Сбер нарастил выдачи ипотеки на частные дома на 55%

Дальний Восток и Арктика: большие масштабы — большие вызовы – большой потенциал

Российский Дальний Восток (ДВ) занимает колоссальную территорию − почти 7 млн квадратных километров. Это лишь немного меньше площади Австралии (7,67 млн), которая находится на шестом месте среди крупнейших государств мира, и более чем в два раза превышает территорию Индии (3,29 млн), находящейся на седьмой позиции в этом рейтинге.

Просторы российской Арктики – точнее, Арктической зоны Российской Федерации (АЗ) − хоть и уступают Дальнему Востоку, также поражают своими масштабами. Ее площадь составляет 4,8 млн кв. км. Это в два раза больше территории крупнейшего государства Африки − Алжира (2,38 млн) и примерно в 1,7 раза превышает площадь Аргентины (2,78 млн), занимающей значительную часть Южной Америки.

Суммарная же площадь Дальнего Востока и Арктики превышает территорию второй по величине страны мира − Канады (9,98 млн кв. км). Причем разница немалая − более 1,8 млн кв. км, что больше, чем площадь Германии, Франции, Испании и Италии вместе взятых.

Во многом по причине своих размеров Дальний Восток и Арктика сталкиваются с серьезными демографическими вызовами. На территории ДФО проживает не более 5% населения России, в Арктической зоне − и того меньше, около 1,6%. Однако столь низкая плотность населения на фоне колоссальных территорий — это не только вызов, но и скрытый потенциал. Государство выстраивает систему стимулов для привлечения людей и инвестиций в эти регионы. В таких условиях бизнес-проекты на Дальнем Востоке и в Арктике нередко демонстрируют рентабельность, превышающую аналогичные кейсы в центральной части России. При этом каждый успешно реализованный частный проект становится не просто историей успеха одного инвестора, а важным звеном в развитии экономики всего макрорегиона.

«Гектары» есть. Возможности тоже

Сегодня основным инструментом привлечения населения на Дальний Восток остаются программы «Дальневосточный» и «Арктический гектар». В рамках первой граждане России имеют право бесплатно получить на Дальнем Востоке земельный участок площадью до одного гектара. Цели использования земли могут быть самыми разными: строительство жилья, ведение сельского хозяйства, предпринимательская деятельность. Программа начала работу в июне 2016 года.

Сразу после запуска «Дальневосточного гектара» вокруг инициативы возник настоящий ажиотаж − россияне массово стремились получить участок на берегу Японского моря или где-нибудь вдоль трассы Владивосток–Хабаровск. Со временем интерес к программе немного снизился: кто-то не смог пройти процедуру получения земли, кто-то столкнулся с негативными отзывами. Однако, по состоянию на конец 2024 года, землю по программе уже получили 145 тысяч человек. Это означает, что в среднем ежегодно оформлялось около 18 тысяч участков. Только представьте: каждый год участки в дальневосточной тайге получает столько же людей, сколько проживает, например, в крымском городе Судак.

Тем не менее, популярность программы сыграла с ней и злую шутку. Постепенно закрепился миф о том, что получить пригодный для строительства или ведения бизнеса участок практически невозможно. На деле это не так. Многие скептики попросту не разобрались с порталом надальнивосток.рф или вовсе на него не заходили. Между тем официальная статистика Минвостокразвития говорит о том, что процент отказов по заявкам на участие в программе не превышает 2–2,5%. Более того, практика сопровождения земельных сделок показывает, что и в 2025 году россияне продолжают успешно оформлять участки в 300 метрах от морского побережья или в коттеджных поселках в пригороде Уссурийска.

«Арктический гектар» − «младший брат» дальневосточной программы. Он стартовал в августе 2021 года и дает гражданам России право бесплатно получить земельные участки в регионах Арктической зоны РФ. К ней относятся: Мурманская область, Ненецкий и Ямало-Ненецкий автономные округа (вся территория), а также отдельные муниципалитеты Республики Карелия, Республики Коми, Архангельской области и Красноярского края. С 1 сентября 2025 года в программу войдут также Белоярский и Березовский районы Ханты-Мансийского автономного округа.

Арктическая программа пока не достигла той популярности, которую получил «Дальневосточный гектар». По данным на июль 2025 года, землю в Арктике получили чуть менее 9 тысяч человек. Среднегодовой темп оформления участков составляет около 2,25 тысячи в год — это примерно в восемь раз ниже, чем по дальневосточной программе.

Выбираем свой «гектар»: на берегу моря или с видом на северное сияние

Итак, в рамках программ «Дальневосточный гектар» и «Арктический гектар» россияне получили в совокупности 152 тысячи участков. Много это или мало? Вопрос скорее риторический. Однако ясно одно − эта цифра пока не отражает того потенциала, которым обладают регионы действия программы.

