Тело пропавшей после ДТП в Забайкалье девушки-подростка нашли в реке Чара

Потылицын Яков Дмитриевич. Родился в 1943 году в Красноярском крае. В 1967 году окончил Дальневосточное высшее инженерное училище имени Невельского по специальности инженер-судоводитель. В Камчатском морском пароходстве прошел путь от третьего помощника до капитана судов дальнего плавания. Работал на судах «Козыревск», «Софийск», «Усть-Большерецк», «Леналес», ролкере «Юрий Смирнов». С 1979 по 1988 годы – начальник хозрасчетной группы судов, с февраля 1988 года – первый заместитель начальника, с августа 1995 года – и.о. гендиректора, с 1996 по 2000 годы – генеральный директор АО «Камчатское морское пароходство». После 42 лет учебы и работы в системе ММФ вышел на пенсию. С 2004 по 2015 годы работал в НОУ ВПО «Институт технологии и бизнеса» в Находке. Преподавал менеджмент производственной сферы на транспорте и антикризисное управление. 

– Яков Дмитриевич, Вы ведь не у моря родились, как и когда началась ваша дорога к капитанскому мостику?

– С моей точки зрения, у меня самая обычная биография человека, который родился в разгар Великой Отечественной войны после того, как мой отец вернулся с фронта в 42-м году инвалидом без руки. Жизнь нелегкая была, тяжелая. Я помню хорошо хлеб, хлеб был только ржаной, но не такой, как сейчас. Он был тяжелый, настоящий. Вот осенью 53-го года, когда мама приболела, батя на работе, и я после школы должен зайти в магазин купить булку хлеба ржаного. А тогда в магазинах продавали водку на разлив, мерным стаканом. Помню, как мужики в очереди стояли, тут же выпивали этот стакан, брали конфетки на сдачу, закусывали. А очередь была одна – что за хлебом, что за водкой. Так вот меня там так придавили, что я даже приболел, одиннадцатый год мне был тогда.

Но потом все-таки жизнь немножко поправилось, жизнь стала чуть-чуть легче. Мы еще несколько раз переезжали, пока не оказались в Приморье.

– Как вы приняли решение связать свою жизнь с морем?

– В школьные годы я кем только не мечтал стать. Посмотришь кино или прочитаешь книгу о чекистах – хочешь быть чекистом, о летчиках – хочешь быть летчиком. Я очень много читал всегда, начиная буквально со второго класса – литература о путешествиях XVII, XVIII, XIX веков, морская романтика, видимо, оставила свой отпечаток. Когда я заканчивал школу, наша семья переехала в Уссурийск, и я стопы свои направил во Владивосток – поступать в ВВИМУ. 

В августе 1961 года меня зачислили уже на первый курс судоводительского факультета. Мы учились почти 6 лет. Выпустились 3 июня 1967 года. После получения дипломов, рабочих дипломов штурманов малого плаванья и военных билетов офицеров запаса, был банкет в престижном тогда ресторане «Золотой рог», в самом сердце Владивостока.

Приглашены были туда наиболее уважаемые преподаватели. Присутствовала там, конечно, Анна Ивановна Щетинина – первая в мире женщина-капитан дальнего плавания. Я запомнил на всю жизнь, и всем молодым я повторяю ее слова: «Ребята, вы получили прекрасное образование. Но, помните, учиться нужно всю жизнь. Альтернатива — деградация».

Я всегда это помнил и действительно старался учиться. Больше я никакого учебного заведения не заканчивал, однако за моими плечами не менее двух десятков различных курсов – коммерческая работа, право, управление, страхование, банковское дело, морская специализация.    

Дальше я вызвался добровольцем в числе 14 человек на Камчатку – в Камчатское морское пароходство. В 1967 году приступил к работе на Камчатке третьим помощником капитана.

Относительно быстро я освоился в этой профессии, и уже так через пару-тройку месяцев вел себя довольно достаточно «нагло» в хорошем смысле, и уверенно чувствовал себя на мостике. В 1974 году я стал капитаном.

– Вы помните свой первый рейс, какие были ощущения?

– Первый рейс из Петропавловска-Камчатского на теплоходе «Козыревск», это финский лесовоз, 3500 зимний дедвейт, относительно небольшое судно, 101 метр. Но по тем временам вполне современное. До Владивостока я шел с наставником, так положено было в первом рейсе. А дальше уже работал самостоятельно.

Как-то, когда остался в капитанской каюте один, то понял, что впереди у меня спины нет. Это за моей спиной все. Вся ответственность на мне. Я был еще молодой, только 31 год исполнилось. Ну, как говорится, дальше в море – меньше горя. Сделал первый рейс благополучно, а второй рейс преподнес серьезное испытание.

