Иркутск
Улан-Удэ

Благовещенск
Чита
Якутск

Биробиджан
Владивосток
Хабаровск

Магадан
Южно-Сахалинск

Анадырь
Петропавловск-
Камчатский
Москва

«Заповедник – это не вокзал!»

Как совмещают экотуризм и охрану природы в самом вулканическом резервате России

Кроноцкий природный биосферный заповедник и Южно-Камчатский заказник им.Тихона Шпиленка у всех на слуху: именно здесь находятся Долина гейзеров, кальдера вулкана Узон, Курильское озеро и другие уголки природы, не имеющие аналогов в мире. Здесь люди ходят, не касаясь земли – по деревянным настильным тропам, круглый год работают ученые и инспекторы отдела охраны, а на посещения туристов есть строгий лимит. Почему путёвка в долину реки Гейзерной или к самому большому нерестилищу нерки в Евразии на Курильском стоят, как средняя зарплата в стране, уместно ли рассуждать о монетизации чуда, почему нелегальный туризм в этих краях можно приравнять к преступлению с риском для жизни, а гости видят не больше 5% заповедной территории, какие свежие маршруты Кроноцкий заповедник и Южно-Камчатский заказник предложат туристам уже в этом году, EastRussia расспросила заместителя директора по экопросвещению и развитию познавательного туризма ФГБУ «Кроноцкий государственный заповедник» Романа Корчигина.

«Заповедник – это не вокзал!»
Фото: Игорь Шпиленок


90.jpg
На фото: Роман Корчигин

– Турпутёвки в Кроноцкий заповедник и Южно-Камчатский заказник раскуплены на несколько лет, так ли это?
– У компаний, которые давно занимаются организацией туров по Камчатке, горизонт планирования простирается на два-три года вперед, они могут забронировать путёвки хоть на 2020 год. Но есть и молодые туристические фирмы, которые тоже хотят прийти в наш регион. Чтобы решить эту дилемму, мы начали внедрять бронирование на год вперед, но при этом брать предоплату. Некоторые турфирмы отказываются, мы какое-то время ждём, затем предлагаем им размещение в другой период. На Курильское озеро и в Долину гейзеров действительно заняты все маршруты, но это касается только фото- и пеших туров, рассчитанных на несколько дней. Мы предлагаем гостям инфраструктуру для проживания или места под кемпинги, а их количество весьма ограничено. Если мы говорим про короткие вертолётные экскурсии на 3-4 часа, то места есть. Можно просто прилететь на Камчатку, записаться в туристическую группу в любой туркомпании, организующей туры в заповедник или заказник, и в лётную погоду отправиться на экскурсию.

Всего в 2017 году Кроноцкий заповедник посетило 5500 человек, Южно-Камчатский заказник – 3918 человек. Почти все туристы попадают к нам на вертолёте. Есть гости, которые приезжают на корабле, но это пока на уровне 0,1% от общего числа. Конечно, желающих посетить заповедные территории гораздо больше, но есть предельная антропогенная нагрузка. В Долине гейзеров лимит 6000 человек, на Курильском озере – не более 4000 посетителей в год, то есть мы сейчас практически достигли предела. В дилеммах теории игр существует понятие общего и, конечно, если предоставить всем общий неконтролируемый доступ, это приведет к тому, что охранять будет просто нечего.

0_b24a2_2809d7f5_XXL.jpg
Фото: Водный котел в Долине гейзеров. lusika33.livejournal.com

– Кто и как определяет лимит на посещение?
– Его высчитывают сотрудники нашего научного отдела, потом он согласовывается с Министерством природных ресурсов и экологии РФ. Оценка идет исходя из инфраструктуры, созданной на кордоне, и экскурсионных троп, распределения на территории зверей и птиц, почвы и почвенного покрова. На Курильском озере в летний сезон много бурых медведей, и нам нужно учитывать фактор стресса для животных. Термальные почвы и растения крайне чувствительны к присутствию людей, поэтому в Долине гейзеров и кальдере вулкана Узон проложены настильные тропы. Пока по всей Камчатке практически везде лежит снег, в Долине в мае уже начинает расти трава, там свой микроклимат. Туда начинают приходить медведи, у них начинается брачный сезон, и, чтобы их не беспокоить, с конца мая мы ежегодно проводим месячник тишины. В это время посещения существенно ограничиваются.

