Олег Кожемяко и Сергей Носов обсудили развитие Колымы

- Игорь Борисович, вы совместно с учеными активно изучали необитаемый остров Завьялова. Почему решили сделать его обитаемым и взяться за его развитие?

- В Северной части Охотского моря достаточно много разных островов, даже в черте Магадана. В 2013 году мы взяли в аренду остров Завьялова и планировали сделать его очень интересным для туристов. Поэтому появилась идея заселить его необычными животными.

- Еще в 2018 году вы переселили на остров овцебыков. Почему начали с этих уникальных животных?

- Потому что они очень хорошо нам подходят. Это животные мамонтовой фауны, в Российской Федерации до 1974 года их не было. Потом правительство Канады подарило их нашей стране, сейчас это достаточно распространенный вид, его много на Таймыре, на севере Якутии, на Чукотке он есть, и в том числе в Магадане. У нас самая южная группировка овцебыков в Евразии. Это был большой риск, большой эксперимент, но мы на него пошли, и он оказался более чем удачным.

- Сколько сейчас особей живет на острове? Как они прижились?

- Животных расплодилось очень много – более 80 особей. Они себя прекрасно чувствуют и очень хорошо живут на острове. Туристы за ними наблюдают. Это очень интересно, ведь эти звери жили вместе с мамонтами.

- Аналогов такому проекту не было. Тяжело ли было реализовать задумку?

- Достаточно тяжело, потому что нужно было учесть много разных организационных вещей. Надо было увязать самолеты, вертолеты, людей. Процесс занял несколько лет. Мы привлекали специалистов из Москвы, из Института проблем экологии и эволюции имени Северцева, наших коллег из Якутии, которые оказали нам очень большую поддержку в отлове и переселении этих животных, особенно на начальном этапе.

- После заселения этих животных изменилась ли как-то экосистема острова?

- Экосистема острова абсолютно не изменилась, она стала более биоразнообразной с появлением овцебыков.

- После овцебыков вы завезли на остров снежных баранов, которых люди истребили. Каких успехов удалось достичь в этом направлении?

- Да, мы переселили на остров две группы этих красивых редчайших животных – в 2020 и 2024 годах. Снежных баранов отловили на территории Магаданской области, в материковой части. Такое решение было принято в связи с тем, что наши зоологи в конце 1970-х годов находили на острове Завьялова останки снежных баранов: кости, рога. Это говорит о том, что когда-то в давние времена, когда остров был соединен с Магаданским заповедником в районе мыса Таран, эти животные заходили на эту территорию. Но человек, ведя свою деятельность на острове, постепенно их уничтожил.

Опыт переселения снежных баранов получился, и он благоприятный: на острове живут две группы снежных баранов, у них появилось потомство. Можно сказать, что пошел процесс восстановления популяции этого животного на острове Завьялова. То, что человек уничтожил, мы сейчас восстанавливаем.

- На овцебыках и снежных баранах ведь вы не остановились. Как прижились на острове северные олени?

- Небольшую группу северных оленей мы завезли на остров в прошлом году. Сейчас наблюдаем за ними. Произошел отел, животные себя прекрасно чувствуют. Это говорит о том, что человек может хорошо и эффективно управлять процессом заселения территории. История с островом Завьялова – наглядный пример.

- Вы заселили необитаемый остров уникальными животными, а потом решили сделать его туристическим объектом. Расскажите, что сейчас создано для туристов?

- Изначально все это шло параллельно, потому что мы сразу планировали строить туристический комплекс. Туристы приезжают на остров и проводят там много времени. База для них строится в несколько этапов: первая линия построена, там мы активно принимаем гостей, сейчас идет окончание строительства второй линии, буквально в начале сентября мы закончим. Над третьей линией мы думаем. Если будет потребность в ней, то обязательно ее построим.

- Какие развлечения, кроме наблюдения за животными, вы предлагаете гостям острова?

- Мы предлагаем пешие походы по нашему красивейшему острову, также можно наблюдать за морскими животными. У нас огромное лежбище краснокнижных сивучей, иногда собирается до 350 голов. Также туристы наблюдают за китами, осенью приплывают косатки. А еще на острове Завьялова прекрасная рыбалка, ловятся минтай, треска, окунь, ерш, камбала. Сейчас начинается осенний подход палтуса. Также на острове живут хищные птицы, вокруг птичьи базары.

- А намерены вы ли развивать историческую направленность? Ведь на острове найдены стоянки древних людей.

- Изначально мы провели раскопки. На острове более четырех тыс. лет назад появились первые поселения людей. Здесь жили коряки. Во время проведения геологической экспедиции мы нашли этому подтверждение – разные находки и вещи, которые подтверждают, что остров был заселен в давние-давние времена. Историческое направление продолжаем поддерживать.

- Есть критика в отношении проекта – далеко ехать и дорого. Так ли это по-вашему?

- Такой критики я никогда не слышал, для меня это новость. Конечно, некоторые объекты очень далеки, но нашего туриста не остановить. Мы идем куда угодно: на камчатские вулканы, сплавляемся на рафтах по рекам. Как правило, все это удаленная, красивая природа вдалеке от больших городов.

- Вашу идею о развитии острова положительно оценили региональные и федеральные власти. Получаете от них поддержку?

- Только моральную, но она важнее финансовой. Нас поддерживают на всех уровнях: и федеральные власти, и полпред президента Юрий Петрович Трутнев, и наш губернатор Сергей Константинович Носов. Ни одной копейки государственных денег в этом проекте нет, только частные инвестиции. Мы верим в этот проект и вкладываем свои деньги, развивая туризм в Магаданской области. Но без поддержки властей было бы тяжелее.

- Планируется ли, что база будет работать круглый год?

- Круглый год база работать не сможет, так остров удаленный, зимой сюда не добраться из-за сильного ветра и осадков. Однако в летний период – с конца мая и до конца октября — остров превращается в прекрасное место для отдыха.

- Как считаете, на каком уровне сейчас находится развитие туризма в Магаданской области? Каковы темпы этого развития?

- Мы наблюдаем ежегодный взрывной рост, очень огромный, с каждым годом количество туристов вырастает в разы. Мы же не только туристический комплекс на острове Завьялова развиваем, а весь комплекс туристических услуг в Магаданской области – с морем, с авиацией, с трофейной охотой, со спортивным рыболовством, с пешими прогулками, с историческими возможностями. У нас построен свой отель, свой ресторан. Мы полностью автономны, полностью замкнули весь круг по оказанию этих услуг.

- Как эти проекты помогают привлекать туристов в регион?

- Прекрасно помогают, потому что для туриста важно, чтобы был теплый туалет, горячая вода, место, где можно помыться, чистое постельное белье, а также инфраструктура вокруг, чтобы можно было при отсутствии погоды посмотреть кино, поиграть в теннис и так далее. Все эти услуги у нас есть.

