Медведь тяжело ранил мужчину в Бурятии

– В прошлом году в разных районах Петропавловска-Камчатского и других населённых пунктах края часто сообщали о появлении медведей. Тогда даже вводили режим повышенной готовности. Владимир Викторович, как изменилась ситуация в этом году?

– В этом году обращений по выходам медведей в Петропавловске практически на 50% меньше, чем в прошлом – 68 против 108. Вынужденно изъятых медведей на сентябрь 2025 года тоже меньше – в прошлом году 25, в этом году 4. И в этом году значительно увеличилось количество человек, которые отрабатывают выезды: в крае сейчас этим заняты более 300 человек, в то время как в прошлом году было около 50.

Прошлый год для медведя был голодный – не было рыбы в реках, шишек почти не было, ягоды. Зверь шел на помойки в город, к рыбзаводам, цехам, на запах съестного. Но в прошлом году, хотя они ходили чуть ли не каждый день с августа по октябрь (а то и по 2-3 медведя в город выходило в день), они не были агрессивными. Случай, когда в этом году один медведь напал на людей трижды – единственный на моей памяти в населенном пункте. И тут надо разбираться.

У нас есть Камчатский филиал ФГБУН Тихоокеанского института географии ДВО РАН, где раньше занимались изучением поведения млекопитающих, их численности, размножением, болезнями с целью изучения и выработки рекомендаций по использованию животного мира – велась научная деятельность. Теперь этого не делают, так как отсутствуют специалисты – кто ушел на пенсию, кто умер. А единицам оставшихся просто не дают проводить научные изыскания. А без вскрытия не поймешь, был ли медведь болен, а это может помочь понять причины его нападения на человека. Ведь такие случаи могут повториться. На мой взгляд, в данном случае нельзя было ограничиваться поверхностным осмотром, а взять пробы на анализы.

Я считаю, что медведь так себя повел, потому что был болен или обижен. Это злопамятный вид, он может обиду запомнить и мстить. Может его машиной когда-то ударили…

Было в прошлом году нападение медведя на прииске и на егеря в Усть-Большерецком районе в охотугодье, но там проще понять – там его земля, на которую мы пришли. Но в любом случае он же напал какой-то целью. Почему не изучается этот вопрос?

Что касается случая нападения медведя в этом году на Мутновской геотермальной станции, когда он туристку из палатки достал, – там медведя мог спровоцировать специфический запах.

– В какие месяцы медведи чаще всего проявляют активность и подходят к населённым пунктам?

– Примерно с конца мая, когда они просыпаются, если залегли недалеко от города. Но чаще с августа по сентябрь, заканчиваются выходы в ноябре.

– Какова численность бурого медведя на Камчатке сегодня, по официальным данным и по вашим наблюдениям?

– Согласно данным авиаучета, на текущий год насчитывается около 24 тыс. особей. Но я считаю, что к ним нужно прибавить еще как минимум 3,5 тысячи.

– Получается, медведей стало больше, и из-за этого они чаще выходят к людям, чтобы питаться как-то у них?

– Не столько питаться к людям, а дело вот в чем: крупный самец держит определенную территорию. На этой территории он позволяет находиться двум, трем или четырем самкам, но другого самца он не потерпит, он его выгонит. Медведя стало больше и поэтому их ареал обитания приближается к поселкам. Их регулированием, то есть той же законной охотой, занимаются не в достаточной степени.

Раньше были промысловики, которые этим занимались. Но примерно в конце 90-х годов начался развал охотничьего хозяйства как отрасли в системе госуправления, их стали передавать в частные руки. В своей диссертации я упоминал, что раньше законодательно запрещалось убивать животных больше, чем это необходимо. Даже во время Гражданской войны декреты Совнаркома 1917-1918 годов создавали основу для бережного использования и охраны окружающей среды. Во время Великой Отечественной войны советская власть законодательно сохраняла кадры в охотхозяйствах, освобождая от мобилизации охотников-промысловиков, ведь пушнина и дичь была важной статьей экспорта, в том числе и для расчетов по ленд-лизу.

Еще одна проблема – любительская охота. Нужно отстрелить, а потом что-то с ним делать? Утилизация очень дорогая, медведи подвержены болезни (трихинеллез), то есть непригодны к употреблению. Сжечь тушу медведя будет стоить минимум от 20 до 40 тыс. рублей. А цехов по переработке мяса, шкур практически нет. Чтобы отправить на переработку небольшую шкуру медведя (с учетом анализов, транспортных расходов и выделки), например, во Владивосток, надо около 90 тыс. рублей.

