Эксперты ожидают сокращение производства красной икры в России в 2026 году на треть

Провальная путина

Вылов лососей в 2024 году стал самым низким за последние 20 лет. Низкие уловы совпали со скачком издержек лососевых предприятий. Все это поставило производителей в очень сложную ситуацию – просто повысить цены на продукцию для них сейчас не выход.

«В стабильной экономической ситуации снижение объема предложения для производителя компенсируется увеличением цены. И его экономические показатели, его выручка, прибыльность драматически не меняются. Но за четыре последних года в производственные затраты в лососевом сегменте выросли в полтора раза. Главным образом роль сыграл рост затрат на оплату труда, потому что колоссальную роль в добыче играет ручной малоквалифицированный труд. Из-за значительного роста производственных затрат произошло стремительное увеличение кредиторской задолженности: за семь лет задолженность добытчиков лососей перед банками выросла с пяти млрд рублей до 110 млрд. Это очень огромный рост, и это означает, что ежегодно во втором квартале предприятия берут большие кредиты, чтобы подготовиться к путине», — сообщил на пресс-конференции в ТАСС Герман Зверев.

Похожая ситуация складывается у добытчиков лосося на Аляске. Там экономический доход, который лососевые предприятия получили в этом году – самый низкий с 1975 года. Глава ВАРПЭ отмечает, что плохие подходы лососей – это такая глобальная тенденция, которая заставляет задуматься о выработке единых подходов к управлению рыболовством.

Существенное снижение вылова в этом году случилось и у добытчиков трески. За 10 лет объем добычи трески в мире сократился более чем в два раза. В 2014 году мировой вылов этого вида рыбы составлял 1 840 000 тонн, а в этом году – чуть больше 800 000. Свою негативную лепту вносят сложности с поставками рыбы в Европу, трудности с расчетами и экспортная пошлина.

«Также на экономику наших предприятий негативно повлияли не совсем выверенные формулировки законодательства, которые регулируют работу береговых заводов по производству трески. Поэтому мы в текущем году, к сожалению, не смогли получить адекватную нашей доле вылова ценовую премию», – рассказал Зверев. 

Дешевой икры не бывает

Низкий улов лососевых повлиял и на продажи красной икры. В ноябре розничные цены на нее составляли семь-восемь тыс. рублей за килограмм, сейчас ценник еще выше. Однако, по словам президента ВАРПЭ, такие цифры вполне адекватные и нужно привыкать к новым ценникам.

«Есть такие расхожие оксюмороны: горячий снег, живой труп, правдивый лжец. Выражение «дешевая икра» – из этого же разряда. Лососевая икра даже в Советское время была качественной, но весьма дорогой: 140-граммовая баночка в начале 80-х годов стоила 4 рубля 20 копеек, а килограмм икры – 30 рублей, и это при среднемесячной зарплате 100-110 рублей. Получается, что килограмм обходился в треть месячной зарплаты, и при этом ее было не достать», — объяснил Герман Зверев.

По его словам, сейчас даже с учетом скачка цен, произошедшего из-за самой плохой за 20 лет лососевые путины, розничная стоимость красной икры для потребителя колеблется от 8,5 тыс. до 9,5 тыс. рублей за килограмм – 11% от средней зарплаты.

Герман Зверев отмечает, что три-пять лет назад в России существовало искаженное ценообразование на лососевую икру, из-за чего стоимость деликатеса представлялась доступной. Связано это с теневой добычей. Не менее 10% на рынке представляла браконьерская икра – 1000-1500 тонн.

«Эта икра, которую воровали у будущих поколений, безжалостно уничтожая рыбу, оставляя могильники на берегах камчатских рек. Эта икра поступала в торговлю и снижала уровень цены. Значительная часть икры реализовывалась фирмами-однодневками. Это еще не менее 10-15%. Еще один поток – это некачественная икра, которую реализовывали сомнительные производители. В этом году начался процесс маркировки икры. В ходе этого проекта уже зарегистрировались не менее 70 производителей икры, которых раньше не было вообще, их не существовало», — сообщил глава ВАРПЭ.

По его словам, сейчас рынок красной икры стал приходить в норму, но ситуацию в этом году усугубила плохая путина, из-за чего цены оказались значительно выше прошлогодних. По прогнозу ВАРПЭ, в 2025 году ситуация выровняется, дальнейшего повышения цен не произойдет.

При покупке красной икры Герман Зверев посоветовал выбирать розничные магазины с хорошей репутацией. Если же потребитель решил приобрести деликатес через Интернет-сервисы, то лучше доверять тем, кто давно работает на рынке и не заманивает суперскидками. 

