– Ирэна, как у вас обстановка, как вы оцениваете ситуацию как житель заваленного снегом города?

– В целом мы приняли ситуацию и теперь в ожидании, что будет дальше. Особо острой проблемы с продуктами нет, но люди создают ажиотаж, сметают все с полок. С утра начинаем откапывать машины, в надежде, что к нам приедет большая техника и очистит проезд, чтобы мы могли выехать, но уже который день мы понимаем, это произойдет нескоро. Кошмар. Своими силами, вооружившись лопатами, мы продвигаемся.

– Как с точки зрения архитектора, урбаниста, вы можете оценить снежный паралич, охвативший город? Можно ли этого избежать в Петропавловске-Камчатском?

– Тут могу сказать, ситуация патовая. У нас два года подряд стояла нетипично малоснежная зима, и мы как-то немножечко расслабились, как и коммунальные службы. А теперь вот, за два года снега навалило. В Петропавловске изначально очень сложная история городской среды, но в ней можно было бы применить превентивные аспекты. Например, очень помогли бы пурговые стоянки. Мне кажется, это даже нужно ввести в благоустройство как обязательную норму проектирования – летом эти асфальтированные территории могли бы использоваться для спортивных развлечений, для проведения каких-то мероприятий, или же для временных убежищ на случай землетрясения. А в зимнее время мы могли бы рассчитывать на эти площадки как на пурговые стоянки, которые должны регулярно очищаться от снега.

Помимо этого, также хорошим решением могли бы стать многоуровневые крытые отапливаемые стоянки (которых в нашем городе почти нет), чтобы автомобили не нужно было бы чистить от снега. Мы ведь сталкиваемся с такой проблемой каждую зиму (исключения очень редки). Личный транспорт становится камнем преткновения для техники, которая очищает дороги, потому что его бросают вдоль дорог – и тоже не из-за прихоти: выехал, а проехать невозможно, и обратно вернуться тоже никак, – и большая техника просто не может пройти.

Мне кажется, здесь можно было бы это на федеральный уровень вынести как задачу, поддерживать инвестиционными проектами – первые этажи таких многоуровневых парковок можно отдать бизнесу под автосервисы, мойки, магазины запчастей. Мне кажется, это выгодный бизнес, жители Камчатки смогли бы для своего авто выделить 5−6 тысяч рублей в месяц, чтобы автомобиль был в тепле, и была бы возможность выехать на расчищенную магистральную дорогу.

Почему личный транспорт становится проблемой? Его очень много. Но и много потому, что без машины на Камчатке никак – городская среда не приспособлена для пешеходов, для велосипедистов, самокатчиков и иже с ними. Я знаю, что многие активные жители готовы пользоваться велотранспортом, но так поступают только самые смелые и отчаянные – где-то нет тротуаров, нет понижения бордюров, спусков. С детской коляской передвигаться тоже очень сложно. Неблагоустроенность городской среды накладывает весомый отпечаток, и жители стараются приобрести транспорт, чтобы иметь мобильность.

Еще один очень важный аспект, который повлиял на возникновение снежного коллапса – с приходом сезона, в ноябре прошлого года, обанкротилось самое крупное предприятие, занимающееся ремонтом и содержанием дорожного хозяйства города – «Спецдорремстрой». И, соответственно, всю их технику заморозили до выяснения обстоятельств. И вот получается, что город остался фактически без техники.

Еще одна проблемная история – на балансе у города техники фактически нет. Подрядчики могут заходить на расчистку через аукционы, но – опять же – не все городские территории охвачены результатами аукционов.

Еще одна сложность, если говорить про городскую среду, то это, наверное, отсутствие правильного качественного межевания. Тут есть такие дома, территорией вокруг которых жители не могут управлять, потому что они не отмежеваны, прилегающая территория принадлежит муниципалитету. А муниципалитет не справляется фактически даже с основными магистралями, им нечем чистить.

Ну, и, конечно же, вот что бы очень помогло решить проблему со снегом –снегоплавильные машины. У нас их просто нет, просто нет на Камчатке. Почему? Потому что подрядчикам платят за определенное количество машин снега, которые он вывозит. А есть же лед, который счищают с дорог, за который не платят. Подрядчику невыгодно лед счищать. Система оценки неправильная. И вывоз на полигон очень дорогой, поэтому и управляющие компании не очень-то заинтересованы. Здесь важно понимать, что нет и оперативности передвижения из-за все той же расчистки, которой мешают многие факторы, о которых мы говорили. А если бы была какая-то стационарная снегоплавильная установка, это бы в разы ускорило весь процесс.

Еще, как вариант, можно установить какие-то обогревающие приспособления в двери подъездов, чтобы снег там не скапливался и людям бы не пришлось копать. Такие же можно установить на крышах, чтобы снег не скапливался и таял, чтобы не было схода снега с крыш, что привело только этой зимой уже к двум летальным исходам в городе.

Кстати, количество дворников у нас тоже сократилось до одного-двух человек на район. Экономят управляющие компании.

– Расширение проезжей части может помочь в решении проблемы?