Загрузили нас известняковой мукой для сельского хозяйства, мука эта очень тяжелая, ну и как всякий навалочный груз, опасная. Когда вышли в Тихий океан, нас настиг циклон, причем очень мощный: мокрый снег, ураганный ветер, видимость нулевая, а я все-таки не забывал, что   в тюрьмах навалочный груз, который при большом крене и резкой качке может сместиться. И вот я интуитивно выбрал момент, когда одна волна прошла, другая, потом уловил момент секундного затишья и – полный вперед, лево на борт, и пароход покатился на вход в Авачинскую губу, а следующая волна пришлась уже в корму. А тут как раз служба наблюдения, связи и контроля не дает добро на вход – говорит лечь в дрейф. Пришлось принять капитанское решение.

«Доложите наверх – в трюмах груз, опасный к смещению, лечь в дрейф не могу, следую на вход».

Пять минут тишины - «Вам добро на вход». И мы благополучно прошли ворота, зашли в губу.

Это была моя первая проверка на профессиональную пригодность как капитана. Но дальше все пошло как по маслу. У меня все было удачно.

В 1976 году мне предложили принять новое судно типа ро-ро, их тогда в министерстве и десяти штук не было, и в мире они только недавно появились. В июле 1976 года я вместе с частью экипажа направился в Ленинград, где в течение двух с половиной месяцев принимали судно, а 15 октября в 21 час 15 минут среднего гринвичского времени мы снялись для работы в таймчартере у итальянской компании, первый порт захода был в английский порт Феликстоу.

Это была напряженная школа, 10 месяцев без захода в советские порты. Перевозки были в Саудовскую Аравию, в Порт-Джида в Красном море. Ну, напряжение было, я технические подробности не буду рассказывать, хотя было очень там сложно. Достаточно сказать, что в порту Джида не было ни одного маяка, а вдоль западного побережья Аравийского полуострова тянутся гряды подводных коралловых рифов. И подход был очень сложный. Но 10 месяцев мы отработали, 24 раза прошли Суэцкий канал, четко было все. Ни одного часа у нас по вине экипажа вне оплаты не было, вот так отработали. И мы тогда дали свыше 3 млн долларов прибыли – 60% плана пароходства наше судно выполнило! Это был «зигзаг удачи» для КМП!

Поработал в каботаже до конца 78-го года, на линии Владивосток-Петропавловск. Здесь все как по накатанной линии уже. Места знакомые, моря все знакомые.

– Где вы успели побывать в море?

– Ваш покорный слуга пересек Атлантический океан – Эгейское, Средиземное и прочие моря, всю Балтику, все Северное море, проливы Большой Бельт, Каттегат, Скагеррак, Английский канал или Ла-Манш, Гибралтарский пролив, Дарданелы Босфор, пролив Мона, Панамский канал. Я пересекал Тихий океан неоднократно и в широтном, и в меридианальном направлении, вплоть до Новой Зеландии, из Петропавловска-Камчатского до острова Кергелен в Индийском океане около 49 градуса южной широты.

– А как изменилась профессия капитана в ваше время и сейчас?

– Я часто общаюсь с действующими молодыми (и не очень) капитанами, в том числе и с однокашниками сына. Могу сказать, что техническое оснащение, безусловно, шагнуло далеко вперед, но хлопот меньше не стало. Однако, чем сложнее система, тем больше вероятность, что она откажет. А если откажет GPS? Как координаты определять? К сожалению, многие современные судоводители пренебрегают астрономией.

А нас учили определяться и по двум горизонтальным углам, когда секстаном измеряешь угол между двумя-тремя сопками или мысами, потом с помощью протрактора (сейчас такого прибора вообще нет), наносишь точку на карту. Количество радиомаяков сократилось, и многих визуальных маяков не стало. Я считаю, что это снижает надежность, потому что вся надежда теперь на спутниковую систему. Но не дай бог, что-то случится, и сигналы будут заблокированы – страшно представить.

Да, появились новые приборы. Например, экран радиолокатора – он как у компьютера, мышкой управляется. А во время шторма, когда судно с борта на борт переваливается до 30-35 градусов каждые 10 секунд, где в этом кресле будет и сам штурман, и его мышка где будет? Поэтому, на мой взгляд, какая бы современная не была техника, а вот старая устойчивая, где штурман или капитан, держится двумя руками за поручни, и в тубус смотрит, и если одной рукой держится, то второй он управляет, берет пеленг или дистанцию. Это надежнее и практичнее.

Хорошо, что на некоторых наших судах под российским флагом все-таки сохраняется три помощника капитана. Это хорошо с точки зрения надежности. Наблюдение за морем со стороны живого человека необходимо, даже при наличии соответствующих приборов.

