Аукцион по продаже крабовых квот на Дальнем Востоке наконец состоялся

Прибыль и убытки рыбодобытчиков и данные по вылову

По итогам 2024 г. в финансовых показателях российской рыбопромышленной отрасли зафиксирована отрицательная динамика. В Ассоциации судовладельцев рыбопромыслового флота (АСРФ) оценили финансовый результат в 64,9 млрд рублей, что на 30,9% ниже, чем в 2023 г. Росстат оценивает сальдированный финансовый результат как прибыль минус убыток до налогообложения. По его данным, за 2024 г. прибыль организаций, занятых в сфере рыболовства и рыбоводства в РФ, составила 103,6 млрд рублей, снизившись на 22,4% к 2023 г.

Убыток отрасли в 2024 г. оценен в 38,7 млрд рублей (снижение на 2% относительно 2023 г.). Кроме того, в минувшем году в рыбной промышленности выросла доля убыточных организаций – на 7,5%, тогда как доля прибыльных организаций уменьшилась (61,3% в 2024 г. и 68,8% в 2023 г.). Среди причин ухудшения показателей называют санкционные ограничения по экспортным поставкам рыбы и импорту оборудования для судостроения, рост ключевой ставки и расходов на оплату труда.

В начале текущего года фиксируется снижение общих объемов вылова. По данным Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров (ВАРПЭ), общероссийский вылов водных биоресурсов к 24 февраля 2025 г. достиг 787,5 тыс. тонн, что на 6,1% меньше, чем было добыто на эту дату в 2024 г. Почти 89% вылова приходится на Дальний Восток.

Так, в текущем году промысел минтая (основной объект промысла^[1]) в Охотском море затрудняет неблагоприятная метеорологическая обстановка (частые штормы) – добыто 482,1 тыс. тонн минтая (сокращение на 10,7% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года). Рост суточных выловов по минтаю ожидается в марте, вылов по итогу сезона «А» минтаевой путины (с 1 января по 9 апреля) прогнозируется на уровне 850 тыс. тонн (общий допустимый улов минтая в Охотском море на 2025 г. установлен в объеме 1,05 млн тонн).

Также в январе-феврале 2025 г. в РФ наблюдалось сокращение добычи трески (на 3,9%, до 54,4 тыс. тонн), пикши (на 41,7%, до 6 тыс. тонн), хамсы (на 1,3%, до 7,6 тыс. тонн)^[2]. Рост зафиксирован в промысле тихоокеанской сельди (на 13,2%, до 129,8 тыс. тонн), для которой сложилась благоприятная промысловая обстановка (часть рыболовного флота передислоцировалась и сосредоточилась на вылове сельди, а не минтая), шпрот (на 42,6%, до 9,7 тыс. тонн), кильки (на 9%, до 12,1 тыс. тонн)^[3].

Снижение уловов лососевых в 2024 г. повлекло за собой рост стоимости рыбной продукции. По состоянию на середину февраля 2025 г. оптовые цены на основные виды лососевых в Дальневосточном ФО выросли – горбуша подорожала на 105,8% относительно аналогичного периода 2024 г. (до 350 рублей за кг), кета – на 35,2% (до 460 рублей за кг), нерка – на 35,8% (до 770 рублей за кг).

Пессимизм по поводу переоформления рыболовных участков

В рыбодобывающих регионах обеспокоены растущей финансовой нагрузкой на отрасль. В частности, противоречия сохраняются вокруг планов переоформления договоров на рыболовные участки. Соответствующий законопроект Росрыболовства «О внесении изменений в Федеральный закон «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» был принят Госдумой в первом чтении 25 февраля. Согласно нему, рыбопромышленные компании могут до 30 декабря 2025 г. перезаключить договоры на пользование рыболовными участками без проведения аукциона, на 20 лет^[4]. По мнению Росрыболовства, такие требования обеспечивают добросовестным компаниям долгосрочный горизонт планирования (на 20 и более лет), повышают ответственность бизнеса и пополняют государственный бюджет (около 180 млрд рублей единовременно при выплатах в 2025 г.) для реализации мероприятий по сохранению водных биологических ресурсов и развитию прибрежных территорий. Предприятиям, которые не захотят или не смогут заплатить за пользование участками, предоставляется право добывать рыбу на участках до конца действия текущего соглашения, после чего участки будут выставлены на торги.

