— Как всё началось-то?
— Всё началось в сентябре 2009 года. До этого я вёл программы «Лабиринт звука» на «Востоке России» и «Old school» на «FM-Хабаровск». Когда объединили эти две волны, появилась необходимость в авторском материале, и мы с Витей Бодровым придумали «MaxiRock». Мы от этого в названии и «плясали»: «MaxiRock» = Макс.
Справка ER: Настоящее имя Максима Малкова – Михаил. Максим – эфирный псевдоним, который он использовал, чтобы «развести» двух ведущих с одинаковой фамилией на двух радиостанциях.
— Но большинство людей сегодня думают, что ты как раз Максим…
— Это нормально, у многих есть псевдонимы. Те, кто знает, что я Михаил – подыгрывают, обращаются «Максим».
— Изначально какой формат у программы был?
— Эфир был каждый день с 20 до 21, а лет пять назад мне сказали сократить часы, и я выбрал объединенный формат: два раза по два часа. Первый час – рубрики, второй час, как правило, интервью.
— Как ты отбираешь гостей не из числа дальневосточных рокеров?
— Соцсети: они либо сами пишут, либо я могу найти какую-то группу, заинтересовался, пишу им сам. Кроме того, сейчас почти у всех есть менеджеры, которые занимаются продвижением молодых групп: они набирают с десяток групп, у них есть наработанные контакты по России. Они мне пишут, говорят, что есть такие-то группы, послушайте — подойдёт ли для эфира. Я им отвечаю: да, давайте или нет, не будем.
Владислав Ткачев, «Красный дождь» (Владивосток, выступают на 15-летии «MaxiRock»)
«MaxiRock» это как тайное заклинание, которое открыло двери для нашей группы «Красный дождь» в мир музыки, сыграл важную роль в развитии нашей группы, предоставив платформу для представления нашей музыки широкой аудитории. Это не только возможность выступить, но и шанс взаимодействовать с другими музыкантами, обмениваться идеями и вдохновением.
Роман Шутов, Cekta kidz (Хабаровск)
На момент появления программы «MaxiRock» группа «Cekta kidz» уже достаточное время существовала. Поэтому особую роль для нас она не сыграла, но я уверен, что для многих более молодых коллективов она явилась, возможно, настоящим генератором.
Роман Шутов (справа) и Макс Малков
— Участие в твоей программе бесплатное?
— Абсолютно.
— Но по какому-то принципу ты их все же отбираешь… Нравится – не нравится? Вкусовщина?
— По большому счёту да, но я ориентируюсь, чтобы были представлены все жанры: прог-рок, панк, хотя всё равно получается преобладание металлической музыки, но эти музыканты более активные просто. Как-то так получается, что металлисты, видимо, более идейные и более продуктивные: сами пишут, сами навязываются в хорошем смысле этого слова.
— За эти 15 лет какие предпочтения в музыке на твой взгляд были у слушателей?
— В мире и в России это по-разному происходит. Была лет пять назад волна инди-музыки, они не делали тяжёлую музыку, но были припанкованные немного, альтернативные. В некоторых преобладал женский вокал, это чувствовалось. Сейчас в России, мне кажется, на волне панк-рок, он новой жизнью зажил. А металл всегда был.
Интервью с Берни Шоу, вокалистом группы Uriah Heep
— А по материалу для программы есть какие-то ограничения?
— Да, конечно. К примеру, есть спорные коллективы, играющие black-metal, либо вызывающие слишком, либо какие-то такие прям сатанисты, и чтобы не оскорблять чувств верующих, не все команды ставлю. Бывают тяжелые команды, экстремальные – тогда я предупреждаешь просто изначально, что музыка не для всех.
— А ты сам любитель чего?
— Я воспитан на классике мирового хард-рока конца 60-х – начала 70-х.
— А ты сам какого года выпуска?
— 1983.
— Ты, по идее, должен был попасть в волну гранж-музыки.