Никакие приборы не заменят штурмана или матроса, который ведет наблюдение за морем. И это не прихоть, это обязанность согласно Международной конвенции по охране человеческой жизни на море.

Скажу так: несмотря на все достижения науки и техники, психологическая и физическая нагрузка на моряков не стала меньше. Это мое глубокое убеждение.

– Какими качествами должен обладать мореплаватель?

– У моряка должна быть врожденная здоровая психика, крепкая нервная система, ну и физически человек должен быть крепким, зрение необходимо отменное, хороший слух и надежный вестибулярный аппарат. Очень важна выдержка, умение работать в замкнутом коллективе, ну и умение смотреть в глаза опасности и не паниковать. Умение брать на себя ответственность. Нужны и моральные, нравственные устои.

– А какие морские традиции существуют?

– Нельзя плевать с наветренного борта. Свистеть на судне всегда считалось дурной приметой. И еще настоящий моряк никогда не будет хлопать дверью. Традиция, например, существующая со времен парусного флота: при входе в кают-компанию командного состава все спрашивают разрешение на вход у капитана. Капитан всегда разрешит, но это традиция. Это как бы свидетельствует о соблюдении уставных норм. Есть традиция при пересечении экватора проводить обряд посвящения для тех, кто впервые его пересекает. С костюмами, с театрализованными представлениями – День Нептуна.

– Случались ли экстремальные опасные ситуации в море?

– Пожалуй, в феврале 1970 года на траверзе мыса Лопатка, в 23:30 волной погнуло бронзовую раму носового иллюминатора в моей каюте, я был тогда 2-м штурманом. Волна прошла через каюту, выбила переборку вместе с дверью, скатилась по трапу на главную палубу, где были каюты рядового состава. Вырубило освещение. Меня обдало водичкой с температурой чуть выше нуля. На автомате я вскочил и прижался спиной к лобовой переборке. Бог спас меня тогда! Если бы это случилось на 15 минут позднее, когда я встал на вахту – меня бы просто впечатало в переборку…

Отрывок из эссе Якова Потылицына из сборника рассказов «Плавать по морю необходимо…»

«Условия в камчатских водах – одни из самых сложных. В те годы суда не были оборудованы совершенной аппаратурой, трассы в достаточной степени не изучены, метеопрогноз – не столь оперативен. Экипажам приходилось проявлять большое искусство судовождения, смекалку, а порой и мужество»

Где такое возможно? Город Амурск, флагманское предприятие компании «Полиметалл» – Амурский гидрометаллургический комбинат. Здесь первыми в России научились получать золото из концентрата упорных и дважды упорных руд причем, максимально экологичным и эффективным автоклавным способом.

Но началась эта история задолго до первого слитка доре. У самых истоков проекта, в 2011 году, стояла Светлана Сараева, «первопроходец» своей династии. Она пришла работать буквально на стройплощадку и приступила к закладке фундамента. Только не бетонного, а кадрового: занималась подбором и обучением персонала для Амурского ГМК.

«Новое было все – производство, технология извлечения золота, – вспоминает она. – Мне и самой одной из первых эту технологию довелось изучить, чтобы объяснять кандидатам, что от них требуется и чему предстоит научиться. Основной костяк коллектива мы обучали через центр занятости населения и центр подготовки на базе Комсомольского госуниверситета. В основном были местные жители. Это принципиальная позиция компании».

Почему это важно для нее? Светлана и сама амурчанка. Здесь ее дом, семья. Муж Виктор, с которым с 2012 года они коллеги. Долгое время он работал на другом предприятии главным механиком, и даже замещал главного инженера. Но стабильности не было, поэтому решил попробовать себя в новой сфере. Обратился в службу занятости и снова сел за тетрадки в 47 лет. А уже от центра подготовки Комсомольского вуза приходил на АГМК на практику, затем официально устроился. Сначала трудился аппаратчиком-гидрометаллургом, это одна из основных рабочих профессий комбината, затем мастером. Сегодня он инструктор производственного обучения: готовит и аппаратчиков, и машинистов мельниц. Пройти аттестацию, чтобы повысить разряд, это тоже к нему.

«Моя задача довести теорию: изучаем техпроцесс с основным упором на производственный участок сотрудников. Люди все разные. У кого есть стремление, все получается. Они понимают, зачем пришли, охотно вникают в нюансы технологии. Возраст у всех разный, многие семейные. К каждому стараюсь искать свой подход», — рассказывает Виктор.

Все эти совершенно разные люди становятся звеньями сложной технологической цепочки, в ходе которой из серого флотоконцентрата получается блестящее золото.