Почему у нас упало количество добываемых медведей – охота дорогая, иностранцы теперь не едут, и богатые русские почти не едут. Количество охотников сильно уменьшилось, потому как отток населения с Камчатки очень большой.

– Я правильно понимаю, что примерно с конца 90-х – начала 2000-х медведи начали чаще наведываться в город за пищей? И ведь тогда же люди начали прикармливать медведей на трассах, в каких-то рыбацких станах были случаи прикормки медвежат.

– Да, примерно в это время начали активно выходить к людям, потом все больше и больше. Прикормка, свалки рыбных отходов, неправильная утилизация павших сельхозживотных фермерами приводят медведей к человеку. Животное перестает бояться. С учетом того, что у медведя хорошая память, человека он стал воспринимать как то, что его кормит, это пища.

Сейчас постепенно до людей доходит, что кормить дикое животное нельзя. Но тут необходимо в региональном законодательстве закрепить запрет на это. (прим. ред. – в Камчатском крае разработан проект постановления об утверждении правил наблюдения за дикими животными, который предусматривает запрет на кормление диких животных. В настоящее время проект прошел согласование в Минприроды РФ. После принятия документ предоставит правовые основания для привлечения к ответственности физических лиц).

– Люди уже стали понимать, что нельзя кормить медведей. А как нужно вести себя на трассе на машине, когда уезжаешь вглубь региона?

– Медведю вскрыть машину – что консервную банку. Окна лучше не открывать, не сигналить. Лучше медленно объехать медведя и сразу ускориться, чтобы животное не преследовало.

– Вы сами встречались с медведем в лесу? Что делать в такой ситуации?

– В лесу основная масса встреч, которые приводят к трагедии, происходит рано утром, ночью и поздно вечером. В это время медведь наиболее активен, защищает свою территорию, плохо видит, но хорошо слышит и улавливает запахи. Он вас быстрее по запаху найдет, чем вы его увидите в темноте. В основном камчатские медведи не агрессивны. Но не стоит забывать, что это сильный, хитрый, умный зверь. У матухи материнский инстинкт настолько сильный, что она может жизнью пожертвовать, спасая детенышей. Медведица очень опасна, яростна и беспощадна. Подранки тоже опасны, потому что они злопамятные, хорошо запоминают запахи, прекрасно понимают, кто причинил боль, почему ему больно. И мы для медведя тушенка, которую нужно только вскрыть. Медведь-шатун в отличие от обычных медведей, которые зимой находятся в спячке, бодрствует и активно ищет пищу. Может атаковать без предупреждения.

Если мы говорим о здоровом медведе, то при встрече с ним нужно издавать громкие звуки, медведь не захочет с вами встречаться, он отойдет в сторону. Также он боится огня. Если вы столкнулись с медведем, бежать не нужно, не поможет – у него скорость 60 км в час. Медведь близорукий – постарайтесь создать иллюзию, что вы большой: встаньте рядом с деревом, можно руки с мешком над головой поднять и громким уверенным голосом прогонять его, можно матом. Если вы не одни, лучше сгруппироваться. Если же он уже опустился на передние лапы, прижал уши, – то готовится к прыжку. Тут можно потихоньку отходить, не поворачиваясь к нему спиной. Он может сделать ложный выпад, совершить два-три прыжка – продолжайте кричать на него, махать палкой. Либо пропустит, либо уйдет в сторону. Ушел в сторону – и вы потихоньку уходите.

Я много раз сталкивался с медведем, и лишь один раз медведь пошел на меня. Сломалась машина, и мне не нужно было 40 км идти по лесной дороге к поселку, и вот в сумерках я увидел метрах в 150, что на обочине медведь. Я побежал на него с криками, размахивая оружием, но стрелять я не собирался, хотя лицензия была. Медведь побежал на меня. Я остановился, он остановился, мы стоим метров в 10−15 друг напротив друга, он на четвереньках рычит на меня, а я матерюсь на него.

Вскинул карабин, начинаю на него целиться, а он замолчал, повернул голову, посмотрел за себя – мол, спрашивает, в кого я целюсь. Ну, мы с ним, конечно, не разошлись мирно, мне пришлось стрелять все-таки, потому что он меня не пропускал, а люди в машине ждут. Не раз бывали и случаи, когда я криками отгонял медведя.

Я, хоть и охотник до мозга костей, но есть черта, которую я никогда не переступлю: истребление животных. Для меня охота — это не про уничтожение, а про баланс. Поэтому я считаю, необходимо на научной базе исследовать повадки зверей, разбираться в их поведении. Это ведь целая вселенная, которую мы едва ли понимаем до конца.