Например, в центральной России мало кто знает, что Приморский край − настоящая туристическая мекка как для жителей российского Дальнего Востока, так и для туристов из Китая. Только в 2024 году регион принял 3,9 миллиона гостей. Неудивительно, что Приморье продолжает удерживать лидерство по количеству оформленных гектаров − 31,6 тысячи участков, что составляет почти 22% от общего числа выданных «дальневосточных гектаров». Тем не менее даже сегодня в регионе можно найти свободные участки в шаговой доступности от моря. Эти земли подходят не только для индивидуального строительства, но и для запуска самых разнообразных туристических проектов − от баз отдыха и круглогодичных отелей до детских оздоровительных лагерей.

В Арктике несомненным лидером по количеству оформленных участков стала Мурманская область. Здесь россияне получили 3,7 тысяч участков − это 41,5% от всех «арктических гектаров». Регион, конечно, не обладает таким масштабным туристическим потенциалом, как Приморье. Однако о таких локациях, как Хибины или Териберка, сегодня слышал практически каждый житель России. В 2024 году Мурманскую область посетило порядка 700 тысяч туристов, и даже эксперты Высшей школы экономики отмечают: туризм в Териберке стал «чрезмерным».

На этом фоне оформленный в Мурманской области гектар может легко превратиться в устойчивый бизнес. Несколько компактных, но хорошо утепленных модульных домиков способны не только приносить доход владельцу, но и помочь региону справляться с наплывом aurora hunters («охотников за северным сиянием» − прим. ред.).

Проекты с доходностью 1100%: реальные кейсы

Программы «Дальневосточный» и «Арктический гектар» − сложные, но при этом эффективные социально-экономические инструменты. Относительно низкий интерес населения к этим инициативам, возможно, связан не столько с реальными ограничениями, сколько с недоработками в информационной и маркетинговой стратегии.

Если свести общественное восприятие этих программ к одному предложению, оно звучало бы примерно так: «Это возможность уехать куда-то очень далеко и вдобавок заняться там каким-то непонятным бизнесом». Подобная формулировка может казаться пугающей и скорее ассоциируется с образом романтиков и авантюристов, чем с прагматичными родителями или опытными предпринимателями. Между тем, простые расчеты позволяют посмотреть на программу «инвестиционным» взглядом − как на инструмент инвестирования в недвижимость или даже как на средство производства, полученное на максимально льготных условиях.

Перейдем к цифрам. Средние затраты инвестора на оформление участка, его освоение, получение в собственность и первые уплаты земельного налога, как правило, не превышают 500 тысяч рублей. С момента оформления права собственности участок приобретает рыночную стоимость, которая напрямую зависит от его местоположения, близости коммуникаций и инвестиционного потенциала территории. При грамотном выборе рыночная стоимость гектара может достигать нескольких миллионов рублей.

Показателен пример из Мурманской области. Один из участков по программе «Арктический гектар» был оформлен на берегу озера Канентъявр − в 42-х километрах от Мурманска, в среднем течении популярной у туристов реки Териберки. С берега озера открывается отличный обзор на северное сияние − а это значит, что проблем с загрузкой туристического объекта здесь точно не будет. В локации уже действуют базы отдыха, где стоимость двухместного номера составляет от 27 500 рублей за ночь!

Рыночная стоимость участка с подведенными коммуникациями в этом районе по состоянию на июнь 2025 года составляет 55 000 рублей за сотку. То есть гектар здесь может стоить порядка 5,5 миллиона рублей. Таким образом, вложенные за пять лет 500 тысяч рублей окупаются как минимум в 11 раз! Доходность, сопоставимая разве что с крайне рискованными и зачастую незаконными видами деятельности.

Пример с Дальнего Востока не менее убедителен. Участок площадью 70 соток был оформлен в поселке Тимирязевский — всего в 8 километрах от города Уссурийск, одного из ключевых логистических узлов Приморья. К участку примыкают автомобильная дорога и линии коммуникаций. Близкие по параметрам участки в этом районе оцениваются в 40 000 рублей за сотку, что дает рыночную стоимость всего участка около 2,8 миллиона рублей.

Таким образом, инвестиции, вложенные в «дальневосточный гектар», окупаются в пять раз уже через пять лет. А если учесть динамику роста цен на землю в Приморье, то к 2032 году участок может стоить до 5,6 миллиона рублей, а общая доходность проекта достигнет 1100%.

При этом, как показывает практика многие владельцы столь перспективных гектаров, оценив потенциал участка, зачастую предпочитают не выходить из проекта, а развивать его самостоятельно, открывая туристические базы, создавая фермерские хозяйства или просто переезжая на постоянное место жительства.

«Инвестиционный» взгляд – во благо государства

Нередко можно столкнуться со скепсисом: дескать, подход к «дальневосточным» и «арктическим» гектарам как к объектам инвестирования и перепродажи противоречит самой идее государственных программ. Ведь основная цель − стимулировать социальную и экономическую активность на Дальнем Востоке и в Арктической зоне, а не формировать земельный фонд для последующей реализации. Однако «инвестиционный» взгляд на гектар вовсе не противоречит интересам государства, а напротив, напрямую способствует достижению поставленных целей.

