Иркутск
Улан-Удэ

Благовещенск
Чита
Якутск

Биробиджан
Владивосток
Хабаровск

Магадан
Южно-Сахалинск

Анадырь
Петропавловск-
Камчатский
Москва

Правила пишутся без нас?

Транстихоокеанское партнерство и его значение для мира и России

Правила пишутся без нас?

Игорь Макаров

Доцент департамента мировой экономики НИУ «Высшая школа экономики», к.э.н.
Подписание соглашения о Транстихоокеанском партнерстве – знаковое событие, которое не только оказывает значительное влияние на экономики стран-участниц и их торговых партнеров и меняет ход интеграционных процессов в Азиатско-Тихоокеанском регионе, но и способно преобразовать всю систему регулирования международной торговли. Создание мегарегионального соглашения на пространстве АТР – это не просто результат направленных усилий конкретных государств, но и отражение объективных процессов, происходящих как в регионе, так и в мировой экономике в целом.

Предпосылки возникновения ТТП
Более полувека правила международной торговли регулировались Генеральным соглашением о тарифах и торговле (ГАТТ). Именно ГАТТ, а затем ВТО стали локомотивами бурного развития международного обмена товарами и услугами, который лег в основу процессов современной глобализации.
Однако в XXI в. конфигурация международной торговли меняется, к чему ВТО оказалась не вполне готова. Во-первых, кардинально возросла доля в мировом экспорте развивающихся стран. Как следствие, вырос и их переговорный вес, стало расти число противоречий между развитыми и развивающимися государствами. Результатом стал провал Дохийского раунда переговоров в рамках ВТО.

Во-вторых, фактически иссяк важнейший источник роста международной торговли последних полутора десятилетий: бурный экономический рост стран БРИКС. В настоящее время все они испытывают экономические трудности, которые носят ярко выраженный структурный характер. Неудивительно в этой связи, что в послекризисный период темпы роста мирового экспорта стали снижаться, а в 2015 г. он и вовсе сократился в абсолютных объемах, что является абсолютной аномалией для некризисных лет.

В-третьих, мировая торговля демонстрирует тенденцию к растущей регионализации. Регионы становятся все более самодостаточны. Этому способствует, в частности, быстрый рост доходов в ряде азиатских стран, которые постепенно утрачивают присущий им ранее статус мировой фабрики, работающей на дешевом труде, и превращаются в важные центры потребления. Вместе с тем, новые конкурентные преимущества появились в странах Запада: в США сланцевая революция привела к существенному удешевлению энергии, а огромный приток мигрантов в Европу резко увеличил доступный для нее объем дешевой рабочей силы. В результате страны Запада получили возможность запустить процесс «решоринга» – возврата промышленных производств из развивающихся стран. Тенденции к локализации производств в ближайшее десятилетие будут усиливаться технологическими новшествами вроде 3D-принтинга и роботизации.

Вышеперечисленные тенденции отнюдь не означают, что мир становится менее взаимозависимым, а глобализация отступает назад. Вместе с относительным снижением роли международной (во всяком случае, межрегиональной) торговли товарами в будущем, другие трансграничные потоки – людей, инвестиций, информации – лишь усиливаются. Растет роль виртуальных компаний (Amazon, Facebook, Alibaba и др.), которые функционируют в значительной степени вне рамок государственных границ. Глобализация продолжается, меняя лишь свою форму.

В таких условиях недостаточно иметь лишь правила международной торговли как таковой. Наряду с регламентацией товарных потоков, пересекающих границы, необходимы новые нормы для регулирования потоков инвестиций, идей, рабочей силы. Наконец – самой среды деятельности компаний.