Строительство Трассы началось в 1930-х годах от Магадана. Вернее, от бухты Нагаева. Магадан возник только в 1939-м, когда срослись в один город посёлки Нагаево, Марчекан и Магадан. Дорогу тянули к первым приискам на колымском притоке Среднекане, где экспедиция геолога Юрия Билибина в 1929 году нашла золото. С этого и начались Золотая Колыма, легендарный трест «Дальстрой» — и сама Трасса.

Колыма и Трасса — не только река и дорога. Это территория, сообщество, образ жизни… По мере открытия новых месторождений золота, олова и других металлов (включая уран) Трассу тянули всё дальше, пока не довели до Якутска. Это самый большой город мира, возведённый на вечной мерзлоте, который лет на семьдесят старше Петербурга. Якутск и Улан-Удэ — единственные города Дальнего Востока, где население в последние 35 лет не уменьшилось, а заметно выросло.

Первые сотни километров Трассы, если ехать по ней летом, по духу и облику — совсем не колымские. Жара, комары, берёзки, посёлки благополучного, какого-то даже праздничного вида, пасутся сытые кони с коровами… Средняя полоса, да и только. Всё обжито и упорядочено. О том, что мы в Якутии, напоминают разве что булгунняхи, выступающие из земли («бугры пучения», примета вечной мерзлоты), и сэргэ — ритуальные коновязные столбы.

Вынужденная пауза: переправа через Алдан у Хандыги. Сначала на паром загоняют фуры, за ними ползёт вереница легковых. Когда построят мост через Алдан, Колыма наконец перестанет быть островом?

На крутом маршруте

За Тёплым Ключом начинаются сплошные горы. Верхоянский хребет, за ним — хребет Черского, одна горная цепь сменяется другой… Колымская трасса выполнена, понятно, в грунте. Где-то дорога хуже, где-то лучше.

Она проходима круглый год, это не зимник, её тут и там ремонтируют. Но в условиях марсианского перепада температур этот процесс столь же вечен, как здешняя мерзлота. Местами дорога плывёт, вспучивается… Зимой нужно ехать по ней с особой осторожностью, но и летом Трасса не прощает ошибок.

Головокружительный, до мокрых ладоней на руле, Ольчанский перевал. Идём по-над пропастью, лееров нет. Фуры, пыль, в далёкой дымке — хребты с зубчатыми коронами. Машин немного, в основном бензовозы, фуры, везущие спецтехнику, взрывчатку на прииски и сборные домики для вахтовиков. А вокруг — горы в иголочках лиственниц, мохнатом кедровом стланике, желтоватом ягеле и пятнах не тающего даже летом снега.

Усть-Нера — центр Оймяконского улуса. Трёхэтажки на сваях, бодрый лозунг: «Горячее сердце на полюсе холода». Колымско-Индигирский перевал — водораздел двух сестёр. Синие и красные цветы — чудесные краски короткого северного лета, а впереди — Магаданская область.

Наверное, самое сильное неудобство летней Трассы — всепроникающая пыль. Пыль хуже темноты: её не берут фары. Обгонять крайне сложно: впереди движется облако пыли, и что в нём — ты не видишь. Значит, и водитель фуры тебя тоже не видит. Зато когда увидит — обязательно прижмётся к обочине, моргнёт правым поворотником: обгоняй, брат, впереди чисто. Дальнобойная этика старой школы, живущая на суровых трассах и уже почти забытая в расслабленных городах…

Карта в этих краях пестрит пометками «нежил.». От иных «нежил.» не осталось ровно ничего: дом, брошенный человеком, умирает и исчезает удивительно быстро. Вот и в Сусумане, единственном, кроме Магадана, городе области, от 16 тысяч жителей осталось меньше четырёх. В здешней школе учились артист Ефим Шифрин и чемпион СССР по боксу Вячеслав Яковлев. Теперь в здании бывшей школы — торговый дом «Таёжник» и сразу три музея, созданные предпринимателем, фотохудожником и подвижником Михаилом Шибистым. Один музей посвящён Дальстрою, другой — палеонтологии, третий — Советскому Союзу, который становится такой же историей, как пещерные медведи и дальстроевские лагеря…

Магадан лежит на широте Петербурга, Трасса — ещё севернее, так что летом здесь чудесные белые ночи. Небо лишь ненадолго сереет, а часов с двух ночи снова становится светло. Порой на Трассе встречаются экстренные пикеты — яркие контейнеры со спутниковыми блюдцами. Здесь можно обогреться от дизель-генератора, поесть, вызвать помощь… Отличное изобретение для мест, где не ловит связь и фраза «кругом пятьсот» — вовсе не фигура речи.

Дорогу перебегает медведь, забавно вскидывая задние лапы. Вот и райцентр Ягодное, где родился музыкант Юрий Шевчук. Здесь в 1938-м появилась витаминная фабрика, производившая экстракт из хвои стланика против цинги…

Посёлок Дебин, мост через Колыму. Именно здесь главное русло Колымской трассы встречается с рекой, давшей название всей дороге. В глаза бросается огромное Ш-образное здание. Здесь, в больнице для заключённых, которую называли «Левый берег», в 1946–1951 годах работал фельдшером автор «Колымских рассказов» Варлам Шаламов. Теперь тут расположен туберкулёзный диспансер.

Оротукан: здесь в 1942 году выплавили первую колымскую сталь особой морозостойкости (здешние градусы не каждый металл выдержит). Неживой посёлок Мякит — тут много таких посёлков-призраков. Приходит ощущение прокатившейся войны, причём с самими собой. Там и тут — руины бараков, фабрик, котельных, сопки со шрамами геологической разведки, горы грунта по долинам перемытых и убитых драгами рек…

Теперь на Колыме берут такое золото, которое раньше вообще не считали золотом, — распылённое в породе, невидимое глазом. В тонне руды его всего полтора-два грамма. Горы здесь не просто сворачивают, их перемалывают в пыль. Добывают и россыпное золото — драгами. Колыма по-прежнему даёт стране металл, и его хватит ещё надолго, ведь многие месторождения «спят» только потому, что к ним пока не подведены дороги и электричество.

В солнечном Магадане

Перевал под названием Дедушкина Лысина (колымская топонимика — это отдельная песня). Поворот на Талую — знаменитый курорт с лечебными водами и грязями. А вот наконец и асфальт, основательно подзабытый. Посёлок Палатка — можно сказать, Подмагаданье. Это хорошо, потому что амортизаторам нашего автомобиля, кажется, нужна срочная замена.

«Терпенью машины бывает предел», — сформулировал Высоцкий, который побывал в Магадане в 1968 году и написал о нём несколько песен. Поэтому здешнему аэропорту уже в наши дни присвоили имя Владимира Семёновича. Колымское шоссе превращается в проспект Ленина, увенчанный телевышкой. Вот она, легендарная столица Колымского края. Трасса кончилась, дальше — лишь бухта Нагаева и Охотское море.