— Анна, почему сейчас решили про медведей снимать?

— Лис Ветер и его подруга Лава в «Огненном лисе» защищают потомство от медведя. И вроде как медведь представлен злодеем, плохим парнем. Нам захотелось в новой работе показать и другую сторону этого хищника. Мы, как выяснилось, вообще мало знаем о медведях. Каким будет сюжет, мы пока не знаем. Сейчас мы только набираем материал. Как и в «Огненном лисе» сценаристом является природа, так как спланировать поведение животных заранее невозможно.

— Это будет продолжение «Огненного лиса» или это отдельная история?

— Нет, это отдельный фильм, просто он будет сделан в такой же манере, с таким же подходом к документальному материалу, как в «Огненном лисе», то есть на стыке документального и художественного кино. И мы, конечно, будем стараться, чтобы фильм получился таким же эмоциональным и интересным для детей. Именно для детей, потому что мы с Дмитрием видим нашу основную цель, в том чтобы воздействовать на совсем маленьких. Через любовь вызвать эмпатию к животным.

— Съёмки «Огненного лиса» шли почти два года. Как долго будет идти работа над новым фильмом?

— Мы для себя поставили задачу провести два сезона съемок. Первый стартовал весной и продлится примерно до декабря-января. Мы уже отсняли выход из берлог, период гона и главное событие, когда очень красиво на Камчатке – это заход нерки и лосося на нерест в Курильское озеро. Это праздник жизни у медведей, они рыбачат и с удовольствием тут же съедают улов. Также сняли охоту, стычки всякие, драки, споры за еду, как медведицы защищают своих детей. Следующая экспедиция у нас планируется в 2026 году. А выход «Косолапой истории» на экраны планируется на конец 2027 – начало 2028 года.

— Где сложнее всего снимать?

— Самое сложное – это снять то, что происходит высоко в горах. Мы нашли интересные локации и за происходящим там мы наблюдали в подзорную трубу. Туда очень сложно добраться, тем более с оборудованием (только штатив 30 килограмм весит, а камера еще больше): стланик уже поднялся, а внизу глубокий снег. Поэтому мы летали на коптере, хотя и это было непросто. Возможно, на следующий сезон съёмок мы придумаем как туда подойти ближе…

— Вы живете и работаете в окружении медведей. Как вам в таких условиях?

— Я очень медведей боюсь, на самом деле. И мне, конечно, этот проект начинать было тяжело. Тем более, здесь на Курильском озере теоретически может произойти больше ситуаций, когда ты с медведем встретишься, чем в той локации, где мы снимали «Огненного лиса». Находясь рядом с медведем, важно всегда помнить, что это хищник, и не расслабляться. Но мой супруг Дмитрий говорит, что старается отключать страх, потому он должен в первую очередь хорошо снять. Говорит: «Даже если медведь побежит нас атаковать, я должен успеть это снять».

— А как вы защищаетесь от хищника?

— Из средств защиты от медведя у меня всегда при себе такая кричалка-дуделка. Мы ее называем горн. Нажимаешь на баллончик и за счет сжатого газа выходит громкий звук. Медведь пугается и убегает. Но с одним и тем же медведем такое может не пройти несколько раз подряд, так как всё рассчитано на эффект неожиданности. Я применяла его, например, когда в районе Курильского озера на нас на очень большой скорости бежал испуганный медведь — он удирал от сородича покрупнее и мы просто оказались у него на пути. Это та ситуация, когда мы не нарушали никакую технику безопасности, но мы случайно оказались в опасной ситуации. Тогда меня спас горн. У меня он постоянно в руках и палец на кнопке. Мы, конечно, придерживаемся здесь очень строгой техники безопасности.

То есть я не позволяю себе выбросить капустный лист или очистки от картошки, когда готовлю. Не говоря о том, чтобы что-то пахнущее выбросить: мясное или молочное. Это запрещено, потому что медведь будет сюда наведываться и всё это подъедать.

— В этот сезон ко всем прочим испытаниям добавилось еще и восьмибалльное землетрясение… Как вы его пережили?

— Мы были в нашем домике, копировали материалы с последнего съёмочного дня. У нас начали падать батарейки и жёсткие диски со всех полок. Видели, как обрушился огромный пласт Сыпучки – небольшой пемзовой скалы недалеко от кордона «Травяной», – потом она продолжала осыпаться частями ещё несколько минут. Мы услышали сильный шум озера – уже пошла высокая волна. Побежали на смотровую площадку на самой высокой точке нашего мыса. С высоты уже видели, как вода Курильского озера переливалась через тропу в озеро Домашнее. Теперь оно полно пемзы.