Кредиты душат

Стабильным остается крабовый промысел. Однако экономическое состояние в этом секторе не самое радужное – оно показывает, что ряд игроков рынка и регуляторы слишком оптимистично оценивали доходность этого бизнеса. В 2024 году цены на крабы на экспортных рынках снижались, доходность существенно уменьшалась. Герман Зверев отметил, что если экспортная пошлина сохранится в 2025 году, то состояние этого сегмента будет особенно тяжелым.

«Крабовые добытчики – самые закредитованные добытчики в нашей стране. Свыше 600 млрд рублей они должны банкам, причем значительную часть этой суммы они должны будут выплатить в следующем году. Плюс на горбу у них висят обязательства по строительству краболов – это тоже серьезные издержки», – подчеркнул президент ВАРПЭ. 

Два сценария

По прогнозам на 2025 год, есть неплохие природные основания по вылову. Рыбодобытчики рассчитывают, что объем добычи лососевых будет больше, чем в нынешнем году. По их оптимистичным оценкам, он составит 250-320 тыс. тонн.

С экономической точки зрения у ВАРПЭ есть два сценария: инерционный, основанный на том, что вылов будет таким, как его прогнозируют, при этом не произойдет резкой эскалации ключевой ставки, новых шоковых запретов или санкций, не будет продлена экспортная пошлина; и шоковый вариант, основанный на том, что все эти факторы произойдут.

«Возникнут новые дополнительные ограничения на экспорт, останется экспортная пошлина, ключевая ставка будет расти, и в этом случае шоковый вариант приведет к резкому снижению выручки и к торможению прибыли. В инерционном варианте в секторе рыбодобычи мы прогнозируем размер выручки порядка 750 млрд рублей, а в секторе рыбопереработки – порядка 450 млрд рублей. В случае шокового варианта мы считаем, что выручка останется примерно на уровне текущего года», – подытожил Герман Зверев.

Маркировка вымывает неучтённую икру

На цены в этом году влияет сразу комплекс факторов, сообщили редакции в объединении производственных и перерабатывающих предприятий рыбного хозяйства «Рыбный Союз».

«Это, во-первых, снижение вылова тихоокеанских лососей, а соответственно, и производства икры. Во-вторых, рост себестоимости производства – из-за удорожания кредитных средств, топлива и увеличения фонда оплаты труда. В-третьих, на фоне снижения производства возникают ажиотажные настроения, что дополнительно двигает цену вверх. Четвертым важным фактором стала маркировка икры, которая впервые заработала с мая 2024 года. С одной стороны, это нововведение ожидаемо повлекло дополнительные затраты добросовестных производителей, с другой, способствует вымыванию с рынка неучтённой икры, которая обычно «придавливала» цены», — прокомментировали в организации.

Сегодня стоимость красной икры в широкой рознице бьёт рекорды, показал мониторинг агентства. Стоимость 95 г. превышает 400 рублей.

«В связи с дефицитом вылова горбуши, а также ввода обязательной маркировки на товар мы отмечаем рост цены на икру до 50-60% в текущем году. Соответственно, это влечёт за собой снижение спроса и продаж», — рассказал руководитель направления Рыбы и рыбная гастрономия торговой сети «Самбери» Владимир Назаров.

По его словам, на этом фоне активно развиваются изготовители имитированной и структурированной икры, но рынок Дальнего Востока не активно переключается на заменители всеми любимого лакомства.

В то же время дефицита товара ритейлеры не отмечают.

«Красная икра в торговой сети «Реми» Приморского и Хабаровского краёв представлена двумя владивостокскими производителями – икра лососёвая зернистая в жестяных банках по 90 и 95 г. от «Владрыбмарин» и «Рыбный мир» соответственно. В этом году улов лососёвых оказался низким, о чём свидетельствуют официальные отчёты. Как правило, в подобных реалиях рынок реагирует соответствующе — ростом цен на фоне дефицита продукции. Однако на данный момент мы не испытываем проблем с поставками данной категории товаров на полку нашей торговой сети. Дефицита нет», — сообщили в торговой сети «Реми».

Икра лососёвых видов рыб прибавила в стоимости три тысячи рублей за литр в этом году, рассказал представитель организации «Рыбное море». Цены варьируются в пределах 8-12 тысяч рублей литр.

Средний показатель

По общим оценкам, рост себестоимости морского деликатеса – это долгосрочный тренд, который определяет комплекс факторов. Самым очевидным является «нерыбный год», отмечает президент Ассоциации рыбохозяйственных предприятий Приморья Георгий Мартынов.