Магадан меняется. Бухту Нагаева не узнать: здесь, на месте пустырно-гаражного берега, разбили красивый парк «Маяк». Строится новый жилой район «Гороховое поле». Светит неожиданное солнце, ходит молодёжь с выносным кофе, и кажется, что ты на гламурном черноморском курорте. Стало больше туристов: из-за ковида и санкций мы стали активнее открывать свою страну, отложив турции и таиланды.

Открылось сразу два новых книжных магазина — «Одна история» и «Ё» (фирменный магазин издательства «Охотник»)… Но, конечно, сохраняется и былое, прежнее, неповторимо магаданское. Бухта, сопки, сталинки со шпилями, бывшая штаб-квартира Дальстроя, реликтовые бетонные шестиугольники, пробивающиеся из-под асфальта, и непобедимые «шанхаи» частного сектора. А ещё — солёный ветер, несущий хохот замечательно жирных чаек, и горбуша, в последние годы снова заходящая на нерест в Магаданку…

Этот год, правда, выдался нерыбным, что волнует не только людей. Вот, к примеру, заголовок информагентства MagadanMedia: «Что делают магаданские медведи, когда рыбы нет»… Меня селят в квартиру, хозяйка которой уехала в долгий северный отпуск, а ключи оставила друзьям, — здесь так принято. Наконец можно лечь, выдохнуть и вытянуть ноги.

За окном кричат чайки, и я понимаю, что приехал именно туда, куда хотел. Если бы я не был владивостокцем — хотел бы стать магаданцем. Человеку, отравленному большими городами и ритмами XXI века, нужен, как сейчас говорят, детокс. Колыма подходит для этого лучше всего, ведь мест, где нет ни связи, ни привычной информационной повестки, здесь с избытком.

Срок реализации всех мастер-планов 25 дальневосточных городов – 2030 год. Сегодня у почти 60% объектов есть источники финансирования – они заложены в законе о бюджете, в национальных проектах, в отдельных решениях по финансированию, в инвестиционных программах крупных компаний.

«Очень отличаются все 25 городов и все 25 мастер-планов. Может сложиться ощущение, что мы просто приводим в порядок внешний облик города, но это не так. Ключевая задача мастер-плана – пересобрать экономику и логику города. Большинство городов Дальнего Востока задумывались, как военные, закрытые города, как форпосты. Сегодня другая экономическая, политическая ситуации, другая экономическая формация, которая требует перестройки города в самостоятельную экономическую субъектность. Поэтому ключевая цель мастер-плана – пересобрать город так, чтобы он стал комфортным и устойчивым», – рассказал на сессии Восточного экономического форума заместитель главы Минвостокразвития Эльвира Нургалиева.

Командная работа

При реализации мастер-планов на Дальнем Востоке столкнулись с организационно-управленческими проблемами, поскольку по уровню сложности новые проекты трудно с чем-то сравнить: в них одновременно вовлекаются муниципальные, региональные, федеральные команды, институты развития, урбанисты, жители, бизнес.

«Действия всех участников этого процесса должны быть синхронизированы, все должны понимать, кто и что делает, не ожидая от других первого шага. Это одна из самых больших проделанных работ», — отметила Эльвира Нургалиева.

По ее мнению, опыт этих команд и саму систему управления мастер-планированием можно передавать для реализации мастер-планов в других городах России. Это касается и отдельной информационной системы по управлению мастер-планами и института кураторства, когда за каждым городом закреплен свой наставник.

«Мы продолжаем активно вовлекать урбанистов. Сообщество архитекторов, урбанистов, проектировщиков внесло большой вклад в задумку мастер-планов, но мы считаем, что их нужно вместе реализовывать, поэтому эти специалисты в штабном режиме выполняют функцию архитектурного надзора», — сообщила Эльвира Нургалиева.

Привлекают урбанистов и архитекторов и региональные власти. Так, на Камчатке создали Архитектурно-градостроительный совет, в который включили представителей разных сфер для подготовки проектов мастер-плана Петропавловска-Камчатского и их контроля.

«Далеко не все они лояльно относятся к проектам, которые мы представляем. Но это и важно. Нужно чтобы еще до реализации проекта, мы прошли стресс-текст. И это дает хороший эффект, потому что на первом этапе реализации мастер-планов мы обожглись на нескольких проектах и теперь переосмысливаем их, чтобы эти пространства соответствовали ожиданиям жителей», – поделился губернатор Камчатского края Владимир Солодов.

Как отметил Директор по развитию городской среды ДОМ.РФ, заместитель генерального директора Фонда ДОМ.РФ Антон Финогенов, сейчас нужно говорить об институализации команд, сопровождающих реализацию проектов развития, потому что таких проектов стало кратно больше, а региональные и муниципальные команды новых ставок под это не получили.

«Сами проекты стали совершенно иными: другая сложность, другая типология. Есть регионы, где 40 лет ничего масштабного не строилось, взять тот же Магадан, где ввода нового жилья не было десятилетиями. Здесь высокие издержки на строительство, и мы понимаем сверсложность реализации проектов. Соответственно нужен дополнительный управленческий базис, чтобы координировать эти проекты», — объяснил Антон Финогенов.

Финансовый поток

Мастер-планы 25 дальневосточных городов предусматривают 1057 мероприятий общей стоимостью порядка 3,6 трлн рублей. Сегодня больше половины обеспечены источниками финансирования. Достичь этого удалось благодаря включению мероприятий в нацпроекты, казначейским инфраструктурным кредитам и единой президентской субсидии для субъектов ДФО. В разработке более половины мастер-планов участвовал ДОМ.РФ. Он также финансирует 14 проектов в разных дальневосточных регионах на сумму почти 52 млрд рублей.

«Для нас Дальний Восток – приоритетный макрорегион. Здесь устойчивый спрос на жилье, ввиду льготной ипотеки и экономических перспектив, которые расширяются благодаря мастер-планам. И мы видим, что мастер-планы направлены не только на развитие исторических точек роста, таких как Владивосток и Хабаровск, но и на другие города по всем дальневосточным регионам», – отметил Антон Финогенов.

По его словам, сейчас первичная задача – обеспечить долгосрочный финансовый поток на принципах государственно-частного партнерства, поскольку исключительно за счет бюджетных средств все заявленные в мастер-планах проекты запустить не удастся. ДОМ.РФ со своей стороны выпустил инфраструктурные облигации для финансирования объектов, включенных в мастер-планы. Планируемый объем поддержки по программе составит до 100 млрд рублей.

