— Светлана Викторовна, что такое ПДС — в двух словах?

— ПДС — это программа долгосрочных сбережений. Ее суть — вы откладываете деньги, а государство вам помогает. Это софинансирование, налоговые льготы и возможность получить накопленное особых жизненных ситуациях. Открыть ПДС может любой гражданин.

Главный плюс программы — господдержка. За 10 лет участия в программе можно получить до 360 тысяч рублей от государства. Причем софинансирование от государства за взносы текущего года поступят на счет ПДС уже в следующем году.

— Вместе с налоговыми вычетами (до 88 тысяч рублей в год) это дает ощутимую прибавку к накоплениям.

Программа стартовала чуть больше года назад. Уже более 4 млн человек к ней подключились, из них более 3 млн — через «СберНПФ». Это отличный результат, особенно учитывая, что продукт еще новый.

— А сколько именно добавит государство?

— В течение десяти лет участия в программе государство добавляет деньги в зависимости от вашего среднемесячного дохода. Если он до 80 000 рублей— софинансирование 1:1. То есть: вложили 1 000 рублей — государство также добавит 1 000 рублей. Если среднемесячный доход от 80 000,01 до 150 000рублей — соотношение 1:2. Это значит, что на ваши 2 000 рублей государство прибавит 1 000 рублей сверху. Когда среднемесячный доход выше 150 000,01 рублей, действует соотношение 1:4. То есть, чтобы государство добавило 1 000 рублей, участнику программы надо внести 4 000 рублей.

Минимальный взнос — всего 2 000 рублей в год. Верхнего предела нет. В год можно получить до 36 000 рублей от государства и до 88 000 рублей — в виде налогового вычета.

— Что насчет надежности, как можно быть уверенным, что накопления не пропадут?

— Все личные взносы и доход от их инвестирования застрахованы через Агентство по страхованию вкладов — до 2,8 млн рублей. Это такая же защита, как у банковских вкладов, только по вкладам защита в пределах 1,4 млн руб. Отдельно страхуются и переведенные в ПДС средства накопительной пенсии, и господдержка, и доходы от их инвестирования.

— Можно на примере?

— Конечно. Представим: женщина, 36 лет, живет в Приморье, ее среднемесячный доход составляет 60 тыс. рублей. Решает откладывать 36 тысяч рублей в год (по 3 000 в месяц). Государство добавит еще 36 000. При доходности 10,31% годовых, через 15 лет, при условии вложения налогового вычета в программу, на ее счете будет примерно 2,3 млн руб.

— То есть необязательно вносить за один раз, можно делать ежемесячные взносы и не думать об этом?

— Да! Можно настроить автоплатеж через приложение «Сбербанк Онлайн» — раз в месяц или в год, как удобно.

Мы в Сбере активно инвестируем в развитие цифровых сервисов. Все можно сделать удаленно — оформить, внести взнос, перевести средства накопительной пенсии в ПДС. Особенно приятно, что на Дальнем Востоке это работает даже активнее, чем по стране — почти каждый четвертый участник в регионе подключился именно онлайн.

— А можно ли забрать деньги раньше?

— Да, программа предусматривает это, но в определенных случаях: в случае потери кормильца или при оплате дорогостоящего лечения. Это важно — жизнь непредсказуема.

А вообще, ПДС рассчитана на долгосрочные цели: накопить на квартиру, машину или обеспечить себе пенсию. Все средства можно будет забрать через 15 лет после заключения договора ПДС или если расчётная сумма пожизненной периодической выплаты окажется меньше 10% действующего на дату обращения за выплатой прожиточного минимума пенсионера в целом по России. Или оформить периодические выплаты, начиная с 55 лет для женщин и с 60 — для мужчин.

— Как по-Вашему — кому особенно стоит задуматься о ПДС?

— Я думаю, это полезно всем. Но если выделить, то, пожалуй, в первую очередь тем, кто хочет подстраховаться и создать финансовую «подушку», тем, кто думает о будущем детей ПДС может помочь накопить на образование или стартовый капитал. И, конечно, предпенсионерам — чтобы выйти на пенсию не с пустыми руками.

Опросы в Приморье показывают: многие хотят получать на пенсии 76 тыс. рублей в месяц — чтобы жить в привычном ритме. С ПДС это становится реальнее.

Если вы готовы откладывать понемногу, но стабильно — ПДС может стать вашим персональным финансовым помощником. С господдержкой, с защитой, с удобным управлением через приложение. И, главное, с возможностью обеспечить себе уверенное будущее.