В апреле 2025 года на Амурском ГМК в промышленную эксплуатацию ввели вторую автоклавную линию. Вместе с ростом производственной мощности увеличился в два раза и коллектив предприятия. Сегодня это более 1200 сотрудников, которые и сами не перестают профессионально расти, постоянно развиваются, обучаются, строят карьеру. Многие трудятся 10 лет и более, со временем становятся опытными наставниками и помогают новым работникам адаптироваться на производстве.

Средний возраст на предприятии 34 года. Это молодой энергичный коллектив, в который вливаются новые лица, светлые умы и умелые руки. Так пришла в «золотую команду» АГМК и невестка Виктора и Светланы, Ольга Сараева. Ее эта работа будто бы ждала.

«Я родилась в Амурске, высшее образование получала в Комсомольске-на-Амуре, - рассказывает Ольга. – По второму образованию нужно было отработать мастером участка на производстве молочной продукции. Работала, вникала, но чувствовала – не мое. И вот решилась на перемены».

Сегодня Ольга – ведущий инженер по снабжению, состоит в кадровом резерве на должность начальника отдела. И, сразу оговоримся, в резерв попадают целеустремленные, по-хорошему амбициозные, готовые учиться, развиваться и расти. Взять вот Ольгу: в первый год работы она уже участвовала в научно-производственной конференции, которую «Полиметалл» проводит ежегодно для своих сотрудников. Сама выступила с инициативой, и ее поддержали.

Что нового теперь в мире Ольги, она может перечислять долго. Как вообще специалист чувствует, что его ценят? Помимо зарплаты, поддержки идей и инициатив – это еще и расширенный социальный пакет для сотрудников и их семей, а также возможность участия в насыщенной корпоративной жизни компании.

«Молодым в нашем небольшом городе не дают заскучать. Викторины, турпоходы, спорт и отдых – масса событий и мероприятий, которые делают разных людей коллективом, способным на многое, а семьи чуточку счастливее», – Светлана, как специалист по кадрам, знает, что говорит.

«Мы, например, ходим на каток», – рассказывает Ольга. – У нас в Амурске есть прекрасный ледовый дворец. Дочке три года. Мы были в шоке: она встала на коньки и поехала».

Кстати, оплата занятий спортом для сотрудников и их детей – один из востребованных аспектов соцпакета для сотрудников АГМК. Это катание на коньках, посещение фитнес-клуба, возможность заниматься хоккеем, футболом, волейболом, плаванием, большим теннисом. Причем, как в Амурске, так и в соседнем Комсомольске-на-Амуре, там проживает до 15% сотрудников комбината.

Социальный пакет для сотрудников АГМК включает: трехразовое питание в столовой комбината за счет предприятия, ДМС для сотрудников и их детей до 10 лет, оплату проезда к месту отпуска один раз в год сотруднику и всем неработающим членам семьи, оплату детского сада и «продленки» в школе, частичную компенсацию оплаты занятий в лингвистических школах, компенсацию оплаты на летний отдых и оздоровление детей и другое.

Общий трудовой стаж династии Сараевых на производстве АГМК уже более 35 лет. И таких семей на комбинате, работающих вместе, много. Некоторые даже переезжают из других регионов страны. Для них действует программа мобильности трудовых ресурсов. Жилье, подъемные, интересная работа. Задача создать комфортные условия для труда, проживания и отдыха, обеспечить достойной заработной платой.

«Для нас «Полиметалл» – это второй дом, – добавляет Светлана. – Там проводим большую часть времени. Там знакомые, там друзья. Это крутое предприятие, перспективное и стабильное. Все возможности открыты, было бы желание».

И, кстати, в ноябре на АГМК получили 150-ю тонну золота с начала деятельности предприятия. Это не просто значимая цифра. За ней труд более тысячи человек, с их судьбами, стремлениями и когда-то принятым решением прийти на работу в «Полиметалл». Главное золото компании – это надежные люди, профессионалы.

«Владивосток − будущий мировой центр подледного дайвинга»

− Евгений, добрый день! Несмотря на ваши заслуги и опыт, вы не слишком публичный человек. Давайте коротко о вас. Назовите три вещи, которыми вы по-настоящему гордитесь.

— Не ожидал такого вопроса. На первое место, конечно, поставлю своих воспитанников. Я стараюсь не просто обучать технике погружений, а делать дайвинг философией жизни. Яркий пример – Рома Юкин. Парень в 14 лет стал чемпионом мира по подледному ориентированию, победив, например, обладателя мирового рекорда по глубине погружения Ахмеда Габра.