«Инфраструктурные облигации – как раз тот инструмент, в котором государство подставляет плечо за счет льготной ставки частому бизнесу, и с другой стороны вовлекает в процесс реализации сложных комплексных проектов не только традиционный девелопмент. Комплексных казначейских инфраструктурных кредитов просто не хватит, а новым инструментом поддержки станут именно инфраструктурные облигации», – заявил Антон Финогенов.

Облигации вкладываются и в промышленные объекты. Так, этот механизм финансирования используют для строительства газовой котельной для Жатайской судоверфи в Якутии и для строительства многофункционального общественного центра в Благовещенске.

«Это показывает разную экономическую модель для каждого из регионов Дальнего Востока, потому что есть стандарт, а есть дополнительные мероприятия, которые детально проработаны в мастер-планах и которые учитывают местные экономические и социальные особенности регионов», — объяснил Антон Финогенов.

Пример Камчатки

Одним из первых на Дальнем Востоке одобрили мастер-план Петропавловска-Камчатского. Недавно в рамках его реализации в городе открылся парк «Экосистема». Там оборудовали панорамный пирс, прогулочный мост, амфитеатр, смотровой павильон с видом на Авачинскую губу и детские площадки. Для озеленения высадили 89 деревьев, 470 кустарников и почти 2700 кв. метров цветников. Входную группу украшает бронзовая скульптура касатки, по территории расставлены 16 фигур птиц, рыб и животных Камчатки. Как заявил губернатор, этот объект задал планку, на которую будут ориентироваться при дальнейшем развитии города.

«Парк полон детьми, молодежью, людьми всех возрастов с утра до ночи и в любую погоду. Главная оценка среды – когда жители с такой жадностью впитывают атмосферу этого места и им пользуются. Не менее важно, что здесь нам удалось полностью обеспечить соответствие изначальной концепции реализованному итогу. Нам удалось реализовать задуманное один в один, несмотря на все сложности: площадку под строительство смогли полностью очистить от снега только во второй половине мая, а 1 сентября сдали объект для горожан», — рассказал Владимир Солодов.

Также в рамках мастер-плана Петропавловска-Камчатского была построена дорога к Халактырскому пляжу. Как рассказала предприниматель Мария Качурина, еще несколько лет назад дорога на пляж занимала порядка двух часов, а сейчас расстояние от столицы региона до одного из знаковых мест Камчатки можно преодолеть за 20 минут.

«После появления хорошей дороги значительно увеличилось количество людей, посещающих этот пляж, поток местных жителей и туристов туда кратно вырос. Как предприниматель, работающий на этой территории, я понимаю, что строительство дороги – это первая ласточка в развитии города. Дальше нужно строить инфраструктурные объекты для обслуживания гостей», – отметила Мария Качурина.

Первые эффекты

Сейчас Минвостокразвития совместно с Минстроем РФ работают над повышением эффективности строительной части при реализации мастер-планов, чтобы все привлеченные деньги были максимально эффективно потрачены.

«Нами создан проектный офис совместно с институтами Минстроя, которые как раз вырабатывают и аккумулируют специальные решения строительства на Дальнем Востоке, чтобы мы могли, строя одновременно десятки садиков и школ по всему ДФО, не разрабатывать десять проектных документов, а создать модульное типовое решение, которое может быть адаптировано к нашей климатической зоне», – отметила Эльвира Нургалиева.

Участники сессии подчеркнули, что сейчас рано говорить о результатах реализации мастер-планов, но уже можно говорить об эффектах: на Дальнем Востоке кратно растет количество строительных и проектных команд, работающих над мастер-планами, уровень квалификации специалистов, валовый городской продукт, городская экономика, зарплаты жителей, становится больше рабочих мест.

«Самая главная метрика в мастер-планах – рост демографии на Дальнем Востоке. Демографическую драму, которую мы переживаем, на самом деле переживает весь мир. Четкого ответа, почему так происходит, в науке и в практике нет. Но сейчас мы точно знаем, что может двигать основные компоненты демографического развития: эмиграцию, продолжительность жизни. Ведь как только запускаются проекты госсреды, появляются рабочие места, сразу меняется траектория эмиграции», – отметил директор центра геодемографии и пространственного развития Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова Александр Панин.

Подтвердятся ли ожидания?

Реализация мастер-планов становится ключевым инструментом изменения качества жизни горожан на Дальнем Востоке. «По данным ВЦИОМ, 84% опрошенных говорят, что мастер-план полезная для них программа, а 65% уже фиксируют положительные изменения на территории городов», — привела статистику, модератор, заместитель Министра Российской Федерации по развитию Дальнего Востока и Арктики Эльвира Нургалиева. При этом одним из главных критериев успешной реализации мастер-планов становится высокое качество строительства, считает замминистра.

«Большие компании не приходят на Дальний Восток и приходится привлекать зарубежные низкоквалифицированные трудовые ресурсы. Строительство идет трудно, потому что нет квалифицированных кадров», — подсветила проблему заместитель Председателя Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации Ирина Яровая.

Частичным решением вопроса могут стать поправки в Федеральный закон N 44-ФЗ. В частности, законодательно будет закреплена квалификация качества и сроков строительства. «Это то, что даст возможность реализовывать проекты на Дальнем Востоке компаниям, которые имеют и опыт, и кадры», — отметил заместитель министра строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ Никита Стасишин.

Народные облигации — новый инструмент реализации мастер-планов

Для реализации мастер-планов на Дальнем Востоке правительство разработало обширный финансовый инструментарий: инфраструктурно-бюджетные кредиты, специальные казначейские кредиты, специальные лимиты национальных проектов и прочие. Один из лидеров по использованию этого арсенала финансирования — Республика Бурятия.

«Уже реализуются проекты на сумму около 70 млрд рублей: строится музей и театр, начинается проектирование по путепроводам. При этом вырос и объем внебюджетного финансирования мастер-плана: на привлеченные средства реализуется проект ТЭЦ-2, не останавливается стройка жилья, реализуется комплексное развитие территорий. Мастер-планы дали уверенность бизнесу, консолидировали все усилия и изменили настроения жителей», — сообщил глава Республики Бурятия Алексей Цыденов.

Изменение отношение жителей фиксируют и в Республике Саха (Якутия). Там планируют реализовывать городские проекты с помощью нового инструмента — народных облигаций. Мэр Якутска рассказал, что уже в октябре 2025-го начнется выпуск первых народных облигаций на озеленение, а в дальнейшем этот инструмент будет использоваться и для более крупных инфраструктурных проектов.

«Народные облигации — это социальный договор, когда жители видят и чувствуют качественные изменения и готовы своим рублем вкладываться в будущее своих городов», — отметила Эльвира Нургалиева.