Депутаты Законодательного собрания Камчатского края в феврале подготовили законодательную инициативу о переносе сроков начала процесса переоформления договоров на пользование рыболовными участками на год – до 30 декабря 2026 г.^[5] Краевые парламентарии недовольны отсутствием нормативной базы, которая позволяет четко определить границы участков. В Ассоциации добытчиков лососей отмечают, что для перезаключения договоров предприятиям придется брать кредиты, а в дальнейшем они могут столкнуться с рисками отсутствия возможностей для их обслуживания.

Отраслевые организации также подчеркивают, что формула расчета стоимости участков учитывает вылов за последние четыре года, а 2021-23 гг. были наиболее удачными за всю историю промышленного вылова лососевых. По прогнозам научного сообщества, следующие 20 лет станут менее продуктивными для вылова, что приведет к сокращению валовой прибыли предприятий лососевого сектора, снижению количества действующих предприятий (до примерно 60 компаний, на 38%) и росту доли убыточных компаний.

В марте поправки в законопроект, предусматривающий переоформление договоров на пользование рыболовными участками, направили в Госдуму депутаты Магаданской областной думы. Они, как и камчатские депутаты, предлагают перенести срок уплаты платежей рыбодобывающих компаний за пользование участками на 2026 г. О намерении инициировать перенос сроков перезаключения договоров сообщили также в Законодательной думе Хабаровского края. Глава аграрного комитета Госдумы В.Кашин (КПРФ) сообщал, что для второго чтения законопроект все же будет доработан (но сроки рассмотрения законопроекта пока не уточняются).

Правительство Камчатского края также предлагает расширить субсидирование перевозок рыбы по железной дороге с Дальнего Востока в западные регионы страны – для списка субсидируемых видов рассматриваются сельдь, камбала, треска. Инициатива находит поддержку в Минсельхозе, Росрыболовстве, отраслевых ассоциациях (Ассоциация судовладельцев рыбопромыслового флота, Рыбный союз). В частности, в камчатском правительстве указывают на высокую долю сельди среди продаваемой в стране рыбы (не менее 15%, около 370 тыс. тонн ежегодно).

Возможность перевозок более дорогих видов рыбы (камбала, треска) вызывает больше сомнений. В частности, в Рыбном союзе полагают, что при стоимости трески 460 рублей за килограмм в ДФО субсидия в размере около 6 рублей в перевозочном тарифе не принесет существенной разницы в цене для покупателей. Пока государственная поддержка при перевозках распространяется на минтай, горбушу и сардину-иваси (программа субсидирования железнодорожных перевозок мороженого минтая и филе запущена в 2021 г., субсидии на горбушу и иваси введены по поручению президента РФ В.Путина весной 2024 г.)

Маркировка продукции и несогласованность с ВИС «Меркурий»

Дополнительные вопросы в отрасли вызывают также новые требования по маркировке продукции. В феврале представители Ассоциации рыбохозяйственных предприятий Приморского края (АРПП) обратились к сенатору от Приморского края Л.Талабаевой, попросив о необходимости согласовать работу информационной системы «Меркурий» и системы цифровой маркировки и прослеживаемости товаров «Честный знак».

Ветеринарная информационная система «Меркурий», действующая с 2009 г., предназначена для регистрации результатов ветеринарно-санитарной экспертизы товаров. Данные передаются в Федеральную государственную информационную систему в области ветеринарии. С помощью системы осуществляется контроль над используемым при производстве сырьем в целях пресечения фальсификации продукции. Однако, по мнению руководителя АРПП Г.Мартынова, на сегодняшний день системы «Меркурий»^[6] и «Честный знак»^[7] слабо согласованы – в частности, данные системы «Честный знак» не подтверждают происхождение и соответствие сырья, в то время как «Меркурий» все же позволяет проследить цепочку производства продукции (от вылова до ее реализации).