– Можно, конечно, расширять дороги, давать возможность шнекоротерам проезжать, но это не решение, потому что машины все равно будут бросать. Тогда будут в два ряда бросать. Но должно быть какое-то решение, где бы эти машины можно было бы оставлять. Все накладывается из проблемы на проблему.

Еще один пункт я бы добавила, мы же все-таки живем в эпоху цифровых технологий – должна быть еще навигация по расчищенным (или нет) дорогам в Петропавловске-Камчатском. Люди смотрят – понимают, что не прочищено, и туда не едут. И, конечно, система оповещения работала бы таким оперативным образом. В 2 ГИС, например, Минцифры региональное могло бы внедрить такое. Обо всем можно было бы оперативно информировать. Автомобилисты бы пользовались этой информацией.

Потылицын Яков Дмитриевич. Родился в 1943 году в Красноярском крае. В 1967 году окончил Дальневосточное высшее инженерное училище имени Невельского по специальности инженер-судоводитель. В Камчатском морском пароходстве прошел путь от третьего помощника до капитана судов дальнего плавания. Работал на судах «Козыревск», «Софийск», «Усть-Большерецк», «Леналес», ролкере «Юрий Смирнов». С 1979 по 1988 годы – начальник хозрасчетной группы судов, с февраля 1988 года – первый заместитель начальника, с августа 1995 года – и.о. гендиректора, с 1996 по 2000 годы – генеральный директор АО «Камчатское морское пароходство». После 42 лет учебы и работы в системе ММФ вышел на пенсию. С 2004 по 2015 годы работал в НОУ ВПО «Институт технологии и бизнеса» в Находке. Преподавал менеджмент производственной сферы на транспорте и антикризисное управление. 

– Яков Дмитриевич, Вы ведь не у моря родились, как и когда началась ваша дорога к капитанскому мостику?

– С моей точки зрения, у меня самая обычная биография человека, который родился в разгар Великой Отечественной войны после того, как мой отец вернулся с фронта в 42-м году инвалидом без руки. Жизнь нелегкая была, тяжелая. Я помню хорошо хлеб, хлеб был только ржаной, но не такой, как сейчас. Он был тяжелый, настоящий. Вот осенью 53-го года, когда мама приболела, батя на работе, и я после школы должен зайти в магазин купить булку хлеба ржаного. А тогда в магазинах продавали водку на разлив, мерным стаканом. Помню, как мужики в очереди стояли, тут же выпивали этот стакан, брали конфетки на сдачу, закусывали. А очередь была одна – что за хлебом, что за водкой. Так вот меня там так придавили, что я даже приболел, одиннадцатый год мне был тогда.

Но потом все-таки жизнь немножко поправилось, жизнь стала чуть-чуть легче. Мы еще несколько раз переезжали, пока не оказались в Приморье.

– Как вы приняли решение связать свою жизнь с морем?

– В школьные годы я кем только не мечтал стать. Посмотришь кино или прочитаешь книгу о чекистах – хочешь быть чекистом, о летчиках – хочешь быть летчиком. Я очень много читал всегда, начиная буквально со второго класса – литература о путешествиях XVII, XVIII, XIX веков, морская романтика, видимо, оставила свой отпечаток. Когда я заканчивал школу, наша семья переехала в Уссурийск, и я стопы свои направил во Владивосток – поступать в ВВИМУ. 

В августе 1961 года меня зачислили уже на первый курс судоводительского факультета. Мы учились почти 6 лет. Выпустились 3 июня 1967 года. После получения дипломов, рабочих дипломов штурманов малого плаванья и военных билетов офицеров запаса, был банкет в престижном тогда ресторане «Золотой рог», в самом сердце Владивостока.

Приглашены были туда наиболее уважаемые преподаватели. Присутствовала там, конечно, Анна Ивановна Щетинина – первая в мире женщина-капитан дальнего плавания. Я запомнил на всю жизнь, и всем молодым я повторяю ее слова: «Ребята, вы получили прекрасное образование. Но, помните, учиться нужно всю жизнь. Альтернатива — деградация».

Я всегда это помнил и действительно старался учиться. Больше я никакого учебного заведения не заканчивал, однако за моими плечами не менее двух десятков различных курсов – коммерческая работа, право, управление, страхование, банковское дело, морская специализация.    

Дальше я вызвался добровольцем в числе 14 человек на Камчатку – в Камчатское морское пароходство. В 1967 году приступил к работе на Камчатке третьим помощником капитана.

Относительно быстро я освоился в этой профессии, и уже так через пару-тройку месяцев вел себя довольно достаточно «нагло» в хорошем смысле, и уверенно чувствовал себя на мостике. В 1974 году я стал капитаном.

– Вы помните свой первый рейс, какие были ощущения?

– Первый рейс из Петропавловска-Камчатского на теплоходе «Козыревск», это финский лесовоз, 3500 зимний дедвейт, относительно небольшое судно, 101 метр. Но по тем временам вполне современное. До Владивостока я шел с наставником, так положено было в первом рейсе. А дальше уже работал самостоятельно.

