Жителям Дальнего Востока приходится копить на машину от 10 месяцев до 6 лет

Математика с изюминкой:

В штуках автомобилей через Маньчжоули-Забайкальск вывезли на 75% больше, а выручили за них денег — всего на 43% больше. О чем это говорит? Соседи поставляют технику проще и доступнее. Те самые «рабочие лошадки», которые честно отслужили на идеальных хайвеях Поднебесной и теперь готовы к нашим забайкальским дорогам.

Цифровой «свист» на границе:

Таможня Шибалипу (это тот самый пост «18-я верста», через которую мы «ныряем» в милую Маню-Маньчжоули) рассказывает об умных контрольно-пропускных технологиях. Внедрена система «предварительного декларирования»: пока машина еще только заправляется в Маньчжоули, документы уже светятся в системе. Результат — эффективное таможенное оформление и минимум простоев.

Смена автофлота:

Китай семимильными шагами пересаживается на электрокары. Куда девать вчерашние бензиновые хиты? Правильно, на север. Для нас это шанс обновить личный автопарк за вменяемые деньги. Главное, чтобы поставщики сделали так, чтобы не возникло вопроса: «А где на эти модели через год искать запчасти?»

Итог:

Забайкальск-Маньчжоули превращается в гигантский автомобильный хаб. Для порта это новые юани и рабочие места, для нас — возможность пересесть с «японок» почтенного возраста на относительно свежий китайский автопром.

Наблюдаем за трафиком дальше. Удачных дорог и полных баков, уважаемые читатели!

Истина где-то рядом

Дело даже не в законодательстве или межправительственном соглашении. Опыт Евгения доказывает: на своей машине русскому туристу самостоятельно въехать в Китай можно. Однако ни один российский погранпереход не позволит этого сделать — наша инфраструктура не готова к массовому пропуску легковых автомобилей с целью туризма.

«Изначально мы собирались переходить границу в международном автомобильном пункте пропуска «Забайкальск». Но на таможне нам сообщили, что сделать так не получится — погранпереход не предназначен для пропуска легковых автомобилей», — рассказал Евгений.

Про МАПП в Амурской области тоже сказали: «Не вариант» — причина аналогичная, а до Приморья в любом случае было далеко. В итоге Монголия оказалась ближайшим «перевалочным пунктом», и именно ее выбрали для пересечения границы наши путешественники.

Кроме того, что заехать в Китай пришлось через третью страну, в нашей общей концепции российско-китайских автотуров ничего не поменялось.

Возможное невозможное

Нужно отметить, что предприниматель и путешественник Евгений оказался достаточно хорошо подготовлен к поездке, а для достижения поставленной цели ему понадобилось немало настойчивости. Но здесь все решал азарт путешественника и исследователя.

«Уже много лет моя работа связана с Китаем, в Сиане есть свой офис и штат сотрудников, и я очень много раз ездил в Китай, но всегда только на самолете. И тут у меня возник вопрос: а почему мы не ездим в Китай на машине? В свое время русские могли спокойно путешествовать по Европе, что мы и делали много раз. В Казахстан, Белоруссию и другие бывшие страны СНГ — тоже, но вот в Китай, который на слуху каждый день, никто так и не ездит. Появилось большое желание проложить маршрут, но все вокруг в один голос заявили, что это невозможно! Это так странно, учитывая тесные связи наших стран, и я захотел разобраться. Поручил сотрудникам изучить китайское и российское законодательство на эту тему и понять, насколько категорично это «невозможно», — рассказал Евгений Бляхович.

По его словам, в результате анализа информации в официальных законах не было найдено ни одного четкого запрета, который бы прямо указал на то, что въехать на своем автомобиле русскому туристу самостоятельно в Китай нельзя. Но и гарантий того, что это получится, также не было.

Путешественник даже решил связаться с министром по развитию туризма провинции Шэньси (где находится город Сиань) с вопросом про автотуры для русских туристов по Китаю. Если вкратце, диалог случился примерно такой:

«Мы хотим. Почему нам нельзя?»

«А с чего вы взяли, что нельзя?»

«Наша встреча состоялась за 4–5 месяцев до нашей первой поездки. К моему приятному удивлению, китайская чиновница серьезно отнеслась к нашему вопросу. Вероятно, на ее вовлеченность повлиял тот факт, что я говорил не только от своего имени, но и от лица всех российских путешественников, желающих поехать в Китай на своей машине — таких достаточно много. Я не ожидал такой отзывчивости», — рассказал Евгений.

Помощь от министерства по туризму провинции Шэньси была оказана достаточно предметная. Для выяснения всех деталей по вопросу было выделено четыре сотрудника, которые вылетели на границу с Монголией, связались с таможней, выяснили все вопросы и подтвердили, что запрета нет.

«Нам дали понять, что это возможно, но оформлением всех необходимых документов нам нужно заниматься самостоятельно. И если возникнет проблема на границе, мы можем обратиться к ним за помощью. В итоге для нас это была дополнительная страховка при прохождении границы, которой мы, кстати, в итоге так и не воспользовались», — рассказал автотурист.

Приготовьте ваши документы 

В прошлом материале мы рассказывали, что потребуется для автопутешествия в Китай. Здесь даем обновленные данные с учетом информации, предоставленной человеком, который проверил все на практике. В общей сложности на оформление было потрачено около 100 000 рублей, не считая залога.