«Более половины всех участников внешнеэкономической деятельности на Дальнем Востоке работают в Приморском крае. Географическая близость и логистическая доступность к странам АТР позволяет выходить на совокупный рынок с численностью населения более 3 млрд человек, и объемом ВВП, превышающим треть мирового», — отметила Инна Войскович.

Россия и Китай переживают активную фазу укрепления сотрудничества: растет объем двусторонней торговли, доля расчетов в национальных валютах достигла более 90%. В 2025 году на границе стран откроется первая «умная таможня» — начнет работу закрытый на реконструкцию 5 лет назад погранпереход Хулинь-Марково.

Помимо географических преимуществ, для предпринимателей Дальнего Востока сегодня действует целый ряд мер поддержки, которые влияют на рост объемов экспорта и импорта. По итогам 2023 года внешнеторговый оборот в Приморском крае превысил 13 млрд долларов.

Значительный рост объемов перевозки контейнеров на Дальневосточной железной дороге свидетельствует о позитивной динамике в сфере грузоперевозок и увеличении спроса на импортные товары.

Ключевым элементом системы поддержки в Приморье сегодня является Центр поддержки экспорта (подразделение краевого центра «Мой бизнес»). Структура в том числе предлагает помощь в размещении на международных электронных торговых площадках, прохождении процедуры стандартизации и сертификации, продвижении и защите интеллектуальной собственности за рубежом. Правительство Приморского края ежегодно выделяет на субсидирование затрат экспортеров, максимальная сумма субсидии на одну компанию составляет 1 миллион рублей.

Как отмечает Инна Войскович, Сбер помогает в поиске партнеров как за рубежом, так и внутри страны, облегчает процесс установления новых деловых связей и расширения бизнеса:

«Это особенно актуально в условиях глобальной экономики, где наличие надежных партнеров играет ключевую роль. Мы поддерживаем наших клиентов на трёх языках: русском, английском и китайском в режиме 24/7. Можем предоставить гибкий курс конверсии и возможность индивидуально подбирать варианты расчетов с партнерами, что может значительно уменьшить расходы на обмен валют и международные транзакции. Такая гибкость важна, поскольку каждая компания имеет свои особенности и потребности, связанные с финансовыми операциями».

Строить прогнозы относительно перспектив внешнеэкономической деятельности непросто. Тем не менее ситуация на рынке мотивирует многие страны расширять способы проведения платежей, снимать инфраструктурные ограничения.

Внутри восьмерки

На Дальнем Востоке России тренд на цифровую трансформацию крепнет. Верно и традиционно медленно: для культуры федерального округа характерна неспешность принятия изменений, да и новые технологии доходят сюда чуть подольше, чем в центр РФ. Среди восьми регионов, проходящих трансформацию вместе с Дальневосточным Сбербанком (это Хабаровский, Камчатский и Приморский края, Сахалинская, Магаданская и Амурская области, а также Еврейская автономная область и ЧАО), предсказуемо лидирует Приморье. На втором месте – Хабаровский край.

– На территории этих краев приходится порядка 60-65 % проектов. При этом в Приморье их процентов на 30-40 больше, - говорит директор управления по цифровому развитию Дальневосточного Сбербанка Иван Трошин. - Что касается других регионов, в них есть определенная специфика отраслей, с которыми мы работаем.

На Сахалине и Камчатке, где во главе угла стоят рыбодобыча и рыбопереработка, в  стадии обсуждения и первичной реализации проекты по операционной эффективности бизнеса и по использованию технологий искусственного интеллекта для прогнозирования вылова. В аграрной Амурской области успешно реализуется процесс цифровизации мониторинга полей. Если наземная техника обследовала поле за три-четыре часа, то дрон может это сделать всего за час. Это дало значительную экономию времени и ресурсов.

В Магаданской области Сбер сотрудничает с компаниями, которые ведут дистрибьюцию специализированной техники и запчастей для горнодобывающей отрасли.

Таков путь

Иначе говоря, Сбер предлагает решения для упрощения и автоматизации рутинных задач, и сопровождает решившихся в бурном, а главное, бескрайнем, море технологий. При всем разнообразии вариантов цифровая трансформация любой компании состоит из пяти шагов. Первый шаг - осознание, шаг номер два – стратегия цифровой трансформации в дополнение к основной стратегии компании, номер три – реинжиниринг процессов и организационной структуры, четвертый – выбор и разработка решения, пятый – адаптация и внедрение. Когда команда Сбера рассказывает предприятиям об этих шагах, то в качестве иллюстрации показывает простой нелинейный график.