Второе – это, пожалуй, экологическая работа. За всю свою жизнь мы с командой спасли более полутора сотни тюленей ларги, находившихся в беспомощном состоянии. Насколько я знаю – это около 10% всей популяции тюленей Приморья. Кто-то из них был ранен, кто-то изморен голодом, кто-то поражен инфекцией. Всех их мы доставляем специалистам центра «Тюлень», там они проходят реабилитацию и затем возвращаются в естественную среду обитания. 

Ну и третье… Наверное это фестиваль World Underice Games («Мировые подледные игры») – первые и пока единственные в мире открытые соревнования по подледному ориентированию, которые мы проводим во Владивостоке с 2015 года. Я сам влюблен и в подледный дайвинг, и во Владивосток, и делаю все для того, чтобы столица Приморья стала мировым центром подледных погружений.

− Вы действительно видите такой потенциал во Владивостоке?

− Я убежден, что Владивосток – это будущий мировой центр подледного дайвинга. У нас для этого есть все: уникальный климат, доступ к морю прямо в черте города, развитая инфраструктура и собственная наработанная методическая база. Мировые звезды дайвинга едут к нам за обучением подледным навыкам. Например, Ахмед Габр – обладатель мирового рекорда по глубине погружения с аквалангом. Человек, нырявший на 332 метра, специально прилетал во Владивосток, чтобы пройти обучение по подледному курсу. Это многое говорит о нашем потенциале.

Более того, к нам уже активно едут туристы, в том числе иностранные. Только за прошлую зиму у нас было 20 сертифицированных дайверов из Китая, с которыми мы проводили подледные погружения. Не знаю, почему именно у китайцев, но их любимое фото — это стоять вверх ногами на льду. Видимо, такой кадр для них — это символ преодоления и внутренней силы.

«Подледный дайвинг и обычный – это как прогулка по парку и восхождение в гору»

— А почему вы выбрали именно подледный дайвинг? И насколько этот вид погружения сложен для новичков?

— Если сравнить подледный дайвинг и обычный – это как прогулка по парку и восхождение в гору. Погружения под лед − это работа над собой. Здесь нет возможности всплыть, нет никаких отвлекающих факторов — только дыхание, лед над головой и бесконечная глубина моря. Здесь ты учишься контролировать страх. Поэтому мы долго готовим людей, разбираем каждую эмоцию. Кто-то боится темноты, кто-то — замкнутого пространства. Но когда человек выходит из проруби после первого погружения — он уже другой. Для меня истинное счастье − видеть эти наполненные одновременно мужеством и восторгом глаза своих воспитанников.

Обычный масс-дайвинг – это скорее про удовольствие, отдых и путешествие. Я ни в коем случае не отрицаю его ни как спорт, ни как хобби. Более того, мы тоже обучаем всем навыкам классического дайвинга. Ведь чтобы погрузиться под лед надо сначала пройти базовую дайверскую подготовку. Но наше обучение немного другое. Уже на самом старте мы работаем над психологией: разбираем потенциальные страхи, учимся вести себя в экстремальных ситуациях, занимаемся общей физической подготовкой.

«Подледный дайвинг на Байкале – это удаленность от городов»

— В чем преимущества Владивостока для занятий подледным дайвингом?

− Здесь надо взглянуть на карту. Подледный дайвинг на Байкале – это удаленность от городов и социальной инфраструктуры. К примеру, от Иркутска до ближайшего побережья Байкала – поселка Листвянка – 70 километров. Да, в Листвянке есть и дайв-центры, и какая-то туристическая инфраструктура. Но все равно, чтобы попасть в город вам надо преодолеть 70 километров туда и 70 обратно. Во Владивостоке же лед и морское дно начинаются прямо на городской набережной, где и расположен наш дайв-центр. Это огромное преимущество с точки зрения туризма. Днем ты погружаешься под лед, вечером – ходишь по ресторанам и театрам, гуляешь по набережной, слушаешь живую музыку. На Байкале всего этого в шаговой доступности от льда попросту нет. Отдельный плюс для туристов – это климат. Зима в Приморье намного теплее, чем на Байкале. Во Владивостоке среднесуточная температура зимы составляет около -10°, в Листвянке – около -17°.

Надо сказать, что в России много мест, где есть пригодный для дайвинга лед. Но многие мечтают нырять в Арктике. Это действительно красиво. Однако в Арктике встает вопрос сложной логистики, серьезной подготовки и высокой психологической устойчивости. Владивосток в этом смысле – идеальная учебная база. Здесь можно полноценно отработать технику подледного погружения, привыкнуть к холоду, научиться управлять собой. А дальше − хоть в Арктику, хоть в Антарктику. При этом температура зимней воды во Владивостоке такая же, как на Северном полюсе − около 2 °C. И весь этот дайв-ресурс в шаговой доступности от города с комфортной инфраструктурой и насыщенным туристическим фоном.