Что важно иметь при себе в поездке:

1)  Для перемещения по Китаю на своей машине путешественнику необходима китайская страховка (зеленая карта, типа ОСАГО). Однако в ходе проведенной работы выяснилось, что достаточно проблематично найти китайскую страховую, готовую оформить российский автомобиль.

«После двух дней поисков страховка была оформлена через тайскую [Таиланд] страховую компанию, договорились со знакомым владельцем, буквально за час нам ее сделали дистанционно. На дорогах иметь при себе такую бумагу нужно обязательно. Но лучше, конечно, если такая услуга будет у китайских страховых агентов», — отметил Евгений.

2) Водительское удостоверение и китайские номера

Водительское удостоверение должно быть оформлено заранее, потому что при пересечении границы на своей машине оно должно быть. А вот номера оформляются уже после пересечения границы.

Для получения ВУ в Китае нужно найти аккредитованное бюро переводов и сделать нотариально заверенный перевод своих документов: загранпаспорта, российского ВУ и документа о регистрации временного пребывания.

«Такую регистрацию можно сделать через отель. Но нужно быть внимательным: оказалось, не все отели согласны поселить у себя русского туриста. Выбирайте тех, кто ориентирован на иностранцев. Опять же, сертифицированный гид поможет», — рассказывает Евгений.

Далее с документами вы идете в китайский аналог ГИБДД, где вам в учебных целях показывают мини-фильм о правилах дорожного движения в Китае на китайском или на русском языке. После этого вам выдают ВУ на 3 месяца.

«Мы оформляли летом 2025 года, когда виза еще требовалась для поездок в Китай. Мы специально уточнили, что при въезде в рамках безвизового режима проблемы с оформлением документов не будет, потому как виза при подаче документов не требуется», — рассказал Евгений.

Китайские номера для машины можно получить в местном ГИБДД также на следующий день: они понадобятся для въезда на платные дороги и парковки. В остальное время они могут лежать в бардачке машины.

3) На таможне необходимо будет заполнить маршрутный лист, куда нужно внести корректные места пребывания и сроки. Лучше иметь при себе стандартный бланк маршрутного листа международного образца на всякий случай. Выезжать необходимо через тот же пункт пропуска, через который вы въехали в Китай.

4) Для перемещения по Китаю вам нужен сопровождающий — сертифицированный гид.

«Обязательно. В первый раз со мной был мой сотрудник из моего китайского офиса, второй раз я нашел сертифицированного гида через китайских знакомых. Китайский гид должен профессионально ориентироваться по маршруту и не допускать попадания в неудобные ситуации на ровном месте. Он может ехать рядом на своей машине, я сказал, чтобы он ехал за мной, поэтому это он был привязан ко мне, а не я к нему. Оплата за его работу составила 1200 юаней в день, дополнительно я оплачивал ему проживание, питание и бензин. Сопровождающий будет ждать вас на китайской границе и помогать в решении различных вопросов с начала вашего путешествия и до конца. Это не кгбэшник, это помощник в бытовых вопросах. Что очень важно, он поможет избежать ситуации, когда вы выбираете маршрут. Нельзя выбирать путь, пролегающий мимо китайских военных баз. Дело нешуточное: если военные увидят туристов, они с большой вероятностью сочтут это угрозой безопасности, а вы проведете остаток путешествия как подозреваемые в шпионаже. Знаем такие истории», — рассказывает Евгений.

5) И наконец — материальный залог на временный ввоз машины.

«Залог составляет 100% от стоимости вашего автомобиля в Китае. Можно заранее зайти на 58.com и проверить, сколько стоит ваш автомобиль. В нашем случае я заплатил 1,2 миллиона рублей за свой Toyota Hilux Arctic Trucks. Вносить залог нужно на счет таможни, лучше заранее. Как сделал я: мой сотрудник в Китае, который заблаговременно вышел на связь с китайской таможней, подал заявку на провоз автомобиля и запросил реквизиты, и мы внесли залог после прохождения монгольской границы. Важно, перевод можно осуществить только с китайского банковского счета. Если с вами вдруг что-то случится в пути, при ДТП или правонарушении штраф будет списан с суммы залога. У нас не было таких инцидентов, и через 3 дня после возвращения в Россию полную сумму залога мне вернули», — рассказал Евгений.

Прохождение монгольской границы

В Монголию из России въехали без каких-либо затруднений, но потом затруднения возникли при въезде в Китай. Пересечение монгольской границы с Китаем в Замын-Удэ предполагает прохождение четырех этапов КПП. Подъезжая к погранпереходу, автотурист решил подстраховаться еще одним способом — оформил формальное приглашение на въезд от своей китайской компании. В результате пригодилось — берем на заметку.

«Когда мы пришли на первый «шлагбаум», нам сразу сказали, что мы не заедем. Я спросил, почему. Мне не нашлось что сказать. И это было самое интересное. У сотрудников таможни не было конструктивных аргументов, просто они с таким не сталкивались. Обычно проезжают монголы, а тут русские, и что с нами делать, неясно. Российские номера не считывались автоматически — для оформления необходимо было вручную вносить все данные в базу. Здесь мы достали «козырь» — приглашение от китайской стороны. Сотрудник пограничной службы посмотрел на него, позвонил кому-то и нас пустили дальше», — говорит Евгений.