Страной, которая первой уловила намечающиеся изменения в характере международной торговли, стали США. Именно они стали главным двигателем переговоров по Транстихоокеанскому партнерству (ТТП), которые завершились подписанием соглашения между 12 странами 4 ноября 2015 г. Одновременно продолжаются переговоры по Трансатлантическому торговому и инвестиционному партнерству (ТТИП), включающему США и страны ЕС. В таком случае США разрабатывают правила международной торговли, охватывающие более 60% мировой торговли и фактически все ведущие экономики, кроме Китая, Индии и России. В свою очередь, Китай и Индия, озабоченные этим процессом, ведут переговоры о создании другого мегарегионального соглашения – Регионального всеобъемлющего экономического партнерства (РВЭП). ТТИП и РВЭП еще на стадии переговоров, а ТТП вполне может столкнуться со сложностями ратификации. Однако судьба конкретных документов менее важна, чем общая тенденция, которую они задают: мир вступает в эпоху мегарегиональных соглашений, которые постепенно будут превращаться в главные инструменты регулирования международных экономических взаимодействий.

ТТП как соглашение нового типа
Соглашение о ТТП – это прежде всего соглашение о свободной торговле. Оно предполагает обнуление таможенных пошлин по 95-98% товарным позициям. Эта величина выглядит внушительно, однако масштабы тарифной либерализации не стоит преувеличивать. Во-первых, между странами-участницами ТТП уже действуют 42 соглашения о зоне свободной торговле, покрывающие в сумме около 60% торговых потоков, охваченных ТТП. Во-вторых, для всех стран предусмотрены индивидуальные переходные периоды длительностью до 30 лет со дня вступления соглашения в силу.
Снижение тарифов – далеко не главный компонент соглашения о ТТП. Помимо него, а также традиционных инструментов нетарифного регулирования (санитарных и фитосанитарных, технических барьеров в торговле, таможенных процедур и правил происхождения товаров) большое внимание в соглашении уделено инвестициям, вопросам интеллектуальной собственности, государственным закупкам и государственным предприятиям, вопросам конкуренции.

Кроме того, соглашение о ТТП покрывает такие сферы, как окружающая среда, электронная торговля и трудовые стандарты. В этом смысле оно является по-настоящему беспрецедентным, ведь ВТО от данных вопросов дистанцировалась. Ключевая особенность ТТП – в том, что оно предполагает не только и не столько либерализацию торговли, сколько изменение институциональной среды деятельности компаний. В частности, в соглашении содержатся требования о наличии в странах-участницах ТТП регулирующих органов и законодательства в сфере труда (например, необходимо наличие закона об установлении продолжительности рабочего дня), охраны окружающей среды, защиты инвестиций, прав на интеллектуальную собственность. Кроме того, в ТТП есть набор положений об основных правилах деятельности государственных предприятий и проведения госзакупок, которые предполагают расширение доступа зарубежных компаний к государственным тендерам по ряду отраслей, определенному индивидуально для каждой страны. Целью создания общей институциональной среды является облегчение проведения торговых и экономических операций и улучшение инвестиционного климата в целом во всех странах соглашения.

Хотя данное соглашение, безусловно, существенно шире, чем правила ВТО, которым подчиняются все его участники, режим торговли в рамках ТТП полностью согласуется с нормами ВТО. Так, например, антидемпинговые меры применяются только после решения ВТО, они не могут быть рассмотрены в каком-либо из органов ТТП. При этом в рамках ТТП положения все-таки более строгие, чем в рамках ВТО. Так, например, для обоснования применения фитосанитарных мер ТТП предусматривает специальные требования – научные исследования должны быть проведены в течение 6 месяцев.
Особая роль в соглашении отведена секторальным техническим барьерам – для каждой из следующих сфер существует отдельное приложение: фармацевтика, косметика, медицинское оборудование, запатентованные формулы для расфасованных пищевых продуктов и пищевых добавок. В ТТП установлены обязательные сроки по рассмотрению таких барьеров (которые являются лишь рекомендованными в случае ВТО); кроме того, в будущем предполагается выработка общего подхода в данных отраслях.