«Монерон – сильно раскрученное место»

− Вы сравнили Владивосток с Байкалом. Но наверняка погружения в Приморье уступают, например, дайвингу на острове Монерон?

− Вовсе нет. Монерон – просто сильно раскрученное место. И раскручено оно из-за лежбища сивучей. Многие туристы едут туда ради встречи с этими морскими великанами, полагая, что больше такого нигде не увидишь. Но мало кто знает, что в Приморье тоже есть лежбища сивучей, где численность морских львов не меньше чем на Монероне. Не буду называть точные координаты этих мест, чтобы не привлечь туда массового туриста. Ведь не секрет, что неорганизованные и порой даже варварские попытки пообщаться с сивучами приводят к тому, что животные просто покидают свои привычные места обитания. При этом поездка на остров Монерон обойдется в несколько раз дороже, чем во Владивосток. Взять хотя бы проезд. Я уже не говорю про проживание и питание. Да и стоимость погружения, тем более подледного дайвинга на Монероне – значительно выше, чем в Приморье.

Более того, сейчас, наверно, многих удивлю тем, что флора и фауна южного Приморья, к которому относится и Владивосток, гораздо богаче и разнообразнее, чем на Монероне. Видовое богатство юга Приморья гораздо выше, чем на острове. И это не просто цифры — это живое море, которое каждый день показывает вам что-то новое.

«Японское море − микромодель мирового океана»

− Неужели? И кого еще из необычных обитателей морских глубин здесь можно встретить?

− Вообще, Японское море, — это микромодель мирового океана. Особенно его южная часть. Здесь обитает около 900 видов рыб и более 4 тысяч видов беспозвоночных − от субтропических до арктических. Такое разнообразие делает его одним из самых богатых по биоразнообразию морей на планете. Причина в том, что находится оно на стыке двух течений: теплого Цусимского, которое приносит сюда тропических обитателей, и холодного Приморского, обеспечивающего присутствие северных видов. Благодаря этому здесь можно наблюдать уникальную смесь организмов, которые редко встречаются вместе где-либо еще. Зимой — это тюлени ларга и северные морские львы. Весной − крабы и голожаберные моллюски. Летом − лакерда, золотистая макрель или даже скаты. В этом году я впервые встретил морских коньков. Раньше их здесь практически не наблюдали. Удивительно, что все это можно увидеть буквально в нескольких километрах от города. Поэтому я всегда говорю: во Владивостоке невозможно дважды нырнуть в одно и то же море. Оно каждый раз новое.

− Как вы видите развитие дайвинга в России в целом? И какие у вас планы на ближайшее будущее?

− Дайвинг в России сейчас переживает интересный этап. Если раньше все стремились уехать нырять за границу, то сейчас, наоборот, появилась устойчивая тенденция − люди хотят исследовать новые места внутри страны. Это напоминает волну конца 90-х — начала 2000‑х, когда дайвингом увлекались люди из самых разных сфер: от чиновников до звезд шоу-бизнеса. Тогда это направление активно развивалось, и сейчас мы снова видим похожий интерес. В нашем дайв-центре мы даже оборудовали специальный подводный маршрут для начинающих: несколько скульптур, затонувшие якоря, ориентиры на дне. Теперь пробные погружения стали не просто тренировкой, а настоящим приключением. К нам приезжают не только профессионалы, но и просто любители − понырять на небольшой глубине, попробовать себя, получить первые впечатления. И это работает: люди возвращаются, приводят друзей, начинают учиться дальше.

Кроме того, с развитием цифровой техники дайвинг все больше становится и творческим направлением. Сейчас, например, набирает популярность подводная фотография. Люди делают невероятные кадры подо льдом, в лучах света, среди морских обитателей. Мы даже планируем возобновить специализированные курсы подводных моделей. Это было модно в 2010-х годах, и сейчас возвращается вновь.

Что еще о наших планах… Стараемся развивать работу по реабилитации людей с ампутациями конечностей или нарушениями в работе опорно-двигательного аппарата. Есть серьезные исследования, доказывающие, что дайвинг помогает им восстановить координацию, укрепить мышечный корсет и вернуть ощущение контроля над телом. Боле того, в воде человек чувствует себя свободнее и легче, что дает мощный психологический эффект. В этом году мы даже подавали конкурсную заявку в Фонд президентских грантов. Предлагали создать во Владивостоке центр реабилитации и социализации ветеранов СВО, получивших инвалидность. Ключевая идея − восстановление их физического и психологического состояния, а также социализация через освоение новой профессии дайв-инструктора. Проект назывался «Море воды». Задумка была интересной − нас поддержало правительство Приморского края, Русское географическое общество, Национальная дайв-лига. Да, финансирование мы пока не получили, но это уже дело техники. Мы поняли, над чем надо работать и как усилить заявку. Будем двигаться дальше. Работу же по реабилитации людей с ампутациями мы продолжаем.