Процесс обязательной регистрации участников рынка в системе «Честный знак» запущен с 1 сентября 2024 г. Система разработана с целью позволить потребителю и контролирующим органам прослеживать товар на этапах от производства до розницы. С 1 декабря 2024 г. действует обязательная маркировка рыбных консервов, продукции из водных беспозвоночных, водных млекопитающих, а также из водорослей и других водных растений. Производители и импортеры консервов обязаны в то же время оформлять ветеринарно-сопроводительные документы на мясные и рыбные консервы через систему «Меркурий».

Контроль за сырьем осуществляется в ФГИС «ВетИс». При оформлении производственного ветеринарного сертификата, производитель подает сведения об использованном сырье в «Меркурий». Документ подтверждает качество и безопасность сырья, использованного для конкретной партии продукции. При вводе в оборот маркированной продукции, производитель подает номер ветеринарного паспорта в систему «Честный знак» для осуществления проверки на соответствие ветеринарному сертификату. Внедрение обязательной маркировки подразумевает, что участники оборота консервированной продукции животного происхождения должны передавать сведения одновременно и в «Честный знак», и в «Меркурий». В АРПП указывают, что товары, маркированные системой «Честный знак», могут не соответствовать требуемым показателям качества, в них может быть использовано более дешевое сырье. Также сообщалось о частых сбоях оборудования, устанавливаемого в рамках системы, и необходимости донастроек.

В Ассоциации судовладельцев рыбопромыслового флота (АСРФ) недостатком системы «Честный знак» считают отсутствие учета особенностей выпуска консервов в море на арендованном промысловом судне – когда разные юридические лица ведут добычу и производство продукции и владеют судном. Правила маркировки наделяют владельца судна правом вводить товары в оборот, не запрещая ему эмиссию кодов маркировки для продукции, которая производится на арендованном судне. В системе же «Честный знак» такая возможность не предусмотрена, не синхронизированы данные владельца судна и производителя продукции – арендатора судна. Такая ситуация затрудняет выпуск продукции на протяжении всего рейса. В Ассоциации рыбохозяйственных предприятий Приморья называют требование по маркировке продукции в рамках системы «Честный знак» одним из основных факторов^[8] роста цен на консервную продукцию.

Ненужные крабы

Росрыболовство тем временем по-прежнему не может найти покупателей на две доли квот добычи глубоководных крабов в Дальневосточном рыбохозяйственном бассейне. В конце февраля аукцион в третий раз был объявлен несостоявшимся из-за отсутствия заявок на участие. Начальная цена лотов при этом была снижена до 1,3 млрд рублей.

На торги 26 февраля снова выставлялись две доли квот (по 50%) на вылов краба-стригуна красного и краба-стригуна ангулятуса в подзонах Приморье, Западно-Сахалинская, Восточно-Сахалинская и Северо-Охотоморская. Инвестиционные обязательства предполагают, что покупатели должны построить два среднетоннажных рыбопромысловых судна-краболова длиной более 50 м, обеспеченных оборудованием по производству продукции (не менее 10 тонн в сутки). Ранее аукционы на данные доли квот проводились в ноябре 2024 г. (со стартовой ценой 1,6 млрд рублей) и январе 2025 г. (1,4 млрд рублей). Прежде (летом 2024 г.) Росрыболовство пыталось продать данную квоту, разбитую на более мелкие доли в 16,6% по начальной цене в 456,4 млн рублей каждая.

В Ассоциации судовладельцев рыбопромыслового флота невостребованность квот связывают с низкой рентабельностью. В частности, стоимость строительства нового краболова составляет около 3,5 млрд рублей. Согласно расчетам, продаваемые квоты позволят окупить затраты на их приобретение и постройку судна в течение 30 лет, при этом добыча необходимого объема не гарантирована. В подзоне Приморье наблюдается снижение поголовья крабов, вводились ограничения на добычу в целях его восстановления (с 1 января по 31 декабря 2023 г., с 1 января по 31 декабря 2024 г.). В АСРФ также указывают, что затраты рыбопромышленников не компенсируются в любом случае.