Во-первых, он помогает россиянам в буквальном смысле «оценить» предоставляемую им льготу. Образ земли «далекой и ненужной» сменяется конкретным пониманием ее рыночной стоимости и маржинального потенциала. Это меняет восприятие Дальнего Востока и Арктики − с абстрактных территорий на реальные точки роста.

Во-вторых, даже те, кто изначально рассматривает участие в программе с целью перепродажи участка, получают стимул ближе познакомиться с регионами. Поездка в Архангельскую область или на Камчатку для осмотра «гектара» часто становится первым шагом к переосмыслению восприятия дальневосточных и арктических регионов нашей страны. На практике около половины таких участников в итоге решают сохранить участок: кто-то − с намерением построить дом, кто-то − с планами запустить собственный бизнес.

В-третьих, даже в сценарии с перепродажей, участок проходит через стадии вовлечения в экономический оборот: оформление, благоустройство, подключение к инфраструктуре. В результате неосвоенный клочок тайги превращается в полноценный земельный актив с кадастровым статусом и рыночной ценностью. Такой объект уже способен привлечь инвестора − как физлицо, так и профильную компанию. То есть даже при минимальном участии государства, макрорегион получает обустроенный участок, частные инвестиции и дополнительный интерес со стороны бизнеса, включая международного.

«Гектар» − инвестиция, которая выгодна всем

С позиции профессионального инвестора, гектар — это не столько про романтику переезда «на край света». Это доход, который сегодня сложно найти даже в высоколиквидных сегментах рынка. Минимальные стартовые вложения, налоговые преференции, субсидированная ипотека и возможность масштабировать проект — все это делает гектар уникальным инвестиционным активом с супер-высокой маржинальностью.

Такой взгляд на «гектар» привлекает не спекулянтов, а рациональных, расчетливых инвесторов, способных видеть риски и выстраивать долгосрочные бизнес-модели. Это не случайные энтузиасты, а надежные и ответственные игроки, которые формируют новый класс частных проектов на Дальнем Востоке и в Арктике. Благодаря им инвестиционный интерес к гектарам становится не только выгодной сделкой одного владельца, но и понятным инструментом развития целых территорий.

– Рынок недвижимости сейчас переживает непростые времена: покупательская способность снижена, ставки кредитования высокие, государственные программы меняют условия. Все эти изменения, конечно, коснулись и рынка недвижимости Дальнего Востока.

Понятно, что «Дальневосточная ипотека» помогает выживать рынку ДФО, но стоимость квадратного метра в строящемся жилье высокая и не укладывается в бюджет, выделяемый льготной программой. Соответственно покупателям нужны деньги и на первоначальный взнос, и на дальнейшую отделку квартиры, так как все квартиры в новостройках в основном продаются в сером или белом ключе. Пока снижение стоимости новостроек на рынке не наблюдается. Мы уже, конечно, видим выгодные предложения застройщиков в виде рассрочки платежа и оплаты траншами, но стоимость квадратного метра пока не снижается.

Что касается вторичного рынка жилья, то снижение стоимости вторичного жилья, конечно, наблюдается. Не очень быстро, но цена падает. На площадках, как правило, стоит завышенная цена, а внося предложение, покупатель занижает стоимость процентов на 15, и продавец соглашается на такое предложение. В основном покупают за наличный расчет, остаток, как правило, добирают потребительским кредитом или ипотекой, но на небольшую сумму.

Рынок индивидуального жилищного строительства пока встал, оформление ипотек по госпрограммам на ИЖС непростое и не все подрядчики соглашаются строить по условиям банка. Но надеемся, что наши партнеры в Сбербанке, сейчас отладят процесс выдачи ипотеки на ИЖС.

Делая анализ рынка и экономики в целом, хочу сказать, что откладывать покупку или продажу недвижимости не стоит. Если для вас актуально какое-то действие с недвижимостью, нужно делать здесь и сейчас. Сегодня можно выгодно купить квартиру на вторичном рынке, сделав предложение выгодное для вас. Для того, кто собирается продавать недвижимость, сегодня хорошее время в дешевом сегменте. Например, районы, которые плохо продавались в обычном рынке, сейчас продаются в первую очередь и практически без снижения стоимости.

Многие положили деньги под проценты, но анализируя экономику в целом, видно, что рубль дешевеет, а все вокруг дорожает, при этом недвижимость сохраняет капитал. Что касается новостроя и строительства ИЖС, здесь вообще снижение стоимости не ожидается, обязательно нужно использовать возможность ипотек с государственной поддержкой. Моя рекомендация клиенту: сейчас, конечно, нужно воздержаться от базовой ипотеки, но опять же есть варианты снижения ставки в банках, рефинансирования ипотеки, закрытие ипотеки после продажи недвижимости. Просто нужно обязательно все просчитывать и подобрать лучший вариант. Поэтому обращайтесь к профессионалам за консультацией.