«В 2024 году лососёвая путина была значительно меньше путины по добыче тихоокеанских лососей прошлого года. Если в прошлом году предприятия добыли 609 тысяч тонн, то в этом году общий объем вылова по Дальнему Востоку составил 231 тысячу тонн. Однако прошлогодний показатель стал одним из самых высоких за всю историю наблюдения тихоокеанских лососей, я бы сказал, аномально высоким. А за любым скачком следует снижение, наука это подтверждает и прогнозирует, так что результаты текущего года вполне ожидаемы. И если обратиться к статистике, 231 тысяча тонн выловленных тихоокеанских лососей подходит к средним показателям – в начале 2000-х мы фиксировали объёмы вылова и 200, и 180 тысяч тонн, 250 тысяч считалось уже неплохим результатам», - прокомментировал Георгий Мартынов.

Но не только уменьшением объёмов вылова объясняются высокие цены на икру и красную рыбу в этом году, акцентирует собеседник. Есть ещё несколько факторов, которые серьёзно влияют и в последующем будут влиять на формирование себестоимости продукции. Маркировка – один из них. К старту маркировки в мае 2024-го года производители и импортеры уже должны были зарегистрироваться в системе «Честный знак» и полностью настроить все процессы по оплате кодов, подаче сведений в систему маркировки, об обороте и выводу из оборота. Нововведение влечёт за собой затраты на установку аппаратуры, программного обеспечения, подготовку кадров и сопровождение движения товара в системе.

При этом в «Центр перспективных технологий» — оператор государственной системы маркировки «Честный знак» — приводит такие данные: «Маркировки всех видов икры осетровых и икры лососевых введена в России с 1 мая 2024 года. Стоимость одного кода фиксированная – 50 копеек за единицу продукции. При этом ни в одной из 24 товарных групп маркировка не отразилась на цене. После введения маркировки из тени вышла 71 компания, а в оборот выпущено практически 10 000 тонн маркированной икры».

Предприятия поставили перед выбором

Но и помимо маркировки есть ещё один важный фактор, влияющий на ценообразование. Это подготовка отрасли к перезаключению договоров аренды на промысловые участки.

«Предполагается, что это будет сделано в течение 2025-го года. Для того, чтобы заключить с государством договор на продление аренды участка по вылову тихоокеанских лососей, необходимо заплатить определённую сумму, которая рассчитывается по специальной формуле. Цифры получаются внушительные. Общий объём средств, которые надо будет выплатить за переоформление участков, подходит к 200 млрд рублей. Такую сумму арендаторы должны будут внести в течение нескольких лет — в течение трёх лет, как полагает правительство — за перезаключение договоров. Это, конечно, тоже влияет на ценообразование, потому что предприятия сейчас стоят перед выбором — либо каким-то образом изыскивать необходимые средства из личных финансов, либо кредитоваться в банках», — комментирует Георгий Мартынов.

Сегодня ставки кредитования для участников рынка достигают 23 процентов, отмечает он. Обслуживать такие кредиты сложно и рискованно. В целом, закредитованность российской рыбной отрасли оценивается в районе 1 трлн рублей. И показатель продолжает расти.

«Отрасль встала на инвестиционный путь развития, а это тоже увеличивает расходы предприятий рыбохозяйственного комплекса. Многие виды водных биологических ресурсов — минтай, сельдь, крабы и другие — распределяют через инвестаукционы. Не бывает монопредприятий, которые занимаются только кальмаром, минтаем или лососёвыми. Соответственно, эта финансовая нагрузка в том числе отражается на себестоимости красной икры и лососёвых видов, когда они поступают в продажу», — комментирует Георгий Мартынов.

Красное золото теряет спрос

В широкой рознице фиксируют снижение спроса на красную икру со стороны населения. В то же время от региона к региону ситуация отличается.

«На Камчатке продолжается рост турпотока. Это стимулирует спрос в том числе на красную икру, которая всегда считалась гастрономическим брендом края. Активно закупают икру и дальневосточный производители. Не отмечается снижения спроса со стороны тех наших клиентов, кто приобретает товар для перепродажи, а это основная часть. Стабильными остаются поставки в Москву, которая потребляет икру очень активно», — рассказала представитель одного из рыбоперерабатывающих заводов.

Отметим, что эксперты зафиксировали снижение спроса на красную икру в сентябре. В Москве показатель упал на 14%, по стране — на 8%. Такие данные приводит аналитический ресурс «Платформы ОФД» «Чек Индекс» (6+). «Осенью этого года в структуре розничных продаж красной икры снизилась доля более доступной горбуши, уступив место кете и другим более дорогим вариантам продукции», — сообщает источник. Красную икру вновь начали покупать объемами 250-350 грамм (в конце 2023-го и в начале 2024 года доминировал объем 300 – 500 грамм).