— Старший брат повлиял. Гранж, конечно, я тоже слушаю, но то, что было в 80-х – для меня это было близко: Mötley Crüe, Scorpions, Cinderella, Metallica, Slayer, Pearl Jam. Все эти группы выпускали новые альбомы, и ты их тут же слушал, но при этом оставалась музыка 70-х — такая, казалось, далекая. И ты хотел о ней узнать больше. К примеру, ты знаешь, что есть группа Slayer, и ты думаешь: а были же еще какие-то тяжелые команды на рубеже 60 - 70-х годов? И ты начинаешь копаться, это всегда мне было интересно.
Интервью с лидером Limp Bizkit Фредом Дёрстом
— А ты кто по образованию?
— Филолог, учитель русского языка и литературы. Закончил в 2004 году пединститут в Уссурийске, сейчас он уже закрылся.
— Но сам ты из Арсеньева? Ты и Олег Чубыкин, который когда-то играл в группе «Тандем», а сейчас построил неплохую сольную карьеру. Вы знакомы были?
— Нет. Он уже тогда во Влад уехал (Владивосток – прим авт.). О нем только легенды ходили. Мой приятель играл у него в группе, когда Олег еще в Арсеньеве был и играл в ресторанах.
— А как в Хабаровске ты оказался?
— Закончил институт, здесь у меня друзья были, они позвали, мол, приезжай. Я и поехал.
— К музыке ты какое-то профессиональное отношение имеешь? Играешь на инструментах? Учился в музыкальной школе?
— Нет, я «идейный человек». Я просто очень люблю рок-н-ролл, поэтому дарю его людям, собираю людей по интересам. Играть могу только на бубне.
Юрий Вязанкин — с 90-х годов по середину «нулевых» он и ТО «Искра» организовывали ежегодный трехдневный фестиваль рок и альтернативной музыки, на который съезжались десятки команд со всего Дальнего Востока и Восточной Сибири):
«Хочу пожелать Малкову здоровья, терпения и максимум креатива, потому что освещать рок-н-ролльную деятельность, или роковую деятельность — крайне тяжело. В России рок это эстрадная музыка. Есть рок-н-ролл — это то, чем занимался я, что из себя представлял фестиваль, который я проводил. Это разные цели и задачи. Что касается музыкальной критики, то я считаю, что у нас её нет в силу необразованности».
Под прицелом диктофона Макс Кавалера - участник и создатель групп Sepultura, Soulfly и Cavalera Conspiracy
— Вернемся к программе. У тебя есть «фишка», когда ты берешь интервью у мировых звезд. Технически как это происходит: где находишь, как договариваешься, чем «цепляешь»?
— Это также менеджеры, только международные, которые работают с европейским и южноамериканскими рынками. Они также сидят в соцсетях, также мне пишут, и я подтверждаю. Они скидывают варианты групп, скидывают варианты времени, мы смотрим — есть проблема в том, что очень большая разница во времени, и если удобно, то мы соглашаемся.
— Мы?
— Да, мне помогает технически Алексей Шидловский — без него бы вообще ничего у меня в эфире не было, он и винил подключает (периодически в «MaxiRock» проходят «Виниловые вечера», когда музыка в эфир идет непосредственно с виниловой пластинки — прим. автора), и звонки для интервью через Telegram или Skype. Переводчиком выступают Влад Уланов, но сейчас все больше Виктор Андреев. Виктор Бодров помогает с оформлением, «одеждой», художественные советы дает.
— А чем ты, будучи со своей аудиторией на Дальнем Востоке России, можешь быть им интересен со своим эфиром?
— Есть определенные условия контракта с лейблами, которые заинтересованы — чем больше музыкальных журналистов возьмут у них интервью, тем лучше, это же продвижение. Они смотрят на географию, поэтому они заинтересованы в российской аудитории. Понятно, что это не основная аудитория, но для них это огромная страна, большая площадка. Второй момент: рок и металл – это всегда была фанатская тема, эта музыка живет за счет фанатов, прежде всего, а преданные фанаты есть везде. Музыканты понимают, что на любви фанатов держится их творчество, их заработок.
— На музыке у нас, здесь, на Дальнем Востоке, можно зарабатывать?