Адам Кириленко м.jpg
Фото: Долина гейзеров перед "месячником тишины". Адам Кириленко

– Бывают ли случаи стихийного туризма в истории заповедника?
– Бывают, но это не массовые случаи, а исключения из правил. Например, у нас есть снегоходный маршрут на севере, кластер Лазовский, потенциально возможно, что там могут проехать, не уведомив. Но нас выручает удаленность территории от населенных пунктов, ведь нужно быть не просто заядлым пешеходом, а настоящим фанатиком, желающим нарушить режим охраны, нигде не попасться на кордонах, это должна быть сложная продуманная операция, почти блокбастер.

В 90-е люди пешком проходили в Долину гейзеров, не уведомляя инспекторов, но надо понимать, что они подвергали себя большой опасности! В первую очередь, это дикие животные, во вторую, можно заблудиться. Камчатка – это колоссально большая территория, и, кто его знает? Есть перевалы, есть осыпи, бурные горные реки, медведи, всякое может быть! Поэтому для любых маршрутов мы выделяем инспектора со спутниковым телефоном, ружьем и фальшфейерами. Он является гидом, знает территорию и повадки медведя, и, в крайнем случае, может применить оружие, чтобы отпугнуть зверя. Людям не из штата заповедника с оружием на территории находиться запрещено! Это серьезное правонарушение.

Николай Зиновьев (37).jpg
Фото: Медвежья рыбалка на озере Курильском. Николай Зиновьев 

– Ваш типичный турист – кто он? 
– 70% наших гостей – россияне, остальные - иностранцы. Германия, Франция, Израиль, Италия, КНР, причем с каждым годом приезжает всё больше молодых китайцев. Есть небольшое количество американцев. Из западных стран едет много людей в возрасте, которые заработали пенсию и могут позволить себе путешествовать. Основной костяк - это туристы от 30 до 70 лет. Разные люди, очень разные. Те, кто путешествуют по России, интересуется экологическим туризмом, добрался до Камчатки - это интересные люди, которые хорошо знают свою страну и понимают, чего хотят. Те, кто путешествовал за границей, требовательны к уровню сервиса, гостиниц и прочего, но это относится больше к ожиданиям здесь, в городе. На нашей территории, как правило, гостям всё нравится.

Туристы ДГ. Тихон Шпиенок.JPG
Фото: Туристы в Долине гейзеров. Тихон Шпиленок

– Сколько стоит слетать, например, в Долину гейзеров и из чего складывается цена?

– Однодневная экскурсия стоит около 40 тысяч рублей. Кроноцкий заповедник устанавливает только цену за сопровождение, экскурсию, и эту цену мы согласовываем с нашим учредителем – Минприроды России. Остальное в турпродукт "упаковывают" непосредственно фирмы. Сюда входят доставка на вертолёте, питание, услуги их гида, может входить проживание в гостинице Петропавловска-Камчатского, если гость – приезжий. 

На обратном пути туристические группы, как правило, залетают в природный парк Налычево (если летят из Долины гейзеров), на вулкан Ксудач или Ходутскинские горячие источники (если возвращаются с Курильского озера). Там они купаются в термальных источниках и обедают. Суммарно туда-обратно выходит 2 вертолетных часа, а это 50-60% от общей стоимости, поскольку топливо дорогое. У нас сейчас около 20 компаний, с которыми мы взаимодействуем.  Недельные экскурсии от турфирм стоят уже около 200 тысяч, потому что есть очень много «но». Это может быть вертолётный маршрут с большим количеством посадок, особое питание, дополнительный обслуживающий персонал, повар, например, каким-то группам нужно сопровождение инспектора с утра до позднего вечера, и так далее.

Узон. Виктор Гуменюк.JPG
Фото: Вертолетная площадка в кальдере вулкана Узон. Виктор Гуменюк

– Есть мнение, что Долина гейзеров самим камчатцам не по карману.
– По статистике, в Долине гейзеров побывало примерно 10% жителей Камчатки. Но вертолетные часы для местных жителей субсидируются, и тур в Долину по предъявлению прописки для них стоит чуть ли не в два раза дешевле. Соответственно, мы тоже почти вдвое снижаем стоимость экскурсии. Но, конечно, это тоже не дешево.

ИП5.JPG
Фото: Орхидея Пальчатокоренник остистый (Dactylorhiza aristata) в Долине гейзеров. Игорь Шпиленок

– Если представить, что ограничений нет, сколько людей рвануло бы в Долину?
– В советское время были пешие маршруты в Долину гейзеров, люди прибывали в посёлок Жупаново на кораблях и оттуда шли пешком, через кордон Семячик и по территории заповедника (в 1963 году был сформирован Всесоюзный маршрут протяженностью 160 км, с турбазой, туристическими приютами и палаточными лагерями по пути следования. За 10 лет существования маршрута по нему прошли более 15 тысяч туристов - справка East Russia). Все эти неконтролируемые переходы привели к серьезному ущербу: по чувствительным почвам проходили люди, потом шел дождь, все это размывалось, появлялись овраги. Мы до сих пор наблюдаем последствия. Кроме того, люди просто отрывали куски гейзерита, минерала, который образуется вокруг гейзеров. Это недопустимо! 