– Это не отрезок с началом и концом, это знак бесконечности, на котором и распределены пять этапов, – поясняет Иван Трошин. – Первый цикл цифровой трансформации от первого до пятого шага занимает год или полтора. Но всё очень зависит от зрелости процессов в компании, и может осуществляться как быстрее, так и медленнее. Например, есть отрасли с определенной сезонностью и, когда идет период зарабатывания денег, то там уже не до изменений, нужно быстро выполнять действия, которые дадут операционную прибыль в итоге.

Пять шагов цифровой трансформации не заканчиваются в принципе, они всегда уходят на следующий виток, подчеркивает Трошин.

Показания к применению

Повышением цифровой зрелости может, и должна заниматься каждая компания из любой отрасли, уверены в Сбере. Однако есть сферы, которым он показан в первую очередь: те, где подразумевается взаимодействие с клиентом. Это может быть юридическое лицо, так называемый сегмент B2B («би ту би», business to business), либо обычный покупатель, сегмент B2C («би ту си», business to consumer). Потому что в век цифровых технологий важна оперативность. К слову, в этом как раз и заключается основная задача цифровой трансформации - сжимать время от идеи до получения конечной услуги.

– Приоритетные отрасли? Естественно, это ритейл, фуд-ритейл, дистрибьюция разного рода, девелопмент, когда строят и продают жилищные или нежилые площади, –развивает тему Иван Трошин. – Это может касаться и торгово-производственных компаний, представленных в полном цикле (создание ценности - ее переработка – упаковка – передача на склад – реализация со склада), процесс цифровой трансформации таким предприятиям показан тоже на 100 процентов. Конечно, для различных направлений уже существуют отраслевые решения, но все проекты индивидуальны.

Так, с группой компаний «Восток Цемент» (Приморский край), Дальневосточный Сбербанк работает в части электронной коммерции, тесно сотрудничая с ООО «ЕЦС (единый центр снабжения)-ДВ», который представлен как онлайн-площадка для продажи строительных смесей. Банк участвует в проработке бизнес-процессов, предоставляет свои финансовые технологии для оплаты в сегменте B2B и предлагает варианты улучшения клиентского пути. Вариативно и взаимодействие с застройщиками.

К примеру, проект банка с группой «Восточный луч» (Приморский край) в 2022 году начался с обучения руководящего состава в СберУниверситете по программе Digital Strategy. А с ГК «Восток-Лидер» (Приморский край) сейчас прорабатывается интересная идея по расселению как сервис. Здесь основная задача – предоставить девелоперам возможность работать с таким механизмом, как КРТ (комплексное развитие территории), предусматривающим строительство не только многоквартирных домов, но и инфраструктурных объектов. 

Системный подход

Сбер дает компаниям-интеграторам системы. Для тех же застройщиков, к слову, актуально несколько направлений. Первое среди них – система управления клиентским опытом, так называемый сервис Customer relationship management (CRM). К ней подключаются входящие каналы: сайт и чат-бот, через которые потенциальный клиент может прокоммуницировать с компанией, запись телефонных звонков, чтобы руководитель отдела продаж мог послушать, как с клиентом разговаривали.

– Наша команда показывает, как с этих каналов снимать статистику и понимать, есть ли рост и за счет чего, - рассказывает Трошин. – Помимо CRM, мы можем предоставлять системы управления ресурсами предприятия класса ERP (Enterprise Resource Planning), объединяющие все функциональные блоки: это и проектно-сметная документация, и план-график реализации самого проекта, и движение товарно-материальных средств.

Цифровая трансформация для дистрибьюторов тоже системна. Для приморского оптовика «Проект-Инвест» прорабатывается стратегия продвижения собственных торговых марок: от идей, что именно производить, до выбора технологий и марок оборудования. Стратегия для АЮСС ВСТК (Восточно-Сибирская торговая компания) немного иная. У этой группы компании ВСТК есть собственное решение по управлению складом. Это так называемая WMS-система, на которой все складские операции связывают в одну IT- структуру.

– АЮСС ВСТК предлагает свою разработку – с установкой, с сопровождением и с внедрением. И в данном случае мы работаем над тем, чтобы интегрировать наши финансовые технологии, и помогаем нашим партнерам с распространением этой системы, – продолжает Иван Трошин. 

