Парк у Музея декабристов в Чите благоустроили по нацпроекту за 1 млн рублей

— Алина, расскажите, с чего началось производство ваших необычных магнитов в виде наличников?

— Во время ковида, в 2021 году, нас, как и многих, отправили по домам. Мы работали проводниками на железной дороге. И хоть зарплату нам сохранили, просто сидеть дома было скучно — нам давали выходные по месяцу после десятидневного рейса, поэтому нужно было чем-то заниматься. Мы молодые: мне 25 лет, мужу 27, энергия есть. И вот однажды я увидела ролик в интернете с заголовком вроде «Готовый бизнес». В нём рассказывалось, что нужно купить фрезерный станок и делать различные изделия. Меня зацепило то, что окупаемость очень быстрая.

Я предложила мужу, он меня поддержал. Станок приехал, но он оказался таким большим, что пришлось отвезти его к моим родителям в деревню. Мы учились на нём работать. Оказалось, что материалов для фрезерного станка у нас в Чите не купить. Для разделочных досок, например, нужен ясень или дуб, но это дорогие породы деревьев. Мы тренировались на строительной фанере. Потом приобрели лазерный станок — на нём работать оказалось удобнее.

К сувенирам нас привела череда обстоятельств. Наш первый заказ был для ленд-арт-парка «Тужи», идейным вдохновителем которого стал известный скульптор Даши Намдаков. Так совпало, что парк находится недалеко от моих родителей, где мы хранили станок. А парк открылся летом 2021 года. Мы предложили свои услуги и в итоге получили заказ на брендированные магнитики и значки. После этого мы стали делать сувениры с символами Читы и Забайкалья, участвовать в ярмарках мастеров и арт-фестивалях. Сотрудничество с «Тужи» сохраняется до сих пор.

 Идея делать наличники не нова — мы её подсмотрели. У нас в Чите много объектов культурного наследия. Сложность была скорее в том, с чего начать. В первую очередь я выбрала дома с самыми яркими и красивыми наличниками — это реальные окна усадьбы Коновалова, Дома Игнатьевой, усадьбы Лукина, особняка и доходного дома Полутова. Пока у нас коллекция небольшая, но мы будем расширяться. В длину сувениры около 15–20 сантиметров. К «окошку» я прилагаю открыточку с изображением здания и краткой информацией, а также QR-код, который ведёт на сайт, где можно почитать более подробно.

Технология работы такая: сначала я прошлась по всем адресам этих объектов, сделала фото, потом по снимку с помощью графической программы нарисовала эскиз. В нём важно обвести каждый контур. Магниты и другие изделия мы делаем в нашей мастерской при помощи лазерного станка. Сначала наносим ультрафиолетовую печать, а потом клеим шторы и магнитные ленты. К слову, тюль я взяла у бабушки — чтобы добавить тепла и ламповости.

— Какие отзывы от покупателей?

— На одной из ярмарок была женщина, которая долго не могла выбрать и в итоге взяла все окошки. Было и такое, что некоторые просят отрисовать окошки домов, в которых они живут, или хотят окно своего детства. Заказы есть, но мы пока их не реализовали.

— Недавно о вас рассказали на сайте правительства Забайкальского края. Как вы с ним сотрудничаете?

— Мы вообще сами по себе, нас просто заметили, потому что участвуем в разных ярмарках. Кстати, впервые ездили со своей продукцией на Восточный экономический форум. В начале года я отправила заявку, а в мае мне позвонили и сказали, что мы прошли. Нам предложили просто отправить наши изделия и самим не ехать, но для нас важно личное присутствие. Это и возможность презентовать свои изделия, и шанс наладить контакт с коллегами из других регионов, чтобы, возможно, в дальнейшем поставлять туда свою продукцию. Ездили с мужем, ребёнка оставили родителям. Да, проживание и перелёт были за свой счёт, но я рассматриваю эту поездку как инвестицию в будущее.

— А в каких регионах сейчас представлена ваша продукция?

— Сейчас мы представлены только в Забайкальском крае, но в ближайшее время хотели бы «захватить» Байкал — то есть Иркутскую область и Республику Бурятия. Особенно мне нравится город Байкальск, потому что там круглогодичный туристический сезон за счёт горнолыжного комплекса «Гора Соболиная».

— Рисунки, которые вы наносите на продукцию, вы рисуете сами или генерируете через ИИ, ищете готовые шаблоны?..