Бизнес и культура в одной связке

«Благодаря мастер-планам рынок жилья Дальнего Востока эволюционировал в коммерческий рынок и в первую очередь возникла конкуренция и необходимость создания комфортного продукта. Без системного вдумчивого планирования невозможно создать комфортное жилье и этот подход заставляет нас в хорошем смысле двигаться», — рассказал Генеральный директор ГК «DNS Девелопмент» Андрей Артамонов. Компания «DNS Девелопмент» активно инвестирует в проекты, которые реализуются в агломерации «Большой Владивосток». Эта деятельность уже запланирована на годы вперед.

Активными участниками трансформации жизни городов Дальнего Востока сегодня становятся культурные институции. Директор государственного объединенного музея-заповедника истории Дальнего Востока имени В.К. Арсеньева Виктор Шалай рассказал, что музеи Дальнего Востока в этом году совместно с муниципалитетами разработали 5 заявок на Всероссийский конкурс Минстроя РФ и две из них выиграли федеральные гранты на благоустройство общественных пространств. В дальнейшем диалог между федеральными министерствами и культурными институциями будет только расширяться для создания новых смыслов на Дальнем Востоке.

«Реализация мастер-планов сегодня возможно благодаря системному подходу: разрабатываются специальные для Дальнего Востока федеральные инструменты финансирования, регионы и муниципалитеты активно, своевременно и качественно ими пользуются, бизнес готов софинансировать проекты и продолжает выполнять свои обязательства по инвестициям, культурные институции создают новые смыслы, а жители видят и фиксируют все происходящие изменения» — подытожила сессию модератор, заместитель Министра Российской Федерации по Дальнему Востоку Эльвира Нургалиева.

Дальний Восток обгоняет среднероссийские темпы стройки

На фоне общероссийского спада в строительной отрасли (индекс — 97,1%) в январе-августе 2026 года Дальневосточный федеральный округ демонстрирует отличный рост на 12,4%. При этом подъем зафиксирован в восьми регионах округа.

Лидером в округе и стране в целом является Чукотский АО (рост более чем в три раза), далее следуют Хабаровский край (+46,8%), Бурятия (+33,6%) и Магаданская область (+29,1%). Положительная динамика также зафиксирована в Сахалинской области (+14,8%), Приморском крае (+9,6%), Еврейской АО (+4,1%) и Забайкальском крае (+3,2%). Существенное падение объемов, напротив, наблюдается в Иркутской области (индекс — 78,1%) и Камчатском крае (83,3%). Отрицательная динамика также отмечена в Якутии (93%) и Амурской области (96,9%).

В денежном выражении лидерами по объемам строительных работ на Дальнем Востоке выступают Амурская область (221 492,1 млн рублей), Хабаровский край (208 063,8 млн рублей) и Якутия (183 585,5 млн рублей). В Хабаровском крае, который внес наибольший вклад в общий результат макрорегиона, высокие показатели обеспечены не только жилищным сектором, но и возведением крупных промышленных и инфраструктурных объектов — горно-обогатительного комбината на Малмыжском месторождении компании «Амур Минералс», второй линии Тихоокеанской железной дороги ООО «УК «Эльга», а также инфраструктуры индустриальных парков. Меньше всего работ в финансовом выражении выполнено в Магаданской области (18 960,2 млн рублей) и ЕАО (26 097,4 млн рублей).

Жилищный сектор: лидерство ввода и риски затоваривания

Чукотский АО сохраняет первенство в округе и по темпам жилищного строительства (с учетом ИЖС), показав рост более чем в восемь раз: в удаленном округе сказывается эффект крайне низкой базы при запуске новых площадок. В группу лидеров также вошли Амурская область (+33,1%), Хабаровский край (+21,8%) и Приморье (+18,8%). Совокупный прирост жилстроя в ДФО составил 6,8% на фоне общероссийского спада (индекс — 86%). Заметнее всего возведение жилья просело в Магаданской области (41,8%), ЕАО (60,6%) и соседней Иркутской области (59%).

По абсолютному объему сданного жилья первенство на Дальнем Востоке и в Байкальском регионе удерживает Приморский край (1 039,5 тыс. кв. м). Следом идут Иркутская область (813,9 тыс. кв. м), Якутия (495,4 тыс. кв. м), Бурятия (454,6 тыс. кв. м) и Хабаровский край (428,7 тыс. кв. м). Минимум ввода традиционно приходится на Магаданскую область (5,8 тыс. кв. м), ЕАО (15,8 тыс. кв. м) и Чукотку (20,5 тыс. кв. м). По данным Корпорации развития Дальнего Востока и Арктики (КРДВ), сейчас в макрорегионе строится около 7 млн кв. м жилья (0,9 кв. м на жителя против 0,8 кв. м в среднем по стране).

Однако аналитики ДОМ.РФ предупреждают о рисках перегрева рынка. В Приморском крае соотношение распроданности жилья к уровню стройготовности составляет лишь 58%, а в Сахалинской области — 37% при сбалансированной для ДФО норме в 70%. Таким образом, оба региона вплотную подошли к риску избыточного предложения невостребованных квадратных метров.

Крупные кварталы и реновация по мастер-планам

Государственные преференции и проектное банковское финансирование сегодня концентрируются в сегменте комплексной жилой застройки. На полях сентябрьского ВЭФ КРДВ и владивостокский специализированный застройщик «ТрансСтройДевелопмент» (ТСД) Юрия Владимирова и Евгения Куницкого подписали соглашение о сопровождении масштабного проекта «Кенон Ривьера Парк» в Черновском районе Читы. Общий объем инвестиций составит 16,3 млрд рублей. Проект входит в мастер-план столицы Забайкалья и включает восемь очередей на 380 тыс. кв. м. Первые дома сданы в начале 2025 года, вторую очередь завершат в 2027 году, а остальные этапы распределены до 2034 года.

Справка: Жилой комплекс «Кенон Ривьера Парк» возводится на проспекте Маршала Жукова в отдалении от центра Читы. Прежде на этой территории, прилегающей к озеру Кенон, находился неосвоенный пустырь.

Банк ВТБ выделит 13 млрд рублей уссурийскому ООО «СЗ «ОСК 1» (учредители — Михаил Панасенко, Лариса Каневская и Александр Пичкур) на возведение жилого микрорайона в Уссурийске из 38 среднеэтажных домов (8–9 этажей) площадью 251,9 тыс. кв. м.

Во Владивостоке акцент сделан на механизм комплексного развития территорий (КРТ). В Первореченском районе утвержден проект планировки 20,7 га в микрорайоне Снеговая Падь, где планируется построить 202 тыс. кв. м жилья (17 высоток на 12,2 га), школу на 1,55 тыс. мест, два детсада на 420 мест, парковую зону на 1,7 га и новую автодорогу с выездами на улицы Адмирала Горшкова и Русскую для разгрузки улицы Выселковой. Проект рассчитан на 2026–2038 годы, застройщиком определено владивостокское ООО «СЗ «Восточный луч» Игоря Дульнева, Ильи Козлова и Владислава Дарьинского.