Как-то, когда остался в капитанской каюте один, то понял, что впереди у меня спины нет. Это за моей спиной все. Вся ответственность на мне. Я был еще молодой, только 31 год исполнилось. Ну, как говорится, дальше в море – меньше горя. Сделал первый рейс благополучно, а второй рейс преподнес серьезное испытание.

Загрузили нас известняковой мукой для сельского хозяйства, мука эта очень тяжелая, ну и как всякий навалочный груз, опасная. Когда вышли в Тихий океан, нас настиг циклон, причем очень мощный: мокрый снег, ураганный ветер, видимость нулевая, а я все-таки не забывал, что   в тюрьмах навалочный груз, который при большом крене и резкой качке может сместиться. И вот я интуитивно выбрал момент, когда одна волна прошла, другая, потом уловил момент секундного затишья и – полный вперед, лево на борт, и пароход покатился на вход в Авачинскую губу, а следующая волна пришлась уже в корму. А тут как раз служба наблюдения, связи и контроля не дает добро на вход – говорит лечь в дрейф. Пришлось принять капитанское решение.

«Доложите наверх – в трюмах груз, опасный к смещению, лечь в дрейф не могу, следую на вход».

Пять минут тишины - «Вам добро на вход». И мы благополучно прошли ворота, зашли в губу.

Это была моя первая проверка на профессиональную пригодность как капитана. Но дальше все пошло как по маслу. У меня все было удачно.

В 1976 году мне предложили принять новое судно типа ро-ро, их тогда в министерстве и десяти штук не было, и в мире они только недавно появились. В июле 1976 года я вместе с частью экипажа направился в Ленинград, где в течение двух с половиной месяцев принимали судно, а 15 октября в 21 час 15 минут среднего гринвичского времени мы снялись для работы в таймчартере у итальянской компании, первый порт захода был в английский порт Феликстоу.

Это была напряженная школа, 10 месяцев без захода в советские порты. Перевозки были в Саудовскую Аравию, в Порт-Джида в Красном море. Ну, напряжение было, я технические подробности не буду рассказывать, хотя было очень там сложно. Достаточно сказать, что в порту Джида не было ни одного маяка, а вдоль западного побережья Аравийского полуострова тянутся гряды подводных коралловых рифов. И подход был очень сложный. Но 10 месяцев мы отработали, 24 раза прошли Суэцкий канал, четко было все. Ни одного часа у нас по вине экипажа вне оплаты не было, вот так отработали. И мы тогда дали свыше 3 млн долларов прибыли – 60% плана пароходства наше судно выполнило! Это был «зигзаг удачи» для КМП!

Поработал в каботаже до конца 78-го года, на линии Владивосток-Петропавловск. Здесь все как по накатанной линии уже. Места знакомые, моря все знакомые.

– Где вы успели побывать в море?

– Ваш покорный слуга пересек Атлантический океан – Эгейское, Средиземное и прочие моря, всю Балтику, все Северное море, проливы Большой Бельт, Каттегат, Скагеррак, Английский канал или Ла-Манш, Гибралтарский пролив, Дарданелы Босфор, пролив Мона, Панамский канал. Я пересекал Тихий океан неоднократно и в широтном, и в меридианальном направлении, вплоть до Новой Зеландии, из Петропавловска-Камчатского до острова Кергелен в Индийском океане около 49 градуса южной широты.

– А как изменилась профессия капитана в ваше время и сейчас?

– Я часто общаюсь с действующими молодыми (и не очень) капитанами, в том числе и с однокашниками сына. Могу сказать, что техническое оснащение, безусловно, шагнуло далеко вперед, но хлопот меньше не стало. Однако, чем сложнее система, тем больше вероятность, что она откажет. А если откажет GPS? Как координаты определять? К сожалению, многие современные судоводители пренебрегают астрономией.

А нас учили определяться и по двум горизонтальным углам, когда секстаном измеряешь угол между двумя-тремя сопками или мысами, потом с помощью протрактора (сейчас такого прибора вообще нет), наносишь точку на карту. Количество радиомаяков сократилось, и многих визуальных маяков не стало. Я считаю, что это снижает надежность, потому что вся надежда теперь на спутниковую систему. Но не дай бог, что-то случится, и сигналы будут заблокированы – страшно представить.

Да, появились новые приборы. Например, экран радиолокатора – он как у компьютера, мышкой управляется. А во время шторма, когда судно с борта на борт переваливается до 30-35 градусов каждые 10 секунд, где в этом кресле будет и сам штурман, и его мышка где будет? Поэтому, на мой взгляд, какая бы современная не была техника, а вот старая устойчивая, где штурман или капитан, держится двумя руками за поручни, и в тубус смотрит, и если одной рукой держится, то второй он управляет, берет пеленг или дистанцию. Это надежнее и практичнее.

Хорошо, что на некоторых наших судах под российским флагом все-таки сохраняется три помощника капитана. Это хорошо с точки зрения надежности. Наблюдение за морем со стороны живого человека необходимо, даже при наличии соответствующих приборов.

Никакие приборы не заменят штурмана или матроса, который ведет наблюдение за морем. И это не прихоть, это обязанность согласно Международной конвенции по охране человеческой жизни на море.

