Иркутск
Улан-Удэ

Благовещенск
Чита
Якутск

Биробиджан
Владивосток
Хабаровск

Магадан
Южно-Сахалинск

Анадырь
Петропавловск-
Камчатский
Москва

«Удивительные народы...»

Алексей Репик, глава Российско-Японского делового совета при Торгово-промышленной палате РФ, о взаимодействии двух стран

«Удивительные народы...»
Фото: ТАСС / Фотобанк ВЭФ
Наступивший 2017 год обещает стать годом настоящего прорыва в российско-японских отношениях. Лидеры двух стран — Владимир Путин и Синдзо Абэ — подошли вплотную к тому, чтобы подписать мирный договор впервые за 71 год со дня окончания войны между нашими государствами и дать старт совместной хозяйственной деятельности на Южных Курилах. Какой из этих шагов будет предшествовать другому — пока не ясно. Но собеседник EastRussia президент «Деловой России», член Общественной палаты РФ, председатель совета директоров группы компаний «Р-Фарм» и председатель Российско-Японского делового совета (РЯДС) при Торгово-промышленной палате РФ Алексей Репик считает, что какими бы ни были разногласия между нашими странами по «Курильскому вопросу», необходимо настойчиво и планомерно выстраивать друг с другом добрососедские и взаимовыгодные экономические связи. А там, глядишь, и позитивный политический диалог наладится.

— Вы известны как активный сторонник развития экономических отношений с Японией. Отчасти этому обязывает статус главы Российско-Японского делового совета (РЯДС). Но что это за структура и каким образом она взаимодействует с «Деловой Россией»?
— РЯДС — это орган, действующий с 2004 года в составе Торгово-Промышленной палаты России (ТПП) — добровольное негосударственное объединение предпринимателей. Совет был создан по инициативе Евгения Максимовича Примакова, возглавлявшего на тот момент ТПП. Миссия Совета — всестороннее развитие торгово-экономических и деловых связей с Японией. В число партнеров РЯДС входят крупные японские бизнес-ассоциации — РОНИС-РОТОБО и Кейданрен. «Деловая Россия» («ДР») — это общественная организация, объединяющая предпринимателей из несырьевых секторов экономики. Начиная с 2010 года, именно мы, представители «ДР», активно развивали  партнерские отношения с бизнес-сообществом Японии. В частности, участвовали в организации и проведении российско-японских инвестиционных форумов. На одном из них, что состоялся в Токио 16 марта 2014 года — как раз в день воссоединения Крыма с Россией — мы узнали об объявлении со стороны США и их союзников санкций против РФ. Япония, как известно, к санкциям присоединилась. Хотя и формально.

Тут же на форуме мы задали простой вопрос нашим друзьям из Страны Восходящего Солнца: «Считаете ли вы, что осложнение политических отношений призвано заморозить наш диалог в сфере бизнеса и экономики?». Сам глава японского правительства Синдзо Абэ признал, что нет. Он подал сигнал всем представителям бизнеса в своей стране на развитие деловых связей с Россией. И все мы стали работать по принципу: что бы ни происходило на политическом фронте — экономическое сотрудничество между нашими странами не должно от этого страдать. В таком контексте и развивались наши отношения с тихоокеанским соседом во второй половине 2014 года. К концу года члены ТПП и ее президент Сергей Николаевич Катырин отметили позитивную  роль  «Деловой России» в этом процессе. Поэтому на декабрьских перевыборах председателя РЯДС была выдвинута также и моя кандидатура (как представителя «ДР»). По итогам голосования я возглавил РЯДС.

— И какие задачи стоят сегодня перед Советом?
— Прежде всего, задача кратно увеличить число проектов и предпринимателей, стремящихся к сотрудничеству, с обеих сторон. Мы хотим не просто повысить уровень взаимодействия, а расширить его. Сегодня ежегодный товарооборот между Россией и Японией едва превышает 16 миллиардов долларов. В то время как между США и Японией — более 200 миллиардов долларов, а между Китаем и Японией — более 300 миллиардов. При этом Япония — один из ближайших наших соседей в Азиатско-Тихоокеанском регионе: всего час лету из Владивостока. Имея столь хилые партнерские связи между собой, как Россия, так и Япония упускают большую экономическую выгоду. РЯДС, в первую очередь, представляет интересы российских компаний, уже вышедших или только желающих выйти на японский рынок. Начав работу, мы очень быстро получили обратный отзыв со стороны японских предпринимателей и, собственно, продолжаем развивать наши контакты до сих пор. Результат этой работы отчасти проявился в том, насколько активно бизнес-круги Японии участвовали в Петербургском международном экономическом форуме в 2015 и 2016 годах. Оба раза программа Форума открывалась — при нашем содействии - диалогом с японским бизнесом.