«Пожилой» автопарк: бедность или традиции?

Для Дальнего Востока «праворукий» японский автомобиль — не просто транспортное средство. Это сложившаяся за десятилетия формула, в которой сошлись цена, надёжность и практичность. Если в целом по стране доля «правого руля» в автопарке составляет около 8%, то в Дальневосточном федеральном округе (ДФО) — более 70%. Это легко заметить на улицах дальневосточных городов. Если, к примеру, в Хабаровске или Уссурийске оглянуться по сторонам, как минимум половина, а то и две трети автомобилей вокруг окажется «праворульной».

При этом именно в ДФО самый «пожилой» автопарк в стране. Средний возраст автомобиля здесь составляет 21,9 года, тогда как в Центральном федеральном округе (ЦФО) — 13,9, в Приволжском (ПФО) — 14,1 года. Разницу между ДФО и ЦФО ещё можно объяснить более низким уровнем жизни, однако между Дальним Востоком и Приволжьем существенного различия в доходах нет.

Средняя и медианная зарплаты в ПФО по состоянию на август 2025 года составили 76 761 и 62 729 рублей, тогда как в ДФО — 113 148 и 91 490 рублей, то есть выше на 47,5 и 45,8%. Однако этот разрыв во многом нивелируется стоимостью жизни. Так, прожиточный минимум в ПФО на 2026 год составляет 16 721 рубль, а в ДФО — 27 633 рубля, что более чем на 65% выше. Даже без учёта Чукотки средний показатель по Дальнему Востоку остаётся на уровне 25 454 рублей — на 52% выше, чем в ПФО.

Таким образом, несмотря на более высокие номинальные доходы, соотношение зарплат и уровня жизни в ДФО и ПФО оказывается сопоставимым. Возникает логичный вопрос: откуда тогда разница в среднем возрасте автомобилей — почти 8 лет?

«Пантеон JDM»

Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо вернуться к структуре автопарка: более 70% автомобилей на Дальнем Востоке — «праворульные». Можно предположить, что «пожилой» средний возраст во многом обусловлен их живучестью и надёжностью — фундаментом того самого «культа качества» японского автопрома.

Всё больше дальневосточных автолюбителей решают сохранить своего «праворукого друга» надолго. Они занимаются тюнингом, антикоррозийной обработкой и другими улучшениями. Сформировался негласный список моделей-легенд, которые встречаются в возрасте 20–25 лет, а некоторым автомобилям уже и под 40. И что важно — они не переходят в статус выставочных олдтаймеров, а остаются полноценными машинами повседневного использования.

Вокруг этой автомобильной культуры существует собственный термин, хорошо знакомый дальневосточным автолюбителям, — JDM (Japanese Domestic Market). Для местных жителей это не просто аббревиатура, а символ качества и продуманности конструкции. Машины, созданные с акцентом на надёжность, долговечность и эргономику, именно поэтому так высоко ценятся на Дальнем Востоке.

У каждого автолюбителя свой «пантеон JDM», но всех их объединяют два признака. Во-первых, правый руль как маркер происхождения и принадлежности к японскому внутреннему рынку. Во-вторых, возраст: большинству этих автомобилей не менее 20 лет. И при этом они продолжают оставаться полноценными участниками повседневного трафика, а не музейными экспонатами.

В результате «праворульные» автомобили стали частью локальной дальневосточной культуры. На них ездили наши родители, на них учились водить дети, вокруг них сформировалась инфраструктура сервисов, запчастей и специалистов. Для многих дальневосточников японский автомобиль — это не бренд, а понятный и предсказуемый инструмент. Именно поэтому слово «надёжный» здесь почти тождественно «праворукому». И что важно — этот опыт не навязан маркетингом: он накоплен десятилетиями эксплуатации в условия сложных дорог, непростого климата и практикой обслуживания. До сих пор для многих «праворукий японец» остаётся эталоном соотношения цены и качества, с которым не хочется расставаться и даже сравнивать альтернативы.

Глобализация «японцев»

Однако важно честно признать: тот самый «японский автомобиль», который десятилетиями формировал культ надёжности на Дальнем Востоке, за последние 20–30 лет заметно изменился. Он не стал хуже — он стал глобальным и изменился по своей сути.

Мировая автомобильная промышленность давно перестала быть национальной в классическом понимании. Даже автомобили, собранные в Японии и предназначенные для внутреннего рынка, сегодня являются продуктом глубоко глобализованных производственных цепочек. Японский автопром больше не замкнут внутри архипелага — он встроен в общемировую систему поставок.