Скажу так: несмотря на все достижения науки и техники, психологическая и физическая нагрузка на моряков не стала меньше. Это мое глубокое убеждение.

– Какими качествами должен обладать мореплаватель?

– У моряка должна быть врожденная здоровая психика, крепкая нервная система, ну и физически человек должен быть крепким, зрение необходимо отменное, хороший слух и надежный вестибулярный аппарат. Очень важна выдержка, умение работать в замкнутом коллективе, ну и умение смотреть в глаза опасности и не паниковать. Умение брать на себя ответственность. Нужны и моральные, нравственные устои.

– А какие морские традиции существуют?

– Нельзя плевать с наветренного борта. Свистеть на судне всегда считалось дурной приметой. И еще настоящий моряк никогда не будет хлопать дверью. Традиция, например, существующая со времен парусного флота: при входе в кают-компанию командного состава все спрашивают разрешение на вход у капитана. Капитан всегда разрешит, но это традиция. Это как бы свидетельствует о соблюдении уставных норм. Есть традиция при пересечении экватора проводить обряд посвящения для тех, кто впервые его пересекает. С костюмами, с театрализованными представлениями – День Нептуна.

– Случались ли экстремальные опасные ситуации в море?

– Пожалуй, в феврале 1970 года на траверзе мыса Лопатка, в 23:30 волной погнуло бронзовую раму носового иллюминатора в моей каюте, я был тогда 2-м штурманом. Волна прошла через каюту, выбила переборку вместе с дверью, скатилась по трапу на главную палубу, где были каюты рядового состава. Вырубило освещение. Меня обдало водичкой с температурой чуть выше нуля. На автомате я вскочил и прижался спиной к лобовой переборке. Бог спас меня тогда! Если бы это случилось на 15 минут позднее, когда я встал на вахту – меня бы просто впечатало в переборку…

Отрывок из эссе Якова Потылицына из сборника рассказов «Плавать по морю необходимо…»

«Условия в камчатских водах – одни из самых сложных. В те годы суда не были оборудованы совершенной аппаратурой, трассы в достаточной степени не изучены, метеопрогноз – не столь оперативен. Экипажам приходилось проявлять большое искусство судовождения, смекалку, а порой и мужество»

Зимний сезон

Одним из самых популярных регионов у туристов на Дальнем Востоке считается Сахалинская область. По итогам 10 месяцев турпоток в регион превысил 306 тыс. гостей, прирост составил более 20%. Зимой магнитом для туристов выступает горнолыжный комплекс «Горный воздух» в Южно-Сахалинске. Там уже активно принимают посетителей. Как заявил на круглом столе, посвященном развитию туротрасли и планам на зимний сезон 2025/26 в регионах Дальнего Востока, министр туризма Сахалинской области Артем Лазарев, комплекс является одним из драйверов развития туротрасли в островном регионе и должен стать настоящим всесезонным курортом, одним из лучших не только в стране, но и в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Одним из конкурентов «Горного воздуха» станет горнолыжный курорт в приморском городе Арсеньев. Его в тестовом режиме запустят уже в 2025 году. Как заявила министр туризма Приморского края Наталья Набойченко, 12 км трасс с оснежением на всю высоту будут работать до 31 марта. Привлекать туристов в регион также намерены экстремальными ледовыми забегами, айс-флоатингом (плаванием на поверхности ледяной воды в специальном водонепроницаемом костюме) и баней, установленной на море. Такие виды отдыха становятся очень популярными у иностранных гостей. Однако пока основную массу турпотока формирует внутренний туризм. Приморье уверенно приближаемся к показателю в четыре млн гостей, которые посетили регион в 2025 году. К 2030-му здесь намерены принять 5,5 млн путешественников.

В Якутии туризм начали активно развивать лишь в последние годы, пока цифрами, как в Приморье, там похвастаться не могут (264 тыс. по данным на 1 ноября 2025 года), однако готовы предложить интересные туры. В зимний сезон гостям предложат отправиться к главной достопримечательности республики – Ленским столбам. В холодное время там доступны каток, ледовые скульптуры и подледная рыбалка. Доставляют туристов к месту по зимнику. Порыбачить можно и на фестивале «Мунха олонхото», объединяющем якутский эпос и подледный лов карася.

«Это подледная рыбалка, где вся деревня и туристы выходят на рыбалку в валенках, в шубах, делают лунки. Рыба сама выскакивает и сразу замерзает. Ее сразу можно строгать и есть», — объяснила заместитель министра предпринимательства торговли и туризма Республики Саха (Якутия) Мария Карпова.

Еще один магнит для туристов на Дальнем Востоке в любое время года – Байкал. Зимой он привлекает не только красивым и фотогеничным льдом, но и активностями. На озере с бурятского берега обустраивают огромный каток, туристы катаются на снегоходах, играют в мини-гольф и боулинг на льду. Для экстремалов организовывают купание в проруби, а тем, кто любит воду потеплее – купание в термальных источниках или баню на берегу Байкала.