− И напоследок, три причины, почему стоит попробовать дайвинг хотя бы раз в жизни?

— Первое — это преодоление. Погружение, особенно на экстремальные глубины или под лед, — это не просто спорт, это проверка характера. Ты сталкиваешься с собственными страхами, с бездонной массой воды, с холодом, с замкнутым пространством. Ты учишься управлять собой в экстремальной среде. Это дает мощный внутренний рост. И с каждым погружением этот рост продолжается. Здесь нет такого, что ты освоился – и все. Я погружаюсь уже более 20 лет, из них – 15 под лед, и каждый раз волнуюсь, каждый раз настраиваю себя, каждый раз возвращаюсь и чувствую себя победителем. Скажу честно, это сильно повышает устойчивость перед жизненными стрессами, с которыми сталкиваешься на суше.

Второе — это красота. Подводный мир совершенно иной. Пробивающийся сквозь толщу воды свет, тишина, необычные формы жизни. Это эстетика, которую невозможно передать словами − ее нужно прожить. А увидев ее один раз хочется возвращаться к ней снова и снова.

И третье — это люди. Дайвинг объединяет очень разных, но по-настоящему увлеченных и сильных духом людей. Это и спорт, и фитнес, и эстетика, и увлечение, которое сближает. В дайвинг приходят люди из самых разных сфер − от айтишников до врачей, от студентов до предпринимателей, с разным уровнем дохода и жизненным опытом. Но под водой все это исчезает − остаются только дисциплина, взаимопомощь и уважение к стихии. Появляются общие интересы, общие цели, общее доверие. Человек, с которым ты погружаешься под воду, становится не просто знакомым или товарищем, а превращается в напарника, с которым ты преодолел страх, тишину и себя самого. Это создает особую нерушимую связь между людьми. Я не таз видел, как вода объединяет, как после погружения люди начинают говорить друг с другом иначе − спокойнее, глубже и с уважением.

Мягкая сила искусства

О проделанной работе рассказала министр культуры и архивного дела Приморья Елена Бронникова в рамках проекта «Большой отчет».

Зал Приморской краевой филармонии, где проходило мероприятие, был полон. К координационному совету по культуре присоединились заместители глав округов по социальным вопросам, работники и руководители органов культуры в муниципальных образованиях края, директора учреждений культуры, члены Совета по образованию и Молодежного совета при краевом правительстве. Участвовали в мероприятии руководители Государственного фонда «Защитники Отечества» и уполномоченный губернатора по вопросам взаимодействия с участниками СВО Алексей Ефимов.

Каждый из присутствующих внес свой весомый вклад в культурное просвещение и патриотическое воспитание. Результаты впечатляют: за 2025 год, объявленный президентом Годом защитника Отечества и 80-летия Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов, в регионе состоялись 400 патриотических мероприятий. Участниками различных акций, фестивалей, концертов, конференций, выставок, лекций, семинаров и других активностей стали 700 тысяч человек.

«Особое внимание уделялось просветительским и социальным проектам. Они позволили показать неоценимый вклад нашей страны в победу над фашистами через историческое просвещение, в основе которого решается одна из главных задач – противодействия фальсификации истории», — отметила Елена Бронникова.

В этой работе основной акцент был сделан на сохранение исторической памяти, преемственность поколений, проявление уважения и почтения к ветеранам, труженикам тыла и гордости за героев современности.

Как и другие субъекты, Приморье активно участвовало в федеральных проектах.

В то же время проведено большое количество краевых мероприятий. Одним из самых масштабных стала военно-историческая реконструкция «Рожденная боем на поле Бородинском 5-я Краснознаменная...» Это событие с участием бронетехники и артиллерии объединило участников из регионов Дальнего Востока.

23 февраля 2025 года Приморье с размахом отметило День защитника Отечества и передало эстафету в подшефный город Торез Донецкой Народной Республики.

Ко Дню Победы и Дню окончания Второй мировой войны в крае прошли огромное количество разнообразных мероприятий – от экскурсий до гражданский патриотических акций и концертов. Среди них краевой парад «Правнуки победы», конкурсы «Брат на смену Брату», «Герои Хасана на карте России» и многие другие события, к которым присоединились сотни и тысячи человек.

Так, проект «Правнуки победы» объединил 1,5 тысячи учащихся первых классов из 32 муниципальных образований края. В сопровождении военного оркестра по центру Владивостока маршировали 24 рода войск, 50 командиров парадных расчетов, включая участников СВО, курсанты МГУ им. Г.И. Невельского, волонтеры и юнармейцы.