Если водитель в машине не один, то пассажиров просят выгрузить из машины абсолютно все вещи, пройти границу как пеший турист. В итоге весь багаж Евгения и его спутницы перемещали на тележке, любезно предоставленной монголами. На четвертом этапе сотрудники монгольской границы сообщили, что все же выпустить в Китай машину не могут, потому что не знают, как оформить.

«Все было очень вежливо, и было ясно, что монгольская пограничная служба не из вредности это делает. В то же время они понимали, что они не могут нас не пропустить, потому что основания задерживать нет. Мы не уходили. В итоге нас оформили и выпустили. Все это заняло около 3 часов. Оставался последний рывок — пройти китайскую границу, где за нами выстроилась огромная очередь. Пограничники нам не задавали много вопросов, у нас просто забрали документы и досматривали машину. Все вопросы китайцы пытались прояснить по телефону, периодически возвращаясь ко мне за уточнениями. Оформление с машиной занимает 5–6 часов, поэтому рекомендую проходить границу с понедельника по четверг с утра, чтобы успеть за полный рабочий день. Хочется отметить, что китайские пограничники тоже оставались очень гостеприимными, вежливыми, предлагали заказать нам еду, потому что на границе не было ничего, кроме автомата с напитками, угостили чаем. И в итоге таможня согласовала. Во многом благодаря тому, что мы стояли на своем и были уверены: пройти можно, это не запрещено», — поделился Евгений.

Российские путешественники пересекли границу Монголии с Китаем около пяти часов вечера и отправились в запланированное путешествие по Китаю. В планах — отправиться осенью на остров Хайнань. Евгений активно ведет ТГ-канал и с удовольствием отвечает на вопросы, связанные с организацией туристической поездки в Китай на своем автомобиле.

«Все, кто раньше говорил, что это невозможно, сейчас не находят больше слов. Мы получаем очень много поздравлений и вопросов, с удовольствием отвечаем», — поделился Евгений. «Мы все-таки это сделали. Дважды. Анализируя ситуацию, могу сказать одно: чтобы такие путешествия стали доступны всем желающим, не так важно межправительственное соглашение, как подготовка к автотурам российских пограничных пунктов пропуска. Через Монголию же у нас все получилось. История, как она есть. Готовы повторить?»

Евгений Бляхович также добавил, что ведет переговоры с министерством туризма провинции Шэньси об отмене залога за автомобиль для российских путешественников, потому как для многих такое условие может стать барьером.

Краткие рекомендации по маршруту: Евгений Бляхович начал свой путь из Иркутска. Если вы планируете такую же поездку, можно из любой точки России доставить на большегрузе свой автомобиль до Иркутска (по стоимости выйдет столько же, сколько и расходы на бензин, проживание и питание в пути), а далее выбрать живописный маршрут через Монголию до границы с Китаем.

Первый путь лежит через г. Култук (на берегу Байкала) — г. Улан-Удэ — Кяхта. Границу в Кяхте лучше пересекать ночью, а далее уже отправиться в путь по Монголии.

Второй путь лежит по маршруту Аршан — Байкал — Бурятия — Монды Хон — озеро Хубсугул — г. Улан-Батор. В Бурятии особенно любопытно будет увидеть Саянские горы, водопады и шаманов. После степных дорог выезжаете на асфальтированную трассу и попадаете в Монды Хон, пограничный переход между Россией и Монголией.

«Брат Байкала» — самое глубокое озеро в Монголии — Хубсугул — можно объехать по левому берегу через сопки и леса национального парка (это займет около 14 часов). На озере можно даже остаться переночевать, в палатке или на одной из туристических баз.

Пересекая Монголию, нужно непременно заехать в Улан-Батор, поужинать в юртах, посмотреть сам город и далее по пути до границы с Китаем погрузиться в мир такой непопулярной, но дикой и прекрасной Монголии — бескрайние луга, по которым ходят верблюды и табуны лошадей, а над головой совершают перелеты огромные беркуты.

«Пожилой» автопарк: бедность или традиции?

Для Дальнего Востока «праворукий» японский автомобиль — не просто транспортное средство. Это сложившаяся за десятилетия формула, в которой сошлись цена, надёжность и практичность. Если в целом по стране доля «правого руля» в автопарке составляет около 8%, то в Дальневосточном федеральном округе (ДФО) — более 70%. Это легко заметить на улицах дальневосточных городов. Если, к примеру, в Хабаровске или Уссурийске оглянуться по сторонам, как минимум половина, а то и две трети автомобилей вокруг окажется «праворульной».

При этом именно в ДФО самый «пожилой» автопарк в стране. Средний возраст автомобиля здесь составляет 21,9 года, тогда как в Центральном федеральном округе (ЦФО) — 13,9, в Приволжском (ПФО) — 14,1 года. Разницу между ДФО и ЦФО ещё можно объяснить более низким уровнем жизни, однако между Дальним Востоком и Приволжьем существенного различия в доходах нет.

Средняя и медианная зарплаты в ПФО по состоянию на август 2025 года составили 76 761 и 62 729 рублей, тогда как в ДФО — 113 148 и 91 490 рублей, то есть выше на 47,5 и 45,8%. Однако этот разрыв во многом нивелируется стоимостью жизни. Так, прожиточный минимум в ПФО на 2026 год составляет 16 721 рубль, а в ДФО — 27 633 рубля, что более чем на 65% выше. Даже без учёта Чукотки средний показатель по Дальнему Востоку остаётся на уровне 25 454 рублей — на 52% выше, чем в ПФО.