Новой зимней фишкой Бурятии стал фестиваль «Снежная открытка». Организаторы вдохновились примером пенсионера Валерия Мельникова из села Марково Амурской области. Одинокий и лишившийся много лет назад слуха художник-самоучка больше 10 лет выходил на лед реки Хомутина и рисовал новогодние открытки. В Бурятии фестиваль проводят третий год подряд.

«В 2022 году на Байкале нарисовали открытку площадью 400 кв. метров. Участие в рисовании приняли порядка 100 человек. В этом году фестиваль стал международным, участие в нем приняли 1 800 человек, а площадь открытки составила 1 600 кв. метров», — рассказал министр туризма Бурятии Алдар Даржеев.

Еще одно мероприятие на льду предлагает гостям Амурская область. Там на Амуре, на границе России и КНР проведут зимний фестиваль, в рамках которого устроят народные гуляния, ледовые гонки и хоккейные матчи с участием спортсменов из России и Китая. Турпоток в Приамурье на начало ноября уже превысил 500 тыс. человек. При этом около 100 тыс. гостей – иностранные граждане.

Не обойдется зима и без космической темы, которая в Приамурье давно стала круглогодичной. Как сообщила министр внешних связей и туризма Амурской области Екатерина Киреева, на космодроме Восточный в преддверии Нового года состоится запуск ракеты. Попасть на него смогут туристы, которые позаботились о поездке заранее и подали нужные документы – объект все-таки стратегический. Но побывать на космодроме можно и в межпусковые периоды – они доступны в течение всего зимнего сезона.

Путь через желудок

Все активнее на Дальнем Востоке развивают гастрономическое направление для туристов. Гостей не просто кормят вкусными и порой необычными блюдами, а знакомят через них с культурой региона, с историей и локальными продуктами.

«Морепродукты, рыба, которая поймана в акватории Сахалина и Курильских островов – это именно то, зачем в наш регион, в том числе, приезжают туристы. Мы очень сильно раскачали эту историю большим количеством гастрономических марафонов, разного уровня. Это послужило катализатором открытия ресторанов высокого уровня, захода новых франшиз в регион. Эти рестораны в основных блюдах сделали акцент на локальные продукты, что не может не радовать», — поделился Артем Лазарев.

Сахалинская область намерена провести гастрофестиваль островных кухонь мира, участие в котором примут шеф-повара из разных регионов России и из других стран. Попробовать их блюда пригласят местных жителей и туристов.

«Сахалин – это уникальная гастрономия, это микс японской и корейской кухни, это островные морепродукты и рыба. Сейчас это переходит в совершенно новое видение гастрокультуры, внимание на которую обращают шеф-повара России и других стран. Такой гастрофестиваль привлечет много туристов из России, а в дальнейшем – из других стран, поскольку участники события – шеф-повара – станут амбассадорами островной кухни», — объяснила президент ассоциации туриндустрии Сахалинской области Ирина Ли.

Еще один гастрофестиваль уже стал одной из туристических фишек Бурятии. «Боргойская баранина» собирает несколько тыс. гостей. Этот продукт — один из главных гастрономических символов Бурятии наравне с байкальским омулем.

«Фестиваль проходит в Джидинском районе, в 200 км от Улан-Удэ – столицы республики. Мы проводим его в течение трех лет, в 2025 году он собрал порядка 11 тыс. участников», — подчеркнул Алдар Даржеев.

Ставка на Китай

По данным Минэкономразвития РФ, Дальний Восток к 2030 году планирует принять 1,8 млн туристов из Китая. Для этого количество прямых авиарейсов между городами КНР и ДФО увеличится с нынешних 50 до 350 рейсов в неделю. Параллельно будет проведена модернизация наземных пунктов пропуска и аэропортов. Сейчас на китайское направление приходится 75% иностранного турпотока на Дальнем Востоке. Увеличить показатель поможет безвизовый режим и развитие инфраструктуры в ДФО.

Для гостей из Поднебесной в дальневосточных регионах уже готовят новые предложения. Так, в Хабаровском крае в 2025 году разработали туристический маршрут «Красное солнце Амура». Как рассказал заместитель министра туризма Хабаровского края Николай Иванов, акцент в этом продукте сделан на этнографию, коренные малочисленные народы Амура, уникальность дальневосточной тайги, а также на гастрономию.

Чтобы оказать гостям качественный прием, в регионе готовят гидов-проводников со знанием китайского языка. Обучают их за счет средств программы развития внутреннего и въездного туризма. В 2025 году подготовку прошли 86 специалистов.

В Бурятии ставку делают на автотуристские маршруты. По словам Алдара Даржеева, в республике уже есть путешествие по берегам Байкала, активно разрабатывается маршрут «На великом чайном пути». Его создают совместно с Иркутской областью, а также монгольскими и китайскими специалистами. Еще один маршрут – «Священный Байкал и путь Су У», основанный на культурных исторических связях с Китаем. Он посвящен древнему китайскому дипломату Су У, который около 20 лет провел в плену на берегах Байкала, а затем вернулся на Родину. Для жителей КНР Су У — знаковая фигура, символ патриотизма и верности государству.