Показательно, что японские автоконцерны никогда не ставили перед собой задачу «полного импортозамещения» — по крайней мере в том виде, в каком этот термин сегодня часто звучит в российской повестке. Они не вынуждены отчитываться за коэффициенты локализации и не воспринимают иностранные компоненты как проблему. Напротив, производители системно оптимизируют процессы и снижают себестоимость за счёт международной кооперации, вынося отдельные этапы туда, где это экономически и технологически оправдано, без ущерба для качества конечного продукта.

Если разобрать условную Toyota «по винтикам», выяснится, что:

· электронные компоненты и микросхемы часто производятся в Китае, Тайване, Южной Корее или Малайзии;

· металлы и сплавы поставляются из Австралии, Индонезии и стран Юго-Восточной Азии;

· элементы топливных систем, тормозов и подвески могут изготавливаться в Таиланде, Вьетнаме или Индии;

· отдельные узлы двигателей и трансмиссий — на предприятиях глобальных подрядчиков по всему миру.

Да, японские заводы, как правило, самостоятельно собирают ключевые агрегаты — двигатели, коробки передач, тормозные системы. Но комплектующие для них всё равно поступают со всего мира. Сегодня ни одна страна не способна произвести автомобиль полностью «от руды до руля» исключительно на своей территории. Глобальные цепочки поставок — объективная реальность современной индустрии, и ни Toyota, ни Nissan здесь не исключение.

Атака из Китая

На этом фоне культура JDM сталкивается с активным напором китайских автомобильных брендов — условного «Made in China». По данным за 2024 год, доля китайских автомобилей в продажах новых машин в России превышала 58%, а в 2025 году снизилась до 51,7%. Однако это снижение не означает падения спроса. Напротив, интерес остаётся высоким.

Причина в том, что часть популярных моделей была локализована. Так, Geely теперь продаются под брендом Belgee, а Chery собираются в Калуге под российскими шильдиками. Формально «китайцев» стало меньше, но фактически они никуда не исчезли.

Растёт и доля подержанных китайских автомобилей. Если в 2024 году китайские бренды среди лидеров импорта «бэушек» практически не упоминались, то уже в 2025 году Geely вошла в топ-5 с долей 4,6%. Для сравнения: BMW с её многолетней историей в России набрала 4,7%.

При этом у большинства россиян пока нет ни привычки, ни сформированной культуры восприятия бренда Geely, в отличие от немецких концернов. Маркетинговая поддержка минимальна, продвижение во многом строится на «сарафанном радио». И тем не менее сам факт появления Geely в топ-5 говорит о том, что китайский автопром постепенно закрепляется на российском рынке — в том числе среди подержанных автомобилей.

Собственный «пантеон Made in China» по аналогии с JDM пока не сформировался, но предпочтения уже прослеживаются. Среди наиболее заметных представителей нового этапа — Geely Monjaro и Coolray, LiXiang, Chery Tiggo, Lynk&Co и другие бренды. При этом некоторые «китайцы» начинают вытеснять близкие по классу и параметрам JDM-модели. Процесс этот небыстрый, и скепсис сохраняется, но тенденцию отрицать уже невозможно.

Особенно показателен пример BJ40, который постепенно заменяет классические «праворульные» внедорожники для рыбалки и бездорожья — такие как Nissan Patrol или Safari. Если ещё год-два назад «биджиков» можно было пересчитать по пальцам, то сегодня даже во Владивостоке — одном из оплотов JDM-культуры — их уже десятки, а возможно, и сотни.

Напряженное положение

«Действительно, есть случаи закрытия дилерских центров, в том числе представляющих китайские бренды, в отдельных регионах, включая Дальний Восток. Пока речь идёт о единичных ситуациях, однако тенденция не является исключительно локальной - похожие сигналы поступают и из других субъектов РФ», — сообщил исполнительный директор Ассоциации «Российские автомобильные дилеры» (РОАД) Олег Баринов.

По его словам, причины носят системный характер. Это совокупность факторов: замедление спроса на фоне дорогого кредитования, рост операционных расходов, высокая нагрузка по утилизационному сбору, а также завышенные планы продаж и обязательства, которые ряд брендов закладывал при активном выходе на рынок в 2023–2024 годах.

«В целом, положение официальных дилеров остаётся напряжённым, но управляемым. Мы не ожидаем массового «обвала» дилерской сети, однако в начале 2026 года продолжится дальнейшая оптимизация - как по количеству дилеров, так и по представленным брендам», - отметил Олег Баринов.

