Иркутск
Улан-Удэ

Благовещенск
Чита
Якутск

Биробиджан
Владивосток
Хабаровск

Магадан
Южно-Сахалинск

Анадырь
Петропавловск-
Камчатский
Москва

Ждать юаня

Сколько и куда на самом деле инвестируют китайцы в России

Большинство китайских инвестиций в российскую экономику проходят по линии межправительственного сотрудничества, где доминируют энергетический сектор и крупные инфраструктурные проекты. Частных инвесторов из Китая не так много, и им приходится осторожно отбирать российские проекты. Специфика законодательной работы в России, особенности конкуренции, а также состояние российской экономики создают риски, которые большинство инвесторов нести не готовы.

Ждать юаня
Фото: shutterstock.com

Вячеслав Кушнарев

Директор Дальневосточного института управления РАНХиГС
Когда речь заходит об иностранных инвестициях, сразу следует уточнять, о каком типе инвестиций мы говорим. Условно их можно разделить на два основных типа - прямые и портфельные. Прямые инвестиции подразумевают покупку такой доли в предприятии, которая дает право инвестору участвовать в управлении фирмой (в России эта доля чаще всего соответствует порогу в 10% акционерного капитала). Другими словами, эти инвестиции носят для инвестора стратегический характер, и он планирует развивать данный бизнес. В отличие от прямых инвестиции, которые “всерьез и надолго”, портфельные имеют целью извлечение финансовой выгоды. Это значит, что инвестор лишь ожидает увеличения стоимости купленной им доли, и как только цена превысит определенную отметку, он свою долю продаст. Говоря о китайских инвестициях в экономику России нас, конечно, интересует именно первый тип - прямые иностранные инвестиции, так как именно они отражают долгосрочные интересы китайских инвесторов.

Объем и динамика инвестиций

Официальная статистика России и Китая рисует не самую лучшую картинку по китайским прямым инвестициям. За последние три года объем инвестиций из Китая в Россию не превышал $2,8 млрд (см. график). При этом сумма всех китайских прямых инвестиций за рубежом в 2017 году составила $120 млрд. То есть, если верить официальной статистике, Китай вложил в Россию менее 2% всех своих иностранных инвестиций. К этому следует добавить, что в 2017 году Китай стал бороться с «необдуманными инвестициями» китайских компаний за границей и сократил свои ПИИ на 30% по сравнению с 2016 годом. Тогда Россия привлекла менее 0,8% всех китайских прямых инвестиций. Получается, что даже в год, когда китайские компании делали много «необдуманных инвестиций», Россия привлекла менее одного процента от их общего числа.

Еще более красноречивый показатель – это китайские прямые нетто-инвестиции с целью участия в капитале. Приставка «нетто» означает, что из прямых инвестиций за данный год были вычтены выведенные из страны инвестиции. В 2016 году нетто-инвестиции приняли отрицательное значение: китайцы продали акций российских компаний на большую сумму, чем купили новых (здесь надо не забывать, что речь идет об акциях компаний, в развитии которых китайцы хотели до этого участвовать). В 2017 году этот показатель снова стал положительным, но значение в $461 млн совсем незначительно по международным меркам.

Очевидно, что существует проблема с выявлением точных цифр китайских инвестиций в Россию. Как отмечают эксперты, много инвестиций из Китая проходят через офшоры (Кайман, Нидерланды и другие), что сильно затрудняет реальную оценку. С другой стороны, нет веских оснований полагать, что даже включение этих скрытых цифр сильно изменит картину, нарисованную официальной статистикой.



Межправительственные проекты: дороги и нефть

Китайские инвестиции попадают в Россию, следуя одному из двух путей. Либо когда китайский инвестор находит для себя привлекательный проект на территории России, либо когда о них договариваются правительства двух стран. Здесь однозначно наблюдается огромный дисбаланс в пользу второго пути.

При участии первых лиц был создан Российско-китайский инвестиционный фонд с капиталом в $1 млрд (совместный проект Российского фонда прямых инвестиций и China Investment Corporation). Российско-китайская межправительственная комиссия под руководством первых вице-премьеров обеих стран согласовала 73 общих проекта, 17 из которых находятся в стадии реализации. В 2015 году Россия и Китай подписали соглашение о сопряжении Евразийского экономического союза и «Одного пояса и одного пути» (ОП-ОП) — масштабного проекта Китая по строительству логистической инфраструктуры между Китаем и Европой. Насколько тесным будет это сотрудничество, пока не совсем ясно. Есть определенная вероятность, что часть инфраструктуры будет проходить через территорию России. В этом случае Россия привлекла бы значительные объемы китайских инвестиций.

Кроме строительства инфраструктуры, по линии межправительственного сотрудничества осуществляются инвестиции в нефтегазовый сектор России. Недавно китайцы купили 20% дочки Роснефти ПАО «Верхнечонскнефтегаз». Фонд Silk Road Fund (фонд ОП-ОП) и государственный банк развития China Development Bank приобрели 10% в нефтехимическом концерне «Сибур».

Встреча лидеров двух государств почти всегда сопровождается подписанием контрактов на реализацию десятков проектов. Но не всегда в этих проектах присутствует экономическая логика. Россия зарекомендовала себя как не самый надежный партнер в инфраструктурных проектах (стоит лишь вспомнить сочинскую олимпиаду: несоблюдение сроков и многократно увеличение сметы). Однако из-за политической важности проекты все же доводятся до конца. Поэтому, несмотря на экономическую нецелесообразность, китайцы гораздо спокойнее идут на сотрудничество в проекты, где есть политическая поддержка на высоком уровне.