Ближе всего к Китаю находится Амурская область. В 2026 году там запустят новый терминал аэропорта в Благовещенске и автомобильный пункт пропуска Каникурган, масштабнее заработает международный автомобильный мост через Амур, а к концу мая – трансграничная канатная дорога.

«Мы запускаем дополнительные рейсы с Китаем, а также автобусные маршруты. Спрос на них есть. Делаем маршруты по научно-популярному туризму, разработаны очень интересные маршруты для иностранных туристов – иммерсивные, на основе кинотуризма», — сообщила Екатерина Киреева.

Драйвер экономики

Приморский край лидирует по количеству кредитов, выданных за время действия дальневосточной ипотеки. С ее помощью 42 647 семей улучшили свои жилищные условия. Общая сумма выданных кредитных средств превысила 217,5 млрд рублей. За девять месяцев 2025 года в регионе заключено 6 454 ипотечных сделок. Из них 54% (3487) приходятся на дальневосточную ипотеку.

Как отмечают в правительстве края, порядка 40% всего жилья, строящегося в дальневосточном регионе, приходится на Приморье. Более 70% квартир в новостройках приобретаются по программам льготного кредитования. ДВ-ипотека остается главным драйвером строительной отрасли, помогает наполнять краевой бюджет и развивать инфраструктуру городов и сел.

А с точки зрения заемщиков, это – возможность как можно скорее осуществить мечту о собственной квартире или переехать в собственный дом.

Теперь у нас есть квартира

Одна из таких семей — Виктория и Александр Тюрчевы. Оба супруга заняты в бюджетной сфере. За 10 лет брака они успели поработать в Хабаровске и в подмосковном Красногорске. Но в итоге, все взвесив, оформили дальневосточную ипотеку в Приморском крае.

«За эти 10 лет у нас появились две дочки, любимица собака, а квартиры своей не было. В 2022 году приехали в Приморский край и взяли дальневосточную ипотеку. Теперь имеем комфортную квартиру с видом на море, с отдельными комнатами для каждого члена семьи. Возле нашего дома развитая инфраструктура – кружки для девочек, садик и школа. А самое главное, что льготная ипотека – это комфортный для нашей семьи ежемесячный платеж», – рассказала Виктория Тюрчева.

С помощью ДВ-ипотеки решила квартирный вопрос и семья Григория Азаренко. Григорий больше 10 лет работает в «Детской школе искусств №2» города Артема Приморского края. Преподает класс классической гитары. Его супруга — тоже педагог. Дочке 7 лет, в сентябре пойдет во второй класс.

Семья Азаренко арендовала жилье 8 лет и уже не надеялись «попасть в программу», ведь Григорию исполнилось 35 лет, его жене – 40. А ДВ-ипотека имеет важное условие – оба супруга должны быть не старше 35 лет. Но в 2025 году эти ограничения отменили для работников культуры.

«По первоначальным условиям дальневосточной ипотеки мы не попадали в программу по возрасту. Теперь этой проблемы нет! У нас оформлен кредит на сумму 5,3 млн руб. без учета первоначального взноса, на 20 лет. Купили большую 3-комнатную квартиру в новом строящемся доме», — поделился Григорий Азаренко.

Семья выбрала многоквартирный 4-этажный дом в новом жилом комплексе «НебоПарк» в Артеме недалеко от центра города. Дома современные, с интересной продуманной планировкой, благоустроенными закрытыми дворами. Рядом будут построены детский сад и новый торговый центр. И новый дом будет совсем недалеко от работы педагогов.

«Новоселье планируем отпраздновать совсем скоро — этой осенью. Такая поддержка педагогов и врачей Дальнего Востока, реальное приближение к возможности купить собственное жилье, улучшить бытовые условия — очень важно и ценно. Новые условия дальневосточной ипотеки позволят нашей семье коренным образом улучшить качество жизни», - говорит Григорий Азаренко.

Таких семей в Приморье становится все больше. Дальневосточная ипотека помогает закреплять жителей на малой родине и привлекать в регион ценные кадры. Например, в этом году 15 земских работников культуры из разных субъектов, включая Ставрополье, переехали в Приморский край. Это больше, чем целевой показатель, установленный федеральными властями. Доступное жилье, единовременные выплаты и другие комплексные меры поддержки стимулируют россиян ехать на новые территории.

Рост показателей

«Если сравнивать структуру сделок в разрезе программ в 2024 и 2025 годах, мы видим рост доли дальневосточной ипотеки на 10%. При этом доли ипотеки на базовых условиях, «Семейной» и «IT-ипотеки» остаются стабильными», – рассказала заместитель председателя правительства края Ольга Иванникова.

Для роста показателей краевые власти работают и с застройщиками, и с коллегами в муниципальных образованиях, и с потенциальными адресатами программ, отмечает министр экономического развития Приморского края Андрей Блохин.

Так, в Приморье запущены механизмы для увеличения объемов и снижения себестоимости строительства.

Если градостроительный совет края признает проект приоритетным, инвестор может получить земельный участок без торгов. Взамен он передает 5% построенного жилья муниципалитету для обеспечения льготных категорий граждан.