Таким образом, несмотря на более высокие номинальные доходы, соотношение зарплат и уровня жизни в ДФО и ПФО оказывается сопоставимым. Возникает логичный вопрос: откуда тогда разница в среднем возрасте автомобилей — почти 8 лет?

«Пантеон JDM»

Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо вернуться к структуре автопарка: более 70% автомобилей на Дальнем Востоке — «праворульные». Можно предположить, что «пожилой» средний возраст во многом обусловлен их живучестью и надёжностью — фундаментом того самого «культа качества» японского автопрома.

Всё больше дальневосточных автолюбителей решают сохранить своего «праворукого друга» надолго. Они занимаются тюнингом, антикоррозийной обработкой и другими улучшениями. Сформировался негласный список моделей-легенд, которые встречаются в возрасте 20–25 лет, а некоторым автомобилям уже и под 40. И что важно — они не переходят в статус выставочных олдтаймеров, а остаются полноценными машинами повседневного использования.

Вокруг этой автомобильной культуры существует собственный термин, хорошо знакомый дальневосточным автолюбителям, — JDM (Japanese Domestic Market). Для местных жителей это не просто аббревиатура, а символ качества и продуманности конструкции. Машины, созданные с акцентом на надёжность, долговечность и эргономику, именно поэтому так высоко ценятся на Дальнем Востоке.

У каждого автолюбителя свой «пантеон JDM», но всех их объединяют два признака. Во-первых, правый руль как маркер происхождения и принадлежности к японскому внутреннему рынку. Во-вторых, возраст: большинству этих автомобилей не менее 20 лет. И при этом они продолжают оставаться полноценными участниками повседневного трафика, а не музейными экспонатами.

В результате «праворульные» автомобили стали частью локальной дальневосточной культуры. На них ездили наши родители, на них учились водить дети, вокруг них сформировалась инфраструктура сервисов, запчастей и специалистов. Для многих дальневосточников японский автомобиль — это не бренд, а понятный и предсказуемый инструмент. Именно поэтому слово «надёжный» здесь почти тождественно «праворукому». И что важно — этот опыт не навязан маркетингом: он накоплен десятилетиями эксплуатации в условия сложных дорог, непростого климата и практикой обслуживания. До сих пор для многих «праворукий японец» остаётся эталоном соотношения цены и качества, с которым не хочется расставаться и даже сравнивать альтернативы.

Глобализация «японцев»

Однако важно честно признать: тот самый «японский автомобиль», который десятилетиями формировал культ надёжности на Дальнем Востоке, за последние 20–30 лет заметно изменился. Он не стал хуже — он стал глобальным и изменился по своей сути.

Мировая автомобильная промышленность давно перестала быть национальной в классическом понимании. Даже автомобили, собранные в Японии и предназначенные для внутреннего рынка, сегодня являются продуктом глубоко глобализованных производственных цепочек. Японский автопром больше не замкнут внутри архипелага — он встроен в общемировую систему поставок.

Показательно, что японские автоконцерны никогда не ставили перед собой задачу «полного импортозамещения» — по крайней мере в том виде, в каком этот термин сегодня часто звучит в российской повестке. Они не вынуждены отчитываться за коэффициенты локализации и не воспринимают иностранные компоненты как проблему. Напротив, производители системно оптимизируют процессы и снижают себестоимость за счёт международной кооперации, вынося отдельные этапы туда, где это экономически и технологически оправдано, без ущерба для качества конечного продукта.

Если разобрать условную Toyota «по винтикам», выяснится, что:

· электронные компоненты и микросхемы часто производятся в Китае, Тайване, Южной Корее или Малайзии;

· металлы и сплавы поставляются из Австралии, Индонезии и стран Юго-Восточной Азии;

· элементы топливных систем, тормозов и подвески могут изготавливаться в Таиланде, Вьетнаме или Индии;

· отдельные узлы двигателей и трансмиссий — на предприятиях глобальных подрядчиков по всему миру.

Да, японские заводы, как правило, самостоятельно собирают ключевые агрегаты — двигатели, коробки передач, тормозные системы. Но комплектующие для них всё равно поступают со всего мира. Сегодня ни одна страна не способна произвести автомобиль полностью «от руды до руля» исключительно на своей территории. Глобальные цепочки поставок — объективная реальность современной индустрии, и ни Toyota, ни Nissan здесь не исключение.

Атака из Китая

На этом фоне культура JDM сталкивается с активным напором китайских автомобильных брендов — условного «Made in China». По данным за 2024 год, доля китайских автомобилей в продажах новых машин в России превышала 58%, а в 2025 году снизилась до 51,7%. Однако это снижение не означает падения спроса. Напротив, интерес остаётся высоким.

Причина в том, что часть популярных моделей была локализована. Так, Geely теперь продаются под брендом Belgee, а Chery собираются в Калуге под российскими шильдиками. Формально «китайцев» стало меньше, но фактически они никуда не исчезли.