— Я брала готовые картинки, что-то изменяла. У меня есть знание графических программ — помогло строительное образование, поэтому могла что-то сама начертить, нарисовать. Плюс в детстве посещала кружки декоративно-прикладного искусства. Когда мы уже встречались с будущим мужем, мой первый подарок ему была картина с тигром — на фанере, кстати. Забиваются гвозди, на них наматываются нитки, и получается 3D-картина.

— У вас была большая конкуренция, когда вы вышли на рынок?

— На тот момент было не очень много производителей именно сувениров. У нас не такой уж и туристический регион. Да и сейчас не особо много сувенирных магазинов. На нашей первой ярмарке мы были с сувенирами одни.

— Где вы берёте средства на развитие своего дела?

— Когда ты начинающий предприниматель, ты постоянно мониторишь информационное пространство. Я подписана на большое количество каналов, в том числе на «Мой бизнес». Вот как раз там в прошлом году я увидела пост про первый федеральный конкурс «Создай наше» с призом — один миллион рублей. Мы, конечно, поучаствовали и… победили, хотя финалистов было около тысячи! Мы были единственными участниками из Забайкальского края. Кстати, в этом году конкурс тоже проводился, но из нашего региона никто туда не подавался.

На выигранные деньги мы сняли помещение в Чите. Долгое время наш дом был и цехом, и складом. Заготовки делали в деревне, где стоит оборудование, а дома шла сборка. Также мы закупили ещё более мощное оборудование. В частности, ультрафиолетовый принтер, благодаря которому у нас расширился ассортимент и повысился уровень изделий. Кроме того, в прошлом году мы получили 500 тысяч рублей от регионального Минэка. На эти средства мы купили принтер, который позволяет наносить изображение на одежду. Плюс прошли обучение в Москве. Сейчас много разных программ поддержки для молодых предпринимателей, поэтому если кто-то хочет начать и боится — зря!

 — А какой у вас ассортимент?

— Мы выпускаем магниты, ручки, блокноты, значки, футболки, свитшоты, худи, кепки и другой мерч.

— Это ваша основная работа? И сколько времени занимает подготовка продукции?

— Я сейчас в декрете. Занимаюсь ребёнком и тружусь в мастерской, а у мужа есть ещё основная работа. Он хочет уйти, но пока не решается.

— Все родные обеспечены магнитами?

— Конечно! Только мы с мужем сапожники без сапог. Поскольку работали проводниками, у нас на холодильнике какие угодно магниты — только не с наличниками из Читы (смеётся). Но мы исправимся.

 В Комсомольске‑на‑Амуре в следующем году стартует новый жилой проект — его реализуют в районе пересечения улицы Дзержинского и Октябрьского проспекта. Там запланировано строительство жилого квартала, который будет состоять из восьми домов высотой от 9 до 22 этажей.

 Проект сопровождается комплексом мер по развитию городской среды. Федеральный девелопер «Юникей» взял на себя социально значимую задачу — благоустройство центральной набережной города. В рамках этих обязательств прежде всего планируется восстановить фонтан на набережной. Работы не ограничатся ремонтом самого фонтана: проект включает комплексное благоустройство прилегающей площади. Будут установлены малые архитектурные формы, организованы комфортные зоны отдыха и смонтирована архитектурная подсветка.

Набережная получит новое функциональное наполнение и сможет служить местом для прогулок, встреч и проведения городских мероприятий.

В компании подчеркивают, что при реализации жилых проектов в регионах внимание уделяется не только возведению жилья, но и участию в развитии общественных пространств и городской инфраструктуры. Такой подход рассматривается как важный вклад в долгосрочное развитие территорий.   

Спрос вырос в десятки раз

Согласно уточненным данным правительства Хабаровского края, в 2025 году предприятия региона планируют привлечь на работу около 600 человек из Вьетнама и более 60 из Индонезии. Иностранные специалисты будут работать на стройках, складах, заводах. Указанная зарплата для визовых мигрантов составляет 34-40 тысяч рублей за восьмичасовой рабочий день.

В Амурской области одно из строительных предприятий заказало свыше 500 специалистов из Индии и 90 из Филиппин.

В Приморском крае работодатели запросили 312 специалистов из Индонезии и 157 из Вьетнама. Ливадийский ремонтно-судостроительный завод планирует привлечь 255 работников из Бангладеш. Зарплаты в Приморье для мигрантов одни из самых высоких в ДФО. Индонезийский каменщик или штукатур на приморской стройке может получать 50-55 тысяч рублей в месяц.