Если мы везде построим деревянные настилы, чтобы люди нигде не наступали на землю, сделаем много вертолетных площадок, пропадет момент уединения. То есть прилетает группа, а перед ней уже третья и четвертая, и получится не заповедник, а какой-то вокзал! Именно поэтому мы стараемся развивать другие объекты, чтобы была альтернатива. И у нас есть не менее интересные места, такие как Кроноцкое озеро в заповеднике, Камбальное озеро в заказнике и другие. 

dolina-geyzerov-4 (1).jpg
Фото: Туристы в Долине гейзеров, 70-е. Архив

– Можно ли сказать, что секрет успеха Кроноцкого в том, что вы «сидите» на гейзерах и грязевых котлах?
– Наша ключевая задача - это охрана первозданной природы. А экологический туризм создан для того, чтобы просвещать людей, объяснять, насколько она хрупка. Там, где появляются цивилизованные туристы, нет браконьерства. На озере Курильском лет 10-12 назад путешественников почти не было, от силы 200 человек в год, но было огромное количество браконьеров. Неконтролируемо вылавливалась рыба, были случаи отстрела медведей. От этого серьёзно страдала экосистема. С усилением охраны территории браконьерство в Южно-Камчатском заказнике было полностью искоренено.

Игорь Шпиленок - нерест на Курильском озере (4).jpg
Фото: Нерест нерки на озере Курильском. Игорь Шпиленок

Плюс надо понимать, что туризм на особо охраняемых природных территориях имеет место менее чем на 5% от всей площади. В Кроноцком даже меньший процент используется, потому что заповедник - это гигантская территория (1 147 619,37 га, включая 135 000 га (1350 кв. км) трехмильной акватории Тихого океана – EastRussia). Мы выделяем те объекты, которые можно посетить, чтобы не навредить. Есть зона заповедного ядра, в которой вообще нет никакого туризма, сотрудники посещают её только с научной или охранной целью.

Ведётся большая работа по благоустройству и строительству кордонов, полевых стационаров, обновлению настильных троп, всё это ограничивается сезонностью, погодой, количеством вертолетных часов и возможностью доставки на территорию. Задача архисложная. На туристический борт мы иногда можем подсадить волонтеров, чтобы они помогли на кордонах, наших инспекторов, когда есть возможность. Если есть место на туристическом вертолёте, мы передаём строительные материалы, продукты. Плюс это научная деятельность, постоянные исследования, ведение летописи природы, исследования изменений, происходящих на территории, подсчет численности популяций животных, растений. Большая работа ведется по исследованию термальных проявлений, сейсмической активности, геологических изменений. Говорить, что у нас просто есть уникальная территория и поэтому мы успешно занимаемся познавательным туризмом, не совсем верно.  

– Есть люди, провозглашающие себя экотуристами, которые ради красивого кадра ложатся, например, на пляж с моржами. А в заповеднике или заказнике можно погладить мишку? И есть ли те, кто пытаются?
– Можно, но только один раз. Последний. Потому что это опасное животное, и мы не подпускаем к медведям на расстояние ближе 50 м, за этим строго следят сотрудники службы охраны. Медведь может захотеть и встать посередине группы, между людьми. Поэтому, ведя туристов, инспекторы контролируют группу спереди и сзади, чтобы все были в безопасности. Сопровождающий должен предугадывать намерения зверя по его поведению – издаваемым звукам, определённым позам. Важны профессионализм гидов и инспекторов, чтобы организовать экскурсию и самих туристов. Бывают неуправляемые люди, группу нужно держать постоянно вместе, чтобы она не растягивалась.

Плюс, мы не должны забывать, что Камчатка – молодая земля, где из-за сейсмической и геотермальной активности всё находится в перманентном движении. Например, в 2007 году был сход мощного оползня в Долине гейзеров, где на достаточно компактной территории наблюдается изобилие геотермальных проявлений. Сейчас мы устанавливаем специальное оборудование – уголковые отражатели – в тех местах, куда прилетают люди, чтобы мониторить подвижность почв и сейсмическую активность, и, в случае чего, вовремя предупредить об опасности.