В январе сенатор Л.Талабаева поднимала в Совете Федерации вопрос нерационального использования ресурсов крабов-стригунов красного и ангулятуса. Сообщалось, что предприятия, специализирующиеся на промысле данного ресурса, испытывают дефицит промышленных квот, тогда как значительные объемы квот на глубоководных крабов (около 6,5 тыс. тонн) ежегодно остаются неиспользуемыми. Сенатор предлагала принять меры по исключению крабов-стригунов красного и ангулятуса из числа водных биологических ресурсов, распределяемых в инвестиционных целях. Ранее с такими предложениями выступали в крабодобывающих компаниях.

Судоремонт

При этом для обновления рыбопромыслового флота требуется в том числе расширение существующих мощностей докового ремонта. Большинство российских рыбопромысловых судов на сегодняшний день приписано к портам Дальнего Востока, но в регионе существует дефицит новых доков, в первую очередь для крупнотоннажного рыболовного флота. На пять основных портов приписки рыболовного флота России (Архангельск, Мурманск, Петропавловск-Камчатский, Невельск и Холмск) приходится 675 судов и 113 судоремонтных предприятий, но только 15 доков, а более трети из судоремонтных мощностей находится в Архангельске (42 завода и восемь доков, при восьми приписанных судах). В Петропавловске-Камчатском на 293 приписанных судна приходится 33 завода и один док, в Невельске приписано 172 судна, но отсутствуют судоремонтные мощности. В итоге общий спрос на судоремонтные услуги в дальневосточном макрорегионе существенно превышает работающие мощности.

Для обеспечения планового докового ремонта судов рыбной промышленности (один раз в пять лет) в ДФО требуется наличие как минимум шести плавучих доков с камерой 126 на 30 м и двух доков с камерой более 200 м для обслуживания судов-процессоров, рыбоконсервных судов и рефрижераторов-снабженцев. Пока крупнотоннажный рыболовный флот ремонтируется за границей (в настоящее время преимущественно в КНР), в то время как на протяжении последних лет расходы на импортные услуги растут на фоне санкционных ограничений на поставку комплектующих.

В части создания новых производств в Сахалинской области (село Озерское, Корсаковский городской округ) до 2025 г. планируется построить завод по глубокой переработке рыбы, основным сырьем для которого станет сахалино-хоккайдская сельдь из залива Анива. Ее вылов в 2021 г. возобновился впервые за 60 лет (не осуществлялся в связи со значительным сокращением нерестового ареала и промыслового запаса, в 2021 г. зафиксировано восстановление запасов).

Проект реализует компания ООО «Гавань» (группа «Гидрострой»^[9] А.Верховского). Сумма инвестиций оценивается в 5,4 млрд рублей. Мощность переработки нового предприятия должна составить 600 тонн в сутки, продукция будет представлена рыбным филе и рыбной мукой. По завершении строительства «Гидрострой» получит в рамках программы инвестиционных квот разрешения на вылов 27 тыс. тонн минтая и тихоокеанской сельди.

Подробную информацию и аналитику по этой и другим актуальным темам можно найти в еженедельном бюллетене EastRussia.

[1] Основные держатели квот минтая – «Русская рыбопромышленная компания», приморские компании «Доброфлот», ПАО «НБАМР» и ПАО «ПБФТ».

[2] Данные на 24 февраля 2025 г.

[3] Объемы добычи в целом по стране.

[4] Если договоры действовали по состоянию на 1 ноября 2024 г.

[5] Также предстоит заплатить в региональный бюджет 20% от объема платы за рыболовный участок.

[6] Входит в ФГИС «ВетИС» - федеральную государственную систему в сфере ветеринарии. Оператором ФГИС «Меркурий» является Россельхознадзор.