Развивать территории помогает механизм государственно-частного партнерства (ГЧП), когда строительство инфраструктуры субсидируется из средств краевого бюджета. Благодаря ГЧП в крае появились новые дороги, детские сады и школы. В пригороде вырастают процветающие районы, куда мигрируют семьи из «даунтауна».

Сотни приморцев улучшили свои жилищные условия с помощью программы доступного арендного жилья. Снимать такую недвижимость можно по льготной ставке в разы ниже рыночной. Квартира закрепляется за арендатором, и при желании он может оформить ее в ипотеку.

«Мы активно будем развивать существующие механизмы поддержки. При этом не исключаем разработку новых инструментов, которые позволят сделать жилье еще более доступным для разных категорий граждан Приморья. Эта задача остается одним из наших ключевых приоритетов», – обозначил Андрей Блохин.

Добавим, что с 2025 года дальневосточная и арктическая ипотека распространяется на индивидуальное жилищное строительство (ИЖС). Теперь программа помогает развивать «одноэтажное Приморье».

Расширен и список адресатов ДВ-ипотеки. В 2025 году получить доступные жилищные кредиты под 2 процента могут не только молодые семьи и родители с одним ребенком, но также медработники, педагоги, воспитатели, работники учреждений культуры, сотрудники оборонно-промышленного комплекса и вынужденные переселенцы.

Когда спрос опережает смысл

Дальневосточная ипотека доказала свою эффективность как ключевой драйвер рынка недвижимости ДФО. Решение о дополнительном финансировании ипотечных программ в объеме 240 млрд рублей, часть которого направлена на поддержку дальневосточных заемщиков, создает мощный импульс для дальнейшего роста. Однако эта позитивная динамика обнажает и другую сторону медали: ускоренные темпы строительства ведут к насыщению рынка однотипными проектами, в то время как запросы покупателей стремительно эволюционируют.

«Мы наблюдаем эту трансформацию уже сейчас в своих проектах в Хабаровске, — отмечает Юлия Ружицкая, коммерческий директор девелоперской компании Unikey. — Если раньше ключевыми факторами выбора были цена и сроки сдачи, то сегодня покупатель все чаще обращает внимание на архитектурные решения, качество благоустройства и интеграцию проекта в городской контекст. Дальневосточная ипотека выполнила свою первоначальную задачу — создала платформу для роста. Теперь наступает этап качественного развития».

В условиях специфического климата, сложного рельефа и уникальной идентичности городов Дальнего Востока стандартные подходы к проектированию демонстрируют свою ограниченность. Покупатель начинает голосовать рублем за среду, которая будет его окружать.

От финансирования к идентичности

В этом контексте поручение Президента о создании в ДФО научной организации в сфере градостроительства выглядит не административной мерой, а стратегическим ответом на вызовы роста. Новая структура призвана помочь системно осмыслить строительные процессы и их влияние на формирование лица региона.

Особенно актуально, что именно в дальневосточных регионах может сложиться уникальная модель, при которой жильё перестаёт восприниматься как просто товар, а становится элементом формирования территорий — с учётом культурного контекста, особенностей природного ландшафта и демографической ситуации. В этом смысле региональные застройщики сегодня превращаются в участников не только строительных, но и градообразующих процессов.

Материалы и идентичность: практическое измерение нового лица девелопмента

Формирование визуального кода региона — это сложная работа с материалами, технологиями и смыслами, где амбиции встречаются с практикой. Например, в Хабаровске использование натурального камня и дерева подчеркивает связь с природой Приамурья, а на Сахалине специальные бетонные смеси и ветрозащитные решения становятся частью эстетики надежности.

Компания Unikey, уже демонстрируют на практике, как можно сочетать типовую застройку с уникальным архитектурным языком. «Локальная идентичность — это не про украшательство, а про глубинное понимание места, — подчеркивает Юлия Ружицкая. — Работа в регионах с суровыми природными условиями сформировала у нас новый профессиональный стандарт, где на первом месте формирование среды нового качества, а не только скорость строительства».

Такой подход позволяет создавать проекты, которые не просто решают жилищный вопрос, но и становятся органичной частью культурного ландшафта ДФО

Время строить смыслы: шанс для региона и ответственность для бизнеса

Сегодня у Дальнего Востока есть уникальный ресурс — сочетание господдержки, интереса инвесторов и внутреннего запроса населения на качественные изменения жизни. Следующий этап — переход от объёма к содержанию, от строительства жилья к формированию среды.

Миллиарды рублей, направленные в ипотечные программы, должны стать не только стимулом для рынка, но и инвестициями в архитектурную и градостроительную идентичность региона. Это и будет тем самым «новым лицом» дальневосточного строительства, которое формируется сегодня.

Справка о компании:

Компания Unikey – федеральный девелопер, реализующий масштабные проекты жилой недвижимости на территории России. Основана в 2021 году в Казани. Компания является участником федеральной программы «Дальневосточный квартал». В портфеле компании проекты в Новой Москве, Хабаровске и в других регионах России. Всего в ближайшие годы компания Unikey планирует вывести на российский рынок более 800 000 кв. м жилья.