«В России спрос на работников из Индии и Бангладеш вырос в десятки, а то и в сотни раз за последние годы. Обладая значительным опытом, мы учитываем тонкости оформления документов и можем определить, из какой страны и каких специалистов целесообразнее привлекать, поскольку существуют профессиональные, религиозные и культурные нюансы и различия», – комментирует директор Международного агентства по подбору иностранных работников «Трудовые ресурсы» Николай Дега.

Новое направление – Мьянма (бывшая Бирма). Первыми его начали осваивать Амурская область и Приморский край. Пока речь идет о десятках специалистов, но эксперты не сомневаются, что поток бирманцев на Дальний Восток будет расти. Этому способствует расширение многопланового сотрудничества России и Мьянмы, где сегодня готовят кадры для российского рынка – создают центры повышения квалификации и обучения русскому языку.

Хотя основная доля квот по-прежнему приходится на работников из Китая, тренд на страны Южной и Юго-Восточной Азии (ЮВА) растет среди дальневосточных работодателей, отмечают в агентстве по массовому набору персонала «Интруд».

«Мигрантов привлекают в строительство, производство, логистический сектор, сельское хозяйство и ЖКХ. Также популярная сфера – швейная промышленность», – рассказал представитель компании.

Миграционный перелом

Частное кадровое агентство «Трудовые ресурсы», одно из немногих на Дальнем Востоке, получило государственную аккредитацию от Федеральной службы по труду и занятости России. В сотрудничестве с Фондом правовой поддержки миграционных процессов эта организация внедряет инициативы, которые направлены на развитие цивилизованной миграции, включая разработку системы упорядоченного набора иностранных рабочих.

По словам Николая Дега, спрос на работников из Индии, Бангладеш и стран Юго-Восточной Азии стал заметным, начиная с пандемии COVID-19 2019-2020 года. В это время была проведена так называемая «ковидная амнистия», позволившая мигрантам, оставшимся в стране и потерявшим право на трудовую деятельность, легализоваться. С учетом закрытия границ рабочая сила стала особенно ценной. Работодатели начали активно конкурировать за оставшихся сотрудников, повышая заработную плату; так, оплата за восьмичасовой рабочий день поднялась с порядка 2500 рублей до 4000 и даже выше, после чего эмигранты из Средней Азии перестали соглашаться на меньшее.

Дополнительным осложнением является падение курса рубля по отношению к доллару. С открытием границ многие трудовые мигранты направились на рынки Европы и Южной Кореи, а, например, для рабочих из Кыргызстана и Узбекистана Венгрия стала более привлекательной страной для трудоустройства.

На российском рынке мигранты из Средней Азии начали запрашивать зарплату до 150 тысяч рублей. Однако возникли вопросы по поводу их квалификации: работодатели не могут получить четких гарантий о наличии необходимого опыта у потенциальных работников.

По словам Николая Дега, Агентство внешней трудовой миграции при узбекском министерстве занятости не предлагает настоящего квалификационного отбора: все основывается лишь на устных заявлениях работников. Часто создаются ситуации, когда на онлайн-собеседовании кандидат, владеющий русским языком, представляет группу, где другие члены команды на нем не говорят. Это влечет за собой дополнительные трудности.

Еще одна проблема заключается в недостаточной надежности мигрантов из Средней Азии. Несмотря на то, что работодатель может покрыть расходы на перелет и жилье, а также оформить патент, нередко бывает, что после легализации иностранный работник нарушает условия контракта и покидает место работы. Это создает нестабильность для бизнеса.

Доступный ресурс

Трудовые ресурсы из ЮВА по сравнению со Средней Азией более доступные, подчеркивает председатель правления ПРОО «Консультационный центр по вопросам миграции и межнациональных отношений (ПРОО «Миграция»)» Сергей Пушкарев.

Зарплата такого рабочего может составлять 400 долларов или даже меньше. В приложении к приказу Минтруда о трудовых квотах в Хабаровском крае зарплата вьетнамского плотника составляет 44,6 тысячи рублей, фасовщицы – 34,2 тысячи рублей. Индонезийский массажист получает 38 тысяч рублей.

Казалось бы, мигрант из Южной Азии или стран АСЕАН может найти более высокооплачиваемую работу в Саудовской Аравии, Катаре или другой стране, которая ему ближе по климатическим условиям и традициям, но в кадровых агентствах отмечают, что там специалисты часто получают не больше, а иногда даже меньше, чем на Дальнем Востоке. Например, 300 долларов – обычная зарплата мигранта в Катаре.