Осенью сообщалось о том, что в Приморском крае дилеру китайских марок Chery и Exeed (премиальный суббренд концерна Chery) компании «СВО-Сервис» грозит банкротство. Теперь это свершившийся факт. В декабре на сайте «Единый федеральный реестр сведений о банкротстве» появилась информация о том, что в отношении должника введена соответствующая процедура. Общие требования кредиторов на данный момент превысили 200 млн рублей. Только одному из них АО «Дальневосточный банк» компания задолжала 78,5 млн рублей.

Ранее в дилерском центре заявляли о сложной ситуации: лето 2024 года показало худшие темпы продаж. И эта картина типична для рынка в целом.

В декабре закрыл автосалон официальный представитель JAC «Садко Моторс» в городе Чита Забайкальского края. Информация о филиале удалена из справочников. «Филиал закрыт», — сообщается в соцсетях компании.

Цены вырастут не сразу

Как выяснило агентство, в Приморье есть и другие юрлица на грани закрытия. Но даже те игроки, у которых дела идут относительно неплохо, крайне осторожны в прогнозах на 2026 год. Очевидно одно: цены в автосалонах продолжат расти.

«По моему ощущению, ожидается рост цен из-за индексации утилизационного сбора с 1 января. Но думаю, что поднимать их будут постепенно, потому что на складах ещё много машин старого привоза», — рассказал руководитель отдела продаж Changan/Sollers «Сумотори-Авто» Евгений Зимарёв.

Помимо утилизационного сбора на стоимость автомобилей влияют изменения в системе налогообложения, отмечает глава компании «Автомир» Евгений Минута. С 1 января 2022 года ставка НДС (налога на добавленную стоимость) увеличится с 20 до 22 процентов. Для импортных брендов налогом облагается вся цепочка - таможенное оформление, логистика, сертификация, дилерская наценка, поэтому в зависимости от модели налоговая нагрузка может прибавить от 4 до 12 процентов к конечной стоимости.

«О точных цифрах пока говорить рано, но с учётом изменений налогообложения цена в автосалонах будет однозначно другая», — отметил Евгений Минута.

На «вторичке» не легче

В то же время ожидаемое снижение ключевой ставки и ограничения на вторичном рынке автомобилей из Кореи, Китая и Японии могут сыграть в пользу официальных представителей. Новые правила утильсбора, вступившие в силу 1 декабря, отменили льготы для физических лиц на автомобили с мощностью двигателя более 160 л.с. Теперь для физлиц действует коммерческая ставка. Это означает, что популярные модели подорожали на сотни тысяч и миллионы рублей. Нижний порог нового утильсбора — порядка 900 тысяч рублей для новых транспортных средств с мотором до 190 л.с. Если автомобиль старше трёх лет, рост составит почти 1,5 млн рублей и далее по нарастающей.

Как сообщают участники рынка, ограничения уже ударили по автоимпорту из Китая и Южной Кореи (в Японии ранее ввели запрет на экспорт машин с объемом ДВС больше 1.9 литра, поэтому данное направление пострадало значительно меньше).

«Одним росчерком пера убит почти полностью импорт автомобилей из Южной Кореи. Сейчас только остается обсуждать, проходит ли двухлитровая Kia K5 по порогу в 160 л.с., и что лучше, однолитровые Kia Ray или Hyundai Casper», — поделился руководитель компании Carwin Дмитрий Забора.

Кроме того, импортёры сообщают, что с 1 января ограничения вводит Министерство Коммерции Китая. Вывезти из страны новый автомобиль можно будет, если он простоял на учёте не меньше 180 дней. Либо необходимо получить подтверждение о послепродажном обслуживании, выданное производителем транспортного средства.

«То есть экспорт новых автомобилей должен получить одобрение на самом высшем уровне. Понятно, что нашим автосалонам одобрять будут, а тем, кто захотел сэкономить 1-1,5 млн рублей и заказать напрямую в Китае, уже нет», — пояснил Дмитрий Забора.

Все эти факторы могут сыграть в пользу первичного рынка, но кардинального изменения ситуации ожидать не стоит, считают эксперты. Сегодня и официальные представители, и независимые компании-импортёры оказались в сложном положении.

Рынок диктует условия

«Покупательская способность снижается, цены растут, стоимость бензина к концу года прогнозируется до 70 рублей. На волне негативных ожиданий реализовался отложенный спрос – тот, кто хотел купить автомобиль, сделал это. Активизировались «перекупы», импортных автомобилей привезли очень много. Все порты, все парковки забиты. Рынок при этом встал – и первичный, и вторичный. Сейчас в приоритете у людей новогодние праздники и большинство будет тратить деньги на отдых», — прокомментировал Евгений Минута.