Без стереотипов

Как узнать, что предприятию пора трансформироваться? Есть три верных признака. Первое - время исполнения процессов внутри компании (например, согласования, подписания документов) доставляет сложности. Второе – несовременность либо недостаточная функциональность решений (программное обеспечение десятилетней давности, к примеру). И третье – готовность руководства встроиться в процесс цифровизации. Такой сервис, кстати, предоставляет только Сбер.

– Часто, когда мы (а у нас на Дальнем Востоке своя цифровая команда из 11 человек) приходим в компании на первые встречи, слышим вопрос: «А что, Сбер еще и этим занимается?», – улыбается директор управления по цифровому развитию. – То есть часто воспринимают банк именно как финансовое учреждение. Но сегодня Сбер уже не только финансовый партнер, но и партнер в развитии бизнеса и повышении его операционной эффективности.

А еще считается, что цифровая трансформация – это дорого, долго и сложно.

На самом деле, все зависит от масштабов и задач, говорит Трошин. И он убежден – расходы на цифровую трансформацию сопоставимы с теми результатами, которые можно получить, пройдя полный цикл цифровизации.

Кстати, компании, которые проходят цифровую трансформацию со Сбером, растут на 40 процентов быстрее. Об этом заявил директор Департамента развития корпоративного бизнеса Сбербанка Сергей Меламед, выступая на конференции SberPro Tech 2024. Банк начал трансформацию с себя и сейчас активно делится опытом, как собственным, так и опытом своих клиентов разных отраслей. Реализацией проектов цифровой трансформации корпоративных клиентов занимаются более 200 менеджеров по всей стране, а партнерская программа включает уже более 250 IT-компаний с уникальной технологической экспертизой.

Мастер-планы дорогого стоят

Разработанные по поручению президента России мастер-планы 25 дальневосточных городов – это уникальный шанс для выхода экономики и качества жизни в ДФО на новый уровень. При этом, как отметил модератор дискуссии, первый заместитель Председателя Правления Сбербанка, Александр Ведяхин, очевидно, что их реализация требует большого объема средств – более 4 трлн рублей, причем 2,2 трлн должны поступить из внебюджетных источников, а значит, необходимо активно привлекать инвесторов. Как это сделать с учетом того, что ключевая ставка уже составляет 18 % и, возможно, вырастет еще?

Отвечая на этот вопрос, министр Российской Федерации по развитию Дальнего Востока и Арктики Алексей Чекунков подчеркнул: «Очень важно, что мастер-планы — это не какой-то градостроительный документ, это настоящий гибрид плана развития города и бизнес-плана, плана трансформации экономики, создания новых отраслей экономики, новых предприятий, диверсификация экономики и создание рабочих мест с высокой зарплатой».

Поэтому, понимая причины денежно-кредитной политики Центробанка, Минвостокразвития в этих условиях стремится не только не останавливаться, но и не сбавлять темп. В частности, ко второму дню ВЭФ-2024 уже подписано несколько соглашений об инвестициях общей суммой 3,7 трлн рублей. По итогам первого года действия программы реализации мастер-планов обеспечено финансирование 27 % мероприятий. Кроме того, Алексей Чекунков обратил внимание на то, что необходимо умное управление государственным долгом на Дальнем Востоке в разных форматах, к примеру, государственно-частное партнерство, выпуск специальных ценных бумаг. Без этого реализация мастер-планов невозможна, а она того стоит.

Эффективные практики поддержки

Илья Торосов, первый заместитель Министра экономического развития Российской Федерации, рассказал о том, что на сегодняшний день есть пять больших блоков мер поддержки, которые позволяют привлекать относительно дешевое финансирование в инвестиционные проекты. Первый блок – это Фабрика проектного финансирования, в рамках которой государство страхует процентные риски. Это значит, что разницу между ключевой ставкой и установленной величиной, которая зависит от проекта и составляет 7–10 %, государство берет на себя. Больше половины проектов на Дальнем Востоке реализуются при поддержке Фабрики. Второй инструмент – это Фонд национального благосостояния: финансирование осуществляется в зависимости от проекта по определенным ставкам (3–5 %), в результате чего сокращается общая стоимость проекта с точки зрения привлечения денежных средств. Третий, четвертый и пятый блоки – это ГЧП-концессии (ГЧП – государственно-частное партнерство – прим. ред.), таксономия техсуверенитета и отраслевые меры поддержки. Причем, как пояснил заместитель председателя ВЭБ.РФ Артем Довлатов, меры поддержки можно комбинировать, как произошло, например, при финансировании на Дальнем Востоке проекта строительства нового аэропорта в Магадане.