Растёт и доля подержанных китайских автомобилей. Если в 2024 году китайские бренды среди лидеров импорта «бэушек» практически не упоминались, то уже в 2025 году Geely вошла в топ-5 с долей 4,6%. Для сравнения: BMW с её многолетней историей в России набрала 4,7%.

При этом у большинства россиян пока нет ни привычки, ни сформированной культуры восприятия бренда Geely, в отличие от немецких концернов. Маркетинговая поддержка минимальна, продвижение во многом строится на «сарафанном радио». И тем не менее сам факт появления Geely в топ-5 говорит о том, что китайский автопром постепенно закрепляется на российском рынке — в том числе среди подержанных автомобилей.

Собственный «пантеон Made in China» по аналогии с JDM пока не сформировался, но предпочтения уже прослеживаются. Среди наиболее заметных представителей нового этапа — Geely Monjaro и Coolray, LiXiang, Chery Tiggo, Lynk&Co и другие бренды. При этом некоторые «китайцы» начинают вытеснять близкие по классу и параметрам JDM-модели. Процесс этот небыстрый, и скепсис сохраняется, но тенденцию отрицать уже невозможно.

Особенно показателен пример BJ40, который постепенно заменяет классические «праворульные» внедорожники для рыбалки и бездорожья — такие как Nissan Patrol или Safari. Если ещё год-два назад «биджиков» можно было пересчитать по пальцам, то сегодня даже во Владивостоке — одном из оплотов JDM-культуры — их уже десятки, а возможно, и сотни.

В последние недели октября в США начался очередной скандал — президент Дональд Трамп внес на утверждение в Сенат кандидатуру Дугласа Трутмана. Он должен возглавить американское Агентство по защите окружающей среды (EPA). Об этом пишет The Guardian.

Дуглас Трутман — американский политик, начавший восхождение к вершинам власти еще в 90-х. В частности, с 1992 по 1996 гг. он работал законодательным помощником сенатора США Арлена Спектора. Позже Трутман работал заместителем вице-президента в Newmyer Associates в Арлингтоне, Вирджиния, и занимал должность клерка при окружном прокуроре округа Делавэр, Пенсильвания. С 2007 года он занимает должность директора по государственным вопросам в American Cleaning Institute (ACI), а с 31 июля 2025 года является помощником администратора по токсичным веществам в Агентстве по охране окружающей среды США (EPA).

Кандидатура Трутмана вызвала большой резонанс в американском политическом универсуме, особенно со стороны демократов. И дело тут не только в традиционных протестах против любых действий Трампа, представляющего республиканскую партию, но и в потенциальном изменении правил игры в американской промышленности. EPA сегодня выступает не только и не столько государственным органом контроля за опасными веществами, сколько инструментом давления на политический базис республиканцев, опирающихся на реальный сектор экономики. Избыточное регулирование производственного сектора позволяет буквально выкручивать руки оппонентам.

Одним из примеров можно назвать регулирование применения хризотилового волокна в США. Хризотил является минеральным волокном, широко применяющийся в химической и нефтедобывающей промышленности в США. В некоторых отраслях он не имеет аналогов — на данный момент заменить его нечем. Более того, до конца прошлого века он активно применялся в строительстве, производстве автомобилей, создании спецтехники и многом другом. Хризотил обладает уникальным набором полезных свойств — он не горит, не плавится и не выделяет вредные пары при нагреве, не проводит электричество и инертен к большинству химических воздействий (кроме кислот). Сегодня в мире из хризотила производят более 300 видов промышленных продуктов, в том числе шифер, фасадные плиты, водопроводные трубы и многое другое.

Впрочем, польза в производстве — это одно, а политика — совсем иное. В конце прошлого века демократы восприняли европейский «крестовый поход» против хризотила. В тот период страны Западной Европы столкнулись с массовой антиасбестовой риторикой. Ученые выяснили, что амфиболовый асбест является причиной тяжелых заболеваний, в том числе онкологии. Минерал представляет собой сложный гидросиликат с молекулой железа в формуле, которая сообщает ему устойчивость к воздействию кислот. Попадая в организм человека, амфиболовый асбест остается там на долгие годы, провоцируя болезни. Испания, Великобритания, Франция, Италия, Скандинавские страны и другие государства, входящие в западноевропейский универсум, традиционно использовали амфиболовый асбест для массового строительства, кораблестроения и многого другого. Это неудивительно — в их доступе были в основном месторождения амфиболов в Северной Африке и на Скандинавском полуострове. После того, как выяснились побочные свойства амфиболов, в Европе их запретили… вместе с хризотилом. Почему? Хризотил также является асбестом, но другим — он представляет собой гидросиликат магния, не обладающий устойчивостью к кислотам. Он выводится из организма за короткий промежуток времени, не нанося ему вреда. Традиционными поставщиками хризотила были Канада, Бразилия и СССР — на их территории эпидемий заболеваемости не было.

Итак, Европе пришлось запретить выгодные амфиболы, и, затем, расширить запрет на хризотил, чтобы защитить свой рынок от продуктов на его основе, выигрывавших у синтетических аналогов. Демократы же восприняли эту идею, начав собственную войну против хризотила (США традиционно использовали хризотиловое волокно из Канады), получив в руки отличный рычаг давления на бизнес. Дональд Трамп в своей книге «Искусство возвращаться» писал так: «Я считаю, что движение против асбеста было инициировано мафией, потому что удалением асбеста из зданий будут заниматься аффилированные с преступным миром компании. На политиков было оказано большое давление, и они, как всегда, отступили».