«Кроме того, в той же Индии, в Бангладеш есть площадки, где можно протестировать потенциальных сотрудников. Если это швея, ей дают техническое задание от работодателя – сшить карман или воротник. Исполнение фиксируется на видео», – рассказывает Николай Дега.

Средний портрет мигранта из ЮВА – молодой мужчина 21 — 30 лет. Практически все заработанные деньги он отправляет в семью. Знает английский язык. В условиях проживания неприхотлив.

«Они готовы работать по 10-12 часов. Не воруют. Просят лишь один выходной. Соглашаются жить по 20 человек в комнате», - так охарактеризовали иностранных специалистов из Индии и Шри-Ланки в компании «Трудоргнабор».

Проблема остается

В 2024 году нехватку кадров испытывали 65% дальневосточных предприятий. Такие данные по итогам опроса приводит Институт народнохозяйственного прогнозирования РАН. В регионе больше всего не хватает квалифицированных рабочих (82%) и инженерно-технического персонала (39%). В среднем на активную вакансию приходится всего 1-2 резюме.

При этом квота на привлечение иностранных сотрудников, прибывающих в Россию на основании визы, в 2025 году была увеличена в 1,5 раза из-за дефицита кадров. И если в 2024 году для трудовых мигрантов в рамках приказа Минтруда №4 в Приморье выделили 7,3 тыс. рабочих мест, то в 2025 году 7,7 тыс., хотя изначально планировалось не более 5 тыс.

Общая квота по Дальнему Востоку увеличилась до 56,1 тысячи иностранцев. В то же время, согласно данным Восточного центра государственного планирования, потребность в кадрах на Дальнем Востоке составляет 140 тыс. человек.

Многие работодатели ДФО жалуются на дефицит иностранной рабочей силы. Кадровый голод связан и с ограничениями на работу мигрантов из Средней Азии, которые имеют право на безвизовый въезд в Россию. По этому пути пошли большинство регионов, а в некоторых субъектах привлекать граждан из бывших стран СНГ запретили полностью. Возникают претензии у работодателей и к качеству рабочей силы, которая не всегда соответствует заявленным параметрам. Низкая квалификация – одна из главных проблем трудовой миграции.

Необходимо скорректировать миграционную политику, считают в бизнес-сообществе, соблюдая баланс между интересами экономики и национальной безопасности. Это потребует совместной работы российского правительства и стран-поставщиков трудовых ресурсов.

– Александр, расскажите о себе. Где вы обучались в России, как вы поступили в аспирантуру в Китай?

- Я проходил обучение в Хабаровском Тихоокеанском государственном университете (бывшем ХПИ), где получил два высших образования – «менеджмент в нефтегазовой отрасли» и «инженерное нефтегазовое дело». После окончания ВУЗа, я работал в МЧС России, природоохране и задумался о дальнейшем карьерном и личностном росте. Так, в 2021 году я твердо решил – я поступаю в Китай. В сентябре я поступил на магистратуру в Харбинский политехнический университет по специальности «Композитные материалы в гражданском строительстве», а в 2024 году – на аспирантуру по указанному направлению.

– Почему вы выбрали именно Китай? Какими по вашему мнению он обладает преимуществами перед учебой в Российских ВУЗах? Будете ли вы иметь преференции на рынке труда, вернувшись в Россию?

– Прежде всего, по выпуску ты получаешь диплом международного образца, который котируется не только внутри страны, но и за рубежом. Во-вторых, это конечно же знание двух иностранных языков. Обучение в ВУЗе проходит по выбору студента либо на английском, либо на китайском, языковая среда также способствует изучению языка и культуры, что с учётом политических реалией обеспечивает большую конкурентно-способность в РФ. В-третьих, и самое главное – это материальная база для обучения в университете. Еще на учебе в магистратуре, я имел доступ к двум современным лабораториям, международной научной библиотеке, китайским информационным ресурсам, современным дорогостоящим инженерным приложениям и программам. Стоит отметить, что получить доступ к большинству китайских ресурсов возможно только находясь и обучаясь в Китае, что обеспечивает уникальность данных знаний для иностранцев.

– Расскажите, какие существуют гранты для поступления в Китай? Какие требования предъявляются для абитуриентов? С какими трудностями вы столкнулись при подготовке документов?