Председатель правления АО «Банк ДОМ.РФ» Артем Федорко рассказал еще об одном инструменте, а именно о практике применения механизма инфраструктурных облигаций на Дальнем Востоке.

Взгляд с другой стороны

Как перечисленные меры работают для представителей бизнеса? На этот важный вопрос ответил генеральный директор ООО «Управляющая компания Баимская»: «Мы используем целый набор мер. В нашем случае, это, безусловно, меры, которые предоставляются для всех инвесторов, работающих на территории Дальнего Востока. Это режим Арктической зоны Российской Федерации и режим Территории опережающего развития… Наш проект предполагает создание ряда объектов внешней инфраструктуры: это 400 км автодороги, это 400 км линий электропередачи и строительство нового порта. Когда мы проект собирали, мы смотрели все возможные механизмы поддержки, механизм концессии нам показался наиболее эффективным… Палитра мер государственной поддержки позволяет нам реализовывать такие сложные тяжелые капиталоемкие проекты».

Время домостроя

В общем объеме всего строительства по стране доля деревянного домостроения приблизилась к 20%. В немалой степени на это повлияли принятые на федеральном уровне нормативные изменения. Фактически полностью реализована дорожная карта по развитию деревянного домостроения, проведены необходимые испытания на изучение пожарной безопасности многоквартирных и многоэтажных зданий из дерева, выпущены соответствующие своды правил, рассказал зампред комитета Совфеда по федеративному устройству, региональной политике, местному самоуправлению и делам Севера Александр Высокинский.

«В 1960-1970-е годы на фоне расцвета ЖБИ деревообрабатывающая промышленность не смогла предложить технологичную альтернативу. В результате деревянные дома стали ассоциироваться только с деревней, дачей, и сформировалась инерция восприятия», –отметил представитель Ассоциации деревянного домостроения (АДД) Егор Горелов.

Ситуация постепенно меняется, хотя, добавил он, стереотипы по-прежнему мешают развитию отрасли, а нормативная база все же отстает.

«Краеугольный камень – отсутствие в наших нормативных документах научно доказанных, обоснованных норм по оценке долговечности, срока службы деревянных домов, оценки их остаточного ресурса, ремонтопригодности и т.д. Есть предложения [эти темы] положить в программу прикладных научных исследований на 2026-2028 год», –уточнил директор по работе с госорганами АДД Вадим Фидаров.

Последние пять лет на Дальнем Востоке наблюдается увеличение ввода домов из древесины, констатирует директор департамента инвестиционного развития и международного сотрудничества Минвостокразвития Олег Вахтин. Причем в отдельных регионах динамика роста ярко выражена. Так, в 2024 году на Камчатке введено 27 тыс. кв. м жилья с использованием деревянных домокомплектов, на 34% больше, чем за предыдущий год.

Основное строительство деревянных домов относится к сегменту ИЖС, его доля в индивидуальной застройке составляет примерно 50%. Вместе с тем с применением лесоматериалов уже строятся объекты социального назначения, такие примеры, в частности, есть в Якутии, а также в Приморском крае, где построена школа на 80 мест.

Немаловажно, что деревянное домостроение расширяет возможности отечественного ЛПК, переживающего сегодня непростой период. Дальневосточные лесопромышленники во многом ориентированы на потребности Китая, но Поднебесная, несмотря на первоначально оптимистичные прогнозы, потребление российского леса в течение прошлого года снижала, а объем поставок пиломатериалов из России в КНР оказался самым низким за последние пять лет. При этом доля российской древесины и лесопродукции в китайском импорте, согласно таможенной статистике, неуклонно сокращается с 2018 года.

Сегодня на Дальнем Востоке действуют порядка 50 компаний, которые по индивидуальным заказам возводят деревянные дома. Тем не менее предприятий, осуществляющих в промышленных масштабах создание и сборку таких сооружений, нет, признает Олег Вахтин. Для появления серьезных игроков на рынке власти готовы предложить набор действующих в регионе преференциальных мер господдержки, заверил он.

Между тем инвесторам важны гарантированно стабильные объемы сбыта. Даже производители домокомплектов Сибири, где в сравнении с ДФО более широко представлено деревянное домостроение, в настоящее время испытывают недозагрузку мощностей, свидетельствуют в Минпромторге РФ. 