По общим оценкам, 2026-й год продолжит негативный тренд уходящего года. Ключевым станет не просто «продать железо», а удержать клиента. На первый план выйдут сервисные контракты, программы trade-in, страхование и другие бонусы покупателям. Полноценного кризиса дилерских сетей с массовыми банкротствами при этом не ожидается. Но оптимизация неминуема: отдельные компании могут свернуть деятельность.

«Дилеры продолжат стимулировать продажи с помощью различных скидок и программ лояльности. Понятно, что будут презентации новых автомобилей – может быть, не в таком объеме, потому что рынок действительно перенасыщен», — прокомментировал Евгений Минута.

Отметим, что согласно данным агентства «Автостат», средняя стоимость автомобиля в России выросла до рекордного показателя – 3,43 млн рублей. В сравнении с 2021 годом рост составил более 60 процентов, а за последние пять лет оказался двукратным.

– Строительный рынок Дальнего Востока в 2025 году будет балансировать между вызовами и возможностями. Высокая ключевая ставка и инфляция продолжают давить на себестоимость строительства: дорожают материалы, рабочая сила, кредиты. Однако это не повод ожидать снижения цен. Напротив, девелоперы пересматривают планы: новые проекты запускаются только при острой необходимости — например, в рамках комплексного развития территории или при наличии уже освоенного финансирования. Это означает, что к 2026 году объем предложения на рынке снизится, а спрос, напротив, вырастет — как только ЦБ уменьшит ставку, и вклады в банках перестанут быть столь привлекательными.

Спрос на жилье в ДФО сохраняется. Льготная ипотека под 2% все еще работает, но логистика бьет по карману: доставка материалов из центра добавляет к себестоимости 15-20%. При этом цены в Якутии или на Сахалине уже входят в топ-10 по стране, а во Владивостоке средняя стоимость «квадрата» составляет 200 тыс. рублей. Однако важно учитывать, что стоимость квадратного метра значительно варьируется в зависимости от сегмента.

Получить льготную ипотеку в 2025 году стало сложнее. Если в 2023 году минимальный первоначальный взнос по дальневосточной ипотеке составлял 10%, а затем 20%, и кредиты одобряли практически каждому заемщику, то к концу 2024 года условия ужесточились. Сейчас, например, федеральные банки существенно ограничили доступ к программе: с первоначальным взносом 20% ипотеку выдает только ВТБ, а Сбербанк и Дом.рф требуют минимум 50%. Вместе с этим сокращается доля одобряемых заявок. Кроме того, застройщикам приходится самостоятельно субсидировать ставку по ипотеке, что увеличивает их затраты. Эти расходы девелоперы вынуждены закладывать в цену жилья. Все это в свою очередь сказывается на спросе на недвижимость в регионе.

Что делать застройщикам? Концентрироваться на точечных проектах, оптимизировать издержки, предлагать рассрочки и гибкие условия для покупателей. А покупателям не стоит надеяться на снижение цен: себестоимость строительства не позволяет этому случиться, а в 2026 году дефицит предложения на рынке лишь усилит рост цен.

2025 год станет периодом естественного отбора для рынка: слабые игроки уйдут, а сильные укрепят свои позиции. Однако Дальний Восток остается территорией роста: господдержка, преференции ТОР и СПВ, а также масштабные инфраструктурные проекты создают основу для развития. Да, застройщикам придется адаптироваться к новым условиям, но именно те, кто сумеет это сделать, будут определять будущее региона на ближайшие десятилетия.

– Сейчас девелоперы проходят период адаптации к новым экономическим условиям. Я говорю об отмене льготной ипотеки на новостройки, повышении размера первоначального взноса по всем действующим программам, в целом более высоким требованиям банков к заемщикам. Это приводит к снижению емкости рынка, к которой мы привыкли за последние годы, делает потенциального покупателя более щепетильным при выборе жилого комплекса для покупки квартиры. Процесс принятия решения и выхода на сделку стал дольше.

В целом, все девелоперы сейчас фиксируют некоторое замедление темпов продаж. В будущем это приведет к тому, что застройщики будут вынуждены очень внимательно оценить портфель проектов, планируемых к запуску, чтобы сбалансировать прогнозируемые темпы продаж и скорость строительства.

Относиться к этому можно по-разному. Многолетний опыт доказывает, что такие кризисные ситуации позволяют бизнесу мобилизоваться, избавиться от ненужного и выйти на новый уровень – эволюционировать. Я считаю, в девелопменте эта эволюция приведет к тому, что на рынке появится больше привлекательного продукта, подходящего под актуальные потребности самых разных клиентов. Все мы понимаем, что многое сейчас в строительной сфере зависит от покупательской способности.

