Максим Балаховский @maxbaloo.jpg
Фото: Крутые склоны. Максим Балаховский

"Туризм на Камчатке - это перспективная ниша, которая еще полностью не занята. Но тут в сравнении с той же «Красной Поляной» проблема инвестирования состоит в отсутствии базовой инфраструктуры. На начальном этапе инвестировать нужно много и запастись терпением, пока это возымеет какой-то эффект. И пока ситуация не изменится, у нас не будет каких-то масштабных проектов по инвестированию и развитию. Проще построить гостиницу, условно говоря, в районе Сочи, чем на Камчатке. Потому что до Сочи лететь 2 часа из Москвы, билет в эконом-классе стоит 3,5 тысячи рублей, и любой среднестатистический москвич или петербуржец может позволить себе программу выходного дня. И это понятный сезон, логистика, дешевизна строительных материалов, долго всё перечислять. Любой инвестор, который мыслит категориями прямоугольников, он начинает считать все «за» и «против», взвешивать. Издержки чаще всего превращаются в критическую массу, которая дает отрицательное решение по инвестированию в Камчатку, потому что это очень дорого, непонятно и долго.

Всё развивается, что имеет эволюционную перспективу. Рыбная промышленность имеет перспективу – и она развивается. Горнорудная промышленность имеет перспективу – она развивается. Обрабатывающая промышленность или текстильная промышленность, не имеют перспективу – и их нет на Камчатке. СССР давно нет, проектов типа БАМа, Байконура, речки никто вспять не поворачивает. Все делают то, что экономически целесообразно. Ну или по большой любви. К Камчатке, например. К нам приезжают разные люди - богачи, средний класс и те, кто копит на путевку по нескольку месяцев или даже лет (для примера, недельный тур с ежедневной заброской вертолетом на 6 вулканов стоит 347 тыс руб/чел - East Russia). Но их всех объединяет одно: стоит им совершить спуски, остальной мир со всеми его волнениями и политикой перестает существовать, как по щелчку. Им интересно только, где они будут кататься сегодня и завтра и какой там будет снег".
Что на Дальнем Востоке произошло за неделю и кому это выгодно?
Эксклюзивная аналитика от EastRussia – каждый вторник в вашем почтовом ящике