От индивидуального к типовому

Потенциалом развития деревянного домостроения представляется программа по переселению людей из непригодного жилфонда. В 2024 году в ДФО насчитывалось более 5 млн кв. м жилья, признанного ветхим и аварийным. По экспертным оценкам, сообщил Олег Вахтин, к 2040 году эта цифра возрастет до 23 млн кв. м.

«На сегодняшний день в России сняты ограничения, ранее сдерживавшие использование деревянного домостроения при расселении аварийного жилья: расширены условия по территориям строительства и отменен прежний потолок по этажности для деревянных многоквартирных домов. Это открыло возможность применять деревянные решения при строительстве многоквартирных домов в рамках соответствующих программ», – объясняет директор по реализации региональных проектов Фонда развития территорий (ФРТ) Андрей Шелковый. При этом расселение сегодня возможно и в ИЖС, за счет появления целых коттеджных поселков.

Дальневосточные территории здесь не исключение. Так, в четырех субъектах РФ (Якутии, Приморье, Чукотке, а также в Республике Коми) по действующим и завершенным контрактам, заключенным в рамках региональных адресных программ расселения непригодного жилфонда, уже приобретено 11,4 тыс. кв. м жилья, возводящегося с применением деревянных домокомплектов, проинформировал Андрей Шелковый.

Но для масштабирования практики мешает ключевое условие – цена «квадрата». «По всем программам, связанным с переселением из аварийного жилья, предоставлением жилья детям-сиротам и т.д., есть определенное правило. Они все привязаны к определенному ценовому порогу, – поясняет представитель ФРТ. – Сделайте такую стоимость [по деревянным домам], и эти проекты будут востребованы в рамках программы. Потому что конкурировать за счет субсидий это, безусловно, стартовая вещь, которая необходима, но она не может работать постоянно, должны быть абсолютно рыночные условия».

Опросы совместно с ВЦИОМ показывают, что четверть россиян хотела бы жить в деревянном доме, говорит заместитель гендиректора ДОМ.РФ Алексей Ниденс. Важным условием при этом является доступность такого жилья и его качество. Пока что среди подрядчиков деревянные домокомплекты не столь популярны.

Вице-президент Национального объединения строителей Аркадий Чернецкий считает, что в стройиндустрии нужна популяризация технологий и лучших практик деревянного домостроения. В качестве инструмента он привел в пример национальный реестр добросовестных производителей и поставщиков, на участников которого ориентируются застройщики. Важно, чтобы в этот список попадали изготовители деревянных домокомплектов и стройматериалов. Сократить же стоимость возведения жилья и увеличить объемы поможет выход на типовые проекты строительства, убежден эксперт. 

Занять достойное место в стройиндустрии

Современные технологии деревянного домостроения уже позволяют удешевить строительство, утверждают специализированные девелоперы. Так, постройка многоквартирных зданий с применением CLT (деревянных панелей, изготовленных из склеенных между собой слоев сплошного пиломатериала) заметно сокращает сроки работ. У трехэтажного дома на 62 квартиры тепловой контур собирается за три недели, сообщила гендиректор BN Group Ольга Иванова. Конструкции таких зданий в отличие от ЖБИ значительно легче, и при постройке подобных сооружений требуется гораздо меньший объем работ на возведение фундамента, а следовательно, меньшее число рабочих и техники.

«Два года назад, к сожалению, стоимость CLT-панелей в разы превышала любые другие технологии. За два года умудрились ее снизить. Сейчас я могу уверенно сказать, что себестоимость строительства ниже, нежели с железобетонными конструкциями», – заверила Ольга Иванова.

Теплоэффективность CLT-панелей позволяет комфортно жить даже на Крайнем Севере, обращает внимание менеджер. К настоящему времени есть опыт строительства такого жилья на Чукотке. В числе других перспективных территорий, где возможно расширять эту практику, – Магаданская область, Якутия, Хабаровский край.

«Чего на сегодняшний момент не хватает: деревянная индустрия пока не стоит в одном ряду со всеми монстрами строительных материалов, таких как цемент, кирпич, железобетон. Мы все-таки плаваем отдельно, хотелось бы выйти в одну линейку с ними», – подчеркнула гендиректор BN Group.

Вице-президент Союза сельских строителей России Михаил Краснов сетует на отсутствие должного внимания к инновационным подходам в домостроении. В частности, несколько лет назад разработан композиционный материал – деревофибробетон. Основными компонентами в нем являются измельченные отходы деревопереработки и связующий цементный раствор.