— Константин Владимирович, как бы вы охарактеризовали состояние отрасли ИЖС в Хабаровском крае прямо сейчас?

— Если смотреть в целом — пациент оживает. Поясню — марте 2025 года вступил в силу 186-й ФЗ, и многие подрядчики оказались к этому просто не готовы. Работали по-другому принципу: что делаем, то будет — и всё. Никакой стратегии, никакого взгляда вперёд.

Дальше ситуацию усугубила история с ипотеками. С 1 июля 2025 года семейная ипотека прекратила выдаваться без эскроу-счетов, затем банки начали ограничивать и дальневосточную. Многие подрядчики попросту не соответствовали новым требованиям: не зарегистрированы как полагается, кредитного рейтинга нет — займ не выдать. Это стало шоком.

Но к осени подрядчики уже начали разбираться, как работать по-новому. И если за первое полугодие действия закона по городу было, дай бог, пять ипотечных сделок через эскроу-счета, то уже в январе 2026 года мы видим больше пяти договоров только за один месяц. Динамика есть.

— По данным краевого минстроя, в 2025 году в регионе введено 227 тыс. кв. метров ИЖС — это почти 41% от всего ввода жилья. Объёмы частного строительства выросли примерно на 7,5% по сравнению с 2024 годом. Тем не менее переходный период дался рынку нелегко?

Да, переходный период ударил сильно. Была проблема не только с эскроу — повлиял рынок в целом. До этого были, как я это называю, «бесплатные деньги»: льготные ипотеки раздавались всем желающим, без проверки подрядчика, без контроля расходования средств. Потом в один момент изменилось всё сразу — и правила по эскроу, и налоговое законодательство. Образовались кассовые разрывы.

Часть подрядчиков просто закрылась, часть ушла в банкротство, часть переориентировалась на рынок дешёвого дачного строительства — домики до 2 млн рублей за наличные. С активного рынка, я думаю, ушло примерно 30%.

— На недавнем круглом столе обсуждалась проблема «обманутых участников ИЖС». Насколько это остро для Хабаровска?

— Наш регион, надо сказать, это обошло стороной в сравнении с историей обманутых дольщиков в многоквартирных домах. Таких случаев, чтобы взяли деньги и вообще ничего не построили — их прямо немного. Основная проблема другого рода: дом построен, но есть замечания по качеству, а подрядчик к тому времени уже не существует — судебное решение вынесено, взять нечего.

По официально озвученным на встрече данным, только по одному подрядчику порядка шестидесяти клиентов имеют претензии по качеству. По городу в целом ещё порядка двадцати обращений — точной открытой статистики нет, пытаемся сами собирать.

— Мы сейчас говорим об обманутых заказчиках. Но есть ведь и обратная история — потребительский терроризм?

— Это серьёзная проблема. Строительство частного дома юридически приравнено к продаже булки хлеба — всё в рамках закона о защите прав потребителей, законы как для МКД здесь не действуют. Зацепиться можно буквально за что угодно.

Вот пример из недавнего: клиент решил взыскать около 2 млн рублей за пару дней просрочки — причём просрочки по погодным условиям, шёл дождь, работы нельзя было вести без потери качества. Изначально он вообще не хотел никакого компромисса. Наши юристы подключились, вызвали экспертизу, по качеству вопросов не было, по срокам удалось снизить сумму в разы. В итоге пошли на мировую. Но такие истории случаются.

Сложность ещё в том, что стандарты в ИЖС в основном рекомендательные, а не обязательные. Берём тот же отсевоблок — он выпускается по техническим условиям и может различаться по размеру на 2–3 сантиметра. Чтобы компенсировать это, делается кладочный шов чуть толще. Клиент видит шов — говорит: «Не по нормам». Формально есть нормативы, но физически им следовать невозможно из-за специфики материала. Приходится защищаться юридически.

— Пять договоров в месяц — скромный результат. Можно ли говорить, что с ИЖС в Хабаровском крае всё хорошо?

— Не то чтобы всё хорошо — но оживление однозначно есть. И цифры нужно смотреть в контексте. У нас не Москва — население другое. Пять договоров в месяц — это в год порядка ста домов. Для нашего города это уже хороший задел.

Если сравнивать не с периодом льготной ипотечной эйфории, а с тем, как рынок работал до введения льготных программ, — темпы сопоставимые. Рынок не вернётся к 2023 году — тогда деньги выдавались налево-направо, без проверки истории подрядчика. Сейчас рынок становится более осознанным, более зрелым. Остались те подрядчики, которые готовы брать на себя ответственность. И строятся те клиенты, которые действительно хотят жить в собственном доме, а не просто воспользовались случаем взять льготную ипотеку.

— Как сейчас выглядит схема для человека, который хочет построить дом?

Если человек приходит к нам или к нашим партнёрам — никуда больше идти не нужно. Мы всё делаем на месте. Первым делом выясняем, подходит ли клиент под льготные программы. Если да — оформляем ипотеку здесь же.

