Иркутск
Улан-Удэ

Благовещенск
Чита
Якутск

Биробиджан
Владивосток
Хабаровск

Магадан
Южно-Сахалинск

Анадырь
Петропавловск-
Камчатский
Москва

Россия и Индия: раскол в 21-ом веке

За последние годы объем ранее активной торговли в сфере вооружений между Россией и Индией уменьшился. Может ли ситуация измениться?

Очень небольшое количество стран может похвастаться партнерством столь же длительным, как сотрудничество между Россией и Индией, которое продолжается с 60-х годов прошлого века. Около половины столетия Россия была для Нью-Дели основным импортером товаров военного назначения. Строго говоря, торговля в этой сфере стала главной причиной таких тесных стратегических взаимоотношений между двумя государствами, особенно в годы, последовавшие за окончанием Холодной войны. Однако на данный момент доля российских военных товаров в импорте вооружений в Индию постоянно сокращается. Благодаря повысившемуся геополитическому статусу и восстановлению стратегических взаимоотношений с США, Нью-Дели нашел новых партнеров на Западе. И тот аспект двусторонних взаимоотношений, который когда-то был определяющим, сейчас грозит стать тяжелой ношей для обеих стран.

Россия и Индия: раскол в 21-ом веке

Эти изменения происходят уже примерно в течение десятилетия, и их началом можно назвать Ядерное соглашение между Индией и США. Продолжение «стратегического партнерства» с Индией – возможно, наиболее долго сохранившееся наследство внешней политики Джорджа Буша. На фоне роста религиозного экстремизма в Южной Азии администрация Буша была убеждена в том, что Индия может стать якорем политической стабильности региона. Будучи уверенными в том, что геополитические интересы стран совпадают, США проводили политику, которая возводила Индию в статус стратегического союзника. Она была полной противоположностью использовавшейся десятилетиями политики ядерного нераспространения, и ее высшей точкой стало подписание Ядерного соглашения в 2005 году. Восстановление стратегических взаимоотношений с Америкой стало водоразделом во взаимоотношениях Индии с остальными странами в области обороны. Были сняты санкции с многих индийских предприятий, производящих военные товары, а также началось постепенное ослабление контроля за экспортом высоких технологий.

Зарубежные оборонные и аэрокосмические компании получили возможность расширить свой доступ на рынок Индии, и с тех пор объем торговли в военной сфере между Израилем и Индией достиг 10 млрд долларов, а торговые взаимоотношения межу Индией и США превысили сумму в 9 млрд долларов. Все это неблагоприятно сказалось на торговле с Россией в сфере вооружений. Несмотря на серьезные цифры в абсолютных показателях, доля РФ в поставках оружия в Индию будет снижаться, по крайней мере, в ближайшее время. За последние годы Кремль не воспользовался возможностями подписать немалое количество крупных оборонительных контрактов на экспорт в Индию. В этот список входят, помимо других, семимиллиардный контракт на поставку 36 многофункциональных боевых самолетов (подписан с Францией), контракт на покупку десяти стратегических грузовых самолетов С-17 Globemaster-III (подписан с США) общей суммой 4.1 млрд долларов и контракт на покупку восьми морских патрульных самолетов P-81 (также заключен с США) на сумму 2,1 млрд долларов.

В настоящий момент оборонная промышленность России сохраняет достаточно тесную связь с Индией в силу выполнения контрактов, которые уже заключены. За исключением 11-миллиардного контракта на совместную разработку и конструирование истребителя пятого поколения, конкретных планов по покупке российских вооружений у Индии нет. И несмотря на то, что Россия принимает участие в различных военных тендерах в Индии, открытых для зарубежных компаний, она не является фаворитом ни в одном из них. Airbus A330 MRTT Европейского аэрокосмического и оборонного концерна оказался более интересным, чем российские ИЛ-78 в ходе тендера на покупку шести авиазаправщиков для индийских ВВС за один миллиард долларов. Что касается вертолетов, то российские платформы также оказались менее востребованными, чем AH-64 Apache и CH-47F компании Boeing в категориях боевых и грузовых вертолетов соответственно. Таким образом, после выполнения контрактов, заключенных в предыдущие годы, есть значительный риск того, что Россия потеряет свою серьезную роль в индийской оборонительной промышленности, ковавшуюся десятилетиями.