В рамках проекта «Улица Победы» на центральной площади города развернулась выставка трофейной техники.

Благодаря губернаторской издательской программе свет увидели мемуары участников СВО и сборники стихов фронтовых поэтов. Изданы подарочные альбомы, приуроченные к знаменательным историческим датам.

«Сейчас мы готовимся к проведению важных для нашей страны памятных дат – Дню неизвестного солдата и Дню героев Отечества. Начали этот год ярко и ярко должны его завершить. Уверена, что все муниципалитеты покажут себя на достойном уровне», — сказала Елена Бронникова.

Земские работники

После доклада министра состоялась церемония награждения работников культурного фронта. Так, благодарность министерства культуры и архивного дела Приморья получила замглавы администрации Чугуевского муниципального округа Наталья Белоусова за вклад в реализацию федеральной программы «Земский работник культуры».

Среди регионов Дальнего Востока Приморский край – один из лидеров по привлечению специалистов в области культуры для работы в небольших городах и селах, отметила Елена Бронникова. «Сеять разумное, доброе, вечное» в регион приехали даже кадры из далекого Ставрополья. Этот опыт получил самые высокие оценки на федеральном уровне.

«В рамках программы нам установили квоту — 15 земских работников культуры, которых нужно было привлечь из больших городов Приморья и других субъектов в удаленные учреждения культуры наших муниципалитетов. Мы с этой задачей справились достойно. Из 15 человек 8 привлекли в Приморье, а 7 — из других субъектов – Ставрополья, Тюменской, Иркутской областей. Поэтому, коллеги, нужно во всей красе показать Приморский край, чтобы наши новоиспеченные приморцы не только закрепились здесь, но еще и пригласили друзей», — обозначила Елена Бронникова.

Поет все Приморье

Одним из больших достижений стало проведение Дальневосточной хоровой Олимпиады, которая вышла на международный уровень, объединив участников из России, Китая и Республики Беларусь. Об этом рассказала художественный руководитель проекта, заслуженный работник культуры РФ Елена Петухова.

«Дальневосточная хоровая Олимпиада проводится во Владивостоке с 2022 года при поддержке Президентского фонда культурных инициатив. Мы организуем это событие, чтобы привлекать в Приморский край лучшие хоровые коллективы со всей страны и давать возможность хорам из дальневосточных регионов встречаться здесь, на нашей земле. В этом году хоровая Олимпиада прошла уже в третий раз и впервые состоялась в статусе международной», - сказала Елена Петухова.

Удачи «олимпийцам» пожелал присоединившийся к проекту российский поэт, драматург, поэт-песенник, писатель, сценарист Юрий Энтин, автор текстов для таких хитов нашего детства, как «Антошка», «Чунга-Чанга», «Расскажи, Снегурочка, где была», «Крылатые качели», «Лесной олень», «Буратино» и других. Поэт записал видеосообщение для участников мероприятия.

«С удовольствием передаю всем участникам Хоровой Олимпиады во Владивостоке свой поэтический и московский привет. Мы свое призванье не забудем, смех и радость мы приносим людям», - обратился к единомышленникам Юрий Энтин.

Искусство и технологии

Следующий докладчик затронул острые вопросы цифровизации и нейросетей, которые добрались и до сферы искусства. Искусственному интеллекту посвятила свой доклад первый заместитель директора АНО «Приморский культурно-исторический центр» Алевтина Легкошкурова.

Сегодня ИИ помогает писать сценарии, сочинять музыку, создавать изображения и видеоролики, логотипы, оживлять старые фотографии. Просветительская задача краевого масштаба – внедрять этот инструмент на всех уровнях.

«Нейросети – будущее современных технологий, способное революционизировать многие отрасли. Важно понимать принципы работы нейросетей, чтобы эффективно их применять», — отметила Алевтина Легкошкурова.

Работа координационного совета продолжалась весь день. Участники обсуждали острые вопросы и проблемы, делились опытом, ценными идеями и предложениями на 2026 год, объявленный президентом Годом единства народов России. Так, одним из главных событий станет День коренных малочисленных народов Приморья.

«Нам всем необходимо продумать и сформировать план основных мероприятий. Я призываю вас к тому, чтобы это не был формальный подход. Если появилась хорошая идея, обращайтесь ко мне и коллегам из министерства, чтобы мы ее вырастили до уровня краевого мероприятия и масштабировали в муниципалитеты. Очень важно, чтобы на местах рождались проекты, которые, возможно, приобретут федеральный охват», — подытожила Елена Бронникова.