Главный вопрос сейчас — первоначальный взнос. Раньше можно было строить без него по льготным программам, сейчас нет. По семейной ипотеке минимальный взнос составляет около 1,55 млн рублей, по дальневосточной — около 2,265 млн. Это суммы для максимального лимита; если стоимость дома меньше, взнос пропорционально меньше.

Если первоначального взноса нет — предлагаем поэтапное строительство, помогаем разобраться, что можно задействовать. Многие клиенты не знают, что могут использовать материнский капитал в качестве первоначального взноса.

— Сколько стоит построить дом в Хабаровске?

— Самые ходовые сейчас — одноэтажные дома площадью от 80 до 100 кв. метров. Люди стали думать о практичности: одноэтажный дом проще в обслуживании, меньше по площади, зато продуманнее.

Если брать дом 80 кв. метров с предчистовой отделкой через ипотеку — порядка 10 млн рублей. Это каменный дом, из отсевоблока. В Хабаровске это самый распространённый вариант: газобетон для нашего климата подходит хуже, плюс с ним бывают перебои в поставках.

Деревянный каркасный или панельный дом — около 8,5 млн, если использовать древесину камерной сушки. Брус или цилиндрованное бревно — дороже на порядок. Кирпич тоже строят, но редко: материал дороже примерно на 15%, специалистов по кладке не хватает, да и по свойствам кирпич уже не превосходит современные аналоги так, как это было раньше.

— Что мешает развитию производства домокомплектов на месте?

— Это один из приоритетов сейчас — индустриализация рынка ИЖС. Задача поставлена Министерством строительства страны: префабы, сборные конструкции, заводское производство.

Проблема в том, что речь идёт не о гигантах отрасли с собственными заводами и неограниченными кредитными линиями, а о небольших местных производителях. У них нет денег, чтобы расширить линию или закупить оборудование. И есть ещё одна специфика нашего региона: большинство деревообрабатывающих предприятий настроены на экспорт. На внутренний рынок они не работают — другие размеры, другая продукция, нужно запускать отдельные линии.

В итоге получается, что мы не можем увеличить поставки домокомплектов, потому что зависим от материала, а материал взять негде. Либо везём с запада страны — растёт цена. Чтобы производить на месте — нужно оборудование, рабочие места, и всё это сразу ложится в себестоимость. Нужен комплекс мер. Тогда это будет качественно, дешевле среднего по рынку и быстро.

— А риска, что придут федеральные игроки и завалят рынок готовыми домокомплектами, нет?

— Мы не боимся — нам это даже на руку. Проблема в другом: Дальний Восток в масштабах России занимает небольшую долю рынка по объёмам продаж. Насколько это будет экономически целесообразно для крупного игрока — большой вопрос.

Другое дело, что мы эту историю предвосхищаем и как раз поэтому обращаемся к правительству: у нас уже есть завод в составе ассоциации, который производит деревянные домокомплекты. Нужно выстраивать работу здесь, чтобы деньги региона оставались в регионе. Это и рабочие места, и развитие.

— Что ещё тормозит ИЖС в крае, кроме ситуации с домокомплектами?

— Земля и электричество. Есть поручение — провести ревизию земельных участков и проверить технические условия по подключению к сетям. Если остальные коммуникации могут быть автономными, то с электричеством так не получится.

Сейчас ряд участков, которые выставляются на торги, просто не имеет свободных мощностей для подключения к электросети. Участок есть, а что с ним делать — непонятно. Это серьёзный тормоз для развития застройки.

— Ваш прогноз: ИЖС в крае — это рост или тихое затухание для подрядчиков, из-за того, что люди вернутся к самострою?

— Затухания точно не будет. Люди как раз уходят от самостроя — хотят, чтобы всё было готово, без погружения в процесс. Рынок не умер — он оживает после болезненного переходного периода.

Просто это уже не те объёмы, которые были в «золотые» два года льготных ипотек. Рынок стал более зрелым. Подрядчики остались те, кто готов работать по правилам. Клиенты строят те, кто действительно хочет жить в своём доме. 16 февраля 2026 года Правительство России утвердило комплекс мер по развитию ИЖС до 2030 года — это серьёзный сигнал: государство в эту историю вложится. Так что у отрасли есть основания двигаться вперёд.

Два рынка — больше не вместе

В первом квартале 2022 года новостройки и вторичка стояли почти вплотную в порядке цен за «квадрат»: 145 369 против 137 150 рублей, разрыв — чуть больше 6%. Тогда покупатель выбирал между новыми и старыми квартирами, исходя из района, состояния и личных предпочтений. Цена была лишь одним из факторов, и далеко не всегда решающим. Но пять лет спустя разрыв достиг 33%: за одну и ту же площадь в новостройке покупатель платит на треть больше, чем за аналогичную квартиру на вторичном рынке. Новостройка перестала быть просто «новым жильем» — она превратилась в финансовый инструмент с государственной поддержкой, и это в корне изменило правила игры.