Международный размах

«Мы работаем с российскими регионами по их позиционированию с точки зрения гастродипломатии. Одна из таких территорий – Камчатка, где мы делаем разные проекты по продвижению региональной кухни и локальных продуктов, в том числе провели два гастрономических лагеря («Гастрокэмп Камчатка»). Этот уникальный регион, расположенный в Тихом океане, может стать одним из центров создания новой концепции – тихоокеанской кухни и привлечь к этому проекту другие страны. К процессу уже есть достаточно яркий и значимый интерес, проект стал обретать реальное очертание», – рассказал Леонид Гелибтерман.

Список нематериального культурного наследия ЮНЕСКО — это перечень культурных явлений, феноменов и других нематериальных ценностей человечества. В перечне около 600 объектов, часть из которых внесена в основной список из-за угрозы исчезновения, а часть находится в репрезентативном списке, чтобы привлечь внимание к самобытным культурным практикам разных народов.

По словам гастродипломата, в список ЮНЕСКО включают практики приготовления национальных блюд, кухонную утварь, а также способы производства сельскохозяйственных культур, событийные мероприятия с гастрономической составляющей и практики продвижения национальной и региональной кухни. По мнению Леонида Гелибтермана, с этой точки зрения Россия может многое предложить.

Вся соль тихоокеанской кухни

Ключевая идея концепции тихоокеанской кухни состоит в том, что разнообразные блюда, которые готовят жители прибрежных регионов российского Дальнего Востока, Северной и Южной Кореи, Японии, Китая, стран Северной и Южной Америки, Австралии, Океании, объединяют продукты – рыба, морепродукты и дикоросы. Проект тихоокеанской кухни не просто рассказывает о них, а демонстрирует культурные и кулинарные связи разных стран, объединяя экспертов, шеф-поваров и исследователей из разных стран. К работе уже активно подключились эксперты и дипломаты из Индонезии, Колумбии, Мексики, Перу, Таиланда, Филиппин и других государств.

«Мы говорим о проекте на международной арене. И сейчас сформирована рабочая группа по разработке концепции тихоокеанской кухни. Очень важно определиться с понятийным аппаратом, с общими вещами, которые есть у стран или регионов, которые находятся на побережье Тихого океана. Стоит интересная, амбициозная задача – объединив усилия ряда стран, подать коллективную заявку и войти в этот очень престижный перечень ЮНЕСКО», — объяснил Леонид Гелибтерман.

Яркая иллюстрация

Проиллюстрировать проект позволит книга «Тихоокеанская кухня: начало». Ее презентация состоялась в сентябре 2025 года на Восточном экономическом форуме во Владивостоке. Издание включает более 50 рецептов, а также исследования, посвященные характерным для региона ингредиентам, их экономической ценности и культурному разнообразию.

«В 2021 году Леонид Гелибтерман рассказал мне об идее тихоокеанской кухни. Сейчас эта инициатива начинает на наших глазах превращаться в тренд. Один из шагов по продвижению концепции тихоокеанской кухни – издание книги. Ее напечатали в начале августа, а к концу сентября ни одного экземпляра из двух тысяч на оптовом складе не осталось. Уже напечатан второй тираж, потому что издание оказалось очень востребованным», – отметил министр туризма Камчатского края Владимир Русанов.

В планах – издание второй части, которая будет посвящена мясу и дикоросам, использующимся при приготовлении блюд тихоокеанской кухни, а также создание винной карты. Помимо этого, сейчас идут переговоры о переводе книги на английский и испанский языки.

О проекте пишут иностранные СМИ. Так мексиканская газета LA JORNADA DE ENMEDIO опубликовала аналитический материал, посвященный книге и концепции в целом.

«Пока что книга издана на русском языке, на качественной бумаге, и недавно была представлена на Восточном экономическом форуме во Владивостоке. Презентация прошла в павильоне Камчатки, где идея активно развивается, уже работают рестораны тихоокеанской кухни», – отмечается в материале.

А ведущая мексиканская газета El Sol de Mexico сообщила, что «Тихоокеанская кухня. Начало» – больше, чем просто книга, она знаменует первый шаг к новой культурно‑экономической повестке, в которой еда становится мостом между странами и океанами.

«Сейчас необходимо собрать определенную методологическую базу, чтобы двигаться дальше. И книга — один из важных элементов ее создания, потому что в издании есть описание продуктов, которые характерны для регионов, выходящих к Тихому океану, есть научная часть и международная – объединяющий фактор. Очень красивый образ представила в книге профессор из Мексики Мариса Рамос: Тихий океан как огромная голубая скатерть, на которую каждая из стран его побережья выкладывает свои достижения. Сейчас надо очень четко, грамотно прописать все наши объединяющие факторы, чтобы подавать документы в ЮНЕСКО», — подчеркнул Леонид Гелибтерман.

По его словам, пример средиземноморской кухни показывает, что гастрономическое направление может объединить множество стран и территорий, не лишив их собственной кулинарной самоидентичности. При этом представители этого направления активно используют бренд средиземноморской кухни для продвижения туризма, ресторанного и отельного бизнеса, развития экспорта продуктов питания и напитков. Такой же потенциал есть и у тихоокеанской кухни.