Андрей Киреев...JPG
Фото: Туристы наблюдают за лисицей. Андрей Киреев 

– Сейчас вы работаете над новыми экскурсиями?
– На конец 2018 – начало 2019 года мы прорабатываем зимние экспедиционные маршруты. К примеру, на севере, на Лазовском участке Кроноцкого заповедника, есть снегоходный маршрут с посещением Кипелых и Тумрокских горячих источников. Можно ехать на снегоходе 4-5 дней и каждый день останавливаться в новом домике. Маршрут пролегает вдали от гор, поэтому не стоит опасаться схода лавин. Также там есть древние Щапинские ельники, где никогда не производились вырубки и не было пожаров, вулкан Кизимен, с некоторых точек маршрута открывается вид на активную Ключевскую группу вулканов. 

Летом мы займемся прочисткой троп для организации пеших походов. Будем развивать «пешку» и в Узон-Гейзерном районе, чтобы можно было за 4-5 дней посетить и Долину гейзеров, и Долину Смерти, и кальдеру вулкана Узон. Развиваем и морской туризм. Во время путешествия туристы наблюдают за китами, другими морскими млекопитающими и птицами в заповедных акваториях. Запущен новый маршрут на кордон "Аэродром" у самого большого на Камчатке Кроноцкого озера, сейчас мы его развиваем и продвигаем. Там можно увидеть медвежью рыбалку на реке Кроноцкой, а в тундре встретить дикого северного оленя. Самый любимый объект наблюдения у посетителей, да и у сотрудников заповедника, – это великолепный Кроноцкий вулкан.

Кроноцкий вулкан. Игорь Шпиленок.JPGФото: Вулкан Кроноцкая сопка. Игорь Шпиленок 

– Берёте ли за образец какие-то российские или иностранные заповедники и национальные парки?
– Мы учимся быть клиентоориентированными. Исследуем интересы туристов из различных стран через анкетирование на наших территориях и общение с туркомпаниями, изучаем наследие Советского союза. На международных конгрессах и форумах, посвящённых охране природы, в которых ежегодно участвуют сотрудники заповедника, мы обмениваемся опытом с заграничными коллегами. Кроме того, наши специалисты участвуют в практических полевых семинарах на территориях резерватов и нацпарков США, стран Европы и Азии и островных государств. Сейчас мы внедряем электронный документооборот, что даст турфирмам возможность видеть, насколько загружены те или иные объекты для размещения туристов в реальном времени. Для нас главное - это безопасность посетителей и качество предлагаемых услуг. Например, мы ежегодно перед началом сезона аттестуем гидов, чтобы они доносили до гостей достоверную информацию, были настоящими проводниками в мир дикой природы. Это пока мало где практикуется. Внедряем взаимодействие с лучшими университетами, чтобы вовлечь студентов в разработку различных программ, технологий, которые мы могли бы тестировать на месте. Здесь уникальная территория и уникальные требования, например, к строительству – повышенная ветровая и снеговая нагрузка, особые требования к связи. Эти вещи могут быть интересны студентам тех же технических ВУЗов страны.

– Пешие маршруты будут более бюджетными?
– Намного дешевле они не станут, потому что доставлять людей на территорию будут вертолётом. Зато, в отличие от участников однодневных экскурсий, на пеших маршрутах у туристов будет масса времени, чтобы насладится пребыванием в дикой природе. Бюджетнее морской туризм, когда на катере или теплоходе туристы могут прийти к нашей территории и оттуда отправиться на пеший маршрут. Какие-то моменты удешевления стоимости экскурсий мы прорабатываем с туркомпаниями. Например, когда одна группа прилетает, другая этим же вертолетом улетает, идёт экономия.

Об одной из новых для Кроноцкого заповедника и Южно-Камчатского заказника ветке экотуризма –бёрдвочинге (birdwatching - визуальная «охота» на птиц в их естественной среде обитания с помощью бинокля, подзорной трубы и фотоаппарата) - рассказывает орнитолог, сотрудник научного отдела Кроноцкого государственного природного биосферного заповедника Федор Казанский.

P7050675.JPG
На фото: Федор Казанский

"Прекрасное место – Курильское озеро, все хотят посмотреть на нерку, на медведя, начиная с сантехника Петрова и заканчивая примой Венской оперы, а фанатов-любителей птиц, конечно, не так много" - рассказывает Федор Казанский. - А бердвотчеры – это отдельная когорта немного «сумасшедших» людей, готовых ежедневно «подрываться» в 4-5 утра, чтобы посмотреть, к примеру, на пеночек, невзрачных, почти не отличающихся друг от друга визуально (но не по голосу) небольших птиц. Каждый настоящий бердвотчер ведет свой список видов, подвидов, форм и возможных будущих видов птиц, которых ему посчастливилось увидеть. Зачастую в «возможных будущих видах» они разбираются лучше, чем профессиональные орнитологи, поскольку каждый такой «будущий вид» это потенциальная строчка в списке. Путешествуя по миру, эти люди любыми способами стремятся пополнить свою коллекцию. Обычно каждый бердвотчер прилетает со своим «листом хотелок», но в каждом регионе есть эндемичные формы, животные – которые встречаются только здесь. Их можно найти в большинстве «списков желаний».