Первичный рынок жилья в островном регионе доказал свою устойчивость в год начала специальной военной операции. Во втором квартале 2022 года он пережил самое заметное падение за весь период — минус 6,4%, с 145 369 до 136 079 рублей. Ситуацию вызвали изменения экономической ситуации, скачок процентных ставок ЦБ РФ и перестройка логистики на фоне нарастающих санкций. Но рынок не обрушился. Уже к четвертому кварталу 2022 года цена вернулась к 137 914 рублям, а сам год завершился с индексами 105,4% в первом квартале и 101,5% в четвертом. Рынок переболел — и пошел дальше.

2023 год стал для первичного рынка годом уверенного роста. Первый квартал дал 103,2%, второй — 102,7%, третий — 103,1%, четвертый — 101,0%. К концу года цена достигла 158 568 рублей, прибавив 15% к уровню конца 2022 года. Это был период расцвета льготных ипотечных программ, и Сахалинская область, как территория Дальнего Востока, получила максимальный эффект от их действия.

Вторичный рынок в это же время метался. 2022 год он завершил на 134 968 рублях за квадратный метр — ниже, чем начал. В 2023 году был короткий взлет: третий квартал дал 140 591 рубль, четвертый — 141 533 рубля. Это оказался исторический максимум вторичного рынка за все пять лет. Дальше — только снижение.

Год, когда трещина стала разломом

2024 год внешне выглядел как пауза. Первичный рынок прибавил за год всего 0,4%, практически не сдвинувшись с места: 151 613 рублей в первом квартале, 156 640 во втором, 154 431 в третьем, 156 142 в четвертом. Вторичный рынок крутился в узком коридоре от 138 712 до 141 869 рублей. Но именно в этой внешней стагнации происходило главное. В первом квартале 2024 года новостройка стоила на 9 384 рубля дороже вторички. К четвертому кварталу разрыв вырос до 14 273 рублей. Причина была не в том, что первичный рынок улучшил свои показатели, а в том, что вторичный перестал расти вообще. Внутри первичного рынка в 2024 году тоже начались подвижки. Впервые в статистике появилась разбивка по классам жилья, и она показала, насколько разными могут быть траектории внутри одного сегмента.

Типовое жилье — самое доступное — демонстрировало порядок цен как на качелях. В 2023 году стоимость «квадрата» выросла на 37,3%, с 104 898 до 144 016 рублей. В 2024 году она снизилась сразу на 11,4%, до 127 598 рублей, а в 2025 году медленно поднялась до 135 890 рублей и замерла на этой отметке на три квартала подряд. Но в 2026 году цены поднялись в среднем до 160 917 рублей, прибавив 18,4% за один квартал. Эта волатильность — прямое следствие того, что типовое жилье покупают те клиенты рынка, кто сильнее всего зависит от льготных ипотечных программ и кредитных ставок. Чуть изменились условия — и рынок показал свою непрочную структуру.

Улучшенное жилье, наоборот, росло в цене уверенно: с 157 756 рублей в первом квартале 2023 года до 192 354 рублей во втором квартале 2026 года — плюс 21,9% за три с половиной года. Здесь не было ни обвалов, ни скачков. Покупатель улучшенного жилья менее чувствителен к ставкам, он голосует за качество и готов платить за него. Разрыв между типовыми и улучшенными квартирами при этом сокращался: если в начале 2023 года он составлял почти 53 тыс. рублей, то к середине 2026 года — чуть больше 31 тыс., за счет роста цен на первую категорию жилплощадей.

Элитный сегмент жил своей отдельной жизнью. В первом квартале 2024 года квартиры, относящиеся к сахалинскому премиум-классу, стоили 247 078 рублей за метр. К середине 2026 года — уже 259 101 рубль за «квадрат», плюс 4,9% за два с половиной года. Это меньше, чем доходность банковского вклада. Причина проста: малое количество сделок. Элитный рынок жилья на Сахалине — это несколько десятков квартир в год. Каждая отдельная продажа способна сдвинуть среднюю цену на 10–15%. В третьем квартале 2024 года элитное жилье упало в цене на 11,9%, в первом квартале 2025 года — еще на 10,3%. Это не тенденция, а скорее статистический шум, но за ним скрывается факт: верхний показатель рынка достиг потолка.

Обвал вторички и новый рывок новостроек

2025 год стал водоразделом: вторичный рынок недвижимости в Сахалинской области практически обездвижился. Первый квартал — 129 640 рублей, второй — 128 889, третий — 126 733: три квартала непрерывного снижения цен, минус 10,5% от пика 2023 года. Это было дно пятилетки, минимальная цена за весь период наблюдений. А причина проста: льготная ипотека под 2% вытянула с вторичного рынка всех покупателей, которые могли ею воспользоваться. Зачем покупать старую квартиру под 18–20% рыночной ставки, если можно купить новую под 2%? Разница в ежемесячном платеже — более чем в два с половиной раза. Для большинства семей этот выбор был очевиден.