– Для иностранных студентов существует три вида грантов: А1 – полностью бесплатное обучение (включая проживание в общежитии), а также стипендия. А2 – бесплатное обучение, но платное проживание в общежитии и без стипендии, А3 – скидка на обучение в ВУЗе. На получение гранта влияет успеваемость абитуриента, его личные достижения, научные публикации. При этом, намного проще получить полный грант на технические специальности в Китае, нежели на гуманитарные. Что касается уровня обучения, то в большинстве своем грантовые программы рассчитаны для поступающих в магистратуру или аспирантуру. Получить грант на учебу на бакалавра намного труднее.

Очень важным требованием для поступления является знание китайского языка (не ниже HSK 4). Для этого необходимо обратиться в любой филиал института Конфуция в России, сдать экзамен и получить официальный сертификат. Также, требуется пройти медицинский осмотр, в учреждениях имеющих сертификацию для использования результатов осмотра в международных документах, осуществить перевод и нотариальное заверение документов на китайский язык в уполномоченных организациях. Также необходима будет выписка об отсутствии судимости. Если у гражданина были проблемы с законом, то поступить в Китай практически невозможно. Собрав пакет документов необходимо обратиться к администрации ВУЗа. В каждом учебном учреждении имеются отделы, работающие с иностранными студентами, в том числе и с желающими поступить из России. Сотрудники университета подскажут иностранцу куда ему будет реальнее всего поступить, какие документы необходимо будет собрать и на какой грант он может претендовать, а также окажут консультирование по другим интересующим вопросам.

– Как проходит обучение в самом политехническом университете? Как строилась ваша программа обучения в магистратуре и аспирантуре?

– Студенты сами формируют свою учебную программу на очередной год. Для каждой специальности существуют обязательные предметы для изучения, а также дополнительные, которые студенты выбирают сами. За каждый выбранный предмет (в зависимости от сложности) вам начисляются кредитные очки. Для допуска к защите диплома необходимо набрать необходимое количество кредитных очков. Мне предоставлялся выбор из 70 предметов.

Учебная неделя на магистратуре получается очень загруженной. В среднем студент имеет от 5 до 8 пар в день и нередко освобождается только к позднему вечеру.

– Что можете рассказать о материально-техническом оснащении ВУЗа? Какие бытовые условия созданы для студентов, как руководство университета способствует научной деятельности обучающихся, прохождению ими стажировок?

– В материальном плане Харбинский политех оснащен на высшем уровне. На территории кампуса имеется несколько крупных столовых, коворкинг зоны, современные спортивные площадки и тренажеры. Также студенты, проходящие обучение по техническим специальностям, имеют доступ к лабораториям. В лабораториях имеется самое современное оборудование, специальные зоны для отдыха и многое другое. Когда я только приступил к научной деятельности, мне купили новый компьютер с несколькими мониторами. В случаях, если для исследований требуются какие-либо материалы, то через научного руководителя я составляю заявку и материалы поступают в течении 3-5 рабочих дней.

Что касается практики, то студенты технического профиля проходят ее в лабораториях. По другим направлениям обучения, университет предлагает студентом ряд компаний, где они могут пройти практику. Также ВУЗ сотрудничает с этими компаниями и по трудоустройству выпускников.

– С какими трудностями вы столкнулись в начале жизни в Китае?

– Конечно Китай – это не для каждого. Жизнь в Китае очень отличается от жизни в России, начиная от еды и заканчивая местным менталитетом. Тут нет привычной гречки и борща, еда зачастую острая, многие соотечественники, по возвращению на родину перестают есть рис или лапшу на определённое время. Также в Китае существенно отличается медицина. В основном, все медикаменты включают в себя лечебные травы, что является одной из основ китайской традиционной медицины, что может быть не привычно для нашего организма. Болеть в Китае – очень дорого. Пусть каждый иностранный студент и имеет медицинскую страховку, однако она покрывает только суммы свыше 1500 юаней и часто, при лечении чек выставляется на сумму не выше указанной в страховой, но близкой к верхней планке. В случае резкого заболевания или ухудшения состояния нужно помнить, что вызов скорой помощи в Китае – услуга платная и не дешевая.

В целом, жизнь в Китае дешевле чем в России. Здесь дешевый общественный транспорт, продукты питания и местные «чифаньки». В среднем студенту хватает от 50 до 100 юаней на день. Что касается самих китайцев, то они все очень дружелюбны и открыты для помощи иностранцем, в целом в Китае очень хорошее отношение к русским.