Андрей Киреев.. (2).JPG
Фото: Туристы в Южно-Камчатском заказнике. Андрей Киреев 

Редкие виды для всех свои, например, австралийцы обожают дятлов, у них, в Австралии нет ни одного вида дятлов, ты ему покажи любого, и ему впечатлений хватит надолго, - делится орнитолог. - Я могу предложить несколько мест на стыках биотопов, где видовое разнообразие максимально. В этих местах можно попытаться эти запросы удовлетворить. Одно такое место как раз находится в районе Кроноцкого аэродрома, где у меня пробные площадки, второе – Семячикский лиман, и туда реально устроить морскую заброску. Для организации наблюдений за животными там необходимо строительство соответствующей инфраструктуры. Всего в Кроноцком заповеднике обитает более 240 видов птиц. Есть группы, связанные с морем, они кормятся в акватории, а гнездятся на островах и морских обрывах. Их гораздо удобнее наблюдать с воды. Есть лесные формы, есть обитатели тундр. Понятно, что численность разных видов неодинакова, есть фоновые, есть редкие. На Камчатке довольно много эндемиков, это, например, камчатский каменный глухарь, некоторые виды синиц, камчатский дубровник и т.д. Есть виды, которые эндемичны для Северо-Востока Азии, такие как камчатская (алеутская) крачка, дальневосточный кроншнеп, белоплечий орлан, за пределами этого региона их невозможно встретить. Камчатка - это де-юре полуостров, а де-факто - остров, а на островах всегда сильны тенденции образования новых форм и подвидов.

Овсянка-ремез Ocyris rusticus самец.jpg
Фото: Овсянка-ремез (Ocyris rusticus). Федор Казанский

Для запуска новых туристических маршрутов мало привезти людей и выбросить в лес, нужно им что-то предложить. В 2017 я провел несколько пробных экскурсий, и написал перспективный план. Поскольку мы планируем вести экскурсии в постоянно меняющейся среде: здесь олень, здесь тюлень, здесь орел, нужен в первую очередь квалифицированный персонал, который сможет что-то рассказать и показать в каждом отдельном случае. И этот персонал должен иметь специальную подготовку, потому что нужен свободный английский, ведь такой wildlife-туризм, связанный с пребыванием в диких местах, больше популярен в развитых странах, где не надо бороться за выживание. Я видел бёрдвочеров из Англии, Голандии, Швеции, Японии, Канады, Австралии, а для международного общения в этих странах обычно используют английский. Еще желательно, чтобы этот сотрудник был гидом-универсалом с оружием. На Камчатке не возьмешь бинокль и не пойдешь в кусты, ведь там медведи! Про эту проблему часто забывают.

Michel Roggo.jpg
Фото: Медвежата в лодке инспекторов. Michel Roggo

Запрос на бёрдвочинг есть, и сравнительно большой. Пока мы можем говорить об этом направлении в перспективе. Надо работать постепенно, это сложная индустрия, которую невозможно запустить по щелчку пальца. Отработал один маршрут, придумал, как и куда расширяться. Нужны, прежде всего, простые недорогие домики для ночевок, там, куда можно прийти на ночь, высушить носки, и спокойно поспать. Смотровых площадок, с моей точки зрения, не надо, так как строительные работы отпугнут потенциальные объекты наблюдения, да и стоимость туров в этом случае сильно возрастет.

Полярная крачка Sterna paradisaea.jpg
Фото: Полярная крачка (Sterna paradisaea). Федор Казанский

Группа туристов, с которой удобно управляться, – не более 8 человек. И это направление сложно поставить на организованный поток, хотя бы потому, что пройдет циклон и будет неделя дождей, и надо быть готовым людей, которых ты взял под крыло, чем-то занимать. В заповеднике довольно сложная логистика, над улучшением которой надо работать, самый сложный аспект - вертолетная заброска. Там, где ты не летишь вертолётом, а едешь машинкой, ты меньше зависишь от погоды, и, значит, потратить меньше времени и за меньшие деньги увидеть практически тоже самое. Логистика, раз, инфраструктура, два, и кадры, которые решают все, три. Если эти задачи удастся решить, у нас будет все хорошо. А пока, отрасль наблюдения за птицами у нас на старте."