Справка: Ранее на окраинной территории Снеговой Пади располагался военный городок. В 1992 году на артиллерийских складах Тихоокеанского флота произошел сильный пожар со взрывами боеприпасов, после чего земли долго рекультивировали, а с 2000-х годов здесь началось активное жилищное строительство.

Также ВТБ предоставит 3,3 млрд рублей владивостокскому ООО «СЗ «Парковые высоты» (принадлежит Игорю Шаповалову и экс-акционеру Владивостокского морского рыбного порта Александру Евдокимову) на 25-этажный дом с детсадом на месте Баляевского рынка по улице Адмирала Юмашева, окончательно закрытого в 2026 году.

На улице Тюменской в Ленинском районе Владивостока стартовал проект КРТ от местной строительной компании «Эдельвейс» (учредители — Лариса Беззубкина, Сергей Крепкий, Сергей Тартынских, Евгений Беззубкин и Вадим Беззубкин). До 2030 года здесь расселят 226 человек из ветхих бараков начала 1950-х годов, многие из которых до последнего времени отапливались дровами и углем, возведя взамен 79 тыс. кв. м современного жилья с инфраструктурой на площади 6,5 га.

Резиденты ТОР и переход цементных гигантов военным

Производители стройматериалов расширяют мощности за счет преференциальных налоговых режимов. В Приморье местное ООО «Росик» предпринимателя Александра Росинского стало резидентом ТОР «Михайловский» и вложит 73,25 млн рублей в завод асфальтобетонных смесей в селе Михайловка проектной мощностью 50 тыс. тонн в год.

В Хабаровском крае ООО «Дальневосточный завод полиэтиленовых труб» из села Ильинка (учредители — Алексей Коваленко и Дмитрий Коган) на площадке ТОР «Хабаровск» готовит к пуску до конца года второй цех спиральновитых труб диаметром до 3000 мм, КНС и локальных очистных сооружений. В 2027 году предприятие наладит выпуск труб горячего водоснабжения, а к 2028 году запустит линию вторичной переработки полиэтилена.

Там же, на площадке «Ракитное», зарегистрированная в селе Тополево компания с китайским капиталом ООО «Азиатско-Тихоокеанская компания» предпринимателя Ма Чанфа в конце 2027 года планирует открыть производство закаленного архитектурного и витринного стекла из сырья, ввозимого из КНР. А завод корпорации «Технониколь» в Хабаровске запустил линию по выпуску специальной минеральной ваты для агрокомплексов, применяемой в гидропонике (беспочвенном выращивании культур на питательных растворах).

Ключевым отраслевым событием августа стала смена собственника крупнейших цементных заводов Дальнего Востока: президент подписал указ о передаче публично-правовой компании «Военно-строительная компания» (ВСК) акций предприятий, ранее изъятых в пользу государства.

Справка: ППК «Военно-строительная компания» учреждена указом президента в 2019 году взамен упраздненного Спецстроя России. Структура находится в прямом подчинении Минобороны РФ и специализируется на строительстве военных, жилых и специальных объектов ведомства. Наблюдательный совет ВСК возглавляет министр обороны Андрей Белоусов.

В качестве имущественного взноса РФ ВСК получит акции восьми заводов в Приморье и Якутии, включая 56,23 млн акций АО «Дробильно-сортировочный завод» в Артёме, 4,66 млн акций АО «Спасскцемент», 75 тыс. акций АО «ПО «Якутцемент», 2,6 млн акций АО «Спасский комбинат асбестоцементных изделий», а также доли в АО «Дальцемент» и АО «Бетоныч».

Справка: В сентябре 2025 года Тверской районный суд Москвы удовлетворил антикоррупционный иск Генпрокуратуры и конфисковал в пользу государства 100% активов холдингов «Востокцемент» и «Ренессанс» стоимостью более 79 млрд рублей, контролировавшихся семьей экс-мэра Владивостока Игоря Пушкарёва. Следствие доказало, что бывший градоначальник лишь формально переписал управление бизнесом на родных, продолжая обеспечивать компаниям преференции на муниципальных тендерах.

Предприятия холдинга «Востокцемент» формируют костяк индустрии стройматериалов макрорегиона: суммарная мощность «Спасскцемента» (с филиалом «Теплоозёрскцемент» в ЕАО) превышает 3 млн тонн продукции ежегодно, «Якутцемент» производит 600 тыс. тонн цемента и 1,2 млн тонн щебня, а дробильно-сортировочный завод в Артёме поставляет на стройки округа около 1,9 млн тонн щебня, грунта и ПГС.

Полную версию текста и детальную отраслевую аналитику можно найти в еженедельном бюллетене EastRussia.

Два рынка — больше не вместе

В первом квартале 2022 года новостройки и вторичка стояли почти вплотную в порядке цен за «квадрат»: 145 369 против 137 150 рублей, разрыв — чуть больше 6%. Тогда покупатель выбирал между новыми и старыми квартирами, исходя из района, состояния и личных предпочтений. Цена была лишь одним из факторов, и далеко не всегда решающим. Но пять лет спустя разрыв достиг 33%: за одну и ту же площадь в новостройке покупатель платит на треть больше, чем за аналогичную квартиру на вторичном рынке. Новостройка перестала быть просто «новым жильем» — она превратилась в финансовый инструмент с государственной поддержкой, и это в корне изменило правила игры.

Первичный рынок жилья в островном регионе доказал свою устойчивость в год начала специальной военной операции. Во втором квартале 2022 года он пережил самое заметное падение за весь период — минус 6,4%, с 145 369 до 136 079 рублей. Ситуацию вызвали изменения экономической ситуации, скачок процентных ставок ЦБ РФ и перестройка логистики на фоне нарастающих санкций. Но рынок не обрушился. Уже к четвертому кварталу 2022 года цена вернулась к 137 914 рублям, а сам год завершился с индексами 105,4% в первом квартале и 101,5% в четвертом. Рынок переболел — и пошел дальше.

2023 год стал для первичного рынка годом уверенного роста. Первый квартал дал 103,2%, второй — 102,7%, третий — 103,1%, четвертый — 101,0%. К концу года цена достигла 158 568 рублей, прибавив 15% к уровню конца 2022 года. Это был период расцвета льготных ипотечных программ, и Сахалинская область, как территория Дальнего Востока, получила максимальный эффект от их действия.

Вторичный рынок в это же время метался. 2022 год он завершил на 134 968 рублях за квадратный метр — ниже, чем начал. В 2023 году был короткий взлет: третий квартал дал 140 591 рубль, четвертый — 141 533 рубля. Это оказался исторический максимум вторичного рынка за все пять лет. Дальше — только снижение.