Первичный рынок в 2025 году, напротив, ускорился: первый квартал — 157 173 рубля, второй — 163 114, третий — 163 189, четвертый — 164 336. По итогам года прибавка в стоимости составила 5,2%, но важнее другое: во втором квартале цена впервые превысила 163 тыс. и больше не опускалась. Рынок нашел новую опорную точку.

А в четвертом квартале 2025 года вторичный сегмент внезапно ожил. Плюс 6,7% за один квартал — самый высокий индекс за все пять лет. Цена подскочила с 126 733 до 135 169 рублей. Это было возвращением цены к тому уровню, на котором появились реальные покупатели.

Новый рывок — новые вопросы

Первый квартал 2026 года вновь потряс рынок: первичка резко увеличилась в цене с 164 336 до 194 486 рублей — плюс 18,3% за три месяца. Второй квартал добавил еще 1,3%, доведя цену до 197 083 рублей. Средняя цена квадратного метра на первичном рынке Сахалина вплотную подошла к отметке 200 тыс рублей. Вторичный рынок тоже вырос, но скромнее: первый квартал — 142 591 рубль, второй — 148 310. Оба показателя — исторические максимумы для вторички. Но даже на пике она отстает от новостроек почти на 49 тыс. рублей за метр.

Рост цен в этом временном отрезке ощутили в той или иной степени все российские регионы. Однако на островах ситуация выглядит особенно остро: если вторичку по рыночной ипотечной ставке просто никто не хочет покупать, то цены на первичке уже становятся неподъемными даже для тех, кто соответствует условиям программ господдержки. Свежих примеров на Сахалине достаточно прямо сейчас. Так, на платформе «Домклик» доступны трехкомнатная квартира менее 70 «квадратов» от застройщика за 13,58 млн рублей и двухкомнатная (41,4 «квадрата») за 9,5 млн рублей от застройщиков в Южно-Сахалинске — оба объекта даже не сданы, а после ввода в эксплуатацию цена еще вырастет. Федеральный девелопер предлагает желающим «двушку» размером 52,6 квадратных метра за 9,2 млн рублей — чуть более низкая цена в уже сданном доме, которая объясняется не щедростью, а банальной нехваткой социальной инфраструктуры и соседством с медведями. Напомним, максимальная сумма, которую можно получить по ипотеке с господдержкой — 9 млн рублей при условии первоначального взноса от 20% стоимости жилья. Математика очевидна и вряд ли оптимистична.

К высокой стоимости квартир прибавляется перенасыщение рынка предложениями. И если большое количество жилья на вторичке увязано с невозможностью приобрести его по льготной ипотеке, то в каталоге сахалинских новостроек поток реальных покупателей блокирует высокая цена — даже с государственной поддержкой островитяне не могут позволить себе студию, цена за квадратный метр которой уже дотягивается до отметки в 300 тыс. рублей. Как ранее писала редакция EastRussia.ru, в Сахалинской области оказались нераспроданными более 3,5 тыс. новых квартир. Своих хозяев ждут не только габаритные «трешки», которые традиционно продаются медленно, но и самые востребованные площади — компактные студии. Только в Южно-Сахалинске, где сейчас возводится большая часть нового жилья, не продано более 2,5 тыс. квартир. В Анивском МО не распродано 780 квартир в двух ЖК, в Корсаковском МО застройщик «Сердца Сахалина» — первого в регионе «Дальневосточного квартала» — не нашел владельцев для 185 квартир, хотя сдача первой очереди назначена на конец 2026 года.

Сегодня Сахалинская область занимает пятое место в России по стоимости квадратного метра на первичном рынке — 212 754 рубля по состоянию на апрель 2026 года. Это почти на 25 тыс. рублей выше среднероссийского показателя (188 919 рублей). Дороже — только Москва (400 181 рубль), Санкт-Петербург (268 367), Московская область (230 921) и Республика Алтай (215 891). Сахалин опережает Крым, Севастополь, Татарстан, Амурскую область и Камчатский край. При этом с начала 2026 года средние цены на островную недвижимость выросли на 5,9% — вдвое больше, чем в целом по стране (2,7%). Для сравнения: в Хабаровском крае удорожание составило 2,95%, в Приморском крае — 2,78%. Сахалинские темпы роста цен — одни из самых высоких в стране, и это при том, что рынок уже перенасыщен предложением. Вложение денег в сахалинскую недвижимость, как отмечалось в предыдущей публикации EastRussia.ru на эту тему, гарантированно обернется провалом: ежегодно владелец будет терять до 1,5% средств. Дорогие квартиры большинству сахалинцев не нужны даже в виде инвестиций.

Общая картина очевидна: рынку жилья на Сахалине в ближайшее время лучше не станет. Перелома цен на горизонте не видно, а дальнейшее перенасыщение гарантировано — один только «Дальневосточный квартал» включает несколько очередей вплоть до 2028 года.