[7] Национальная система цифровой маркировки и прослеживаемости товаров «Центра развития перспективных технологий» (ЦРПТ, совместный проект USM А.Усманова (50%), ГК «Ростех» (25%) и «Элвис-Плюс групп» А.Галицкого (25%)).

[8] Наряду с высокой закредитованностью отрасли, ростом тарифов и стоимости логистики, дефицитом сырья и введением платы за перезаключение договоров на рыболовные участки.

[9] Входит в пятерку компаний – крупнейших держателей рыболовных квот (их объем превышает 400 тыс. тонн).

У рыбаков свои невзгоды

С одной стороны, рыбопереработка не осталась без внимания в ходе реализации I и II этапа программы инвестиционных квот. Так, на всех промысловых судах, заказываемыми рыбаками, предусмотрена установка рыбоперерабатывающего оборудования, например, филетировочного, рыбомучного, уточнил замруководителя Федерального агентства по рыболовству Дмитрий Суслов. Кроме того, в Дальневосточном и Северном бассейнах в рамках инвестквот введено 27 береговых заводов.

«Есть не совсем красивая тенденция по общему объему вылова (в 2024 году добыча водных биоресурсов российскими рыбаками составила около 4,9 млн тонн против 5,3 млн тонн в 2023-м – прим. ред.), но если говорим по поводу передела, переработки, то показатель подтверждает, что мы идем, наверное, правильным путем. Так, производство рыбного филе в сравнении с 2018 годом, как базовым, выросло с 150 тыс. до 230 тыс. тонн. Рост рыбного фарша – с 26 тыс. до 103 тыс. тонн», – сообщил замглавы Росрыболовства, признав вместе с тем, что за этот период почти не изменились объемы выпуска пресервов и консервов.

Между тем помощь рыбоперерабатывающей отрасли от государства не должна исчерпываться программой инвестквот, считают эксперты. В текущих непростых условиях рыбопереработка все еще не входит в круг приоритетных отраслей в части прямых мер финансовой поддержки, констатирует председатель Рыбного союза Александр Панин. С этим согласна представитель комитета Совета Федерации по бюджету и финансовым рынкам Евгения Уваркина.

«Мы получили 40 судов и 27 береговых заводов. Но это все-таки не поддержка для рыбопереработчиков, – полагает она. – У нас так и нет льготного кредитования и компенсации CAPEX`ов, а есть только инвестквоты».

Возможно, следует включить рыбопереработку в перечень системообразующих отраслей экономики, не исключил сенатор, особенно если это касается прибрежных территорий.

О сложной ситуации в РПК свидетельствует Юлия Морозова, врио председателя правительства Камчатского края, где ежегодно выпускается более 1 млн тонн пищевой продукции из рыбы и других морепродуктов. Одним из главных вызовов, по ее словам, остаются санкции, в результате которых оказалась затруднена поставка как судового, так и перерабатывающего оборудования, выросли логистические затраты вследствие закрытия ряда старых и поиска новых рынков сбыта за границей.

«Единственным каналом экспорта стал Китай, который в этой ситуации, прямо скажем, оказался хозяином положения и начал диктовать низкие цены на продукцию дальневосточных рыбаков. Конечно, в этих условиях наши компании стали переориентироваться на внутренний рынок, но вместе с тем такой вот серьезный удар привел к резкому росту затрат рыбопромышленных предприятий, резкому сокращению выручки», – пояснила Юлия Морозова.

С февраля 2022 года число участников РПК Камчатки с отрицательной рентабельностью выросло вдвое – из 73 крупных и средних предприятий таких на данный момент 43. В настоящее время не приходится говорить об инвестиционной активности, это остается на втором плане, поскольку для бизнеса встает вопрос элементарного выживания, обеспокоена врио председателя краевого правительства.