Япония стала самым представительным участником (кроме Китая) и на Восточном экономическом форуме-2016 во Владивостоке. Делегацию от Страны Восходящего Солнца возглавил сам премьер-министр Синдзо Абэ. Между бизнесменами обеих стран на форуме было подписано около 20 инвестиционных соглашений на сумму 1,3 млрд долларов. Перед Петербургским и Восточным форумами прошлого года была, как Вы знаете майская встреча в Сочи лидеров двух стран. На ней японский премьер изложил восемь пунктов по развитию двухсторонних отношений. Все они, так или иначе, представляют итог той колоссальной работы по поиску точек экономического соприкосновения, в которой участвовало – со стороны России – и наше правительство, и бизнес, и РЯДС. Венцом 2016 года стал декабрьский визит в Токио нашего президента Владимира Владимировича Путина. В ходе визита было подписано уже более 60  соглашений с объемом заявленных японских инвестиций в 2,5 миллиарда долларов.

Справка EastRussia. Алексей Репик, 37 лет. В 2003 году окончил  государственный университет "Высшая школа экономики". С 1995 года работает в области здравоохранения и фармацевтики. Основатель российской фармацевтической ГК "Р-Фарм". С 2014 года Алексей Репик возглавляет общественную организацию «Деловая Россия», объединяющую представителей несырьевого бизнеса, и Российско-Японский деловой совет при Торгово-промышленной палате РФ.

— Напомните, пожалуйста, о каких основных направлениях сотрудничества между Россией и Японией идет речь?
— Это развитие партнерских отношений в сфере уже действующих нефтегазовых проектов «Сахалин-1» и «Сахалин-2», модернизация транспортной и городской инфраструктуры на территории российского Дальнего Востока с применением японских технологий, сотрудничество в сфере рыболовства, туризма, медицины, биотехнологий, атомной энергетики, совместное освоение сельскохозяйственных земель на Дальнем Востоке и ряд других.

— Но пойдут ли японцы на совместное экономическое освоение Южных Курил  и на содействие нам в несырьевых проектах, пока Россия не согласится отдать им острова — Итуруп, Кунашир, Шикотан и островную группу Хабомаи?
— Я думаю, пойдут. Да, на официальном политическом уровне они настаивают, что подписание мирного договора между нашими странами возможно только в случае передачи Японии указанных островов, которые достались России по итогам Второй Мировой войны. Но, во-первых, Японии выгодно экономическое сотрудничество с Россией, и местная элита это хорошо осознает. Во-вторых, наш президент еще в ходе второго Восточного экономического форума в сентябре прошлого года вполне просто и ясно обозначил политическую позицию России: «Мы своими территориями не торгуем...». Тем не менее, японская сторона не отказалась от планов экономического сотрудничества с нашей страной.

В декабре минувшего года состоялась встреча Синдзо Абэ и Владимира Путина в Токио, уже первого февраля этого года в Москве прошли российско-японские консультации на уровне МИДов двух стран. По их итогам достигнута договоренность о проведении в марте в Токио первого раунда двусторонних консультаций по вопросам совместного хозяйственного освоения Южных Курильских островов. А на конец апреля запланирован визит Синдзо Абэ в Москву. Но какая выгода японцам вкладываться в строительство высокотехнологичных «умных городов» на нашем малонаселенном Дальнем Востоке или в модернизацию местной транспортной инфраструктуры? Не все измеряется явной финансовой прибылью. Есть возможность заявить о себе миру и застолбить за собой статус пионеров при реализации самых смелых футуристических проектов в суровых условиях Дальнего Востока. Такая слава дорогого стоит и гарантирует японским фирмам самые выгодные подряды на международном уровне. А вложения в нашу портовую структуру, к примеру, оправданы тем, что оптимизируется экспорт из России в Японию тех же углеводородов. К тому же адресат японских инвестиций — не только российский Дальний Восток, но и другие регионы России.