Впрочем, со сменой правящей партии, ситуация понемногу меняется. В частности, в октябре 2024 года Альянс за автомобильные инновации, объединяющий в себе Mitsubishi, KIA, Mercedes, Porche, Nissan, Toyota и других крупнейших автопроизводителей выступил с критикой Американского агентства по защите окружающей среды (EPA). Автоконцерны назвали запрет хризотиловых накладок на тормозные колодки «необоснованным» и призвали к его ревизии. Его поддержал кандидат на должность заместителя руководителя Агентства по защите окружающей среды Дэвид Футухи, также являющийся назначенцем Трампа.

Нынешний президент последовательно вводит в EPA своих ставленников, которые открыто заявляют о снятии лишних ограничений американского промышленного сектора. Судя по всему, он собирается начать ревизию решений, принятых за последние 30 лет.

Горизонт планирования

— Да о чем говорить?! — эмоционально реагирует владелица компании по прокату автомобилей Ольга Привалова на вопрос корреспондента EastRussia. — До 2030 года для Дальнего Востока отсрочка, потом еще лет пять мы будем «выкатывать» (термин, применяемый таксомоторными и арендными компаниями, обозначающий машину в эксплуатации. — Прим. EastRussia) машины, которые успеем до этого момента ввести в работу. Так что мы спокойны.

Десять лет назад Ольга перебралась из Комсомольска-на-Амуре в Хабаровск и возглавила один из первых таксопарков, начавших сотрудничество с «Яндекс.Такси». Сегодня она живет во Владивостоке (реалии таковы, что на Дальнем Востоке постепенно весь бизнес концентрируется в столице Приморья) и постепенно уходит от такси, переключаясь на аренду класса «Комфорт».

По словам Ольги, сегодня те, кто занимается автопарками, вне зависимости от решений Минпромторга, уходят от правого руля.
— Посуди сам: зачем мне везти три месяца (так как через параллельный импорт) Prius в 50-м кузове (одна из самых популярных у таксистов моделей авто. — Прим. EastRussia), который мне обойдется в 1,7 млн, а сдавать я его буду дешевле, чем «корейца» или «китайца», который «встанет» мне в 1,4 млн? Мы уже несколько лет уходим от правого руля, нет в нем больше смысла, — рассказывает Ольга.

По ее словам, пошлины, санкции и прочие «прелести» сделали свое дело: 20 лет назад такое и представить себе было нельзя — во Владивостоке крупные арендные конторы, как говорится, «на пробу» даже привезли «Лады», чтобы посмотреть, какой на них будет спрос и насколько они сложны в обслуживании.
— Конечно, небольшие компании, у кого в парке по 10–20 машин, будут делать ставку на «Платцы», «Пассо», «Витцы» (бюджетные праворульные авто с объемом двигателя 1 литр), но рано или поздно они себя изживут, — прогнозирует Ольга.

Два пишем, один в уме

В большинстве случаев рынок такси на Дальнем Востоке (смею предположить, что и по всей стране) устроен следующим образом: группа лиц покупает пару десятков машин, заключает договор с агрегатором и сдает эти машины тем, кто желает «таксовать». Последние находятся даже среди тех, у кого есть своя машина — но выгоднее брать в аренду, чем «гробить» свою (такси в Хабаровске «наматывает» по 200–300 км в день).

Конечно же, рано или поздно встает вопрос обслуживания таксомоторов. И тут в дело вступает простая арифметика: обслуживать японскую машину, выпущенную лет десять назад, дороже (особенно с учетом санкций и увеличения стоимости ввозимых запчастей), чем свежего «корейца» или «китайца» (Бог с ним, пускай даже «Ладу»). А если он еще в лизинге или на гарантии… Но тут, конечно, встает вопрос наличия денег — ведь чтобы купить свежее авто, понадобится немаленькая сумма или выгодный кредит, что есть далеко не у всех, кто занимается арендой машин и таксомоторным делом.

Алексей из Хабаровска несколько лет назад занялся арендой машин под такси: купил праворульные Toyota Vitz и Toyota Passo, посадил на них водителей и сам также стал таксовать. Первым «пал» Vitz 2001 года выпуска — агрегатор попросту перестал пропускать машину из-за ее возраста, пришлось ее продать.
— Маленькому не выжить вообще, если у тебя три машины. Ты все время должен расширять свой автопарк до какого-то определенного предела — хотя бы до 30 машин. И обновлять этот парк, то есть все время в бизнесе должны быть деньги. Если у тебя просто сдаются машины, и ты оттуда эти деньги забираешь, то ты просто доживешь до 2030 года, распродашь машины — и все, — рассказывает Алексей Ковальчук.

По словам Алексея, попытки упорядочить рынок такси предпринимаются постоянно: ОСАГО для такси, лицензия на машину, лицензия на водителя, верификация, справка об отсутствии судимости и тому подобное. Это привело к тому, что из профессии ушли те, для кого это было небольшой подработкой, а агрегаторы столкнулись с дефицитом водителей.

— У «Яндекса», когда стали водители «отваливаться», стало меньше машин, цены резко выросли, тогда «Яндекс» стал вводить такие тарифы, как «Попутчик», когда можно разделить поездку и стоимость. Стали думать, как замотивировать водителей. Там тоже менеджеры сидят, голову ломают над тем, как завлечь водителей, — рассказывает Алексей.