Еще одним испытанием на прочность для всего рыбопромышленного комплекса может оказаться кампания по досрочному перезаключению действующих договоров на использование рыболовных участков. Как уже сообщало EastRussia, в течение 2025 года их пользователи должны уплатить взнос за заключение нового договора и взять на себя дополнительные обязательства по социально-экономическому развитию региона присутствия. В противном случае, если договор не будет переоформлен, он будет действовать до окончания своего срока, затем участок выставят на торги.

Только предприятиям Камчатки придется одномоментно заплатить 200 млрд рублей. В условиях роста издержек, высокой ключевой ставки значительная часть компаний будет вынуждена отказаться от перезаключения договоров, утверждают региональные власти. Естественным образом это отразится не только на промысле, но и на переработке рыбы.

Дальневосточные регионы уже предлагали отодвинуть выплату данного сбора или разбить ее на несколько лет, но решения в их пользу пока не принято. Сейчас предпринимается очередная попытка.

По словам председателя комитета по продовольственной политике и природопользованию законодательного собрания Приморья Андрея Андрейченко, для заключения новых договоров потребуются большие денежные средства, которых у многих предприятий, особенно относящихся к категории малого и среднего бизнеса, в данный момент нет. К тому же дополнительные финансовые трудности принесла неудачная лососевая путина прошлого года.

«Плюс ключевая ставка Центробанка просто огромная. Соответственно кредиты, которые рыбакам придется брать на выплаты, будут очень дорогими. Поэтому мы предлагаем внести в законопроект ряд изменений. Ключевое – перенос срока заключения соглашений на использование рыболовных участков с конца 2025-го на конец 2026 года», – сказал парламентарий.

Соответствующее обращение готовят и депутаты Хабаровского края.

Стимул для инвестиций

В целом же для развития рыбопереработки важны как финансовые, так и иного свойства инструменты, подчеркивает Александр Панин. Увеличение потребления рыбной продукции напрямую зависит от объема и разнообразия ассортимента, в том числе за счет новой продукции. Но качественно новый продукт и широкий ассортимент невозможно предложить без строительства высокотехнологичных предприятий. Для их создания требуются инвестиции, а последние нужно стимулировать.

Действенными механизмами в этом плане, продолжает председатель Рыбного союза, могут стать компенсация капитальных затрат при постройке перерабатывающих мощностей, расходов на приобретение (лизинг) технологического оборудования и комплектующих, льготные условия подключения к инженерным коммуникациям, поддержка низкорентабельных, но социально значимых видов товарной продукции и др.

Представители отрасли выступают за расширение действующих в ДФО налоговых льгот.

«Есть замечательный режим Свободного порта Владивосток. Его нормы работают в течение пяти лет. Мы видим, что идет задержка по нашим инвестиционным проектам в области рыболовства, переработки: рыбоперерабатывающие заводы строить непросто – минимум три года, потом еще год наладка, одним словом, этих пяти лет [чтобы выйти на стабильный уровень производства] недостаточно», – рассказал вице-президент Ассоциации судовладельцев рыбопромыслового флота Алексей Осинцев.

В правительство РФ направлено обращение с просьбой продлить действие преференций (по налогу на прибыль и на имущество, социальным и страховым взносам) до десяти лет. Впрочем, не ясно, насколько эта инициатива реализуема.

«Минфин против, мотивируя тем, что в течение пяти лет, которые установлены, надо успевать, быстрее работать. Но ситуация объективная: санкции, другие ограничения. За пять лет уложиться невозможно, инвестпроекты достаточно капиталоемкие», – приводит доводы Алексей Осинцев.

В свою очередь определенный набор средств поддержки для РПК обещает Минпромторг. В частности, рыбопереработчики могут рассчитывать на скидку в 12%, компенсируемую из бюджета, при приобретении отечественного оборудования. В этом году на данные цели отводится 12 млрд рублей против 2 млрд рублей в прошлом, проинформировал замначальника управления сельскохозяйственного, пищевого и строительно-дорожного машиностроения Министерства промышленности и торговли РФ Илья Орсик.

«Эти средства рассчитаны не только для рыбопереработки, тем не менее это хороший инструмент, который позволяет сэкономить», – сказал чиновник.