— Нашей стороной японцам обещано совместное хозяйственное ведение на Курилах в рамках российской законодательной базы. Сможет ли Японское правительство на это согласиться?
Специальные режимы — территории опережающего развития (ТОР) и свободный порт Владивосток (СПВ) — активно внедряемые на Дальнем Востоке  правительством РФ и продвигаемые лично вице-премьером Юрием Петровичем Трутневым — выходят за рамки обычного  российского законодательства. Применены специальные правовые режимы. Они заточены на предоставление весьма выгодных условий иностранным (хотя и не только) инвесторам. Наши японские друзья, насколько я могу судить из общения с ними, разделяют мнение, что ТОРы и СПВ — это комфортные условия для ведения бизнеса. Я думаю, оптимальным вариантом сотрудничества в ряде отраслей были бы совместные предприятия, работающие в качестве резидентов ТОРов или СПВ.

— Вы — успешный российский предприниматель, вовлеченный в крупный фармацевтический бизнес. Как выглядит сотрудничество России и Японии в этой сфере?
— Что касается группы компаний, основателем которой я являюсь, то речь идет о прямых японских инвестициях. То есть японская компания-партнер приобретает часть акций нашего холдинга. Это поможет нам выйти на японский рынок фармацевтики (весьма закрытый, кстати) плюс дифференцировать наш бизнес в России за счет реализации уже не только лекарств и медикаментов, но и продажи японского медицинского оборудования по схеме франчайзинга. Со своей стороны рассматриваю возможность инвестиций в такой сектор японской экономики, как робототехника. Вообще, я оптимистично смотрю на перспективы российско-японского партнерства на-равных в области высоких технологий. Вопреки расхожему мифу, фатального отставания России от Японии в ряде наукоемких производств нет. А если где-то оно и есть, то обусловлено не какой-то нашей несостоятельностью, а просто тем обстоятельством, что у нас не было причин и мотива развивать данный сектор. В ряде областей мы даже превосходим нашего юго-восточного соседа. Например, в химическом производстве мы уступаем Японии, а в биотехнологиях опережаем. В автомобилестроении — отстаём, а в атомной энергетике — наоборот. И еще очень важно не забывать, что многие свои технологические прорывы японцы сделали на базе изучения советской и российской научно-технической мысли. Знаете, я подозреваю, что главный ресурс, на который ориентируется  японский бизнес в России — это люди. Что ни говори, а человеческий капитал у нас - в интеллектуальном и профессиональном плане - весьма высокого качества.

— Вот только стареет неуклонно. Демографическая ситуация в России, также как и в Японии — отнюдь не радужная.
— Да. И это еще одна причина для более плотного сотрудничества между нашими странами в сфере медицины и высоких технологий. Комфортная среда обитания и хорошее здоровье очень даже способствуют увеличению продолжительности жизни.

— Есть ли шанс у российского малого бизнеса на Дальнем Востоке построить эффективные  отношения с «малышами» из соседней страны?
— К этому-то и надо стремиться! В представлении многих Япония — страна, напичканная сверхсовременной электронной техникой, супер-автомобилями, «умными» домами, роботами и прочими высокотехнологичными атрибутами. Это так. Но, кроме всего прочего,  Япония — это и разнообразная, насколько это только можно себе представить, еда, то есть фермерство, рыболовство, ресторанный бизнес. Все это зачастую представлено небольшими фирмами с оборотом до миллиона долларов в год. У нас на Дальнем Востоке и по России в целом тоже немало таких предприятий. Есть и примеры плодотворного сотрудничества:  один предприниматель из Приморья успешно реализует в японских супермаркетах продукты и напитки, изготовленные по старинным русским рецептам. А другой наладил в Страну Восходящего Солнца поставки русского меда. Мы (РЯДС, «Деловая Россия») в рамках наших консультаций и встреч с японскими бизнес-объединениями уделяем особое внимание сектору малого и среднего предпринимательства. И в повестке межправительственного диалога эта тема также одна из главных.

— За то время, что Вы плотно работаете с Японией, у Вас, кроме деловых партнеров, появились друзья в этой стране?
— Конечно. Принято считать, что все японцы сплошь интроверты, а также приверженцы строгих правил и церемоний. Возможно, это и так. Но у этих людей очень богатый духовный мир. И они — как никто другой — умеют дружить и держать слово. Знаете, мы и японцы одинаково отличны от европейцев и американцев тем, что мы более романтичны. Но у японцев романтичность часто скрыта за внешней сдержанностью. У нас же эмоций стесняться особо не принято. Но, если японцы признают тебя другом, ты становишься для них по-настоящему своим. И можно уже отодвинуть в сторону лишний официоз. Даже опоздать на встречу можно — простят. Удивительный народ. Более того, нас они считают такими же. Уверен, что наше будущее — это дружба, сотрудничество, добрососедство.