Процесс естественного вымывания старых авто и небольших таксопарков уже идет. Впрочем, Алексей и его коллеги сохраняют олимпийское спокойствие: до 2030 года еще целых пять лет — мало ли что может поменяться? Но играть по новым правилам все же придется, соглашается Алексей.

— Я продам два старых «Витца» и куплю новую машину. И буду таксовать дальше. Мне поставили такие условия — значит, я буду по ним жить. Нужна леворукая машина? Ок. Взгрустну, но буду делать. Я просто пойду возьму кредит или лизинг. И буду работать, — размышляет Алексей.

По его мнению, также придется поступить и многим другим. Владельцы таксопарков из Южно-Сахалинска в этой связи рассчитывают, что государство, приняв новые правила, предложит игрокам рынка и особые условия по приобретению свежих авто.

— Это было бы логично: утверждая список машин, допущенных к пассажирским перевозкам, предложить льготные условия по их приобретению — кредит с низкой ставкой или лизинг. В случае с Сахалином, да и в целом с Дальним Востоком, правильно было бы еще порешать вопрос с доставкой этих авто, — рассуждает Дмитрий, совладелец автопарка из Южно-Сахалинска.

Впрочем, все всё понимают: в итоге расходы лягут на конечного потребителя, то есть на пассажира. Правда, кратного увеличения стоимости услуг такси ждать не приходится.
— Станет дороже, но, возможно, не критично — не в три раза от цены, потому что люди просто откажутся от этой услуги, как бы она ни была удобна, но начнут выбирать в сторону своей машины. Подорожает процентов на 20 за какой-то промежуток времени, — предположил Алексей Ковальчук.

Что касается упорядочивания рынка такси, то мнения его участников разделились: одни говорят, что государство в очередной раз пытается решить проблемы за счет других, вторые — о необходимости привести все к единому знаменателю.
— Это унифицированный парк, здесь все будет логично, не будет разброда и шатания, прописаны модели. Я думаю, что еще введут обязательные цвета. Придем все, к примеру, к желтым машинам класса не ниже «Короллы» — с лицензией, шашками и так далее, — поделился Алексей.

«Утилизационная» арифметика

Одним из организаторов субботнего митинга во Владивостоке стал депутат Законодательного Собрания Приморского края Александр Сустов, к которому обратились как участники рынка: продавцы, таможенные брокеры, работники транспортных компаний (только во Владивостоке по скромным подсчетам в сфере поставок автомобилей занят каждый шестой житель – прим. ред.), так и рядовые граждане.

— Грядущие нововведения коснутся всех, – уверен Александр Сустов. — И на эти машины (попадающие под новую формулу расчета – ER) резко повысятся цены на разные суммы, но поднимется цена и на все остальные машины, мы же в рыночной экономике живем, где спрос рождает предложение и формирует цену.

Сегодня утилизационный сбор, или, как его называют в профессиональной среде, «утиль», рассчитывается исходя из возраста машины и объема двигателя. При этом существует так называемая фиксированная льготная ставка. К примеру, вы привозите авто, со дня выпуска которого прошло не более трех лет с объемом двигателя до трех литров – в бюджет вам придется заплатить 3,4 тыс. рублей. Если везете такую же машину, но старше трех лет – 5 200. Подъемная сумма? С учетом общей стоимости авто, вполне.

Теперь же к этим двум параметрам законодатели хотят добавить третий пункт – мощность авто. И вот тут покупателя ждет неприятный сюрприз. Дело в том, что большинство свежих машин, даже с небольшим объемом двигателя, превышают предлагаемый порог мощности в 160 л.с. на 10-20 «лошадок», не говоря уже о джипах, минивэнах, кроссоверах и микроавтобусах. Соответственно, машина, которая подходила по параметрам «год выпуска/объем ДВС» под льготную ставку, из-за превышения порога мощности будет стоить дороже. Сильно дороже. Это называется «коммерческий утилизационный сбор». 

— От мощности будет считаться наличие коммерческого «утиля» либо его отсутствие, сетка также пойдет по объему. Если у тебя машина до 160 л.с. и ты ввозишь ее для личного пользования, и объем не превышает три литра, ты платишь льготный «утиль», если одно из условий нарушено: либо машины больше объемом, чем три литра, либо машина мощнее, чем 160 сил – все: автоматом попадаешь на коммерческий «утиль», — рассказал EastRussia представитель хабаровской компании «Crowndaily», которая занимается ввозом автомобилей из Японии, Южной Кореи и Китая.

По его словам, стоимость машин мощнее новых параметров (для электрокаров и гибридных авто порог мощности и вовсе составляет 81 л.с.) поднимется ровно на столько, на сколько будет увеличен утилизационный сбор. По самому низу рост составит 750-780 тыс. рублей. Для машин, которые еще будут с объемом двигателя свыше трех литров, и того больше: 2 – 2,5 млн. рублей. 

Деньги из воздуха

На митинге во Владивостоке помимо всего прочего звучал и такой вопрос: а куда пойдут собранные средства?