Импортное оборудование на рынке превалирует, но в плане импортозамещения предполагается решать задачи целенаправленно. По словам Ильи Орсика, ведомство намерено плотно сотрудничать с АНО «Агентство по продвижению рыбной продукции» (создано в 2024 году при Росрыболовстве), анализ которого позволит понять, какие виды товаров в приоритете. Исходя из этого, Минпромторг сориентирует машиностроителей, которым также адресованы льготы, на разработку оборудования, необходимого в производстве того или иного продукта из рыбы. 

Сельдь или камбала?

Помимо исследования потребительских предпочтений, Агентство по продвижению рыбной продукции намерено решать задачи по ее популяризации. Между тем в деле насыщения внутреннего рынка морепродуктами важно совершенствовать логистику с Дальнего Востока в западные регионы страны. Большая часть рыбопродукции по-прежнему следует по железной дороге, и транспортировка некоторых видов рыб (минтай, горбуша, сардина иваси) осуществляется по льготным тарифам.

Тем не менее этот список целесообразно расширить, убеждена Юлия Морозова.

«Сегодня в перечень таких товаров не входит очень востребованная продукция из сельди, камбалы, трески. Эта продукция, которая занимает и в наших уловах большую долю, любима населением Российской Федерации и полезна. Если бы такие товары попали – это плюс и для переработчиков и, прежде всего, для россиян, которые могли бы эту продукцию по более доступным ценам потреблять», – отметила представитель Камчатки.

Эту позицию разделяют не все. Как отметил Александр Панин, в условиях ограниченных бюджетных субсидий актуальны точечные меры. Вероятно, как в случае с минтаем, более важно дотировать перевозку сельди, являющейся социально-значимым товаром, чем премиальные продукты из трески или камбалы. С учетом не очень значительной доли железнодорожного тарифа в конечной стоимости продукции дотация для последних видов рыбы не будет иметь заметного значения, полагает председатель Рыбного союза.

«Субсидировать камбалу, которая на Дальнем Востоке продается по 200 рублей за 1 кг, и тем более треску, которая стоит 460 рублей, бессмысленно. Напомню, что субсидия составляет порядка 6 рублей на кг. Что такое 6 рублей на 460 руб.? Эта цифра просто размоется в пути, и потребитель ее точно не увидит», – объясняет он.

Вопрос с дотированием железнодорожных перевозок морепродуктов, решается не просто, признает директор департамента регулирования в сфере рыбного хозяйства и аквакультуры Минсельхоза РФ Евгений Кац.

«Нужен источник [бюджетного финансирования], каждый раз эти меры идут сложно. Как пример, минтай, когда до поручения главы государства Минфин не соглашался на такие решения», – заявил он.

Все же последнее время наращиваются объемы сельди на внутренний рынок, поэтому следует сфокусировать внимание на данном продукте, соглашается представитель Минсельхоза.

Хороший результат по транспортировке морепродуктов в свое время дал Северный морской путь, констатирует Юлия Морозова. Причем субсидированные перевозки тогда позволили заключить соглашения с крупными торговыми сетями. В итоге камчатский лосось попадал на прилавок в центральной части РФ по меньшей цене, чем раньше.

«Но для того, чтобы этот механизм работал на постоянной основе, нужно, как минимум, регулярное расписание движения по Севморпути и понятные, прозрачные тарифы. К сожалению, пока эта работа до конца не доведена», – констатирует чиновник.

Например, в мае начинается активный промысел на Камчатке, за которым следует переработка. По-хорошему в марте надо готовиться к рыбалке и заключать договор на транспортировку, говорит Юлия Морозова, однако обновленных тарифов и расписания пока нет.

Стоит заметить, что и перевозчик должен знать, какие объемы со стороны рыбаков могут быть предъявлены к отправке в новом сезоне. Из этого складывается понимание, какой интенсивностью организовывать доставку, как экономически увязывать с реалиями перевозочный процесс.