Частные инвестиции: три перспективы

Китайских инвестиций в России немного. Если вычесть инвестиции, совершаемые по инициативе правительств, частных инвестиций окажется совсем мало. Как показывает отчет аудиторской компании Ernst&Young, китайские инвесторы считают высокими риски ведения бизнеса в России и поэтому боятся приходить на российский рынок. Однако несколько перспективных секторов все же есть.

Так, китайцы вкладываются в производство автомобилей. На протяжении последних нескольких лет в европейской части России были построены и строятся автомобильные заводы (например, в Карачаево-Черкессии, Татарстане, Калининградской области). Несмотря на то, что в 2016 году доля китайских автомобилей на российском рынке подросла, пока она остается низкой и колеблется в районе 3%. С одной стороны, китайские автомобили представляют собой хорошее соотношение цены и качества. С другой стороны, они плохо узнаваемы в России и пока плохо воспринимаются российским потребителем.

Другим интересным для китайцев сектором оказалась сфера коммерческой недвижимости. В 2017 году Россия заняла 6-е место среди стран, привлекших наибольшие инвестиции в недвижимость из Китая. В прошлом году было совершено несколько крупных сделок, самой большой из которых стала покупка китайской Fosun Group бизнес-центра «Военторг» в Москве. Также, другими китайскими компаниями планируется строительство бизнес-парка в Подмосковье и гостинично-жилых комплексов и казино на Дальнем Востоке. Показательно, что больше России инвестиций в недвижимость привлекли Сингапур, Южная Корея, Малайзия, Новая Зеландия и Чехия (в порядке убывания). При этом Сингапур привлек $3,9 млрд, а Россия — $170 млн. Вполне вероятно, что инвестиции в российскую недвижимость будут расти. По прогнозам правительства и международных институтов, российская экономика будет постепенно разгоняться, что должно привести к росту цен на недвижимость в будущем, поэтому инвестировать в нее сейчас кажется разумным.

Третий и весьма многообещающий сектор — это электронная торговля и электронные платежи. Если внедрение в России китайской платежной системы AliPay кажется больше шагом навстречу китайским туристам, то развитие онлайн-площадки AliExpress можно определенно считать ориентированным на российского потребителя. Электронная торговля оказалась одним из немногих секторов российской экономики, который стабильно рос на протяжении последних десяти лет. Сегодня ежемесячная аудитория AliExpress составляет около 20 млн человек. Компания запустила собственную социальную сеть для покупателей «Клуб шопоголиков» и выстраивает сотрудничество с блогерами. Недавно компания объявила об открытии отдельной площадки с товарами до 600 рублей, рассчитанной на молодых покупателей.   
    
О (не)очевидных сложностях

Недавно представители российской ассоциации интернет-торговли обратились к правительству РФ. Они попросили установить повышенные пошлины на покупки в зарубежных интернет-магазинах. Российские игроки видят потенциал китайских конкурентов и всячески стараются повлиять на ситуацию. Такого рода протекционизм — один из страхов китайских инвесторов в России.

При проведении тендеров российские контрагенты предпочитают отечественных поставщиков китайским, хотя это зачастую экономически нецелесообразно. Как пишут аналитики Ernst&Young, китайские строительные компании по этой причине предпочитают не ввязываться в конкурентную борьбу за тендеры и оказывают «безобидные» услуги проектирования.

Помимо достаточно предсказуемого лоббизма со стороны российских компаний-конкурентов, инвесторы опасаются непредсказуемости законотворческой деятельности. Здесь в первую очередь подразумевается недавний закон о хранении персональных данных. Крупные онлайн-сервисы, которые держат много пользовательских персональных данных, вынуждены переносить свои дата-центры в Россию, но не могут физически успеть это сделать до вступления закона в силу. Соответственно, о таких неожиданных издержках говорят китайские инвесторы, когда речь заходит о рисках ведения бизнеса в России.

В 2016 году в Сочи прошел Российско-китайский деловой форум малого и среднего бизнеса, где китайцы достаточно жестко отозвались о российской бюрократии. По их мнению, в большинстве случаев чиновники либо не идут на контакт, либо проявляют «врожденную неприязнь к бизнесу». Китайскому предпринимателю трудно получить разрешение на работу, а он вместе с инвестициями обычно привозит китайских сотрудников. Действия Федеральной миграционной службы так же часто бывают не очень дружелюбными. Совокупность этих факторов формирует в России весьма специфическую культуру ведения бизнеса, которую не принимают зарубежные инвесторы, в том числе и китайцы.

Одним из самых очевидных рисков для китайских и иностранных инвесторов в целом стали перспективы низкого экономического роста в России. Правительство ставит планку роста экономики на уровень 4-6% к 2020 году. Но пока гораздо более реалистичными кажутся подсчеты Центрального банка и международных финансовых институтов: рост вряд ли превысит среднемировой (3,9%). И это грустно, потому что это значит, что в мире есть очень много стран, которые по этому показателю значительно привлекательнее России. Даже во многом похожая на Россию экономика Бразилии привлекала в последние пять лет в среднем $60-70 млрд ПИИ ежегодно, а Россия — менее $20 млрд. Хотя Бразилия за это время пережила тяжелейший политический кризис и падение цен на нефть.

В России оседает очень маленькая доля китайских иностранных инвестиций. И не похоже на то, что только китайцы боятся вкладывать в российскую экономику. Для иностранных инвесторов с всего мира инвестиции в российскую экономику представляются слишком рискованными. И возможно, снижение этих рисков — это одна из самых важных задач экономической политики на следующие 10 лет: как развязать этот клубок из низкого экономического роста, недобросовестной конкуренции, бюрократического сопротивления, непредсказуемого законотворчества и зависимости крупных проектов от политической воли?
20 октября: актуальная информация по коронавирусу на Дальнем Востоке
Дайжест региональных событий и свежая статистика