— Я не знаю ни одного завода в Приморье, который бы занимался утилизацией машин. Есть ли такие вообще на Дальнем Востоке? Поэтому возникает вопрос – куда идут эти средства? Если мы понимаем, куда идет транспортный налог, худо-бедно, но мы как-то ощущаем эти деньги. А куда эти средства идут? – размышляет Александр Сустов.

По мнению юристов, «зацепиться» за отсутствие на Дальнем Востоке специализированных заводов по утилизации авто – обратиться в суд – и на этом основании попробовать оспорить утилизационный сбор можно, но вряд ли это будет эффективно. 

— Можно, конечно, поднять этот вопрос, создать прецедент, давить на то, что нет на Дальнем Востоке организаций, которые осуществляют утилизацию. И на этом основании не платить «утиль», но это лишь отсрочит агонию на пару месяцев. Это дело нехитрое: любая металлоприемка, я думаю, за пару месяцев может получить аккредитацию. Так что за это не зацепиться, – размышляет Олег. 

Машины впрок

Популярный автомобильный портал Drom.ru накануне распространил пресс-релиз, в котором говорится, что на фоне возможного изменения формулы расчета утилизационного сбора, на Дальнем Востоке резко выросли продажи машин с мощными двигателями. В целом по итогам сентября дальневосточники стали чаще покупать машины – рост составил 11 %. При этом покупать чаще стали дорогие машины – средний чек вырос на 18% (средняя стоимость покупки – 1,3 млн рублей). Поменялись и приоритеты в выборе марок и моделей: если летом лидером продаж была Honda Fit, то теперь список возглавляет Toyota Land Cruiser Prado. То есть активнее покупались автомобили, стоимость которых может сильно вырасти при повышении утилизационного сбора.

— Люди, которые собирались купить такие автомобили ранее наконец решились на покупку в экстремально-короткие сроки, чтобы успеть до очередного повышения цены на авто. За счет такой «встряски» спроса, в последующие месяцы после повышения утильсбора покупки автомобилей всех ценовых категорий сильно уменьшатся, — отмечает аналитик Drom Игорь Олейников.

— Выгребли все сейчас. Трехлитровые дизели понабрал народ, трехлитровые «бензинки» — у них-то «утиль» будет вообще около двух миллионов. Цена из воздуха вырастет на два миллиона, — подтверждают слова аналитиков рядовые продавцы.

Пессимисты уверены, что за ростом цен на машины, попадающие под коммерческий «утиль», поднимутся в цене и те, что проходят по льготной ставке. Впрочем, это мнение разделяют не все. Дело в том, что продавец на рынке, как правило, зарабатывает с такой машины от 40 до 100 тыс. рублей. И если конечная стоимость авто не изменилась, то он не будет искусственно поднимать цену. И вот почему.

— Это нецелесообразно, конкуренции не будет. Любой человек сейчас пять минут проведя в интернете может сам себе привезти машину. На рынке поднимать цену нет – ты не выдержишь конкуренции. Люди как зарабатывали от 40 до 100 тысяч рублей на машине, так и будут зарабатывать эти деньги. А если ты поднимешь ценник на «доутилевый» сегмент – она у тебя будет стоять, а твои конкуренты будут зарабатывать свои 40-100 тысяч, - поделился хитростями рынка Олег из «Crowndaily». 

Дорогие мои «Москвичи» 

Инициаторы нововведения аргументируют необходимость повышения утильсбора поддержкой отечественного производителя. Дальневосточники, в хорошем смысле избалованные правым рулем, к машинам «made in Russia» по-прежнему относятся скептически, хотя в Приморье теперь тоже собирают машины – вспомнить тот же Sollers. И не только из-за качества сборки.

— У нас в Приморье есть несколько сборочных конвейеров, но тут другой вопрос – а смогут ли они покрыть возросшую потребность? Где гарантия, что у них тоже ценник не поднимется? Я уже не говорю про качество, покроют спрос? — задает вопросы Александр Сустов.

Сомнение в правильности предлагаемого решения высказывают и в Москве. Так, лидер партии «Справедливая Россия – за правду», депутат Госдумы Сергей Миронов заявил, что рост утилизационного сбора приведет к подорожанию автомобилей в России, особенно заметному на Дальнем Востоке.  

Что дальше?

Тут вариантов несколько: успеть купить машину до введения новшеств — времени осталось немного, но оно еще есть, хотя замечено, что продавцы стали придерживать авто, на время снимая их с продажи; продолжать кататься на том, что уже есть (так называемый «феномен Кубы»); пересаживаться на маломощные кей-кары, либо вспоминать старые добрые «конструкторы». 

— Откроется поле для «свапов»: берешь несанкционную неутилевую машину, привозишь отдельно максимальный двигатель и меняешь местами. У немцев, к примеру, линейки достаточно широкие: можно BMW седьмой серии взять двухлитровые, а можно 4,4. Пока выход только такой видится, это будет целесообразней для конечного потребителя, чем покупка машины под коммерческий утиль — размышляет Олег. 

Пока же активисты на митинге во Владивостоке подписали резолюцию, в которой потребовали отменить повышение ставок утилизационного сбора. Оптимисты говорят, что 1 ноября новый утильсбор принят не будет и что более реалистичные сроки – декабрь или даже январь. Пессимист считают, что на их требования никто не обратит внимания. Но все сходятся в одном мнении: на автомобилистах хотят очередной раз заработать, не предлагая ничего взамен.