— Я смотрю на некоторые команды, которые в таком узком андеграундном сегменте неплохо держатся. Они, может быть, и не станут звёздами, но показывают неплохие результаты. Например, группа «Братство бобра» —казалось бы, русский сегмент металла, но они нашли какую-то свою нишу, уже гоняли с концертами в Москву и Санкт-Петербург. Наверное, бешеные деньги на этом не заработаешь, но по крайней мере на самоокупаемость выйти можно.
Еще отличный пример — группа «The Starkillers», они неоднократно уже в туры ездили по всей России. Они грамотно распределяют экономические составляющие: реклама в соцсетях, таргетинг. Правильно с точки зрения геолокаций выстраивают туры и перемещения.
— А музыкальной журналистикой?
— Это не про зарабатывание. Это, скорее, про любовь к музыке, страсть. Объясню на примере: недавно группа «Воля и разум» выпустила новый альбом, а там на вокале Михаил Серышев – один из моих любимых музыкантов, он раньше в группе «Мастер» играл. И я беру у них интервью! Интервью прослушали, причем, неплохо.
— Это сколько?
— Для аудиоподкаста в «В Контакте» больше сотни это уже хорошо. А есть же еще другие площадки. Потом люди тебе «спасибо» пишут за интервью, и ты доволен, что все по горячим следам сделал, с крутыми музыкантами пообщался – тебе хорошо, и людям тоже.
— У тебя обратная связь от твоих гостей есть? Наверняка же ты им своим эфиром дал какой-то толчок…
— Для молодых групп, я думаю, авторитетность какая-то все же есть. Многие приходят на эфир, а до этого раньше даже радио не слушали – для них попасть на радио это что-то новенькое. Для кого-то интервью в «MaxiRock» вообще первое интервью в жизни.
— С благодарностями потом звонят, пишут?
— В этом году был фестиваль «Рок над Амуром», и там выступала московская группа «TattooIN». Казалось бы, вот они приехали в Хабаровск выступили, получили первое место, будут записываться, а я с ними 6-7 лет назад еще интервью делал. И ты понимаешь, что теперь группа появляется в каких-то новостях, анонсах «Наше радио», приехала выступать на фестивале, и ты думаешь: растут музыканты.
— Кроме программы «MaxiRock» у тебя какие-то внеэфирные проекты есть?
— Нет. Иногда веду музыкальные тусовки, когда зовут: благотворительные или дружеские.
— Подкасты? Соцсети? Музыкальное блогерство?
— Нет. Мне музыки хватает в эфире. И если бы я что-то делал вне эфира, это было бы похожим продуктом. В эфире все сказано уже. Еще преподаю радиожурналистику в Тихоокеанском государственном университете.
— Какие дальневосточные команды тебе наиболее интересны?
— Мне интересны те группы, которые к музыке преданно относятся, живут этим, причем, не обязательно ради денег, а ради высоких идеалов. Тут я могу выделить «The Starkillers», «Братство бобра», «Dark Hunt». В любом случае, ко всем коллективам ты так или иначе проникаешься, когда готовишься к интервью, отслушиваешь материал.
— А сколько приходится материала отслушивать?
— Альбома четыре в день я слушаю.
— Где и как слушаешь?
— На работе, в наушниках.
— А дома, для себя?
— Люблю винил, это из детства. Но, в основном, конечно же, онлайн, музыкальные хостинги. Это не «трушно», но удобно.
— На хобби время остается?
— В «Mortal Kombat» на «Sega» люблю играть.
— У вас была классная история – фестиваль «MaxiRock», CD выпускали, потом она прекратилась. Почему?
— Мы провели его в прошлом и в этом году (см материал EastRussia «Максимум рока»), было около 20 групп в последний раз. До этого 10 лет был перерыв. Будем и дальше делать, но, скорее всего, будем проводить осенью.
CD MaxiRock
— А что вообще дальше у «MaxiRock»?
— Надеюсь, что дальше будет больше эксклюзива, интересных команд. Постараюсь больше звезд отечественной и мировой музыки привлекать. Еще хочется к винилу и бобинам какие-то необычные «извлекатели музыки» добавить в эфире.