— Вы сказали, что мы мало знаем о медведях… Что стало вашим личным открытием?

— Наблюдая уже столько времени на Камчатке за поведением этого зверя, могу сказать, что медведи испытывают сильнейшие глубокие эмоции. Как они ухаживают в период медвежьего гона, насколько это было трогательно, мило и красиво: и заботливо расчесывают медведицу, и танцуют для нее, могут приобнять, есть что-то вроде поцелуйчиков. Даже люди на такие ритуалы не способны зачастую. Потом тема материнства. Медведица одна участвует в воспитании, медведь заинтересован в ней только в период гона. Дальше он ни о ком не заботится, в отличие, кстати, от лис. Самец становится опасным для медведицы и для маленьких медвежат, как только она рожает. И чтобы просто здесь выжить с этими медвежатами, нужно совершать каждый день героический материнский подвиг. Ей нужно защищать, кормить потомство, учить навыкам рыбной ловли, охоты. Чтобы медвежонка научить и выпустить во взрослую жизнь, уходит три года, а то и четыре. Представляете? Вот это, конечно, восхищает. Поражает.    

— Расскажите, пожалуйста про технику, которая помогает вам сделать такие кадры.

— Снимаем все на длиннофокусную оптику, квадрокоптер тоже с семикратным увеличением. Расстояние, с которого мы снимаем, всегда разное. Бывает, что медведицы с медвежатами прямо мимо тебя проходят. Особенно запомнилась одна такая семья, мы её назвали семейка Кусь. Они так радовались весне, что спустились из берлог с отвесных скал и несколько дней кусали друг друга, играли снегом, скатывались, и мы все это снимали. У нас профессиональная кинокамера Red Raptor с набором объективов: длиннофокусных и средних. 

Также у нас есть несколько квадрокоптеров. Еще мы сами пишем звук. Мы записываем звуки, потому что они все уникальные. Ни в какой фонотеке их не найдёшь и не скачаешь. Нам важно донести, прежде всего, маленькому зрителю мысль, что животные умеют разговаривать и общаться, просто у них свой язык. Знаете, на одном показе «Огненного лиса» в Твери, я помню, мальчик один поднял руку из зала и задал вопрос: «Почему у вас в фильме животные разговаривают?» Он имел в виду закадровый текст от лица животного. То есть ребенок, как я поняла, искренне считал, что животные не разговаривают между собой до нашего фильма.

— Анна, какой у вас с Дмитрием распорядок дня?

— Он всегда зависит от погоды. Если у нас хорошая погода, то это значит, что мы можем снимать. Встаем обычно в пять утра где-то. Смотрим в подзорную трубу: где что происходит. Если циклон, то мы можем и подольше поспать, потому торопиться некуда. Мы соответствуем жизни медведей: во время выхода из берлог, находимся там, во время рыбалки – у озера и так далее. Днем всегда плохой свет, поэтому днем мы находимся здесь, на кордоне и выполняем какую-то работу. Например, сейчас мы с коллективом авторов начали новый проект по изданию книги про камчатского медведя, куда войдут, в том числе, наши фотографии из этой экспедиции. То есть днём обычная работа, офисная, можно сказать, только на природе.

— А как вы отдыхаете?

— Я очень люблю читать исторические книги, так как историк по образованию. Недавно прочла книгу по истории Ренессанса и вклада в культуру семейства Медичи как меценатов. Сейчас я читаю книгу про балет «Жизнь Рудольфа Нуреева» на английском языке. По работе мне пришлось заняться английским вплотную, так как он необходим для продвижения фильмов – это общение и переписка с партнерами, фестивалями. Поэтому всегда параллельно читаю что-то на английском языке, плюс раз в неделю у меня поддерживающий урок с преподавателем. 

— Когда собираетесь на заброску на кордон что обязательно берете с собой?

— Конечно, всегда делается упор на непортящиеся продукты. Для нас это гречка, так как макароны мы не едим вообще. Из консервов только тунец – мы не едим тушенку. Когда есть возможность, то всегда стараешься заказывать больше фруктов и овощей, но с этим проблема – они пропадают быстро. Мы всегда обращаем внимание на витамины: С, магний, железо, фолиевая кислота.

— А по чему вы скучаете из цивилизации?

—По ванне…