Год, когда трещина стала разломом

2024 год внешне выглядел как пауза. Первичный рынок прибавил за год всего 0,4%, практически не сдвинувшись с места: 151 613 рублей в первом квартале, 156 640 во втором, 154 431 в третьем, 156 142 в четвертом. Вторичный рынок крутился в узком коридоре от 138 712 до 141 869 рублей. Но именно в этой внешней стагнации происходило главное. В первом квартале 2024 года новостройка стоила на 9 384 рубля дороже вторички. К четвертому кварталу разрыв вырос до 14 273 рублей. Причина была не в том, что первичный рынок улучшил свои показатели, а в том, что вторичный перестал расти вообще. Внутри первичного рынка в 2024 году тоже начались подвижки. Впервые в статистике появилась разбивка по классам жилья, и она показала, насколько разными могут быть траектории внутри одного сегмента.

Типовое жилье — самое доступное — демонстрировало порядок цен как на качелях. В 2023 году стоимость «квадрата» выросла на 37,3%, с 104 898 до 144 016 рублей. В 2024 году она снизилась сразу на 11,4%, до 127 598 рублей, а в 2025 году медленно поднялась до 135 890 рублей и замерла на этой отметке на три квартала подряд. Но в 2026 году цены поднялись в среднем до 160 917 рублей, прибавив 18,4% за один квартал. Эта волатильность — прямое следствие того, что типовое жилье покупают те клиенты рынка, кто сильнее всего зависит от льготных ипотечных программ и кредитных ставок. Чуть изменились условия — и рынок показал свою непрочную структуру.

Улучшенное жилье, наоборот, росло в цене уверенно: с 157 756 рублей в первом квартале 2023 года до 192 354 рублей во втором квартале 2026 года — плюс 21,9% за три с половиной года. Здесь не было ни обвалов, ни скачков. Покупатель улучшенного жилья менее чувствителен к ставкам, он голосует за качество и готов платить за него. Разрыв между типовыми и улучшенными квартирами при этом сокращался: если в начале 2023 года он составлял почти 53 тыс. рублей, то к середине 2026 года — чуть больше 31 тыс., за счет роста цен на первую категорию жилплощадей.

Элитный сегмент жил своей отдельной жизнью. В первом квартале 2024 года квартиры, относящиеся к сахалинскому премиум-классу, стоили 247 078 рублей за метр. К середине 2026 года — уже 259 101 рубль за «квадрат», плюс 4,9% за два с половиной года. Это меньше, чем доходность банковского вклада. Причина проста: малое количество сделок. Элитный рынок жилья на Сахалине — это несколько десятков квартир в год. Каждая отдельная продажа способна сдвинуть среднюю цену на 10–15%. В третьем квартале 2024 года элитное жилье упало в цене на 11,9%, в первом квартале 2025 года — еще на 10,3%. Это не тенденция, а скорее статистический шум, но за ним скрывается факт: верхний показатель рынка достиг потолка.

Обвал вторички и новый рывок новостроек

2025 год стал водоразделом: вторичный рынок недвижимости в Сахалинской области практически обездвижился. Первый квартал — 129 640 рублей, второй — 128 889, третий — 126 733: три квартала непрерывного снижения цен, минус 10,5% от пика 2023 года. Это было дно пятилетки, минимальная цена за весь период наблюдений. А причина проста: льготная ипотека под 2% вытянула с вторичного рынка всех покупателей, которые могли ею воспользоваться. Зачем покупать старую квартиру под 18–20% рыночной ставки, если можно купить новую под 2%? Разница в ежемесячном платеже — более чем в два с половиной раза. Для большинства семей этот выбор был очевиден.

Первичный рынок в 2025 году, напротив, ускорился: первый квартал — 157 173 рубля, второй — 163 114, третий — 163 189, четвертый — 164 336. По итогам года прибавка в стоимости составила 5,2%, но важнее другое: во втором квартале цена впервые превысила 163 тыс. и больше не опускалась. Рынок нашел новую опорную точку.

А в четвертом квартале 2025 года вторичный сегмент внезапно ожил. Плюс 6,7% за один квартал — самый высокий индекс за все пять лет. Цена подскочила с 126 733 до 135 169 рублей. Это было возвращением цены к тому уровню, на котором появились реальные покупатели.

Новый рывок — новые вопросы

Первый квартал 2026 года вновь потряс рынок: первичка резко увеличилась в цене с 164 336 до 194 486 рублей — плюс 18,3% за три месяца. Второй квартал добавил еще 1,3%, доведя цену до 197 083 рублей. Средняя цена квадратного метра на первичном рынке Сахалина вплотную подошла к отметке 200 тыс рублей. Вторичный рынок тоже вырос, но скромнее: первый квартал — 142 591 рубль, второй — 148 310. Оба показателя — исторические максимумы для вторички. Но даже на пике она отстает от новостроек почти на 49 тыс. рублей за метр.

Рост цен в этом временном отрезке ощутили в той или иной степени все российские регионы. Однако на островах ситуация выглядит особенно остро: если вторичку по рыночной ипотечной ставке просто никто не хочет покупать, то цены на первичке уже становятся неподъемными даже для тех, кто соответствует условиям программ господдержки. Свежих примеров на Сахалине достаточно прямо сейчас. Так, на платформе «Домклик» доступны трехкомнатная квартира менее 70 «квадратов» от застройщика за 13,58 млн рублей и двухкомнатная (41,4 «квадрата») за 9,5 млн рублей от застройщиков в Южно-Сахалинске — оба объекта даже не сданы, а после ввода в эксплуатацию цена еще вырастет. Федеральный девелопер предлагает желающим «двушку» размером 52,6 квадратных метра за 9,2 млн рублей — чуть более низкая цена в уже сданном доме, которая объясняется не щедростью, а банальной нехваткой социальной инфраструктуры и соседством с медведями. Напомним, максимальная сумма, которую можно получить по ипотеке с господдержкой — 9 млн рублей при условии первоначального взноса от 20% стоимости жилья. Математика очевидна и вряд ли оптимистична.

К высокой стоимости квартир прибавляется перенасыщение рынка предложениями. И если большое количество жилья на вторичке увязано с невозможностью приобрести его по льготной ипотеке, то в каталоге сахалинских новостроек поток реальных покупателей блокирует высокая цена — даже с государственной поддержкой островитяне не могут позволить себе студию, цена за квадратный метр которой уже дотягивается до отметки в 300 тыс. рублей. Как ранее писала редакция EastRussia.ru, в Сахалинской области оказались нераспроданными более 3,5 тыс. новых квартир. Своих хозяев ждут не только габаритные «трешки», которые традиционно продаются медленно, но и самые востребованные площади — компактные студии. Только в Южно-Сахалинске, где сейчас возводится большая часть нового жилья, не продано более 2,5 тыс. квартир. В Анивском МО не распродано 780 квартир в двух ЖК, в Корсаковском МО застройщик «Сердца Сахалина» — первого в регионе «Дальневосточного квартала» — не нашел владельцев для 185 квартир, хотя сдача первой очереди назначена на конец 2026 года.