В ТТП предусмотрен национальный режим и режим наибольшего благоприятствования (РНБ) для инвестиций в формате ТРИМС ВТО-плюс(Соглашение ВТО по инвестиционным мерам, связанным с торговлей). Важным элементом соглашения также является наличие механизма разрешения споров в формате «инвестор-государство», который позволяет иностранному юридическому лицу подать иск против принимающего государства, если оно нарушает права инвесторов. В традициях американского законодательства, при подаче иска инвестором в рамках ТТП, именно он (истец) несет все издержки по сбору доказательств. Что касается международных услуг, им предоставляется национальный режим (за исключением передвижения физических лиц). Финансовые услуги регулируются ВТО.

Особого внимания заслуживает вопрос торговли объектами интеллектуальной собственности - в случае с ТТП она регулируется в формате ТРИПС-ВТО-плюс(Соглашение по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности), основанном на законодательстве США. При этом срок охраны авторского права - 70 лет, срок действия патента – 8 лет (а не 5, как в случае с ВТО).

Очевиден уклон некоторых положений соглашения о ТТП в сторону правовых стандартов США. Во многом речь идет об экспансии американских институтов регулирования торговли и инвестиций на других участников соглашения. Это позволяет как многим экспертам, так и широким слоям общественности считать, что главными бенефициарами от ТТП станут американские корпорации, которые и были главными лоббистами его подписания.

ТТП и экономики стран региона
ТТП объединяет страны, представляющие 40% ВВП и 28% мировой торговли. Однако эти страны крайне разнородны: большую часть этих показателей обеспечивают всего две страны: США и Япония. Половина стран-участниц (Бруней, Чили, Малайзия, Мексика, Перу и Вьетнам) вообще относятся к развивающимся, и пространство экономических стандартов существенно отличается в них по сравнению с более развитыми экономиками, входящими в ТТП.

Ожидается, что соглашение о ТТП положительно повлияет на объемы внешней торговли всех стран-участниц. Высокий уровень либерализации позволит им расширить доступ товаров на рынки других стран соглашения (в части торговых потоков, не покрытых существующими ЗСТ), а совершенствование институциональных рамок будет способствовать их экономическому и социальному развитию. Однако этому сопутствуют и издержки в виде снижения уровня защиты национальных отраслей.

Крупнейшим торговым потоком, не регулируемым ранее существующими ЗСТ, но попадающим под действие ТТП, является поток США–Япония. Наиболее острый вопрос в двусторонней торговле этих стран – снижение тарифов на автомобили в рамках ТТП. Что касается остальных стран-участниц, с меньшим вкладом в объемы торговли внутри ТТП, крупными бенефициарами могут оказаться Вьетнам (за счет расширения экспорта текстиля и обувной продукции), Бруней (за счет увеличения объемов внешней торговли и диверсификации экономики), Малайзия (максимально расширяет количество стран-торговых партнеров в беспошлинной зоне за счет ТТП). Возможно также, что распространение стандартов США в сфере регулирования инвестиций приведет к увеличению американских инвестиций в страны ТТП. Негативные эффекты соглашения для большинства стран связаны с открытием внутреннего рынка сельскохозяйственной продукции (в частности риса, мясной и молочной продукции), а также с длительным сроком патента на фармацевтическую продукцию – для тех стран, которые ее импортируют и не имеют возможности производить самостоятельно.

Кроме того, реформирование институциональной среды деятельности компании потребует от ряда стран соглашения существенной перестройки их моделей экономического развития, базирующихся на относительно высокой степени вмешательства государства в экономику. Такая перестройка может стать достаточно болезненной.

Во всех главах соглашения присутствуют положения, направленные на стимулирование кооперации и диалога по каждой их сфер – предполагается создание различных Советов, регулярно обсуждающих соблюдение положений участниками, а также консультативных органов, которые могут предоставить рекомендации по улучшению позиций стран ТТП в международной торговле. Соглашение в дальнейшем может развиваться – с одобрения участников в него могут войти новые положения, причем касающиеся не только непосредственно либерализации обмена товарами и услугами. В дальнейшем в сферу регулирования соглашения могут войти и другие области, связанные с торговлей – в дополнение к инвестициям, госзакупкам и госпредприятиям, окружающей среде, электронной коммерции и трудовым стандартам. В таком случае масштабное соглашение будет оказывать еще более сильное влияние на экономики государств-участников.