Обязательно нужно учитывать, как разогналась отрасль за последние годы. Прямо сейчас в Приморье ведется строительство более трех млн кв. метров жилья. Это рекордные для региона показатели, которые говорят о том, что на рынке развернется серьезная и бескомпромиссная борьба за каждого клиента. Причем, потенциальному покупателю уже недостаточно просто добротно построенного ЖК в удобной локации – такой выбор у приморцев сейчас действительно есть. Новый запрос заключается в том, что клиент хочет видеть разнообразную, сбалансированную, эстетичную городскую среду за порогом своего подъезда, причем в масштабе целого района. Поэтому наиболее привлекательными станут проекты, где, помимо жилья, создают новую инфраструктуру со школами, садами, магазинами, местами для прогулок и отдыха, занятий спортом и т.д. Рынок на этот запрос начинает реагировать. Если некоторое время назад мы были чуть ли не единственным девелопером, который в своих проектах – поселок «Новый Де-Фриз», ЖК «Формат», а теперь и в DNS Сити – сразу предусматривал создание всей этой инфраструктуры, то сейчас принципы комплексного подхода к развитию территории действительно становится трендом в нашем регионе. Уже анонсирована подготовка к запуску таких комплексных проектов во Владивостоке, и все участники отрасли будут следить за их реализацией. По нашему опыту «первопроходцев» могу сказать, что это не простой, но, на мой взгляд, самый верный путь развития жилищного строительства.

Если говорить о параметрах девелоперского продукта, то следующий год будет посвящен поиску баланса. Все это время мы наблюдали настоящую «гонку вооружений» с точки зрения наполнения различными опциями жилых комплексов. Девелоперы стремились перещеголять конкурентов: зарядки для телефона в лавочках на улице, сады на кровле, фонтаны во дворе и многое другое. Интересно, что на Дальнем Востоке этот тренд начался несколько позднее по сравнению с центральной Россией. Повлияло то, что в регион зашли федеральные девелоперы, которые привнесли свои стандарты качества и новые форматы. Одновременно с этим произошел запуск интересных проектов региональных застройщиков. В комплексе все это положительно сказалось на качестве и параметрах ЖК, которые сейчас представлены на рынке: если еще три-четыре года назад клиента можно было удивить закрытыми дворами без машин и современными детскими и спортивными площадками, то теперь это база.

Однако в новых экономических условиях разнообразные «фишки» все же придется пересмотреть. С одной стороны необычные атрибуты делают ЖК ярким и привлекательным, но с другой – более дорогим. Подобные продуктовые решения девелоперы будут пропускать через сито реальных потребностей и ценностей покупателя. Останется и даже улучшится то, что по-настоящему важно, а от избыточных элементов будут избавляться.

Если рассуждать о том, что ждет отрасль в целом, то, очевидно, что девелоперам придется научиться зарабатывать не только по привычной относительно простой схеме «построил – продал», а искать другие способы взаимодействия с потребителями: предлагать клиентам рассрочку, лизинг, аренду. Другими словами, необходимо будет «включать голову», креативить еще больше и еще качественнее.

Если говорить про Дальневосточный федеральный округ, то здесь строительная отрасль находится в более выгодных условиях благодаря «дальневосточной ипотеке», за счет чего сильных изменений или потрясений удается избежать. Для понимания значимости этого инструмента для местного рынка приведу статистику: в наших проектах ЖК «Формат» и DNS Сити – 60% сделок проходят по программе ДВ-ипотеки.

В будущем на Дальнем Востоке и в Приморском крае, в частности, будут выигрывать в конкуренции девелоперы с ликвидными продуктами, подходящими под условия льготной ипотеки, но предлагающие достойный продуманный продукт.  При этом одним из ключевых факторов успеха на рынке станет наличие разнообразной квартирографии, удовлетворяющей потребностям всех категорий покупателей. К примеру, в своих проектах – «Формат» и «DNS Сити» – мы обеспечили широкий ассортимент квартир – от 23 до 104 кв. метров, и все варианты отделки: черновую, предчистовую, квартиры с готовым ремонтом. Плюс в «DNS Сити» вывели на рынок двухуровневые квартиры с потолками пять метров и большими витражными окнами.

Если говорить о стоимости жилья, то серьезных скачков, думаю, не будет. Да, отдельные застройщики будут предлагать скидки, но долго это не продлится, поскольку работать себе в убыток никто не будет. Соответственно рынок вернется к борьбе за клиента на поле качества продукта.