Что стоит за цифрами: льготные программы как главный драйвер

Секрет сахалинского рынка — в концентрации льготных ипотечных инструментов, которые направлены почти исключительно на первичный рынок. «Дальневосточная и арктическая ипотека — главный из них. Ставка 2% годовых, срок до 20 лет, первоначальный взнос от 20% — самые лояльные условия на российском рынке. В 2026 году условия ДВ-ипотеки стали еще мягче для отдельных категорий. Для Сахалина это означает одно: почти любой покупатель с минимальным первоначальным взносом может позволить себе новостройку. Ежемесячный платеж по такой ипотеке в разы ниже, чем по рыночной. Островная субсидия дополняет федеральную программу. С 2025 года молодые семьи и участники СВО могут получить единовременную выплату в 400 тыс. рублей на первоначальный взнос по дальневосточной ипотеке. За год 824 молодые семьи и 308 участников СВО получили такие свидетельства, из областного бюджета было направлено более 280 млн рублей. Спрос оказался настолько высоким, что программу продлили на первое полугодие 2026 года.

Семейная ипотека — еще один льготный инструмент, действующий на Сахалине. Базовые условия — ставка 6%, первоначальный взнос 20%, лимит 6 млн рублей. В 2026 году ставка привязана к количеству детей: для семей с тремя детьми на Дальнем Востоке — 6%, с двумя — 8%, с одним — 10%. Для тех, кто не проходит по условиям дальневосточной программы, это остается реальной альтернативой, хотя и менее выгодной. 

Оба инструмента работают в одном направлении: они делают новостройку доступной и оставляют вторичный рынок без поддержки. Областные власти осознают перекос и работают с федеральным правительством для упрощения ситуации: с 2025 года дальневосточная ипотека разрешена для покупки вторичного жилья в населенных пунктах, где практически нет нового строительства. Но весь юг Сахалина — основные рынки области — под это исключение не попадают. Программа задумана все же как стимул для стройки, а не как инструмент расчистки старого фонда — ситуацию на островном рынке недвижимости эти послабления не изменят.

Внутри вторичного рынка: парадоксы и искажения

Вторичный рынок на Сахалине тоже расслоился, и его внутренняя динамика порой противоречит здравому смыслу. В первом квартале 2023 года улучшенная вторичка стоила 140 570 рублей, типовая — 137 769. Но к четвертому кварталу 2024 года картина перевернулась. Типовая вторичка выросла в стоимости до 143 727 рублей, улучшенная — до 132 336. Типовое жилье стало дороже улучшенного на 11 391 рубль — это нонсенс. Объяснение может быть только одно: продавцы улучшенных квартир сдались и начали снижать цены, чтобы найти покупателя. А владельцы типового жилья продолжали держать цену, надеясь на лучшее. К середине 2026 года структура восстановилась. Улучшенная вторичка стала стоить в среднем 158 810 рублей за «квадрат», типовая — 141 087. Премия «за качество» вернулась и даже выросла до 17 723 рублей. Но этот возврат к норме стоил двух годов искажений и потерь для тех, кто купил улучшенное жилье на пике и попытался продать его в 2024–2025 годах.

Итог пяти лет: дороже и недоступнее

Первичный рынок недвижимости в Сахалинской области за пять лет вырос на 35,6%. Вторичный — на 8,1%. Разрыв в темпах — более чем в 4 раза. Внутри первичного рынка типовое жилье прибавило с начала 2023 года 53,4%, улучшенное — 21,9%, элитное — 4,9%. Внутри вторичного рынка типовое жилье выросло на 2,4%, улучшенное — на 13%. Ни один из сегментов вторичного рынка не приблизился к динамике первичного. Для покупателя это означает простую вещь: новостройка стала другим продуктом. Это не просто жилплощадь: это квадратные метры с государственной субсидией, встроенной в цену. Для продавца вторички эта ситуация — приговор: его актив не растет, а если он купил его в 2023–2024 годах, то, скорее всего, уже потерял в реальном выражении.

Для островного региона это означает растущий риск. Чем сильнее первичный рынок отрывается от доходов населения, тем больше людей оказываются за бортом. Льготная ипотека помогает тем, кто в нее попадает. Но она же выталкивает на обочину тех, кто не подходит под условия, — а таких в Сахалинской области немало. И парадокс в том, что даже те, кто подходит под условия, не спешат покупать: 3,5 тысячи нераспроданных квартир — это не дефицит, это перепроизводство. Рынок, который должен был стать доступнее благодаря льготным программам, стал дороже и одновременно избыточнее. Но главный вопрос, на который предстоит ответить и сахалинским властям, и девелоперам: точно ли островному региону нужно столько нового жилья? На Сахалине и Курилах стабильно сокращается численность населения, завезенная иностранная рабочая сила — однозначно не клиенты застройщиков, а тем временем новых жилых комплексов становится все больше и больше. 3,5 тыс. нераспроданных жилплощадей видятся далеко не пиковой цифрой.

Пятилетний цикл 2022–2026 годов показал: рынок жилья Сахалина перестал быть единым. Он распался на два параллельных мира, которые живут по разным законам. И следующий цикл, если ничего не изменится, только усилит этот раскол.