Сегодня Сахалинская область занимает пятое место в России по стоимости квадратного метра на первичном рынке — 212 754 рубля по состоянию на апрель 2026 года. Это почти на 25 тыс. рублей выше среднероссийского показателя (188 919 рублей). Дороже — только Москва (400 181 рубль), Санкт-Петербург (268 367), Московская область (230 921) и Республика Алтай (215 891). Сахалин опережает Крым, Севастополь, Татарстан, Амурскую область и Камчатский край. При этом с начала 2026 года средние цены на островную недвижимость выросли на 5,9% — вдвое больше, чем в целом по стране (2,7%). Для сравнения: в Хабаровском крае удорожание составило 2,95%, в Приморском крае — 2,78%. Сахалинские темпы роста цен — одни из самых высоких в стране, и это при том, что рынок уже перенасыщен предложением. Вложение денег в сахалинскую недвижимость, как отмечалось в предыдущей публикации EastRussia.ru на эту тему, гарантированно обернется провалом: ежегодно владелец будет терять до 1,5% средств. Дорогие квартиры большинству сахалинцев не нужны даже в виде инвестиций.

Общая картина очевидна: рынку жилья на Сахалине в ближайшее время лучше не станет. Перелома цен на горизонте не видно, а дальнейшее перенасыщение гарантировано — один только «Дальневосточный квартал» включает несколько очередей вплоть до 2028 года.

Что стоит за цифрами: льготные программы как главный драйвер

Секрет сахалинского рынка — в концентрации льготных ипотечных инструментов, которые направлены почти исключительно на первичный рынок. «Дальневосточная и арктическая ипотека — главный из них. Ставка 2% годовых, срок до 20 лет, первоначальный взнос от 20% — самые лояльные условия на российском рынке. В 2026 году условия ДВ-ипотеки стали еще мягче для отдельных категорий. Для Сахалина это означает одно: почти любой покупатель с минимальным первоначальным взносом может позволить себе новостройку. Ежемесячный платеж по такой ипотеке в разы ниже, чем по рыночной. Островная субсидия дополняет федеральную программу. С 2025 года молодые семьи и участники СВО могут получить единовременную выплату в 400 тыс. рублей на первоначальный взнос по дальневосточной ипотеке. За год 824 молодые семьи и 308 участников СВО получили такие свидетельства, из областного бюджета было направлено более 280 млн рублей. Спрос оказался настолько высоким, что программу продлили на первое полугодие 2026 года.

Семейная ипотека — еще один льготный инструмент, действующий на Сахалине. Базовые условия — ставка 6%, первоначальный взнос 20%, лимит 6 млн рублей. В 2026 году ставка привязана к количеству детей: для семей с тремя детьми на Дальнем Востоке — 6%, с двумя — 8%, с одним — 10%. Для тех, кто не проходит по условиям дальневосточной программы, это остается реальной альтернативой, хотя и менее выгодной. 

Оба инструмента работают в одном направлении: они делают новостройку доступной и оставляют вторичный рынок без поддержки. Областные власти осознают перекос и работают с федеральным правительством для упрощения ситуации: с 2025 года дальневосточная ипотека разрешена для покупки вторичного жилья в населенных пунктах, где практически нет нового строительства. Но весь юг Сахалина — основные рынки области — под это исключение не попадают. Программа задумана все же как стимул для стройки, а не как инструмент расчистки старого фонда — ситуацию на островном рынке недвижимости эти послабления не изменят.

Внутри вторичного рынка: парадоксы и искажения

Вторичный рынок на Сахалине тоже расслоился, и его внутренняя динамика порой противоречит здравому смыслу. В первом квартале 2023 года улучшенная вторичка стоила 140 570 рублей, типовая — 137 769. Но к четвертому кварталу 2024 года картина перевернулась. Типовая вторичка выросла в стоимости до 143 727 рублей, улучшенная — до 132 336. Типовое жилье стало дороже улучшенного на 11 391 рубль — это нонсенс. Объяснение может быть только одно: продавцы улучшенных квартир сдались и начали снижать цены, чтобы найти покупателя. А владельцы типового жилья продолжали держать цену, надеясь на лучшее. К середине 2026 года структура восстановилась. Улучшенная вторичка стала стоить в среднем 158 810 рублей за «квадрат», типовая — 141 087. Премия «за качество» вернулась и даже выросла до 17 723 рублей. Но этот возврат к норме стоил двух годов искажений и потерь для тех, кто купил улучшенное жилье на пике и попытался продать его в 2024–2025 годах.

Итог пяти лет: дороже и недоступнее

Первичный рынок недвижимости в Сахалинской области за пять лет вырос на 35,6%. Вторичный — на 8,1%. Разрыв в темпах — более чем в 4 раза. Внутри первичного рынка типовое жилье прибавило с начала 2023 года 53,4%, улучшенное — 21,9%, элитное — 4,9%. Внутри вторичного рынка типовое жилье выросло на 2,4%, улучшенное — на 13%. Ни один из сегментов вторичного рынка не приблизился к динамике первичного. Для покупателя это означает простую вещь: новостройка стала другим продуктом. Это не просто жилплощадь: это квадратные метры с государственной субсидией, встроенной в цену. Для продавца вторички эта ситуация — приговор: его актив не растет, а если он купил его в 2023–2024 годах, то, скорее всего, уже потерял в реальном выражении.

Для островного региона это означает растущий риск. Чем сильнее первичный рынок отрывается от доходов населения, тем больше людей оказываются за бортом. Льготная ипотека помогает тем, кто в нее попадает. Но она же выталкивает на обочину тех, кто не подходит под условия, — а таких в Сахалинской области немало. И парадокс в том, что даже те, кто подходит под условия, не спешат покупать: 3,5 тысячи нераспроданных квартир — это не дефицит, это перепроизводство. Рынок, который должен был стать доступнее благодаря льготным программам, стал дороже и одновременно избыточнее. Но главный вопрос, на который предстоит ответить и сахалинским властям, и девелоперам: точно ли островному региону нужно столько нового жилья? На Сахалине и Курилах стабильно сокращается численность населения, завезенная иностранная рабочая сила — однозначно не клиенты застройщиков, а тем временем новых жилых комплексов становится все больше и больше. 3,5 тыс. нераспроданных жилплощадей видятся далеко не пиковой цифрой.

Пятилетний цикл 2022–2026 годов показал: рынок жилья Сахалина перестал быть единым. Он распался на два параллельных мира, которые живут по разным законам. И следующий цикл, если ничего не изменится, только усилит этот раскол.