Отметим, что подписание соглашения о ТТП на министерском уровне пока не означает сиюминутной реализации всех его пунктов. Для вступления соглашения в силу потребуется его ратификация в течение двух лет как минимум 6 странами, на которые приходится не менее 85% суммарного ВВП стран ТТП. Особенно остро стоит вопрос ратификации соглашения о ТТП Конгрессом США, учитывая приближающиеся президентские выборы и наличие в стране серьезной дискуссии по поводу целесообразности соглашения – в отличие от Барака Обамы, оба кандидата в президенты не поддерживают ТТП, утверждая, что оно угрожает рабочим местам американцев.

ТТП для России: возможности и угрозы
Стандартные модели общего равновесия демонстрируют, что прямой эффект заключения соглашения о ТТП для России минимален. Доля стран-участниц соглашения в товарообороте России невелика – менее 10%. Ключевые статьи российского экспорта (в частности, углеводороды и продукция ВПК) не зависят от предусмотренных ТТП преференций. Экспортные поставки стран ТТП в Россию также едва ли могут переориентироваться на других участников соглашения после его вступления в силу. Большая часть потенциальных потерь придется на российских сельскохозяйственных производителей, поставляющих продукцию на азиатские рынки. Впрочем, объемы этого экспорта и так невелики.

Тем не менее, едва ли в данном случае модели объективно отражают все направления воздействия ТТП на российскую экономику. Российское правительство имеет амбициозные планы интеграции в азиатско-тихоокеанский регион, реализация которых невозможна без ускоренного развития Дальнего Востока и диверсификации отраслевой структуры экономики. Согласно действующей на данный момент концепции, в регионе предполагается развивать производства с высокой добавленной стоимостью, ориентированные на экспорт в АТР. Именно для этих планов ТТП представляет собой некоторую опасность. Впрочем, преувеличивать ее не стоит, ведь основным рынком для российского потенциально нового экспорта является не охваченный соглашением Китай.

Вместе с тем, ТТП дает России и новые возможности. Так, преференции в рамках соглашения предусмотрены для товаров с уровнем локализации производства не менее 45%, поэтому у России возникают хорошие предпосылки для промышленной кооперации со странами-членами ТТП с последующим выводом совместной продукции на рынки других стран-участниц соглашения на выгодных условиях. Особенно актуально это для взаимодействия с Вьетнамом, с которым у ЕАЭС действует зона свободной торговли.

Значение ТТП следует рассматривать и в более широком контексте. Во-первых, это элемент комплексной внешнеэкономической стратегии США, нацеленный, наравне с ТТИП, на создание новых правил международной торговли и международных экономических взаимодействий в целом. Если оба проекта будут реализованы (а с учетом того, что они отвечают объективным вызовам нового этапа глобализации, в этом мало сомнений), эти правила будут написаны без участия России. С учетом того, что некоторые положения Соглашения о ТТП (включая положения о государственных компаниях, правительственных закупках, защите прав интеллектуальной собственности и т.д.) вступают в противоречие с выстроенной в России экономической моделью, постепенное распространение их правил на весь мир может стать серьезным вызовом для российской экономики.

Во-вторых, соглашение о ТТП способно активизировать целый ряд других процессов и инициатив, имеющих к России непосредственное отношение. Так, например, Китай может ускорить свое движение на Запад, ключевым элементом которого является инициатива «Один пояс – один путь». Продолжается процесс переговоров по РВЭП, участие в котором России, в отличие от ТТП, не выглядит невозможным, особенно с учетом получающих все более широкую поддержку идей развития всеобъемлющего экономического сотрудничества в Большой Евразии. Наконец, успех ТТП может стать важным импульсом к давно назревшему реформированию ВТО, которая находится в затяжном кризисе.

Пусть текущее прямое воздействие Соглашения о ТТП на российскую экономику невелико, рассматривать его как нечто, не имеющее к России отношения, контрпродуктивно. ТТП – важная часть нового мира. И России уже пора думать о своей роли в нем.