«Электрофизическая обработка этого материала превращает его в очень прочный, негорючий, не гниющий. Строить можно круглый год. Этот материал готовится непосредственно на строительной площадке, не надо вкладывать деньги в строительство заводов, годится для самых крайних северных регионов. Мы бьемся за продвижение этого инновационного материала и встречаемся с очень большими трудностями, потому что инертность подхода, инертность мышления», – рассказал Михаил Краснов.

Не все знают, что новые технологии обработки древесины ставят материалы из нее по надежности и безопасности в один ряд с железобетонными и кирпичными конструкциями. Вместе с тем важно понять, как новая технология будет вписываться в общий перечень строительных норм, правил. В этом свете одна из задач – сделать деревянное домостроение полноправным субъектом строительного процесса, говорит Александр Высокинский. «Это означает, что все нормативные документы, все расценки, все, что необходимо с точки зрения проектирования, строительства, сдачи в эксплуатации, пожарные требования и т.д. должны быть разработаны», – резюмировал сенатор.

Краткий обзор мирового угольного рынка

Европейские индексы энергетического угля на спотовом рынке немного скорректировались ниже 102 долл./т. На прошедшей неделе наблюдалось увеличение волатильности в связи с резким ростом и падением цен на газ, снижением стоимости электроэнергии, заявлением правительства Индонезии о сокращении добычи, а также обнародованием новых прогнозов, предполагающих значительное потепление. Убыточность угольной генерации составила -10.23 евро/МВт против прибыли 3.39 евро/МВт. Генерация на ископаемом топливе на прошлой неделе обеспечила около 55% выработки электроэнергии в Германии, снизившись с предыдущих 60%, в то время как доля ВИЭ увеличилась с 45% до 58%. Цены на электроэнергию в Германии упали с 121.72 евро/МВт·ч до 102.44 евро/МВт·ч (-19.28 евро или -16%).

Газовые котировки на хабе TTF упали с локальных максимумов, зафиксированных в течение недели на отметке 520 долл./1000 м3, до 408.75 долл./1000 м3 (-65.62 долл./1000 м3 или -14% к 28.01.2026 г.). Запасы в ПХГ Европы упали еще на 5 процентных пунктов до 40%, однако поставки трубопроводного газа из Норвегии выросли. Запасы угля на терминалах ARA увеличились незначительно до 3.11 млн т. (+0.01 млн т. к 28.01.2026 г.).

Индекс южноафриканского угля 6000 подорожал выше 95 долл./т. (до 2-месячного максимума), получив поддержку в результате спроса со стороны Индии и неопределенности вокруг поставок из Индонезии.

Ожидается, что угольный терминал RBCT в ЮАР в текущем году увеличит перевалку на экспорт до 65 млн т. благодаря значительному росту железнодорожных перевозок, борьбе с хищениями кабелей и инвестициям в модернизацию систем автоматизации. В своём годовом прогнозе RBCT заложил объём экспорта не менее 60 млн т., но намерен превысить этот показатель, особенно после роста экспорта на 10% в прошлом году до 57.7 млн т.

Компания MC Mining заявила, что с марта приостанавливает работу на шахте Uitkomst, где добывается высококалорийный уголь. Ключевыми причинами стали: убытки и отрицательный денежный поток из-за низких цен, существенное падение добычи и продаж угля, рост себестоимости на 32% до 116 долл./т., а также неблагоприятные геологические условия и износ техники. При этом параллельно компания развивает стратегический проект Makhado по добыче коксующегося угля.

В Китае цены спот на уголь 5500 NAR в порту Qinhuangdao нащупали поддержку и отскочили до 101 долл./т. на фоне сокращения складских запасов. Дополнительным драйвером роста стало решение Индонезии резко сократить добычу угля и уменьшить экспортные квоты производителей на 30–70%, что напрямую угрожает поставкам в Китай. Прогнозируется, что средние температуры в стране в ближайшие десять дней будут на 1–3°C выше сезонной нормы, а в середине февраля показатели ожидаются на 2–4°C выше обычных значений.

Потребители в энергетическом и неэнергетическом секторах КНР в основном завершили пополнение запасов, при этом добыча угля сокращается из-за сворачивания деятельности небольшими шахтами, что, как ожидается, будет оказывать поддержку ценам до праздников.