Упадок

Уже сейчас тучи собираются на горизонте: все знаки указывают на то, что Россия перевела двусторонние военно-технические отношения на уровень ниже, а Индия стала из эксклюзивного партнера лишь предпочтительным партнером. Такой прагматизм не должен стать сюрпризом, так как Нью-Дели, в свою очередь, диверсифицировал собственный импорт вооружений и более не рассматривает Россию как эксклюзивного торгового партнера. Попытки экспорта товаров военного спектра в Пакистан со стороны России становятся все более заметными. Заметным событием в этом отношении стало недавнее решение поставлять Пакистану боевые вертолеты Ми-35 «Хинд». До этого Россия воздерживалась от поставок летального оружия в Пакистан, принимая во внимание натянутые отношения между Нью-Дели и Исламабадом – такая эксклюзивность в индийско-российских взаимоотношениях является наследием договора о дружбе, сотрудничестве и мире, подписанного в 1971 году. Как следствие, сделка с Пакистаном застала многих экспертов врасплох, некоторые, в частности Павел Фельгенгауэр, назвали ее «ключевым изменением в политике России в регионе». Отдавая себе отчет в тонкостях политики региона, российские дипломаты действовали быстро, возможно слишком быстро – подчеркнув, что переговоры являются частью «продолжающегося сотрудничества с Пакистаном в области обороны и противодействия терроризму». Тем не менее смена Москвой позиции по этому вопросу может сигнализировать о пересмотре политики по поставке вооружений в регион.

Это очень значительные изменения, и их причиной является то, что сотрудник Института изучения и анализа обороны Джиотсна Бакши назвал «непреодолимой» для России необходимостью продавать оружие. Одной из наиболее важных проблем, вызванных развалом СССР, было распределение внешнего госдолга и государственных активов среди стран, образовавшихся на его территории. Россия унаследовала громадный военно-промышленный комплекс, включавший 1600 предприятий, на которых трудились около 2 млн работников. Сейчас это число выросло до 2,5-3 млн, что составляет 20% от общего количества людей, занятых на производстве по всей стране. Тем не менее, экономика России перестала быть достаточно здоровой, чтобы поддерживать расширившийся ВПК. Расходы на оборонную промышленность по отношению к ВВП последние три года, предшествовавшие развалу Советского Союза, в среднем составляли 14,1%, по сравнению с 3,8% ВВП с 1992 по 2013 годы. Чтобы компенсировать дефицит затрат на оборону и сохранить рост эффективности от увеличения масштабов производства с тем, чтобы поддержать голодную до ресурсов оборонительную промышленность вместе с НИОКР, Россия все больше опиралась на экспорт вооружений. Как указывает Бакши, бывший заместитель премьер-министра РФ Илья Клебанов однажды заявил, что экспорт товаров военного назначения является «спасательным кругом для нашей военной промышленности в силу того, что оборонный бюджет является весьма небольшим, и заказов от государства поступает также немного». Таким образом, помимо развития стратегического взаимодействия с другими странами, продажа Россией вооружений зарубежным партнерам мотивируется необходимостью таким образом субсидировать оборонную промышленность. Скорее всего, решение восстановить экспорт товаров военного назначения в Пакистан и другие страны в высшей степени мотивировано экономической необходимостью сохранять высокий объем военного экспорта.

Недавнее расширение китайско-российского военного сотрудничества также не осталось незамеченным в Индии. Продавая современные истребители Су-35 Китаю, Россия, возможно, самостоятельно создает конфликт интересов. С каждой продажей вооружения в Китай российские вооружения становятся менее интересными на рынке Индии; это в первую очередь касается аэрокосмического сектора, так как основная часть авиапарка индийских ВВС состоит из импортированных из России самолетов. Некоторые эксперты считают, что конфигурация оборудования и техники, поставляемого в Индию, является более полной, чем аналогов, поставляемых в Китай, однако это утверждение трудно проверить, так как самолеты и оборудование тех модификаций, что поставляются в Китай, не попадают на индийский рынок ни для оценки, ни для испытаний. Однако фактом остается то, что Нью-Дели имеет возможность приобретать военную технику у альтернативных поставщиков, в первую очередь у тех, который гарантируют конкурентные преимущества по сравнению с аналогами, поставляемыми в Китай.

Китайская оборонная индустрия известна тем, что занимается «обратной разработкой» военной техники импортных образцов и уже успела позлить Россию в прошлом, когда после закупки небольшого количества Су-27 запустила в серию аналогичный J-11B. Для сравнения, индийско-российская торговля не имеет столь сомнительного прошлого. Если бы сомнительная практика китайской «обратной разработки» и сильно развитая индустриальная база играли роль при принятии Россией решений о поставках вооружений, Индия была бы гораздо более удобным партнером для долгосрочной торговли продукцией ВПК. Смотря в будущее, можно ожидать периода разногласий, пока Индия и Россия не приспособятся к «реальной политике» настоящего времени.