Запасы в 9 крупнейших портах снизились до 24.81 млн т. (-0.94 млн т.), тогда как запасы на 6 крупнейших прибрежных ТЭС остались на уровне 13.30 млн т. (без изменений к 28.01.2026 г.).

Индекс индонезийского угля 5900 GAR поднялся выше 83 долл./т., в то время как цена низкокалорийного материала 4200 ккал/кг GAR увеличилась до почти 48 долл./т. Индонезийский материал вновь подорожал из-за логистических ограничений, дефицита предложения и официального объявления планов правительство Индонезии по резкому сокращению добычи в 2026 г., которое может составить 15-80% для разных производителей и преследует цель поддержать цены. По некоторым оценкам, в случае сокращения добычи на 20% рост экспортных цен на индонезийский уголь может составить 40–70% для низкокалорийных и на 10–20% для высококалорийных марок. В связи с этим ассоциация угольных производителей призвала правительство пересмотреть эти планы, предупреждая о серьезных рисках, включающие срыв контрактов и остановку предприятий.

Одновременно с этим власти Южной Суматры временно освободили несколько индонезийских угольных компаний от действующего запрета на перевозку угля по общественным дорогам региона. Запрет, введенный 1 января после обрушения моста в июне, связанного с перевозкой угля, был частично смягчен на один месяц для ограниченного числа производителей. При этом десятки других предприятий остаются в неопределенности, сохраняя режим форс-мажора с начала года.

Высококалорийный австралийский уголь 6000 заметно укрепился выше 114 долл./т. на фоне объявленного плана правительства Индонезии по сокращению добычи.

Растущий тренд в котировках металлургического угля сохранился. Индекс австралийского металлургического угля HCC превысил 252 долл./т. Спрос по-прежнему превышает предложение. Некоторые участники рынка ожидают увеличения активности со стороны Индии. 

Между Foxleign и Nippon Steel был установлен форвардный бенчмарк на австралийский Low-Vol PCI на 1 кв. 2026 г. на уровне 163.75 долл./т. FOB (+15.75 долл./т. к 4 кв. 2025 г. и +9.25 долл./т. к 1 кв. 2025 г.).

Снижение перевозок угля на фоне роста тарифного давления

В январе железнодорожные перевозки угля в России сократились на 9% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, составив 27.1 млн т. Эта тенденция развивается в условиях, когда большая часть экспортных поставок угля является экономически неустойчивой или убыточной.

При этом тарифная нагрузка продолжает увеличиваться: к действующей индексации на 10% с декабря и надбавке за порожний пробег, с марта 2026 г. планируется дополнительное повышение на 1%. В этих условиях обсуждаемые меры поддержки, такие как рассрочка отдельных налогов, не меняют фундаментальной экономики перевозок.

Доля транспортной составляющей в цене экспортного угля достигает 60–70%, что при текущих мировых ценах усиливает кризисные явления в российской угольной отрасли.

Системное превышение роста тарифов над динамикой рынка ведёт не просто к сокращению объёмов, а к постепенному вымыванию грузовой базы, делая экспортные поставки через железную дорогу структурно убыточными. 

Аварии на ж/д и погодные ограничения снижают предложение российского угля на мировом рынке

В феврале на Забайкальской железной дороге произошел очередной инцидент: сход с рельсов одиннадцати вагонов с углем на участке Хилок-Гыршелун. Движение по критически важной Транссибирской магистрали было временно приостановлено для проведения восстановительных работ.

Это уже третий крупный случай за текущий месяц. Ранее сходы составов с углем были зафиксированы на станции Корфовская в Хабаровском крае (16 вагонов) и на участке Гудачи-Гонжа в Амурской области (35 вагонов). Каждый подобный инцидент приводит к остановке движения на ключевом восточном направлении на срок от нескольких часов до суток, формируя цепочку логистических сбоев.

Забайкальская железная дорога является основным транзитным коридором для поставок угля в восточном направлении. В 2025 г. весь уголь из Забайкальского края перевозился только на экспортные терминалы Дальнего Востока. При этом объём экспорта из региона снизился с 5.6 млн т. в 2024 г. до 4.7 млн т. в 2025 г.

Повторяющиеся аварии, накладывающиеся на регулярные зимние ограничения РЖД из-за экстремальных морозов, создают хронические сбои в графиках движения. Это напрямую сокращает объемы и предсказуемость поставок высококалорийного энергетического угля, а также угля PCI на ключевые азиатские рынки, усиливая дефицит качественного материала в мировой торговле.